ЭЛЕМЕНТЫ» НЕ ЭЛЕМЕНТАРНЫ

Известно, что единственный серьезный способ выявить двига­тельный материал на снаряде это создание научно обоснованной классификации движений. Упражнения на коне тоже неоднократно классифицировались специалистами, но это всегда делалось по изве­стному малонадежному способу систематизации того, что уже извес­тно и практически делается. Это всегда лишало классификацию про­гностической силы; из нее никогда нельзя было узнать ничего, кроме того, что уже знает сам автор классификации в силу своего понима­ния предмета. Главное же в том, что объектом классифицирования во всех этих случаях были упражнения, являющиеся устоявшимися сложными конструкциями, которые только по недоразумению (а также по традиции) называются «элементами», хотя на самом деле они далеко не элементарны. Таковы практически все упражнения на коне, начиная от «простых» скрещений и кругов и кончая «винтами», «проходами» и проч.

В действительности, все подобные упражнения есть соединения махов, каждый из которых, как было показано нами выше (110), есть структурный модуль, включающий в себя один цикл двух— и одно-опорных движений. Так, скрещение есть одновременное соединение двух встречных перемахов; любой простой круг — последовательное соединение двух махов; «чешский» — последовательное соединение обратного (плечом назад) и прямого (плечом вперед) «стойкли»; «русский» начинается и заканчивается такими же модулями, что и «чешский», но в середине имеет еще один или несколько модулей с поворотом в упоре по типу «вертолета» и т. д.

Нетрудно заметить, что все такие упражнения на коне выстраива­ются из элементарных модулей, подобно тому, как из букв алфавита строятся слова, из слов — фразы, а из фраз — законченные по смыслу сообщения. Аналогия здесь самая прямая: мах от одной двухопорной фазы до другой — «буква», отдельное упражнение (круг и т. п.) — «слово»; соединение кругов и подобных упражнений — «фраза», а полная комбинация на коне это, если угодно, сообщение или целый «рассказ». Ясно при этом, что «букв» может быть относительно не-


 




Конь


Кому конь — «конек»?


 


много, «слов» уже — сотни или тысячи, а изложенных с их помощью «сообщений» — неисчислимое множество! Понятно также, что стро­гая классификация этих упражнений, имеющих в своем составе и сходные, и различные модули-«буквы», крайне затруднительна или вообще не возможна. Так, считается, что «чешский», «русский» и «вертолет» это всё «круги прогнувшись». Но на каком основании? Ведь в «чешском» и «вертолете» нет ни одного общего модуля, тогда как «русский» объединяет в себе и то, и другое.

Конечно, никто не запретит гимнастам, тренерам, судьям пользо­ваться привычной терминологией, отражающей сложившиеся пред­ставления об «элементах» и их сложности-трудности. Дело здесь в другом. Пытаясь классифицировать махи на коне, следует стремиться точнее отразить их природу, истинный состав, структурный смысл.

В свое время автор этих строк публиковал детальное изложение принципов естественной классификации круговых махов на коне21. Здесь мы не будем утомлять читателя повторением этого материала, а напомнимлишь основные выводы, полученные ранее. Они таковы.

Все принципиально возможные элементарные круговые махи на коне (модули) можно сгруппировать в шесть пар характерных дви­жений, включая и некоторые, наиболее очевидные (как правило, наиболее простые) соединения. Вот эти пары:

1. Круги наместепродольно и поперек;

2. Круги продольно с переходами и противоходами;

3. Круги поперек с проходами вперед и назад;

4. Круги наместе с одноименными поворотами в упоре («вертоле­том») и в упоре сзади («углом»);

5. Круги с одноименными поворотами изупора в упор сзади («стой-кли») и изупора сзади в упор («обратный стойкий»);

6. Круги с разноименными поворотами («винты») и с форсиро­ванными одноименными поворотами («обратные винты» или «от­вертки»).

Из этих форм круговых движений, а точнее из входящих в них модулей («букв») могут строиться решительно все известные «эле­менты» на коне («слова»), а также оригинальные движения, мало ос­военные в практике и даже мало осознанные гимнастами22.

21 См.: Сб. «Гимнастика», вып.2. — М., ФиС, 1983, стр. 51.

22 В этом перечне мы, правда, не отражаем круги с выходом в стойку на руках,
так как, фактически, это упражнения, в которых свойственное махам на коне
маятникообразное движение либо теряется, либо «вырождается» в движение
типа вращения вокруг продольной оси тела (повороты в стойке).


