Эмоционольная травма дочери, присущая ее отношениям с отцом 12 глава

В сказке «Король-Лягушонок» королевна берет на себя от­ветственность за гнев, когда бросает лягушонка о стену. Она об-


ращает внимание на свои фемининные инстинкты и чувства и доверяет им, когда поступает, следуя своему чувству отвращения и не подчиняясь воле отца. Впервые встретив лягушонка, она была беспомощной маленькой девочкой, которая упустила свой золотой мячик; точно так же многие женщины теряют доступ к ядру своей фемининной духовности. И как беспомощная девоч­ка, королевна дала обещание, которое не захотела выполнить. Как это характерно для многих женщин, которые меняют свою независимость на обещание покоя и материального благополу­чия. То же самое происходит в сказке «Желтый карлик», когда принцесса ощущает свою беспомощность перед яростью прибли­жающихся львов и обещает выйти замуж за немилого несимпа­тичного карлика, чтобы спасти себе жизнь. Однако в той сказке принцесса не рискует вступить в открытую конфронтацию ни с львами, ни с карликом, а потому она обречена на саморазруше­ние из-за беспомощности и жалости к себе. В сказке «Король-Лягушонок» происходит трансформация, так как принцесса в конце концов принимает на себя ответственность за свои феми­нинные чувства и настаивает на них. В выражении ярости она освобождает от колдовских чар королевича, заключенного в тело противного лягушонка. Когда она проявляет уверенность в себе и бросает лягушонка о стену, тот превращается в человека и ста­новится ее возлюбленным. Таким образом, проявление ярости не исключает возможной близости в отношениях.

Современным женщинам нужно так поступать не только в личной, но и в общественной жизни. В наше время многие жен­щины гневаются, потому что фемининные ценности остаются униженными. Поэтому нужно стараться укреплять уверенность в себе исходя из собственного фемининного опыта, хотя для это­го рано или поздно придется выразить свой гнев. Некоторые «культурные лягушата» (проекции и предрассудки) вполне дос­тойны того, чтобы их бросили о стену. Но в конечном счете гнев должен быть не только искренним, но и хорошо сформирован­ным и эффективно сосредоточенным. Осознанная осведомлен­ность женщин о своей энергии, а также о том, как ее использо­вать, может удержать их от дачи ложных обещаний, которые ос­тавят ее в беспомощности. Научившись вступать в контакт со своей яростью, женщина сможет лучше осознавать и ту не нахо­дящую выхода культурную ярость, которая в самом худшем слу­чае ведет к войнам и гонениям.


 


164


Глава 6


Ярость




«Король-Лягушонок» - это сказка о прорвавшейся ярости, которая между тем может помочь пробудить сознание. Но как только женщины начинают осознавать свою ярость, они принима­ют на себя ответственность за то, чтобы придать ей форму внеш­него выражения. Это очень хорошо выразил Рильке в Реквиеме, написанном им на смерть, молодого поэта, который уступил сво­им измученным чувствам и совершил самоубийство96:

О старый бич поэтов,

что сетуют, тогда как в сказе суть;

что вечно судят о своих влеченьях,

а дело в лепке; что еще поднесь

воображают, будто им известно,

что грустного, что радостного в них,

и будто дело рифм греметь об этом

с прискорбьем или с торжеством. Их речь,

как у больных; они тебе опишут,

что у кого болит, взамен того,

чтобы самим преобразиться в слово,

как в ярости труда каменотес

становится безмолвьем стен соборных.

Вот где спасенье было. Если б раз

ты подсмотрел, как рок вступает в строку,

чтоб навсегда остаться в ней и стать

подобием, и только, - равносильным

портрету предка (вот он на стене;

он схож с тобой, и он не схож) - тогда бы

ты выдержал.

