Необычайное происшествие с антикварной книгой 5 глава




— Мне послезавтра покупать 5U. А тебе?

— Я хочу заснуть.

— Говорят, в зоне В 5U есть на черном рынке. Интересно, это правда? Откуда бы?..

— Овечка — раз, овечка — два, барбитал — три, фенобарбитал — четыре, урасил — пять, 5U — ...

— Послушай...

Юя смирился. Рэйко не умолкала, сон не шел.

— Существуют разные способы. Можно изготовлять подделки, можно продавать свои дозы — или целиком как есть, или разбавлять да по капсулам расфасовывать. Такие ходы отслеживать — это и есть моя новая работа.

Корпорация распределения SFX 5U была частной, но по управлению полугосударственной: сбыт препарата не передавался полностью свободному рынку, а осуществлялся по государственным планам в соответствии с распоряжениями государства. Необычность такой экономической структуры объясняли тем, что сырье для 5U и производственные возможности ограничены и при чисто рыночном механизме препарат мог бы оказаться недоступен всему населению: нерегулируемое потребление вызвало бы дефицит, а вслед за тем резкий скачок цен. Так, во всяком случае, утверждал представитель государства, шеф Китами. Разумеется, кое-кто этому не верил. Глупо называть фирму частной, говорили такие, если дело совершенно очевидно должно быть государственным! Просто государство использует этот недорогой, но жизненно необходимый препарат как орудие тотального управления, а прикрывается байками для детишек, чистейшими сказочками, тогда как само производство ненамного сложнее обычного... — так утверждали те, кто относился к разряду В. Их рассуждения можно было бы и продолжить: благополучие владельца фирмы обеспечивается государством, а это несправедливо — однако в таком случае недоброжелательность и зависть к людям из разряда А была бы слишком явной.

— Но если, как ты говоришь, некоторые продают свои капсулы, то как же сами-то обходятся?

— Опасность, видимо, намеренно преувеличена. Норма распределения — три капсулы в день, но разочек можно и пропустить, вот и набирается...

Автоматы по продаже 5U относились к сети аптек и, как обычные табачные, размещались повсюду, даже у супермаркетов. Препарат отпускался по карточкам, которые вставлялись в автомат так же, как при покупке сигарет и прочей мелочи. Разница заключалась в том, что в компьютере при этом фиксировалось по предыдущим записям, сколько капсул должно оставаться у владельца, и если их оказывалось больше двух, автомат не срабатывал. Если капсул не оказывалось совсем, можно было получить четырехдневную норму, двенадцать штук, но при наличии хотя бы одной автомат выдавал девять — на три дня.

— ...Ну вот, а одну можно за хорошие деньги продать тому, кому на день нужно четыре. Все по закону спроса и предложения. Как говорится, мир населен пессимистами и оптимистами. Одни перестраховываются и стараются обойтись двумя, другие на все плюют и употребляют четыре. Слушай, а ты-то сама?..

— В нашей зоне таких нет. Не считая той девчонки.

— Давай спать.

— Но почему именно желудок? — пробормотала Рэйко себе под нос. — Может, из-за той войны? Из-за облучения?

— Говорят, в создании Корпорации 5U поучаствовали спецы от генной инженерии.

— Ты иногда говоришь, как человек-В.

Юя внимательно рассматривал темный потолок.

— Это потому, что я, в отличие от тебя, не из того семейства, которое много поколений принадлежит к разряду А. Спи, спи...

— А говорят, до войны населения было больше пяти миллиардов. Поверить трудно!

— Теперь займемся историей? Мне уже пора душ из шерри принимать!

— Ну, прости, пожалуйста. Я жуткая надоеда? Сердишься на меня за сегодняшнее?

— Не буду, если закроешь свой ротик.

— Любишь меня?

— Люблю. И бедной, и толстой, и тощей.

— И без желудка?

— И без желудка.

Рэйко с удовлетворением потянулась, пробормотала «я тебя люблю» и притихла. Вскоре послышалось ее ровное дыхание. С Юи же сон слетел окончательно. Он вылез из постели за шерри, убедился, что утро уже близится, и снова лег. Лег и отдался смутным тревожным фантазиям. «Сегодня уже не уснуть», — подумал он, свертываясь калачиком.