Подобная же, но несколько более простая, картина выстраивается при классификации плоских махов на коне. Если не затрагивать такие упражнения, как скрещения с поворотами и им подобные, то все «одноножные» махи (здесь можно было бы сказать и перемахи, см. 109) группируются в зависимости от трех решающих признаков движения. Это: латеральное направление движения (одноименные-разноименные махи); сагиттальное направление движения (вперед-назад); последовательность-одновременность махов.

Соотношения этих трех признаков тоже образуют шесть харак­терных форм движений, но, в отличие от круговых махов, мы дадим здесь и некоторые соединения:

1. Одноименные перемахи вперед (из упора и упора ноги врозь) и назад (из упора сзади и упора ноги врозь);

2. Разноименные перемахи, аналогичные № 1;

3. Одноименные «круги» вперед (последовательные соединения од­ноименного перемаха вперед и разноименного назад) и назад (то же с одноименным назад и разноименным вперед);

4. Разноименные «круги» вперед и назад, аналогичные №3;

5. Прямые скрещения (одновременное соединение разноименного перемаха назад и одноименного вперед);

6. Обратные скрещения (одновременное соединение одноименного перемаха назад и разноименного вперед).

КОМУ КОНЬ - «КОНЕК»?

Специалисты знают, что идеальной конституции гимнаста быть не может в принципе. «Прирожденный прыгун» должен быть сложен не так, как «турнист»; «кольцевик» это совсем не то, что истинный «коневик». И когда толкуют об «идеальном многоборце», имея в виде телосложение и некоторые, связанные с этим, особенности дви­гательных качеств, то это вовсе не означает, что такой «идеальный гимнаст» одинаково блещет на всех видах многоборья; скорее — на­оборот: такой гимнаст, нигде не «проваливаясь», везде в чем-то недо­бирает. Его возможности поровну «разлиты» по всем снарядам, но ни один из нихнельзя, строго говоря, назвать его коронным видом.

Так для кого же конь — как вид многоборья — может, действи­тельно, стать «коньком»?

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно еще раз вспомнить, что махи на коне это — колебания тела, выполняемые вокруг его цент­ральных осей. А любое колебание характеризуется двумя основными признаками: амплитудой и частотой (периодичностью) движения.


 




Конь


Кому конь — «конек»?


 


Ясно, что для гимнаста желательна возможно большая амплитуда махов, больший их размах. Причем важна амплитуда не только, так сказать, реальная, зависящая от максимальной высоты подъема тела над опорой, но и видимая, когда впечатление о широте движения за­висит от размеров тела гимнаста. В самом деле: рослый гимнаст, да еще с относительно длинными ногами, может делать круги и не очень высокие, но движение все равно будет выглядеть амплитудным, «видным» (не случайно в манекенщицы не берут, увы, низкорослых девушек). И напротив, гимнаст-«коротышка», даже с быстрыми и широкими, по его масштабам, кругами, будет, при прочих равных условиях, проигрывать рослому сопернику. По впечатлению.

Рост гимнаста важен для коня и по соображениям темпа, частот­ности движения. Тело гимнаста на коне это, как говорилось, маят­ник. А всякий маятник имеет свой собственный период колебания. Мы хорошо знаем, что, например, длинный и массивный маятник консольных часов раскачивается относительно медленно, у него низ­кий темп движения и, соответственно, большой период колебания, а маятник «ходиков», напротив, имеет маленький период и «частит», так как сам он короток и легок.

Что, однако, лучше для гимнаста — работать в высоком темпе или, напротив, медленно, «не торопясь»?

Увы, однозначного ответа нет. Многие современные мастера ра­ботают быстро; это объясняется стремлением к выполнению более широких и высоких махов, ибо, чем больше доступная гимнасту ско­рость кругов, тем значительнее их амплитуда и подъем тела над опо­рой. Это закон. Вспомните, как интенсивно вынуждены гимнасты «крутить» круги на полу; при сниженной скорости тело неизбежно опустится, и гимнаст сразу сядет на ковер.

Но, с другой стороны, чем выше скорость всех движений, чем они быстротечнее, тем большей должна быть точность действий гимнас­та. Вспомним: обычный круг двумя длится порядка одной секунды и даже меньше, а его важнейшие — двухопорные — фазы, в ходе кото­рых гимнасттолько и может эффективно управлять махами, занима­ют не более 0,3 секунды каждая. В принципе ясно, что чем больше это время, то есть чем раньше гимнаст ставит руку на опору и позднее ее снимает, и чем спокойнее движение в целом, тем больше возможнос­тей его эффективно контролировать, тогда, как работа в лихорадочном темпе ухудшает условия управления движением и чревата сбоями.