В мифе об Амуре и Психее можно найти способ, позволяю­щий вступить в контакт с яростью и ее трансформировать. В этом мифе Психея потеряла связь со своим возлюбленным, Эросом, и пытается ее восстановить; для этого ей приходится выполнять за­дания, которые ей дает Афродита, ревнивая мать Эроса. Задания кажутся невыполнимыми, и Психея приходит в отчаяние. Одно из заданий состоит в том, чтобы Психея принесла ей золотое руно, шерсть, которую нужно взять у диких овец. Будучи уверенной в


том, что эта задача невыполнима, и ощущая себя совершенно бес­помощной, Психея отправилась к реке, чтобы утопиться. Но нео­жиданно она услышала мелодичный голос, который рассказал ей, что нужно сделать. Этот голос исходил от добросердечного зеле­ного тростника, растущего на мелководье. Вот что он сказал:

Психея, столько бед испытавшая, не пятнай священных вод этих несчастною своею смертью и смотри не приближайся в этот час к ужасным овцам: когда палит их солнечный зной, на них обычно нападает дикое бешенство, и они причиняют гибель смертным то острыми рогами, то лбами каменными, а подчас ядовитыми укуса­ми. Когда же после полудня спадет солнечный жар и приятная реч­ная прохлада стадо успокоит, тогда ты можешь спрятаться под тем широчайшим платаном, что черпает себе влагу из той же реки, что и я. И как только утихнет бешенство овец и они вернутся в свое обычное состояние, ты найдешь золотую шерсть, застрявшую по­всюду среди переплетенных ветвей, - стоит лишь потрясти листву

соседних деревьев,

В данном случае секрет состоял в том, что нельзя было при­ближаться к диким овцам, так как они обладали дикой безумной и просто убийственной яростью. Чтобы сделать доступной их энергию, нужно спокойно ждать и собрать их шерсть с колючего кустарника. Прямое столкновение Психеи с буйной силой диких овец привело бы ее к гибели: они бы разорвали ее на части. Иног­да вследствие глубоких эмоциональных травм ярость женщины оказывается настолько взрывной, что разрушает ее межличност­ные отношения. Как обезумевшие овцы, ярость сметает своей аг­рессией всех, кто встречается у нее на пути. Такая ярость часто имеет свои истоки в ощущении, что ее покинули, предали и отвер­гли, которые могут возвращать женщину к ее отношениям с отцом и которые могут возникать снова и снова в значимых для нее от­ношениях. Зачастую ярость смешивается с чувствами ревности и мести, которые обладают достаточной силой, чтобы погубить лю­бые отношения и способность женщины любить и уважать себя. Примером крайности может послужить Медея, героиня древне­греческой трагедии, которая, когда ее предал возлюбленный -


 


96 Rainer Maria Rilke, Requiem, and other Poems, trans. J.B. Leishman (London: The Hogarth Press, 1957), p. 140. (В рус. переводе: Рильке P.M. Избранные сочи­нения. - М.: Рипол-Классик, 1998. Пер. Б. Пастернака.)


97 Erich Neumann, Amor and Psyhe (Princeton, N.J.: Princeton University Press, 1971), p. 43-44. (В рус. переводе: Апулей. Апология. Метаморфозы. Фло­риды. - М.: Наука, 1960.)


 


166


Глава 6


Ярость



Ясон, из мести убила их общих детей. Многие женщины разруша­ют свои отношения похожим образом - постоянными истеричес­кими припадками или угрозами или попытками самоубийства. Склонность Психеи к саморазрушению свидетельствует о ее одер­жимости смертельной формой агрессии, которая направлена внутрь и грозит обернуться против нее.

Пока Психея терпеливо ожидает возможности собрать золо­тое руно диких овец, при этом не столкнувшись с их буйной энер­гией, ей открывается доступ к золотой творческой энергии, и при этом она остается в живых. Чтобы придать форму энергии ярос­ти, нужно получить доступ к ее неразрушающему аспекту, чтобы человека не охватывала одержимость. Для этого необходимы спо­койствие и мудрость в ожидании действия в нужный момент, ког­да будут и необходимые для этого знания. Если человек одержим яростью и «взрывается» в самое неподходящее время, то энергия обычно тратится впустую и результат оказывается прямо проти­воположным. Другие люди или коллектив видят только бурную реакцию, а не то, что за ней стоит. А это очень важно. Чтобы со­знательно различать переживания разных сторон ярости, надо уметь отделить ту долю ярости, которая представляет собой по­давленный гнев на отца, от доли ярости, которая относится к са­мой женщине и ее ситуации. Первое задание, которое должна была выполнить Психея, - рассортировать перемешанные зерна. Эта куча зерна была такой огромной, что задача казалась невыпол­нимой. Однако появились труженики-муравьи, которые помогли Психее справиться с работой.. Иногда кажется невозможным вы­делить разные элементы ярости. Определить, какая доля ярости действительно относится к вам, а какая - к другим людям, к ро­дителям или даже культуре, - невероятно сложная задача. Но не решив ее, зачастую можно оказаться в ужасном положении Дана­ид, хорошо известных в древнегреческой мифологии.

