Чем дальше, тем интересней. 2 глава

Три шага.

Его слезы, мои слезы и смех. Три шага, которые ознаменовали окончательное и бесповоротное начало новой жизни. Жизни без страха предательства. Жизни, не напоминающей о той ночи. Жизни, в которой я вновь учусь чувствовать.
Первый шаг. Его слезы. Слезы Сехуна. Истерика, которая нахлынула тогда на мальчишку после драки. Сехун сильный и на публике свои чувства никогда не показывает. А тут разрыдался перед незнакомым мной. Только потом я узнал, насколько парню было стыдно, но эмоции грозили разорвать его изнутри, поэтому пришлось выпустить их на волю.
Второй шаг. Мои слезы. Слезы запутавшегося мальчишки, которого уже на протяжении двух лет мучают кошмары.

- Смотри! Это же радуга! – восторженно воскликнул пятнадцатилетний мальчик, обращаясь к своему спутнику, парню лет восемнадцати. – Потрясающе! Я думал тут, в Пекине, их поймать не возможно!
- Видишь, ради того, чтобы ты улыбался, небо решило наплевать на законы этого города, - негромко проговорил тот.
- Эй! Ты ведь даже не смотришь!
- Зачем? Я вижу радугу каждый день. В твоих глазах, - пожал плечами старший.
Мальчик неожиданно стал прямо перед своим спутником и коснулся его щеки.
- Если я радуга, то ты солнце. Ведь эти цветные полоски не могут появиться без света. Я раскрасил свой мир только потому, что в нем есть ты.
Парень притянул к себе любимого и выдохнул тому на ухо:
- Господи, таких, как ты, не бывает… Как же сильно я тебя люблю!

- Ты недавно сказал, что таких, как я, не бывает? Что имел ввиду?
Мальчик и парень сидели на крыше одного высотного здания и смотрели, как солнце прячется за многоэтажками. Переплетенные пальцы рук, голова младшего на плече любимого, одни наушники и куртка на двоих…
- Что я имел в виду? – задумчиво повторил старший. – О, я много чего имел ввиду. Ты… Ты необыкновенный. В нашем прожжённом и лицемерном мире роскоши и денег таких, как ты, больше нет. Таких чистых, искренних, ярких… Я вообще не думал, что подобные люди существуют. Считал, что только в сказках есть настоящие чувства и жизнь без давления статуса. Но потом я встретил тебя… Тебя, который искренно улыбался всем, но смотрел только на меня. Да, я это заметил, - тепло улыбнулся юноша. – И меня это зацепило. Ты не вешался на шею, не пытался затащить меня в постель, а просто смотрел. Просто манил из той темной комнаты, где я был раньше. Просто притягивал своей чистотой и верой в лучшее. И я влюбился…
Мальчик рвано выдохнул, сильнее сжал пальцы любимого и тихо прошептал:
- Поцелуй меня.
Юноша улыбнулся и коснулся губ любимого своими, заставляя бабочек в животе восторженным роем взвиться вверх, к душе.

 

- Ты солнце, - просто ответил мальчик после недолгого молчания. – Для меня ты солнце, освещающее жизнь и путь вперед. Я не могу НЕ смотреть на тебя. Слишком зависим и слишком беспомощен. Извини, не умею говорить так же красиво, как и ты, но все же… Тебя нельзя не любить. Я понял это, едва увидел твою высокую и статную фигуру на вечере моего дня рождения. И в ту самую минуту я почувствовал себя какой-то… Золушкой, которая встретила прекрасного принца. Только Золушка была в сказке, а видел тебя перед собой в настоящем. Ты невозможно теплый и яркий. Солнце, которое может быть зимним для других, но неизменно летнее для меня. И сейчас я иду вперед только для тебя… НЕ смотреть на тебя невозможно. НЕ равняться на тебя невозможно. НЕ зависеть от тебя невозможно. А НЕ любить тебя я не смогу!
Парень искренне улыбнулся и притянулся к себе любимого.
