Общее понятие о языке как феномене культурно-исторического развития

Одна из важнейших особенностей речевой деятельности, отличающей ее от других видов деятельности, заключается в особом характере ее орудий, в качестве которых выступают знаки языка.
Речевое общение осуществляется по законам того или иного языка (русского, английского, немецкого и др.), который представляет собой целостную систему фонетических (графических), лексических, грамматических и синтаксических средств и соответствующих им правил речевого общения (правил речевой коммуникации). С помощью языка как системы знаков [83 - Знак определяется в психологии как «любой материальный элемент действительности, выступающий в определенном значении и используемый для передачи информации» (128, с. 59).] осуществляется взаимодействие людей в процессе познания мира, в процессе совместной трудовой или другой общественно-полезной деятельности. Знаки языка (хотя и в измененном, «трансформированном» виде) выступают как средство осуществления РД и в такой ее специфической форме, как внутренняя речь, являющейся основным инструментом индивидуальной речемыслительной деятельности. Исходя из этого, язык можно определить как «систему знаков, функционирующих в качестве средства общения и орудия мысли» (156, с. 8).
Язык включает слова с их значениями («отношение» слова к обозначаемому им объекту реальной действительности) и синтаксис (система традиционно сложившихся норм, правил языкового построения речевых высказываний (РВ), и в первую очередь правила отбора и сочетания слов) [95, 197]. При этом опорными «строительными» элементами, из которых строится языковое сообщение, являются фонемы и графемы.
С философской точки зрения язык может рассматриваться как система общественно выработанных средств для осуществления деятельности общения. Как указывал Н.И. Жинкин, язык есть средство передачи сообщений, это его коммуникативная функция (81). Выполняя эту важнейшую функцию, язык должен обладать такими качествами, как «способность» к отражению окружающей действительности посредством определенных знаков (главным и универсальным из которых является слово), к фиксации и обобщению информации посредством определенных кодов. [84 - Код – совокупность знаков, символов (в определенной комбинации), при помощи которых информация может быть представлена (закодирована) для передачи, обработки и хранения.] А.Р. Лурия в связи с этим определял язык как сложную систему кодов, обозначающих предметы, признаки, действия или отношения, которые несут функцию передачи информации и введения ее в различные системы (148, с. 27).
«Язык имеет социальную природу. Он социален потому, что человеческое сознание, единственной формой существования которого является язык, есть общественное сознание, и всякая человеческая мысль всегда есть мысль человека как члена общества, потому что она – сознательная мысль», – подчеркивает А.А. Леонтьев (120, с. 219).
Язык как предмет и как «инструмент» интеллектуальной деятельности человека стал объектом активного исследования различных наук (и прежде всего – лингвистики) со второй половины XIX в. В XX в. проблема исследования языка в лингвистике, а позднее в психолингвистике приобрела особую актуальность. В лингвистике и психологии речи язык стал рассматриваться и как основное средство осуществления речевой коммуникации, и как феномен культурно-исторического развития.
Так, В. Гумбольдт (62) указывал, что язык – это часть «духовной культуры». По его мнению, язык есть главная деятельность не только человеческого, но и «национального духа народа». В это понятие В. Гумбольдт включал психический склад народа, его образ мыслей, философию, науку, искусство и литературу. При этом основоположник современной лингвистики полагал, что «дух народа» и его язык теснейшим образом связаны между собой.
На рубеже XIX и XX столетий в лингвистике было выдвинуто положение о том, что язык «включает в себя психический компонент» (62, 197 и др.). Внимание исследователей было сосредоточено на индивидуальном акте речи – акте, по Г. Штейнталю, целиком психическом. При этом «даже простые звуки, артикуляции обусловливаются духовным началом; как таковые они могут быть подвергнуты чисто психологическому наблюдению» (331, р. 47). Г. Штейнталь ввел в теорию языка такие понятия, как «психологический субъект», «психологический предикат» (что примерно соответствует понятиям современного коммуникативного синтаксиса: «тема» – данное и «рема» – новое).