Пятьдесят дочерей царя Даная - Данаиды с согласия отца были выданы замуж за двоюродных братьев, домогавшихся их любви. Однако отец каждой дочери выдал кинжал, которым она могла бы в первую брачную ночь убить супруга. Сорок девять до­черей послушались отца и закололи кинжалом своих мужей, и за совершенное злодеяние они должны были в царстве Аида напол­нять водой громадный сосуд, у которого не было дна. Поскольку сосуд был бездонным, то и их труд был бесконечным, а задача -невыполнимой. Единственная из дочерей, Гипермнестра, ослуша-


лась своего отца: чувствуя симпатию к своему мужу, она раз­будила его и тайком вывела из дворца. Благодаря вмешательству Афродиты она избежала приговора, вынесенного остальным до­черям. Отыгрывать невыраженную' отцовскую ярость - зна­чит уподобиться Данаидам, которые были отданы в жены не­достойным женихам, а затем поубивали своих мужей с отцов­ской яростью и в конечном счете были приговорены к жуткому и бессмысленному наказанию. На индивидуальном уровне это про­исходит, если женщина, одержимая невыраженным гневом, по­рожденным отношениями с отцом, обратит его внутрь, возможно, в попытке совершить самоубийство или в каком-то ином самораз­рушающем поведении, тем самым уничтожая все шансы построить и сохранить отношения с окружающими. На культурном уровне невыраженная патриархальная ярость в отношении к фемининно-сти может периодически проявляться у женщин, не получивших представления о ее ценности; и, следовательно, в слепом подража­нии или угождении маскулинности они в итоге потеряют способ­ность сформировать свою фемининность.

Обратить ярость на пользу себе можно, также сохранив то, что уже было сформировано, в этом, по существу, и заключалось третье задание Психеи. К тому же именно это не смогли сделать Данаиды. После того как Психея собрала золотую шерсть диких овец, она получила третье задание: наполнить хрустальный кув­шин водой из священной реки Стикс. Поток, падавший с высочай­шего горного утеса, охраняли чудовища; их рев, доносившийся до Психеи, заставлял ее усомниться в том, что она сможет это сде­лать. Однако посланный Зевсом благородный орел взял в клюв хрустальный кувшин и, высоко взлетев, наполнил его водой. Взять воду из потока, соединяющего в себе высшее (вершина уте­са) и низшее (подземный мир) - значит иметь способность полу­чать энергию из потока жизни, соединяющего в себе сознание и бессознательное, и направлять ее в нужное русло. Для этого необ­ходима сила: чтобы воспарить вверх и показать свою творческую энергию миру, при этом не став жертвой тревожных голосов, вос­клицающих: «У тебя ничего не получится». Обладать энергией и формировать ее - значит не растрачивать силы на аморфную ярость, а творчески ее утверждать. Это может быть и в политике или любой другой деятельности, а также в воспитании детей, в межличностных отношениях, а чаще всего - в нашем бытии, в обычной человеческой жизни.


 


168


Глава 6


Ярость



В следующем стихотворении «Апофеоз» прекрасно выраже­на трансформация ярости:

Ни боль,

ни иное чувство,

а просто хвост от кометы '

импульса

уверенности,

что все это -

одно,

что прежняя ярость -

это любовь и власть,

притом уже иссохшие.98

В конечном счете, трансформация ярости делает женщину сильной, так что, обладая творческой энергией и женской мудро­стью, она будет развиваться сама, помогать в этом другим и в це­лом способствовать развитию культуры. Принятие ярости и ее трансформация позволят высвободить и раскрыть фемининную силу и духовность, которые смогут избавить от колдовского зак­лятия женщину с эмоциональной травмой и наконец исцелить травму, порожденную отцовско-дочерними отношениями.