- Я всего лишь спросил, почему ты так странно на меня смотришь, а ты разложил по полочкам свои чувства, - выдохнул он на ухо мальчику, заставляя того покрыться мурашками от такой близости и смущенно покраснеть. – Но я рад, что ты озвучил все это. Спасибо, что говоришь о любви. Это дает мне силы.
- Я тебя люблю, - еле слышно прошептал младший, отчаянно пряча глаза.
- Я тоже тебя люблю, малыш.

 

Кошмар. Очередное воспоминание из прошлого, которое напоминает о себе столь извращенным и мучительным способом.
Я вытер слезы и посмотрел на часы. 21:00. За окном чуть светло, а комната пуста. Несколько дней назад я переехал из квартиры в общежитие. И теперь живу в одной комнате с Минсоком! У него была такая радостная улыбка, когда я вошел в общую комнату с рюкзаком и сумкой. А когда это чудо узнало, что я его сосед… На нас очень странно косились…
Но больше всего меня радовало то, что живу я теперь на четвертом этаже, под самой крышей. До Сехуна 6 дверей, а к месту, где можно побыть одному, - 100 метров. И вот именно туда я решил сейчас направиться.
Нужно успокоиться. Нужно перестать дрожать от одних воспоминаний. Нужно забыть вновь, до следующего кошмара.
Несколько десятков ступенек, металлическая дверь и прохладный ветер, мягко коснувшийся моего лица. Запах осени… Я не люблю осень. Во-первых, из-за даты 30 сентября. Во-вторых, из-за самого ощущения осени. Холодно, пусто и одиноко. Все умирает, засыпает… А дальше зима. И каждый раз есть страх, что весна уже не наступит. Что придет вечная зима и навсегда поселится в глазах, душах и сердцах людей. Вечная зима… Белый снег, лед и узоры на оледеневших чувствах и эмоциях.
Но сейчас есть желто-красно-бордовые разводы, холодная луна и бесконечно черное небо. Немногим лучше.
Крыша. Никак не могу отвыкнуть проводить в подобных местах все свое время. Меня научил ОН. Больно, но в то же время так спокойно и удивительно. Тихо, никто не мешает думать, никому нет дела до потерявшегося мальчишки…
Я потерялся. Во времени. В местах. В себе. Потерялся еще давно. Все началось с Хуан Цзы Тао. Приходилось врать, стараться быть непохожим на Ли Фенга. И в конце концов я потерялся в настоящих и ненастоящих эмоциях. Какой я настоящий?
Какой я когда-то любил?
Любил… Да, без памяти был влюблен в свое солнце. И теперь кошмары прошлого уничтожают меня изнутри.
С размаху рублю воздух рукой, а потом наношу удар ногой по невидимому врагу. Но такому уж невидимому? Мой враг… Нет, это не «друзья». И ни в коем случае не ОН. Это мои кошмары. Все то, что я безуспешно пытаюсь спрятать внутри себя. Чтобы не было так больно. Чтобы не разъедал душу мороз вечной зимы. Но что может мальчик, который потерял все? У меня ведь нет ничего, кроме полубезумной мечты начать все сначала. Но я не смогу, пока не решу проблемы с прошлым…
Я кружился в танце боя, выплескивая накопившиеся эмоции.
Моя глупая, бесполезная и ненужная любовь… Как же я хочу еще хотя бы раз увидеть твои яркие сияющие глаза. Просто, увидеть. Не нужно слов, не нужно касаний… Пусть даже ты не будешь знать, кто я. Хочу увидеть… Чтобы простить твое сердце окончательно. Я не знаю, почему ты так поступил. Но я не могу тебя отпустить. После всего того, что произошло, мои чувства до сих пор не остыли. Моя душа все еще жаждет твоего тепла. Ты ведь мое солнце, забыл? Как ты мог уйти, перестать светить? Ведь радуга не сможет появиться без тебя…
Я не могу без тебя…
Не знаю, в какой момент из глаз вновь потекли слезы. Просто стало хуже видно, а на щеках появились мокрые дорожки. Но я не обращал внимания. Я лишь шептал пересохшими искусанными губами:
- Прости… Но я всегда буду любить тебя…
И поймал шокированный взгляд Сехуна.