...Аромат мыла, благоухание юной девушки, смеется Рэйко. Она поднимает руку, дует на ладонь — и рождается множество мыльных пузырьков. Переливаясь густо-бордовым, они не уплывают в небо, а исчезают в темном полу, поглощенные мрачной бездной. Рэйко внезапно сжимает руку в кулак. Мыльные пузырьки мгновенно исчезают, белая жидкость сочится между пальцев и капает на пол. Прощайте, детки мои... Там мой ребенок, говорит Юя. Ребенок не нужен, говорит Рэйко и разжимает руку. Маленький голубой мячик. Прыг, прыг , п р ы г... Подскакивая, несется прочь. Прощай, детка моя, машет Юя вслед мячику, а тот все меньше и меньше. Прощайте, любители детских сказок!..

Нет ли сна поприятнее, кричит Юя во тьму, обращаясь к черной тени, еще более черной, чем окружающий мрак.

— Для сна после шерри это самое-самое, отвечает Мефисто. — Откуда ты? — Я? Из пентаграммы. — Врешь! Я знаю твое имя... SFX 5U... Давай-ка сон получше! — У нас всякие сны имеются! После пива, после виски, после джина, абсента... — Мне бы после вина. — Белого или красного? — Бордового. — Хо-хо! Какой марки? — «Миса». И предупреждаю сразу, я ничего такого не думал, это Рэйко сама разговор завела. — Во сне оправдания не принимаются!

...Венера, родившаяся из моря вина, в платье винного цвета. Повальсируем, милая девушка? — Я предпочитаю фокстрот. — Может, без платья, ведь на Венере при рождении его не было? — Ах, от него без противозачаточного не избавиться... Ой, нету, неужели обронила? Венера принялась шарить под столиком. Волей-неволей Юе пришлось взять подсвечник.

Эй, Мефисто, прекрати! — Ну прости, прости... Невидимый Мефисто хохочет. Словно кошка орет. — Это же все шерри, давай что-нибудь новенькое... Запах дикого шиповника.

Ах, нашла! Это шиповник, ой нет, лиана мататаби. Ну да не все ли равно... Роскошная грудь... Не любишь толстых женщин?.. Рэйко?! Суровый, да? — это голос Мисы... Смотреть противно было! Рэйко поглаживает свои груди...

Мефисто! Это же Рэйко! Ты еще не решился, кривит губы Мефисто. Он похож на Китами... Ну что, одолеешь меня, спрашивает тень. Что скрывать, я никакой не Мефисто... Серебристо-голубоватый шар... Стой, стой, мой желудок! Миса несется вдогонку. Нет, это мой! Как знать, хохочет над головой Мефисто... Серебристо-белый мир... Луна в небе... Мой желудок — Луна?.. Да, за сегодняшний сон мне бы должны заплатить.

Он лежал. Он видел свое лежащее тело. Его двойник поднялся и принялся судорожно ловить Луну, но впустую. Луна хохотала. Юя потерял силы и рухнул. 5U, 5U, спаси меня!.. Огромная капсула... «Мам, она слишком здоровая!» Юя ощутил боль в голове. Из головы двойника вылетел серебристо-белый шар. Это... мой мозг!!! Я освободился от собственного тела! Идиот, сказала ему Луна, не понял, что ли, это не мозг, это душа, ты умер. Луна спустилась на землю, заглотнула его душу и еще громче захохотала...

Сгинь, сгинь, колдовской мир!

Эй, глупый странник! — это Мефисто-тень. — Пока ты странствуешь, тебе от меня не сбежать. Ты хоть соображаешь, что говоришь? Мне — сгинь! До чего же ты глуп, странник, взгляни на мир здраво, пока утренний свет еще не превратил его в призрак и не окутал твое id покровами сознания. Ты же знаешь, 5U не изгоняет тревогу. Потому ты и назвал меня SFX 5U. Признай, что ты это знаешь. Признай — и твое странствие тут же закончится.

Значит, я умру. И взамен получу покой. Юя помчался к тени. Его руки, его ноги становились все тоньше и тоньше, растворяясь во мраке. Я люблю жуков, смеется Миса. Это смех Рэйко.