Глава 7

Слезы

Есть дворец, открытый только для слез.

Зогар

Слезы текут по щекам раненой женщины, женщины, имеющей эмоциональную травму. Слезы могут замерзнуть и застыть в форме сосулек, острых, как кинжал. Или же они могут течь стре­мительным потоком, который может затопить островок земли, на котором стоит женщина. Но слезы могут и литься плодо­родным дождем, создающим возможность роста и весеннего воз­рождения.

Когда слезы замерзают в виде острых, как кинжал, сосулек, они сковывают льдом женщину и все ее отношения. Подобно взгляду Медузы Горгоны, эти застывшие слезы могут превращать мужчину в камень; в камень может превратиться и сердце самой женщины. Такие слезы не будут освобождением или облегчением, душа застывает и перестает развиваться, когда она подавлена горь­ким возмущением и обидой.

Что касается текущих слез, то они селевым потоком сметают все на своем пути. Кроме того, трясина горестей не дает возмож­ность двигаться, опереться ногами на твердую почву. Потоки слез могут увлечь женщину с эмоциональной травмой в пучины скор­би и жалости к себе.

Хотя застывшие сосульки и селевые потоки, в конечном счете, не могут освободить женщину от травмы, но эти слезы буквально разрывают на части99 и разверзают человеческую душу. Как и ярость, слезы могут принести женщине облегчение


 


98 Dawn Brett, "Apotheosis" (неопубликованное стихотворение).


99 В данном случае автор пользуется тем, что существительное «слеза» (tear) и глагол «рвать, разрывать» (to tear) по-английски пишутся одинаково. -Примеч. пер.


 


Слезы



и помочь ей исцелиться от эмоциональной травмы или как-то с нею жить.

Нездоровые отношения с отцом зачастую нарушают и отно­шение женщины к слезам. Некоторые отцы боятся показать свои слезы, поэтому не разрешают плакать своим женам и дочерям. В сновидениях женщин мне часто встречалась следующая тема: отец откупается слезами дочери. Один способ, каким отец может это сделать, - сохранять приятную Персону, побуждающую его детей выглядеть веселыми и неунывающими. В таком случае плач считается признаком поражения и слабости. В других случаях отцы могут запрещать дочерям плакать, ибо на работе следует за­ниматься делом, соблюдая дисциплину. И есть отцы, которые сами утонули в пьяных слезах и, вероятно, заставляют своих до­черей бояться слез.

Следующее сновидение может послужить примером силы, которая заключена в слезах.

Я должна выступать вместо другой женщины на музыкальном ве­чере. Мой друг должен петь и играть на гитаре. Я не знала песен, но была уверена, что смогу сымпровизировать. За кулисами перед вы­ходом на сцену ко мне подошел человек маленького роста. В тече­ние всего сна он вел себя совершенно безразлично. Он все время предлагал мне выпить красного вина, но с условием, что если я про­лью его на себя, то окажусь в его власти. Я выпила белого вина и перрье100 и подумала, что мне нечего бояться. Затем появился мой сын, и мужчина сказал, что если мой сын порежется до крови, то он окажется в его власти. Я попросила сына быть осторожней; тем вре­менем мужчина превратился в котенка. Сперва я предупредила сына, чтобы он не трогал котенка, но потом решила, что в этом нет ничего страшного, ведь это просто прелестный маленький котенок. Сын стал играть с котенком, и тот его поцарапал. Тогда котенок снова превратился в мужчину и сказал: «Теперь твой сын в моей власти!» Я рассердилась, и когда появился муж, спросила у него: «Это неправда, не так ли?» Но мой муж решил, что тот мужчина прав. Наверное, прошло какое-то время, быть может, я даже про­снулась, а затем я заплакала, и заклятие, наложенное на моего сына, исчезло. Мои слезы спасли его!

пер.

1 Перрье - знаменитая французская марка минеральной воды. - Примеч.