Резко останавливаюсь и поворачиваюсь к мальчишке. Он стоял около дверей и смотрел на меня. Все тот же хаос на голове, безразмерная одежда, пару отметин на лице после того случая… Вот только в глазах сейчас не было страха, было удивление, недоверие и… жалость?..
- Я думал, сюда больше никто не поднимается, - подхожу ближе, попутно вытирая слезы. Да, вид у меня сейчас, наверное, не айс.
- Случайно наткнулся, - все еще находясь в каком-то шоке, ответил Сехун. – Нужно было место для тренировок…
- Тренировок? – ухватился я за случайное слово.
Мальчишку словно холодной водой облили. Сразу ставшее серьезным лицо, безумный калейдоскоп чувств в глазах… Но насколько я помню, это просто защитная реакция. Он холодный, неприступный и колкий только с незнакомыми людьми. Я же, кажется, немного приручил этого дикого зверька. По крайней мере, он перестал шугаться меня и начал здороваться. Прогресс.
- Я танцую, - наконец произнес он, ожидая подвоха. – Мы с Каем даже когда-то были в одной команде. Вот только он меня не помнит… Да и не замечал никогда.
- И как тебя можно было не заметить? – каюсь, вырвалось машинально. – Ну да ладно… Покажешь как-нибудь свои навыки?
Шок вновь вернулся в глаза Сехуна. Он даже рот приоткрыл от удивления. Меня заинтересовала подобная реакция.
- Что-то не так?
- Ты странный, - выдохнул он.
- А поподробней можно? – хмыкнул я, опираясь о перила у края крыши.
- Ты… Ты абсолютно не похож на все тех, кого я встречал ранее. Ты… Во-первых, ты подошел к ничем не примечательному пареньку-первокурснику. Ты спас меня от этих тупоголовых придурков. Ты помог незнакомому невидимке! Во-вторых, ты не просто мне помог. Ты стараешься наладить со мной общение. Я до сих пор не знаю, зачем тебе это нужно… И в-третьих, твои глаза еще помнят недавние слезы, но ты абсолютно этого не стыдишься. Ты ведь плакал только что… Я вообще поражен, что ты настолько эмоционален. Ведь все те, кого я встречал до этого, не умели испытывать ничего, кроме непреодолимой жажды… А ты… Ты не скрываешь эмоции, не носишь маску… Почему? Почему ты такой? И почему ты решил зацепиться за меня?
Надо же, я только сейчас заметил, что Сехун шепелявит немного. Видимо, это проявляется в моменты сильнейшего наплыва чувств. Как сейчас… Мальчишка боится. Боится всего того, что сказал. Боится того, что услышит в ответ. Боится рушить мой образ в своем сознании. Я ведь могу сказать что-то, что не оправдает его надежды и ожидания.
Но не ответить я не могу… Хотя и не знаю сам, что сейчас произнесу. Просто постараюсь выразить свои чувства словами.
- Знаешь, впервые слышу от тебя столь длинную реплику, - Сехун немного смутился, но взгляд не отвел. – Я и не знал, что кажусь тебе таким удивительным человеком. Сэ, я всегда был эмоциональным и искренним. И даже все то, что со мной произошло, не смогло этого изменить. Я многое пережил, ты был прав. Не буду рассказывать свою несколько печальную историю, потому что не привык давить на жалость. Но… Черт, так сложно сформулировать все это! – я взъерошил красную челку. – Ты спросил, почему я такой. Не знаю. Все люди разные. И я ненавижу ложь. А любое притворство – это вранье. Зачем переступать ради себя, только чтобы подходить под рамки этого общества? А второй вопрос… Сехун, я не прошел мимо, потому что знаю, каково это, когда ты становишься жертвой грубой силы. А остался рядом, потому что ты похож на меня отчасти. Рядом с тобой тепло. И наше общение не начиналось со лжи. Тебе ведь сейчас абсолютно все равно на мой социальный статус, на мое прошлое, на мои скелеты в шкафу. Ты интересуешься человеком, который в настоящем, недавно, помог тебе. В моей жизни правдиво только настоящее. Все остальное – сплошной хаос и ложь…
Молчание. Я перевожу дух, собираясь с мыслями. А мальчишка уже не в шоке. Он довольно серьезен, но по выражению лица я не могу догадаться о его мыслях. Сехун нелогичная сплошная загадка.