Что же получается? Спокойные круги более надежны, но неширо­ки, а быстрые — шире, но повышают риск ошибки. Где выход из этого противоречия?


Противоречие, действительно, существует, и преодолеть его луч­ше удается гимнастам, обладающим наиболее благоприятной кон­ституцией, при которой тело имеет во время махов относительно большой период колебаний, позволяющий гимнасту даже при широ­кой амплитуде движений (требующей повышенной скорости махов) действовать относительно спокойно.

Что это за конституция? Здесь опять и опять нужно вспомнить о свойствах физического маятника: маятник имеет тем больший пери­од колебаний, чем он массивнее и длиннее. Из этого как бы вытекает, что и «коневик» должен быть гимнастом не только рослым, но и мас­сивным. Но тут опять коса находит на камень: зачем же гимнасту быть тяжелым?

К счастью, здесь природа идет нам, наконец, навстречу: чтобы иметь естественно возникающий при махах на коне «спокойный» темп, не обязательно быть тяжелым; гимнасту достаточно иметь лег­кие, «сухие», но относительно длинные ноги (так именно был сло­жен непревзойденный, в свое время в, СССР «коневик» Юрий Хари­тонов).

А как же быть, спросит читатель, если природа не подарила гимна­сту такого телосложения? Что ж, это тоже не беда. Хорошая техничес­кая подготовка на коне, когда гимнаст с самого начала приучается выполнять круговые махи не только ногами, «от таза» (что в любом случае — грубейшая ошибка), а — всем телом, «от плеча», позволяет достойно выглядеть на коне практически любому гимнасту, что и доказали в свое время (но не сразу!) японские, корейские, китайские мастера.

(И еще одно. В процессе обучения круговым движениям, атакже при коррекции некоторых особенно устойчивых ошибок, характер­ных для гимнастов с неудачным для коня телосложением, возможно временное применение приема искусственного замедления темпа движения с помощью утяжелителей на ногах. Это могут быть манже­ты с дробью на щиколотках, свинцовые прокладки в тапочках и т. п. приспособления весом в несколько сотен граммов; чем ниже распо­ложена такая масса, тем меньше может быть ее вес. Работа с утяжели -телями как бы удлиняет ноги гимнаста, дает ему новый, более низ­кий темп кругов, позволяющий прочувствовать движение заново и избавиться от ошибок торопливой работы. Возвращаться кобычной работе после этого лучше, постепенно уменьшая вес накладок и ни в коем случае не допуская повторения ранее имевших место ошибок).

Но вернемся к теме о «прирожденном коневике». Для работы на коне важны не только абсолютные длиннотные показатели тела


 




конь________________________________________________

(рост, длина ног), влияющие на темп махов, но и соотношения этих показателей, то есть собственно конституция. Хорошо известно, что гимнасту на коне полезно иметь «длинные руки». Здесь, собственно, речь идет не об абсолютной длине верхних конечностей, а об их размерах сравнительно с туловищем: чем длиннее руки гимнаста (или короче туловище!), тем выше таз спортсмена располагается над опорой и тем легче, надежнее исполнитель может манипулировать в упорах, особенно — в упорах сзади. «Длинную» руку можно раньше поставить на опору, позднее снять оттуда и увеличить тем самым дву-хопорную фазу движения, сделав работу более мягкой, надежно уп­равляемой. Впрочем, все это хорошо известно, как и то, что руку можно и должно «удлинять» благодаря высокой и активной посадке вплечах(ПЗ).

Подведем итог. Какова же морфологическая модель «коневика»?

Коротко, так: это довольно рослый (близко к 180 см), сухощавый гимнаст с длинными, но легкими ногами и относительно длинными руками, кисти которых в положении стоя опускаются заметно ниже тазобедренных суставов.

Но обеспечит ли хорошее телосложение, само по себе, успех на коне? Вовсе не обязательно. Добрая конституция это лишь один из факторов такого возможного успеха, и об этом мы уже говорили выше.

ПЛЕЧЕВОЙ «НАСОС»

Все знают, что на коне нужно «сидеть высоко». Высокая посадка вырабатывается с самого начала углубленной подготовки; гимнаст должен научиться непрерывно выжиматься вверх не только усилия­ми мышц плечевого пояса, но и за счет характерного для коня «ссуту-ливания», позволяющего дополнительно приподнять спину и таз от­носительно опоры (рис. 97-а). Но, как будет видно ниже, работа в плечах нужна далеко не только для того, чтобы просто поддерживать рациональную осанку. Эта работа — важнейший компонент управле­ния махами на коне, и по этой причине она не может быть примитив­но однотонной. В действительности, высокая посадка—лишь общий желательный фон, на котором разворачиваются активные управляю­щие действия в плечах.