Это сновидение - одно из серии снов о «водном пути», в ко­торых вода приносит освобождение. Раньше той женщине при­снился сон, где ее преследовал человек из каменной соли, кото­рый, по ее ощущениям, символизировал ее высохшие слезы и склонность к одержимости внутренней маскулинностью, которая была очень требовательной и строгой. Ее отец оставил семью, ког­да ей исполнилось десять лет. Он никогда не писал ей писем и не присылал подарков, хотя она поздравляла его с Рождеством и днем рождения. По существу, он ее игнорировал, и в душе она пыталась найти этому объяснение. Достигнув подросткового воз­раста, она перестала слушаться и стала себя вести в соответствии с паттерном «никчемной». Она стала употреблять наркотики и пускаться в опасные приключения: однажды, путешествуя авто­стопом, она попала в руки человека, который издевался над ней и чуть ее не убил. Она была сильной и дерзкой, и из «никчемной» превратилась в борца. Обладая чрезвычайно сильной интуицией и при этом способностью четко формулировать свои мысли, она пыталась объяснить окружающим, что у них не так и как с этим быть. Часто она оказывалась права, но, поскольку у нее был на­рушен контакт со сферой своих чувств и она тщательно скры­вала свою уязвимость, ей недоставало мягкости и терпимости, и она часто задевала чувства других людей. А поскольку в их глазах она была сильной и жесткой, люди считали ее способной на все, а потому часто ее осуждали, не обращая внимания на ее уязвимость. Такое обращение ее возмущало, однако она была не в состоянии ни выразить свои чувства, ни определить собственные потребности.

Все выглядело так, будто изнутри над ней издевался требо­вательный внутренний мужчина, который все время ожидал от нее совершенства и целеустремленности и не давал ей ни минуты покоя. Требования внутреннего мужчины были просто запредель­ными, он хотел слишком многого, так что было трудно не только раскрыть свои способности, но и даже жить в соответствии с та­кими сверхчеловеческими идеалами. Она помнила, что ее отец был перфекционистом и она постоянно оказывалась в тупике, не в состоянии ни постоянно доставлять ему удовольствие, ни посто­янно его осаживать. А теперь ей стало казаться, что она сама одер­жима этим жестким перфекционизмом, который в сновидении символизировал зловещий мужчина с пустым выражением лица, жаждавший ее заколдовать. Но это заклятие можно было снять


 


172


Глава 7


Слезы



только слезами. Это значило дать себе право на чувства и позво­лить себе их выражать, а не скрывать за внешней ожесточенностью. Это значило позволить себе легче относиться к другим и к самой себе - в частности, к своим ожиданиям и потребностям феминин­ного тела. Это также означало принять свои эмоциональные трав­мы и злую дьявольскую силу. Она чувствовала, что в том сне про­лить на себя красное вино означало бы признать свое несовершен­ство и смирение. В сновидении ей удалось этого избежать, но не удалось избежать кровоточащих царапин у сына. Она чувствовала, что ей следует признать свою уязвимость и власть, которую имел над ней этот мужчина, прежде чем колдовское заклятие разрушит­ся. А своими слезами она признала существование травмы.

У многих женщин в психотерапии происходит прорыв, ког­да они просто позволяют себе расслабиться и заплакать, тем са­мым выражая свои травмы. Довольно часто, плача, они чувствуют стыд и унижение. И вместе с тем их слезы часто приносят пользу и вселяют надежду, ибо они разрушают их защиты и становятся свидетельством существующей травмы, которую нужно принять, прежде чем ее исцелить. Как сказала одна женщина: «Когда чело­век плачет и не может назвать причину, это приносит огромное облегчение. Раньше я думала, что у меня всегда должен быть от­вет или объяснение. Возможность плакать во время терапии в присутствии внимательного психотерапевта позволила мне полно­стью признать свою боль и ощутить свою рану».