Что-то мягкое, влажное. Грудь Рэйко. Юя проснулся оттого, что трудно дышать. За плотными шторами угадывалось утро. Он погладил живот, убедился, что желудок на месте. Ежеутренний ритуал. Чтоб окончательно избавиться от сновидений. «Поганый сон», — пробормотал Юя. Ощущение только одно — мерзость. Сон-гротеск, как и всегда.

— Насладился? — спросила Рэйко.

— Что, разбудил-таки?

— Ты ночью впился мне в грудь, очень сильно, прямо следы остались... Так кого же ты видел во сне?

«Миса там тоже была», — вспомнил Юя. «Мерзкий сон», — повторил он. Часы еще позволяли поваляться, но он заставил себя сесть. Спать не хотелось. Утренние видения бывали еще более причудливыми и ощущались, как полная реальность.

— Надеюсь, не мамочкину грудь ты сосал?

— Кто его знает. Если да, то ты вышла замуж за мужчину с комплексом матери. — Юя вылез из постели.

— Это лучше, чем ловелас, или нет? Я люблю тебя.

— ...ну еще же так рано...

 

Юя распахнул дверь и обернулся:

— Слушай, а Мива-то уже в доме!

Снизу негромко доносился шум вентиляции.

— Ну и что! Она же не заходит в спальню.

— Что мне сегодня изобразить на лице?

— Ты о чем?

— Перед шефом, я имею ввиду. Надо бы подумать, как теперь держаться.

— Может, что-нибудь вроде «скорблю о вашей утрате»?

Юя резко выдохнул и вышел из комнаты.

Он принял душ и привел себя в порядок. Воспользовавшись тем, что Рэйко молча стоит к нему спиной, спустился по лестнице вниз.

В белоснежном фартуке с оборкой, надетом поверх темно-голубого платья, горничная убирала в комнате следы вчерашней суматохи.

— Ах, это вы, хозяин! — сказала она своим низким спокойным голосом и поставила на стол чисто протертую хрустальную пепельницу. — Рано поднялись сегодня. Доброе утро.

В ее словах был укол, скрывать свои мысли она не умела. А тон хорош, без всякого суетливого подобострастия.

— Доброе.

Он поправил свой галстук.

— Не темноват ли, хозяин?

Юя рассказал о Мисе.

— Очень печально, — отозвалась Мива, — но ведь вашей вины в том нет. Поздравляю с повышением.

— Хочешь сказать, теперь повышайте оплату? — Юя пристально посмотрел в узкий разрез ее глаз. Моя ровесница, а такое ощущение, что она старше. Не из-за этого ли холодного взгляда? — Так за этим к Рэйко.

Мива отвела глаза.

— Вы последнее время стали походить на хозяйку.

— Не хотел тебя обидеть.

Юя вслед за ней вошел в столовую, сел за стол.

— Сейчас все подам.

— Я не буду завтракать. Голова побаливает.

— Ага, значит, не нравится, как я готовлю?!

От нервозного тона Юя чуть не уронил газету. Мива рассмеялась:

— Похоже получилось? На хозяйку?

И тут же приняла серьезный вид.

— Прошу простить меня. Ну, так я наливаю.

Горячий кофе был великолепен.

— Какие у Рэйко на сегодня планы? — Он поднял глаза.

— У хозяйки после двенадцати встреча по поводу записи. Можно к вам присоединиться с кофе?

— Разумеется.

— Благодарю вас. До полудня будет масса хлопот.

— Рэйко строга?

— Нет, напротив. Но из-за этого-то как раз и устаешь. Сама занимается уборкой! С таким видом, словно ее вынуждают... Не могу же я при этом смотреть телевизор!

— Рэйко просто о тебе не думает. Ни хорошо, ни плохо. Она от самых своих корней человек-А.

Мива сидела, наклонив чашку, с совершенно равнодушным видом, и у Юи возникло острое желание поддразнить ее.

— Ты ведь женщина?

— Что? — Она поставила чашку и чуть усмехнулась. — Естественно, я с рождения женщина. А что, ваша супруга до замужества была среднего рода? Женщина — она всегда женщина.

— Хороший ответ. А почему ты не выходишь замуж?

— Я не так очаровательна, как ваша жена.

— Еще чашку кофе.