В свою очередь, Г. Пауль выдвинул положение о том, что, все языковые средства хранятся в виде сложнейшего психического образования, состоящего из разнообразных сцеплений представлений. Эти хранимые в сознании представления обусловливают возможность повторного появления в сознании того, что уже было, а отсюда и возможность понимания или произнесения того, что ранее уже понималось или произносилось.
Из этого, по мнению Г. Пауля, следует, что любая грамматическая категория возникает на основе психологической (170).
В современном языкознании существуют два основных подхода к анализу языка: структурно-классификационный и процессуальный (23, 68, 166 и др.).
При первом, структурно-классификационном подходе в лингвистике исследуются конечные продукты речевой деятельности (т. е. речевые произведения, тексты), и сообразно своим философским или языковедческим взглядам лингвисты так или иначе классифицируют эти конечные продукты. Поэтому, к примеру, одни исследователи выделяют в русском языке 12 частей речи, а другие лишь две – существительные и глаголы, исходя из положения о том, что в мире есть только вещи и отношения, чему в языке соответствуют эти две части речи. [85 - Согласно этой концепции все «традиционные» части речи, кроме существительных (т. е. собственно глаголы, а также прилагательные, наречия, предлоги и все остальные), являются «глаголами». Правда, в предложениях и существительные могут выступать в функции предикатов. Например: «Пушкин – поэт», или: «Шёпот, робкое дыханье, трели соловья». (Прим. авт. В.К.)] При структурно-классификационном подходе человек как «носитель языка», его языковая деятельность, процесс использования знаков языка в РД не включаются в сферу исследования лингвистики.
При втором – процессуальном подходе – к анализу языка исследователи, применяя специальные методы, пытаются проникнуть в скрытые от непосредственного наблюдения этапы и операции языкового процесса и таким образом описать реальный и полный (т. е. совокупный) языковой процесс в системе речевой деятельности человека. Иначе говоря, язык изучается с учетом использования его в реальных формах деятельности человека и в реальных ситуациях для достижения реальных целей речевой и неречевой деятельности. Именно такой подход характерен для психолингвистики.
Если язык рассматривать в процессуальном аспекте и с учетом его включения в деятельность человека, то в нем (языке) выделяется три взаимосвязанных составляющих: языковая способность; языковой процесс; языковые произведения (62, 197, 218 и др.).