Другой женщине приснилось, что она попала в ужасную бурю, и ливень того гляди затопит дорогу, так что ее машина не сможет ехать. При этом, подняв голову и посмотрев в грозовое небо, она увидела за тучами сияние. Шквал неподконтрольных эмоций заслонял от нее свет нового видения. Эта женщина в ос­новном проживала свою жизнь как «покорная, преисполненная долга дочь», угождая другим людям. Ее мать была калекой, и ей приходилось о ней заботиться. Мать кричала от боли, а дочь ста­ралась ее успокоить. Ее отец физически был практически глу­хим, а психологически он полностью отвернулся от своей жены и дочери. Он не слышал их плача. Ее бабушка была суровой су­дьей-моралисткой, отрицавшей всякую ценность чувств. Дочь не видела ни проявления эмоциональной чуткости, ни реального за­ботливого отношения к себе ни от кого из взрослых членов сво­ей семьи. Ей не позволялось проявлять свои чувства и уделять им внимание. Вместо этого она превратилась в сиделку и, буду-


чи ребенком, вела жизнь покорной прислуги, поэтому в конеч­ном счете ушла в монастырь, где и провела первые двадцать лет своей взрослой жизни. Развивая духовную и интеллектуальную сторону своей личности, она не признавала существования эмо­ций и сексуальности. Покинув стены монастыря, она стала отча­янно искать близких отношений. Однако ее паттерн заключался в том, чтобы помогать другим, угождать им, чтобы заслужить их любовь. Если она не получала от них отклика на уровне физичес­кой или эмоциональной близости, то чувствовала, что ей больно и что ее просто используют. На протяжении многих лет она не позволяла себе плакать о своем непрожитом детстве, о том, что была лишена физической и эмоциональной близости, и теперь эти слезы требовали выхода. Ей нужно было пережить бурю осознания своей непрожитой жизни, прежде чем она сможет про­двигаться вперед в своем развитии. Ей нужно было выразить свою боль. И как показал сон, после бури и слез из-за туч пока­залось солнце и осветило путь, а в последних каплях дождя ро­дилась радуга, несущая радость.

Образ освобождающего дождя, символизирующего слезы трансформации, появляется в сновидениях многих женщин. И он часто встречается в поэзии. Объемный поэтический цикл Рильке «Дуинские элегии» завершается образом дождя. В «Ду-инских элегиях» выражается горестное стенание о человеческой жизни: «Кто из ангельских воинств услышал бы крик мой?.. Ста­ло быть, лучше сдержаться и вновь проглотить свой призывный, / Темный свой плач»101. Рильке образно описывает, какое зна­чение имеет рана в жизни человека; он пишет об отчаянии, оди­ночестве и беспомощности людей с эмоциональной травмой: это и мужчины, и женщины, они ощущают мимолетность жизни, их мучают страхи, противоречия, они понимают, что несовер­шенны и не могут иметь все, что хотят; и как только они на­чинают чувствовать иронию в фактах мировой истории и госу­дарственной политике, в войнах и правосудии, то наконец при­знают близость наступления неминуемой смерти. Рильке сам был в отчаянии, когда начал писать «Дуинские элегии». Для завершения этого поэтического цикла ему потребовалось де-

101 Rainer Maria Rilke, Duino Elegies, trans. J.B. Leishman and Stephen Spender (New York: W.W. Norton & Co., Inc., 1963), p. 21. (В рус. переводе: Риль­ке P.M. Дуинские элегии // Рильке P.M. Часослов. - Пер. В. Микушевича. - М: ACT; Харьков: Фолио, 2000. - С. 301. Элегия 1.)


 


 



Глава 7


Слезы



сять лет. На протяжении этих десяти лет своего творчества он приходил в ярость и рыдал. Но в конце концов ему открылся смысл всех его страданий. Наконец, он смог оторваться от сте­наний, чтобы воздать страданиям хвалу, осознавая, что они являются болезнью роста, необходимой в определенное время на определенном этапе развития. Рильке осознал, что источ­ником и грусти, и радости является один и тот же «вечный по­ток», жизнь и смерть - две области одного царства. А значит, хотя мы склонны думать, что боли, уныния и других тягостных состояний можно избежать, и связывать счастье с хорошим на­строением и жизненными успехами, в конечном счете, одно яв­ляется частью другого. Дождь является поэтическим образом вечного круговорота жизни, через смерть и возрождение. Вот как пишет об этом Рильке, торжественно и с надеждой завершая цикл «Дуинских элегий»:

Может быть, мертвые нас разбудили бы знаменьем неким?