- Сехун, два года назад я решил начать новую жизнь. И ты первый человек, из-за которого я не жалею об этом решении. Ты… Ты как младший брат, о котором я, кстати, давно мечтал.
- У меня только один вопрос, - задумчиво произнес мальчишка через несколько мгновений.
- Какой? – моя очередь ожидать подвоха.
- Меня насторожила фраза о новой жизни. Объясни. Ты, случаем, не террорист или беглый заключенный?
- А что похож? – выдохнул я ехидно, переводя дух.
- Нет. Но я ведь должен был спросить, - хмыкнул Сехун, чуть раздвинув губы в улыбке. – Спасибо, ты облегчил мою душу.
- Но я ведь ничего не сказал!
- Зато в глазах можно было прочитать целую эпопею.
Второй шаг. Мои слезы. Последние слезы одиночества.
Третий шаг. Смех. Смех Сехуна над несчастным мной.
Я открыл дверь своей комнаты. Ужаснулся. Зашел внутрь. Возникнул вопрос…
ЧТО ЗА АРМАГЕДОН КОМНАТНОГО МАСШТАБА ПРОШЕЛ ЗДЕСЬ, ПОКА МЕНЯ НЕ БЫЛО?!
Бутылки, одеяла, одежда, еда, запах перегара… Тут что, рота солдат отдыхала?.. Кидаю взгляд на свою кровать и замечаю там юношу. Кажется, он из «элиты» и зовут его Ким Чондэ. Так, уже лучше. Парень спал непробудным сном, распространяя «благоухающие ароматы» вокруг себя. Это ж сколько они выпили, если даже стоять рядом невозможно?!
В том, что Чен пил на пару с Минсоком я не сомневался абсолютно. Интересно, причина хоть значимая была?..
В общем, одни вопросы. Ответами даже и не пахнет. По крайней мере до того момента, пока я не приведу их в относительное чувство.
Хорошо, что Сехун взял трубку почти моментально.
- Доброе утро, Тао-хен, - произнес абсолютно бодрым голосом младший в трубку.
- Доброе. Не разбудил?
- В 11:00 часов утра? Я не такой соня, хотя поваляться в кровати люблю.
- Я запомню. Слушай, Сехун, большая и человеческая просьба: пожалуйста, забери из моей комнаты своего соседа!
- Чондэ? А что он у тебя забыл? – удивился мальчишка.
- А я знаю? Но моя комната как после войны, а Чен преспокойно спит на моей кровати в абсолютно невменяемом состоянии. Даже интересно, что он пил, почему и в каком количестве. Еще здесь где-то должен быть Минсок. И, кажется, я нашел его ноги, а, следовательно, и его самого… В общем, Сэ, мне нужна помощь.
- Хорошо. Сейчас буду, - вздохнул он и отключился.
Я говорил, что от меня до комнаты Сехуна 6 дверей? В общем, парень пришел через минуту и несколько мгновений просто смотрел на тот хаос, что творился в моей комнате.
- Да, - наконец выдавил он. – Мне тоже интересно, ЧТО тут было.
- Сейчас поднимем этих голубков и спросим. Буди своего соседа и веди в душ. Я пока найду что-нибудь от похмелья.
- А Минсок?
- А тебе не жалко свой мозг? Давай сначала одного вытащим из этого пьяного угара.
- Логично, - кивнул Сехун и решительно взялся за пробудку хена. Я же отправился на поиски таблеток от похмелья.
Следующий час в нашей квартире были слышны исключительно стоны и мои тихие ругательства. Сначала Чен, потом Минсок… Эти двое даже после душа и таблеток выглядели амебообразными существами, растекшись по столешнице на кухне. Мы же с Сехуном сидели на подоконнике и с возрастающие недоумением за ними наблюдали.