Первая составляющая – языковая способность — это способность к адекватному использованию средств, знаков языка для осуществления речевой деятельности во всех ее видах и формах реализации (другими словами – способность к осуществлению РД как языковой деятельности). Обязательным компонентом языковой способности является знание человеком единиц и элементов языка и правил их функционирования (действия со знаками языка).
Под правилами функционирования единиц и элементов языка понимается способность человека, во-первых, выбирать эти единицы из определенных разрядов, групп (языковых парадигм), т. е. совершать парадигматические операции, во-вторых, сочетать (комбинировать) единицы и элементы языка друг с другом, т. е. совершать синтагматические операции. Этот выбор и комбинирование осуществляются по усвоенным в онтогенезе (традиционным для данного языка) правилам, которые хранятся в памяти. Знания единиц языка и правил их употребления могут существовать у индивида на разных уровнях осознания: на уровне сознания (например, у языковеда или у индивида, владеющего письменной речью, или у владеющего речевым этикетом по отношению к выбору определенных слов, выразительных жестов, громкости голоса в определенных ситуациях общения); на уровне т. н. предсознания и, наконец, на бессознательном уровне. В «стандартных» ситуациях речевой коммуникации выбор и комбинирование большинства языковых единиц и элементов осуществляются на предсознательном и бессознательном уровнях. Мы (говорящие и слушающие) знаем правила выбора и комбинирования (они формируются в онтогенезе и хранятся в нашей памяти), но мы не всегда можем их эксплицировать (выразить, сформулировать); обычно мы либо не знаем о существовании этих правил, либо не вспоминаем о них.
Языковую способность некоторые исследователи называют «памятью языка» (т. е. памятью его единиц, элементов и правил их функционирования), «языковой компетенцией», «языковой потенцией» (т. е. системой, которую возможно реализовать при необходимости) и т. п. [87, 166, 197 и др.].
Второй компонент языка – собственно языковой процесс, т. е. реализация языковой способности. Эта реализация выражается в осуществлении комплекса взаимодействующих языковых операций, а именно: семантических, синтаксических, лексических, морфологических, морфо-синтаксических, фонематических и фонетических. Например, это операции создания т. н. «базовых» семантических структур: S – Р (субъект-предикат) или S – Р – О (субъект-предикат-объект), операции выбора, в частности, выбора используемых в РД синтаксических структур, операции извлечения слов из памяти и др.
Некоторые исследователи называют языковой процесс (интеллектуализированный в своей основе процесс использования знаков языка в речевой коммуникации) «речевой деятельностью», «речью» (175, 248). Исходя из этого, сама речевая деятельность определяется как языковой процесс, т. е. процесс порождения и восприятия разных форм речи (устной, кинетической, письменной). В свою очередь язык рассматривается как система знаков и правил их употребления.
Лингвистический подход к интерпретации речевой деятельности в психолингвистике связан с возникновением и бурным развитием трансформационно-генеративной, или «порождающей», грамматики Н. Хомского. Указывая, что язык – это множество предложений, каждое из которых имеет конечную длину и построено из конечного множества элементов, Н. Хомский отмечает, что каждое предложение может быть представлено в форме конечной последовательности фонем (или букв) (238). В предложенной им грамматической модели существуют особого рода правила или операции (в основном «трансформационные»), прилагаемые к синтаксической конструкции предложения как к единому целому. [86 - Подробнее о них см.: Леонтьев А.А. Психолингвистические единицы и порождение речевого высказывания. – М., 1969; Глухое В.П. Основы психолингвистики. – М., 2005 и др.] Разграничивая языковую способность как область лингвистики и языковую активность, относимую к области психологии, Н. Хомский рассматривает первую из них как способность говорить на данном языке, а под языковой активностью понимает те высказывания, которые производит носитель языка.
Третий компонент языка – языковые произведения, т. е. результат языкового процесса. У говорящего языковые произведения являются завершением процесса порождения речи, а у воспринимающего речь – одним из начальных звеньев процесса речевосприятия. Языковые (речевые) произведения принято также определять терминами «текст», «речевой материал».
Таким образом, язык — целостная знаковая система, состоящая из трех взаимосвязанных компонентов: языковой способности, языкового процесса и языковых произведений. Языковая деятельность (как важнейшая составляющая РД) включена в деятельность неязыковую и может выступать в ней средством функционирования всей психической деятельности и деятельности общения.
Большое внимание в лингвистике и психолингвистике уделяется проблеме взаимоотношений языка и речи. Приведем ниже основные концептуальные положения по данной проблеме, которые принимаются за основу большинством отечественных психолингвистов (59, 120, 147, 218 и др.).
Речь и язык составляют в речевой деятельности человека сложное диалектическое единство. Язык становится средством общения, речевой коммуникации и одновременно средством, инструментом мышления только в процессе речи (осуществления речевой деятельности). В свою очередь речь (как психофизиологический процесс порождения и восприятия речевых высказываний) осуществляется по правилам языка и на основе использования соответствующих знаков языка. Любое речевое высказывание подчиняется законам данного языка не только в отношении его фонетики и лексики, но и грамматики (включая синтаксис). Человек пользуется словами, принадлежащими к определенным грамматическим категориям (существительные, глаголы, прилагательные и т. д.), и соединяет их в предложении по правилам грамматики и стилистики.
Вместе с тем под влиянием ряда факторов (требования общественной практики, развитие научных знаний, взаимное влияние различных языков) речь изменяет и совершенствует язык. Как указывал Н.И. Жинкин, «язык создается в речи и постоянно в ней воспроизводится» (81, с. 32).
Речь построена из элементов языка, подчинена его законам, но она не равна, не тождественна языку. В живом процессе речи языковые единицы получают «чрезвычайную прибавку», а именно выбор, размещение, комбинирование, повторение и трансформирование. «Используясь в речи (как процессе речевого общения), знаки языка могут получать семантические наслоения, в их семантике (значении) могут происходит значительные сдвиги, т. е. они могут в той или иной степени трансформироваться. Ярким примером этого могут служить образные значения слов и словосочетаний, возникающие в речи писателей и поэтов, – метафорические, метонимические и иные» (73, с. 43).
Специфика взаимоотношений языка и речи в рамках целостной речевой деятельности отражена также в приведенной выше (см. с. 00) схеме главных образующих речевой деятельности по И.А. Зимней.

 





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!