Мива даже не шевельнулась, чтобы взять кофейник. Юе пришлось подняться и налить самому.

— Ты умная женщина. И если мужчины не проявляют к тебе интереса, то это не потому, что ты некрасива, а потому, что тебе дураки попадаются. С твоей проницательностью, как мне кажется, нетрудно сыграть красавицу. Ну да он -то наверняка понимает, что ты достаточно талантлива, чтоб порой прикинуться дурочкой.

С чашкой в руке Юя направился в гостиную и постучал по клавишам пианино: ла, ла-ла, ла-ла-ла...

— Так что не прибедняйся.

— Он? Это кто же?

— Думаешь, не знаю?

Юя протянул ей пустую чашку. Мива машинально взяла ее и принялась вертеть в руках.

— Это Тосикагэ? Якэмунэ Тосикагэ, мой близкий друг и до вчерашнего дня коллега? Тот, кто называет себя великим пианистом, так?

Мива потупилась.

— Он... что-то говорил обо мне?

— Нет. Но это и так ясно. На той вечеринке, полгода назад, он влюбился в тебя с ходу. Ты и прежде, правда, попадалась ему на глаза, но он тебя не замечал. Что ж, парень порядочный. Манерами плейбой, но не бабник. Так почему вы не вместе? Вы же любите друг друга.

— Не знаю. Мне он очень нравится.

— Ручаюсь — он надежный, хороший парень.

— Еще пару недель назад он обнимал меня, говорил, что любит, и я была с ним счастлива. А в последнее время изменился... Сказал, что не может жениться. И не встречается со мной.

— Почему? Неужели из-за дочки начальничка нашего?

— Он мне рассказывал о ней. Говорил, что она ему нравилась, но все кончилось без взаимности.

— Зануда он. Мисе с ним просто скучно. Так она его бросила? Да-а, горькое лекарство. Она девица с горчинкой. Но все-таки, почему вы... Он-то ведь твою красоту понимает.

— О чем это вы, кто там кого любит? — Наверху лестницы стояла Рэйко в ночном халате и смотрела на них. — На ком не может жениться, на Миве?

Юя поспешно проглотил 5U и отправился на службу. У Мивы сегодня тяжкий день, думал он, и на душе у него немного скребли кошки — ведь он сам разбередил ей душу. Грехи надо искупать, решил Юя. Он встретится с Тосикагэ и разузнает для нее всю правду. Тосикагэ как раз можно будет отловить сейчас, после ночного дежурства.

 

Час пик в деловом квартале еще не наступил. В скоплении огромных зданий, сверкавших в утренних лучах, одно вздымалось значительно выше прочих, прямо к самому солнцу, горделиво выделяясь своей внушительностью. Именно в этом здании и работал Юя. Точнее, в его подземном этаже. Он показал из машины пропуск охране, заехал на стоянку и пробежал взглядом огромное строение снизу доверху. С сегодняшнего дня он будет подниматься туда, наверх. Как же он мечтал об этом дне!

Лифт опустил его в подземелье. В отделе хранения Тосикагэ не было. Кто-то из сотрудников сказал, что он на складе, и Юя спустился по лестнице еще ниже. Там находился просторный зал, солидных размеров дверь вела отсюда в сейфовое хранилище. У двери за стеклом сидела охрана. Тосикагэ, крепкий бородатый парень, узнал приятеля и приветственно поднял руку.

— Ну что, последний обход? — спросил он. — Пройдемся вместе? Для тебя-то это — «прощай навеки».

Юя кивнул. Они прошли за массивную дверь, захлопнули ее и оказались в пронзительной тишине. Среди этого безмолвия покоились капсулы 5U. Высокие потолки, абсолютный порядок. Изготовленный на заводах препарат без малейшего прикосновения человеческих рук прибывал по подземному ходу. Уходил он отсюда так же. Весь процесс транспортировки осуществлялся компьютерной системой хранилища. Небольшой промежуток времени между поступлением на склад и отправкой в отдел распределения крошки-капсулы отдыхали.

Поскольку безумных наглецов, рассчитывавших прорваться сюда, сроду не бывало, работа отдела хранения фактически сводилась к тому, чтобы проконтролировать, совпадает ли количество отправленных с завода капсул с тем, что поступило на склад, и обеспечить качественную уборку помещения.