- Чондэ-хен, - озвучил наш общий вопрос Сэ, - а сколько вы выпили?
- Макнэ, ты думаешь, я помню? - отозвался черноволосый, безуспешно пытаясь принять более менее удобное положение.
- А чем вы так накидались? – моя реплика.
- Все начиналось с пива… - произнес Чен.
- А закончилось ромом, - добавил Сиумин. – И не надо спрашивать, откуда он взялся. Я сам был удивлен, когда нашел его на кухне.
Я прикинул количество бутылок, которые пришлось убрать, и понял, что эта парочка многого не помнит из вчерашнего вечера.
- Из-за чего хоть пили? – вздыхаю.
- Меня девушка бросила, - ответил Чондэ.
Я подавился воздухом.
- А Минсок-хен тут при чем? – опередил меня Сехун.
- Я не алкоголик, чтобы пить в одиночку! К тому же, Булочка – мой лучший друг!
Замечаю, какая боль промелькнула в глазах Сиумина. Ох, что-то тут не чисто…
- А где слезы и убиение себя любимого? – скептицизм в моем голосе можно черпать ложками.
- Не знаю… - задумчиво произнес Чен. – Я что-то важное для себя вчера решил. Что-то, изменившее мою жизнь. Но что?.. Я не помню.
Без комментариев. Молча встаю и наливаю себе кофе. Терпеть не могу этот напиток, но только он помогает мне собраться с мыслями.
- Ты вообще не помнишь вчерашний вечер? – тем временем поинтересовался Минсок у своего собутыльника.
- Нет. Совсем. А что, там было что-то серьезное?
- Да нет, - как-то потухше ответил хен. – Все нормально…
Та-а-а-ак. Мне это не нравится. Очень не нравится.
- Сехун, отведи своего хена к вам в комнату. Сегодня выходной, пусть все же отсыпается. Их случай лекарствами не излечим… - и показываю глазами на еще более убитого Сиумина.
Младший согласно кивнул, помог подняться Чондэ из-за стола и почти вынес его с кухни. А я тем временем остановился напротив Минсока и поймал его взгляд.
- Что вчера было?
- Он меня поцеловал, - буркнул хен.
Отлично. Так Сиумин еще и почти трезвый.
- И в чем проблема? – нет, я, конечно, удивлен, но повозмущаться хочу больше.
- В том, что он этого не помнит, - отчаянно выдохнул он, взъерошивая короткие волосы.
- А должно быть наоборот?
- Да. Он… Я его люблю. Уже два года. С первого дня, когда он сюда поступил. Я влюбился в его улыбку, а потом и в него самого… Чондэ же бегал по девушкам и делился со мной впечатлениями. Вчера, когда он сам потянулся ко мне, я готов был взлететь от счастья. Дальше поцелуев дело не пошло, потому что я не хотел, чтоб наш первый раз произошел в пьяном угаре. Чен пообещал не забыть. Но забыл…
- А напомнить не судьба?
- А зачем? Если бы захотел, помнил. А так это вызовет еще большее отчуждение. Он и так со мной почти не общается. Учеба, учеба… Ага, конечно. За помощью к Лу как обращался, так и обращается.
- Идиот, - констатировал я. – Иди, отоспись. И чтобы никакого спиртного! А то знаю я вас, несчастных… Чуть за дверь, а вы уже к бутылке.
- Во-первых, я не такой алкоголик, как ты думаешь! – возмутился Минсок. – А во-вторых, я вообще-то твой хен! Как ты можешь так со мной разговаривать?!
Вздыхаю.
- Во-первых, хен, - выделяю это слово, - сейчас ты ведешь себя, как ребенок! А во-вторых… Во-вторых, все будет хорошо. Я научился верить в то, что будущее всегда наградит за страдания. Тебе советую думать так же. Так что, ты сейчас отсыпаешься, приводишь себя в порядок и начинаешь обольщать своего дорогого! И учти, если ты ничего не будешь делать, я сам возьмусь за дело!