Явили бы нам хоть сережки на голой лещине

Или дождик весенний,

Падающий на темное царство земное.

И мы, привыкшие мыслить

Счастье в подъеме, были бы тронуты,

Были бы поражены,

Когда падает счастье.102

Освобождение посредством слез происходит в сказке братьев Гримм «Девушка-безручка»103: В этой сказке также изображена травма, вызванная отцовско-дочерними отношениями. В ней ли­шившийся работы и достатка мельник встретил в лесу старика, который пообещал дать ему огромное богатство, если тот отдаст ему то, что стоит у него за мельницей. Подумав, что за мельницей нет ничего ценного, - за ней стояла только одна яблоня, - мельник согласился. Но оказалось, что за мельницей находилась дочь мель­ника, которая в то время подметала двор, а старик, повстречавший­ся мельнику в лесу, оказался дьяволом. Таким образом, мельник пообещал отдать дочь дьяволу - так очень часто поступают отцы,

102 Ibid., p. 85. (Там же, с. 326. Элегия 10.)

103 Grimm Brothers, The Complete Grimm's Fairy Tales, p. 160-165. (В рус. пе­
реводе: Братья Гримм. Девушка-безручка // Братья Гримм. Сказки. - М.: Худо­
жественная литература, 1978. - С. 102.)


имеющие эмоциональную травму. Отец пошел на это, думая, что у него нет ничего ценного, что ему нечего терять, а значит, с его сто­роны не будет никакой жертвы. Однако он забыл о ценности сво­ей дочери и тем самым обесценил и дочь, и себя как отца.

Узнав, что отец пообещал отдать ее дьяволу, девушка чисто вымылась, чтобы не попасть ему в лапы. Тогда дьявол велел мельнику убрать от нее всю воду, чтобы она не могла больше мыться, иначе у него не будет над ней никакой власти. Мельник испугался и исполнил все, что тот ему повелел. Дьявол вернул­ся на следующее утро, но девушка так много плакала, что омыла слезами руки и они остались чисты. Так как дьявол снова не смог к ней приблизиться, он в ярости велел мельнику отрубить дочери обе руки и на следующей день грозил за ней вернуться. Мельник пришел в ужас, но дьявол предупредил, что если мель­ник не отрубит руки дочери, он унесет его самого. Тогда девуш­ка протянула отцу обе руки и дала их себе обрубить. В третий раз явился дьявол, но дочь так долго и так много плакала над своими обрубками, что и их успела омыть своими слезами. Тог­да дьяволу пришлось отступиться, но девушка осталась безру­кой. Отец обещал ее содержать всю оставшуюся жизнь, но де­вушка велела привязать ей искалеченные руки за спину и с вос­ходом солнца пустилась в путь.

В данном случае дочь видит слабость отца и понимает, что она не может на него надеяться и должна жить самостоятельно. Однако отсутствие у нее рук означает, что она не может развивать деятельность Эго в качестве компенсации. Ее слезы спасают ее от дьявола и отдаляют от безответственного отца. В результате она пошла своим путем через дремучий лес. Там она обратилась с мо­литвой к Господу Богу, веря в могучие исцеляющие силы приро­ды. К ней сошел ангел, чтобы ей помочь, и она увидела грушевое дерево, на котором росли чудесные плоды. Она подошла к дереву и съела грушу прямо с ветки, так как у нее не было рук. Это дере­во принадлежало королю, который, увидев девушку, сразу в нее влюбился и женился на ней. Он сделал ей новые, серебряные руки. Но затем королю и королеве пришлось расстаться, потому что ко­ролю пришлось пойти на войну. В это время снова появился дья­вол и подменил письма, которые писали друг другу король и ко­ролева. Из-за козней дьявола королеве пришлось покинуть дворец вместе со своим новорожденным сыном, которого она назвала Schmerzenreich (Горемыка). И снова девушка взмолилась о помо-





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.


ТОП 5 активных страниц!

...