— Помню, как я пришел сюда в первый раз. — Юя шагал по проходу среди громоздившихся по обе стороны запасов 5U, словно по горной лощине, и вдруг к горлу его подступило волнение. — Ощущение тогда было такое, будто я зеленый банковский служащий, попавший в хранилище банка.

— Что привело тебя сюда сегодня? Ритуал? Многолетняя привычка — дело нешуточное, да? Ноги, наверное, сами понесли?

— А с тобой-то что происходит последнее время? Да и похудел малость. Обычно ты мне напоминал Бэнкэя[63].

— Он разве был бородатый? Кстати, как там твоя жена, в порядке? Что-то никак и выбраться к вам не получается. Так почему ты здесь? Действительно по привычке?

— Угадал наполовину. Подсознательно оттягиваю встречу с шефом.

Они присели посреди хранилища. Штабеля упаковок надвигались на них со всех сторон. У Юи возникло ощущение, что крошки-капсулы навострили уши и тайком подслушивают их разговор.

— У дочки шефа вчера сбежал желудок.

— У Мисы?

— Ну да. А Рэйко смеялась. Она убеждена, что Миса на меня глаз положила.

— Вот тут твоя супруга права. Судя по всему, Миса к тебе неравнодушна. Я-то думал, она девчонка-вертихвостка, а оказалось не так.

— Эксперимент завершен?

— Ожог сердца третьей степени. Миса...

— Уж не хочешь ли ты сказать, что мое назначение в отдел стратегических исследований — это ее хлопоты?

— Шеф дочке потакает...

— Считаешь, я не могу на тебя обозлиться?

— Кто злится за правду, тот дурак. А ты не дурак. Так что не обозлишься.

— Никакой логики у этих баб. И ты считаешь, что из-за этого-то и получил от ворот поворот? Ну, философ!

— Я не философ, у меня нет дуры жены. И тебе тоже стать философом не грозит, у тебя жена славная. Как ее успехи? — Он изобразил скрипку. — Мастерство не иссякло?

Юя отвел глаза, пробежал взглядом по упаковкам.

— Да что-то никакого подъема последнее время. Помнишь ту вещь, ты еще ей на пианино аккомпанировал, с полгода назад. Моцарт, соната для скрипки и фортепьяно.

— Соль-мажор, К-397.

— Ну да, — Юя бросил острый взгляд на приятеля. Тот, прикрыв глаза, шевелил пальцами. — У вас здорово получалось. А последнее время Рэйко играет эту вещь в таком темпе, словно за ней гонятся. Будто в этом и есть вся суть исполнения.

— Полулогарифм! — Тосикагэ звучно хлопнул себя по коленям. — Полулогарифмический график! Горизонтальная ось — время, вертикальная — прогресс. У Адамса вышла великолепная кривая!

— Знаю, — Юя обозначил ладонью горизонталь, потом его рука резко пошла вверх. — Закон ускорения прогресса.

— Музыкальные произведения в старые времена звучали неторопливо, медленно. А потом темп исполнения нарастал. Какой-то критик этим занимался. Впрочем, даже необязательно этого критика читать, достаточно записи послушать. Даже у одного и того же дирижера чем позже запись, тем темп быстрее. Но так до войны было. А в наше время это ускорение потеряно. Твоя Рэйко — явление исключительное.

— Хочешь сказать, прогресс остановился?

— По милости 5U. Все из-за них, — Тосикагэ, раскинув руки, указал на упаковки. — Я, правда, не думаю, что темпы прогресса так уж напрямую соотносятся с темпом исполнения музыкальных произведений, критерий здесь, наверное, — потребление энергии. Но подумай сам, появился ли после войны хоть кто-нибудь, достойный называться гением, — хоть один? В науке, технике, искусстве? Может, в политике или какой другой сфере? Ответ: нет! Что создали композиторы? Да ничего, кроме аранжировок классики. А писали? Эротика и гротеск. В живописи? Мазня! Ни в одной области не появилось ничего такого, что можно было бы назвать творением.

— А ты сам-то что сделал? — осадил его Юя. — У тебя что, есть право критиковать?