Сиумин поднял на меня странный взгляд.
- Ты деспот, ты знаешь? – выдало это чудо.
- Я не деспот. Я слишком сильно люблю своих друзей и хочу, чтобы вы были счастливы, - пожимаю плечами и выскальзываю из кухни.
Почему я пропустил тот момент, когда Минсок стал мне так дорог?.. Это яркое чудо привязало к себе немыслимо удивительной улыбкой, любовью к булочкам и безумной идеей с фотосессией. Нет, Сиумин не забыл. И исправно напоминает об этом.
О, родная крыша. Давно не виделись. Со вчерашнего вечера. Тут все, как обычно. Присаживаюсь прямо на горячий бетон и подставляю лицо лучам солнца. Так хорошо, тепло…
Совсем, как с НИМ…
Я резко помотал головой, отгоняя непрошенные воспоминания. Да что со мной такое? Раньше все было спокойно и стабильно. А здесь, в Корее, я не только от кошмаров мучаюсь, но еще и днем страдаю!
Сгораю от тоски…
- Я так и знал! Если тебя нет в комнате, то ты можешь быть только на крыше! – раздался голос Сехуна.
Боже, ты мой спаситель, макнэ! Как же я рад тебя видеть!
Открываю глаза, встречаюсь с ним взглядом, и мальчишка неожиданно буквально сгибается пополам от смеха. А я застываю… Впервые вижу, чтобы он так открыто выражал эмоции. К тому же, это был смех! Нет, не так. Это был хохот! Я даже не обратил внимания, что надо мной… Просто наблюдал, как Сехун вытирает выступившие слезы и старается успокоиться.
- Прости, - выдохнул он наконец. – У тебя было лицо сорокалетнего мужчины, к которому пришла несовершеннолетняя дочь и привела с собой дяденьку его возраста, объявив, что гость будет жить в семье на правах зятя!
Я удивился подобного сравнению и выгнул бровь.
- Сехун, - его сияющий взгляд с лучиками смеха, - что с тобой?
- Прости, - еще раз повторяет он, - я, когда слишком сильно привязываюсь к человеку, перестаю контролировать себя в его присутствии.
Чего?
Я отвел взгляд, чтобы скрыть эмоции. Он что, теперь мой друг?.. Он разрешает мне быть рядом? Он… Он перестал быть диким зверьком и стал грациозным и теплым существом?
Сехун между тем сел рядом и спросил:
- Что там между хенами происходит?
- Ну… - я все же собрался с мыслями. – Минсок любит Чондэ. А Чен забыл о том, что вчера целовался с Сиумином. По доброй воле… В общем, в нашу жизнь ворвалась ОНА, загадочная дама Любовь.
- Почему в нашу? – хмыкнул младший.
- А потому что эти двое НАС в покое не оставят. Минсок никому больше не скажет о своих чувствах. Я сам так удачно подловил его… В нормальном состоянии хен тот еще партизан. А я не отпущу тебя, потому что теперь слишком много знаешь. К тому же… Сиумин очень эмоционален… Не хочу страдать в одиночку, - хмыкнул я, вновь подставляя лицо лучам солнца.
- А вот и эгоизм проснулся, - вновь рассмеялся Сехун. – А я уж думал, что ты вообще себя не любишь…
- Люблю. Ровно настолько, настолько это нужно. То есть, своими мечтами я ради друзей пожертвую без раздумий.
- Я постараюсь не давать тебе повода совершить подобную глупость, хен.
- Спасибо, Сехун, - улыбнулся я.
Третий шаг. Смех. Его смех над уже счастливым мной.
И пусть ночью я вновь проснусь от кошмаров. Зато день будет полон тепла и солнца. Булочка и макнэ. Первые два луча, заставляющие проснуться радугу.
Но найду ли я свое солнце?..

Восьмеркодесятка.

Вы же ждали этой главы, да? х)

Да здравствует тихая и спокойная жизнь!