Часто гимнаст вынужден довольствоваться некоторой усреднен-но-высокой посадкой (б), а в ряде случаев не только допустима, но и желательна «проваленная» посадка, когда плечевой пояс опускается относительно плечевых суставов, а мышцы плечевого пояса в значи-


Плечевой «насос»

тельной мере расслаблены. То обстоятельство, что руки спортсмена при этом «укорачиваются» (в), не имеет значения, так как подобная техника используется, по преимуществу, в плоских махах типа скре­щений. Смысл этой техники — в использовании рессорной функции плечевого пояса при значительных вертикальных нагрузках и в предварительном натяжении мышц, осуществляющих в дальнейшем мощное отталкивание. О биомеханике этого технического приема уже шла речь в сюжете «Плечи-рессоры», посвященном махам на брусьях (57), и мы не будем повторяться. Отметим лишь, что работа в упоре и там, и здесь строится принципиально одинаково, хотя пере­грузки при мощных махах на брусьях, конечно, гораздо выше, чем на коне. (Еще один нюанс: в упоре на руках на брусьях — не путать с собственно упором! — недопустимо расслабление, тогда как в упорах и на брусьях, и коне это не только возможно, но, в определенных ситуациях, и должно!).

Вернемся теперь к тезису об управлении движениями на коне за счет работы в плечах.

Что это за управление и как оно осуществляется? Рассмотрим этот важный вопрос на примере плоских махов.


                   
   
     
 
     
 
       
 

конь______________________________________________________

Нарис. ^схематически показано, как гимнаст, используя двухо-порное положение, приводит в движение «маятник» всего своего тела. Это — базовое действие, к которому добавляется собственно мах ногами. Основную роль здесь играют те самые действия в плечевом поясе, которые были изображены на.рис. 97. Но тут они носят асим­метричный характер, когда высокое положение одного плеча (под­нятого «к уху»; плечевой пояс с этой стороны провален) сочетается с низким расположением другого (рука активно нажимает вниз и уд­линяется). В результате весь опорный параллелограмм, в зависимос­ти от соотношения действий в плечах, наклоняется (для гимнаста) либо влево (а), либо вправо (в), либо, при равном положении в пле­чах, вместе с телом располагается в промежуточном, вертикальном положении (б). Подчеркнем, что плечевой пояс при таких действиях с обеих сторон работает активно: если одна рука нажимает на опору вниз, то другая, соответственно, подтягивает ручку коня вверх (правда, в упоре рукой на теле это невозможно, можно лишь рассла­бить с этой стороны плечевой пояс). При этом отталкивание-притя­гивание идет всегда вдоль тела (параллельно позвоночнику), и направление действия меняется вместе с наклоном всей систе-

мы (см. вектора нарис. 9б-а, в). С физической точки зрения, такие действия в плечах, похожие на дет­ское упражнение «насос», пред­ставляют собой использование так называемой пары сил, которая, как известно, вызывает вращение тела в определенную сторону, не давая при этом перемещения. В наиболее непосредственном и наглядном виде действия «насоса» можно лег­ко проследить в упоре на брусьях, где маху ногами в сторону жердей (то есть влево-вправо) ничто не ме­шает. Такое упражнение на брусь­ях, кстати, вообще полезно нович­кам, осваивающим коня.


Заметим еще, что воздействие руками на опору по горизонтали (рис. 99) тоже может давать смеще­ние плеч в лицевой плоскости, но при этом (в отличие отпредыдуще-


го случая) в сторону уходит все тело с переносом его веса вдоль коня. Такие действия бывают не­обходимы при исполнении упраж­нений типа переходов; при этом, вызывая перемещение всего тела из одной опорной зоны в другую, они не вмешиваются в его вра­щение и, на амплитуду махов не влияют.

Итак, работая в плечах от опо­ры, гимнаст может инициировать маятникообразый мах всем телом. Это — ключевой момент управле­ния большинством движений на коне, в особенности — при кругах двумя. Но мы знаем, что конь — это «махи ногами». Естествен воп­рос: какова же роль собственно ма-

хового движения ногами? Как оно соотносится с действиями в пле­чах? Этот важный вопрос мы обсудим отдельно (114,115,118).





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.


ТОП 5 активных страниц!