Утро, вечные вопли Минсока на тему: «Почему я постоянно просыпаюсь из-за тебя раньше будильника?!», мое грациозное исчезновение от его гнева, завтрак у Сехуна и уже вопли Чена по той же причине. Совместный путь в университет, лекции, обед, который мы с донсеном проводим по уши в записях (вот только если я пишу конспекты, то Сэ их усиленно учит). Потом мои тренировки ушу и его танцы, вечера в компании Сиумина, который сейчас весь в работе над какой-то картиной, однако меня по поводу фотосессии не прекращает терроризировать… Привычный алгоритм, привычная последовательность фраз и эмоций… Но каждый день, словно маленькое чудо. Я так давно не находился в подобном тепле, что отчаянно боялся сделать что-то не так. Эти дни казались такими хрупкими, почти хрустальными. Казалось, скажешь лишнее слово, не так посмотришь, и все рассыплется мелкими осколками, ранив глупую неуклюжую душу…
В конце концов Сехун не выдержал.
- Хен, - выдал он как-то во время обеда в университете, - прекрати вести себя так, словно я палач и за неверное слово отрублю тебе голову! Все ведь нормально! Ты чего такой сжатый и напряженный?!
Я вздрогнул и поднял на него глаза. Донсен, встречный вопрос. Ты чего такой глазастый и всевидящий?..
- Мне порой кажется, что все эмоции у меня написаны на лице, - вздыхаю и бездумно рисую что-то на полях тетради.
- Не на лице, - покачал головой он. – В глазах. Пусть твой взгляд и кажется в начале пугающим, но если присмотреться, то можно многое увидеть…
- Да, с Лэем ты точно сойдешься, судя по рассказам Минсока…
- Не уходи от ответа!
- А ты задавал вопрос?
Несколько минут мальчишка смотрел на меня, а потом взъерошил и без того встрепанную шевелюру и выдохнул:
- Ты невозможен… Знаешь, мне иногда кажется, что вокруг тебя какая-то скорлупа из этого взгляда, колкостей и неприкрытой иронии в голосе. Ты так боишься внешнего мира?
- Я так отвык кому-то доверять. Слишком тяжело вновь начинать чувствовать, когда три года жил почти отшельником, общаясь лишь с опекуном и преподавателями университета. Но я исправлюсь. Обещаю.
Сехун хмыкнул и вернулся к конспектам.
- Я надеюсь.
Этот мальчишка меня поражает. Внешне – полный пофигист. Невозмутимый, спокойный, всегда в себе. Внутренне – всепонимающий, всезнающий, внимательный, улыбчивый, светлый какой-то… Он не идеализировал жизнь, но учится мириться с трудностями и идти вперед. Он немного шепелявит, когда находят сильные чувства. Он до безумия любит танцевать и часами пропадает на крыше или танцевальной студии неподалеку отсюда. Там был никому не нужный зал, и Сехун договорился с владельцем о временном использовании того. Донсен не носит брендовые вещи, почти не следит за своим внешним видом, аргументируя это тем, что внутренний облик важнее внешнего. Любит баббл-ти.
А еще Сехун однажды рассказал мне о своей семье…
О Сехун – сын одного известного модельера. Незаконнорожденный сын. Но деньги ведь делают все… Мальчика воспитывали вечные няньки и гувернантки, отец о нем почти не вспоминал. Когда Сехун стал старше, он ушел из дому и поселился в съёмной комнатушке на окраинах Сеула. Подрабатывал везде, где только можно, чтобы оплатить свою жизнь, вежливо выпроваживал гостей от отца, прилежно учился в школе и закончил ее с высшими баллами. Однако, Донсен часто переживал нападки со стороны одноклассников по поводу своей речи, одиночного проживания, хорошей учебы… Но ничего серьезного не было, однако характер мальчишка себе закалил очень хорошо.
- Сехун, ты никогда не хотел вернуться домой? – спросил я у него однажды.
- Нет, - пожал Сэ плечами. – Зачем? Его слава и деньги мне не нужны. И жить в мире лицемерия и слухов у меня нет никакого желания. Зачем переступать ради себя, чтобы соответствовать какому-либо образу?
Потрясающе. Точка зрения этого мальчишки полностью совпадала с моей. Я рад.
Меня все устраивало.
Но это было только начало.
Пара высшей математики. Зачет, по которому я получаю высший бал вместе с Луханом.
- Я с самого начала знал, что ты будешь одним из лучших, - заметил учитель Ли, отдавая мне работу.
- И как вы пришли к этому выводу? – улыбаюсь, спиной чувствуя взгляд выходящего из аудитории Лухана.
- Цзы Тао, я за свои 20 лет столько студентов повидал, что легко отличу посредственного человека от лидера. Ты лидер. Ты привык побеждать, а не проигрывать. Ты такой же, как Крис. Думаю, вы сойдетесь.
- Спасибо, - я поклонился и вышел.
И тут же был сцапан за рукав балахонистой кофты. Лухан. Окей, и что этому Сияющему мальчику от меня надо?
- Можно вопрос? – в лоб бьет он.
- Ты его уже задал, - пожимаю плечами. – Но можно.
Парень окинул меня изучающим взглядом от носков кед до красно-бордовых волос и спросил:
- Как человек, который за все время учебы не написал ни одного конспекта по высшей математике, сдал зачет по этому предмету на высший балл?
Ах, вон оно что… А я-то думал, мне тут персональное приглашение в «элиту» сделают…
Шучу. Ничего я такого не думал.
- Соперников боишься? – хмыкаю, смотря в глаза Лухану, не скрываясь. Такой мой взгляд не каждый выдержит (опробовано на опекуне, Сехуне, Минсоке, Чене и некоторых преподавателях не раз и не два).
Ну вот… Что я говорил? Лухан моментально опустил глаза, но потом, нахмурившись, упрямо взглянул на меня вновь.
- Нет. Мне интересно, что ты за вундеркинд такой, - ответил он спокойно.
- Я не вундеркинд, - усмешка. – И, кстати, что ты там говорил насчет конспектов? – вытаскиваю из сумки тетради. – Ты о них?
Глаза парня расширились, он осторожно взял из моих рук записи и пролистал их.
- Но… Ты ведь, действительно, ничего не пишешь. И ни у кого не брал конспекты… Откуда?..
Как интересно…
- Видишь, как многого ты обо мне не знаешь, - ироничная улыбка. – И, кстати, ты мной интересовался? Чем я заслужил внимание сияющей восьмеркодесятки? И чего мне ждать?
- Да, - эхом повторил Лухан. – Я многого о тебе не знаю. Но не прочь узнать. Да и остальные уже давно интересуются таинственным и необычным соседом Сиумина.
- Таинственным и необычным? – мне стало интересно.
- Ну… Во-первых, о тебе никто ничего не знает почти, даже тот же Минсок признается, что «Тао хуже вашей математики». Во-вторых, ты ни с кем почти не общаешься, кроме этого странного первокурсника Сехуна. А ведь ты эффектный и интересный. В-третьих, ты умудрился вытащить Булочку из депрессии. Я не знаю, что ты ему сказал, но Минсок перестал нас шугаться. За это тебе отдельное спасибо от всего состава… Как ты там сказал? Сияющая восьмеркодесятка? Так вот, от всех нас. Даже от Криса, который сейчас умирает со скуки в Канаде.
Канада больно ударила по сознанию. ОН был китайцем, но долгое время жил в Северной Америке, в Ванкувере.
Но я привычно запираю ненужные мысли под замок.
- Не знал, что я настолько популярен.
- Да о твоем взгляде «а-ля голодная панда» уже весь университет гудит!
- Голодная панда? А они что, настолько страшны?
- Не знаю. Вот ты страшен, когда голоден?
- Возможно…
- Ну значит, и они «возможно».
Пару раз хлопаю ресницами, а потом усмехаюсь. Да, не зря Минсок говорил, что Лухан странный. Это наша математическая черта или все же кровь бушует?..
В кармане завибрировал телефон. Сообщение.

Отправитель: Сехуни-а.
Текст: Хен, я, кажется, заболел Т_Т Я вернулся в общежитие. Если что, ищи меня там.





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!