— Критиковать? Да я рыдаю! Я проклинаю того, кто создал этот 5U! Тот парень, что изобрел препарат, когда у людей сбегали желудки, он ведь его тогда не пил! А потом начал принимать, и в конечном счете сам же что-то и потерял. Зато желудок себе обеспечил. Я так думаю, что 5U не был принципиальным решением. Он просто удерживал желудок, давал отсрочку докопаться до истиной причины явления. А что теперь?

— Что бы там ни было, ты благодаря 5U — человек-А. Так что не говори о нем дурно. — Юя встал. — Я пришел сюда с утра не для того, чтоб вести опасные беседы.

— Догадываюсь. Ну давай, садись, разговор не закончен. Слушай, Юя, мои нападки на 5U — это ведь не эмоции. Я понял, у него вредный побочный эффект. SFX 5U ведет к гибели человеческого духа. Он несет хроническую тревожность, лишает творческого начала, ввергает в страх. Все думают, что это страх потерять желудок, а на самом деле это разрушительное воздействие 5U. Тревогу в человеке вызывает сам препарат, а не желудок!

— Философ превращается в психотерапевта?

— Ты ведь видишь кошмарные сны?

Юя кивнул. И рухнул на стул.

— Ты обращался к врачам, приятель?

— А! — Юя мотнул головой. — Твердят одно и то же, мол, как у всех, так и у вас. Лекаришки!

— А вот я таких снов не вижу.

— Что?! — Юя резко вскинул голову. — А почему? Какое-то качественное лекарство? Да неужели...

— Именно «неужели». — Тосикагэ потер себе живот. — Нету, и все.

 

«Прощай, обитатель небесных высот!» — под это напутствие друга Юя покинул хранилище и отправился в кабинет, на двери которого теперь значилось его имя. Вид из окна радовал глаз. За толпой высотных зданий расстилается зелень жилых кварталов, серебрится лента реки, а на том берегу серым пятном тускнеет зона В. Еще дальше — горная гряда. Стена, разделяющая мир цивилизации и бескрайний мир первобытной природы — зону D.

Юя полюбовался окрестностями, погладил большой стол, пробежался пальцами по клавиатуре компьютера. Увидь его в эту минуту посторонний — непременно решил бы, что тот наслаждается своим новым статусом, который Тосикагэ то ли в насмешку, то ли одобрительно назвал «обитатель небесных высот».

Эта прощальная фраза не вызвала у Юи никакой реакции. Он не ощутил в ней ничего — ни оскорбления, ни теплоты, ни зависти. Юя и не собирался доискиваться, что именно вкладывал в нее Тосикагэ. От всего услышанного его собственная душа словно погрузилась в небытие, и прощальные слова друга были брошены как бы мертвецу, тому, кто уже навсегда лишился дара речи.

Близкий друг потерял желудок. Удар суровый.

Тосикагэ рассказал ему, что после службы двенадцать часов лежит под капельницей. Пятьдесят кубиков раствора в час — виноградный сахар, витамины, соли молочной кислоты, натрий, калий, хлор и прочие элементы продлевали ему жизнь. К тому же, чтоб предотвратить почечную недостаточность, необходимо дополнительно вводить жидкость в рабочее время. С интервалом в час он вводит себе сто кубиков — прямо в хранилище, туда никто не заходит. Вероятность на кого-то напороться невелика, но когда-нибудь все равно заметят, сказал Тосикагэ, а в санаторий меня не возьмут. И доверился Юе, что нарушил закон.

Все началось с того, что год назад ему отказала Миса, и тогда он решил извлечь из происшедшего пользу для себя. Он знал, что девушка принимает ежедневно по шесть капсул и ей уже хочется больше. И вот, Тосикагэ стал передавать для нее по одной капсуле в день из собственной нормы, а взамен поймал шефа на крючок.

Юя пощупал карман. Тосикагэ передал ему этот документ — держи, мне-то пропуск на небеса уже не нужен! Две странички из компьютера свидетельствовали о двойной бухгалтерии: шеф Китами тайком получал для дочери дополнительную дозу препарата.

На паре капсул в день желудок не удержать, усмехнулся Тосикагэ. Он лишился его две недели назад и с тех пор начал передавать для Мисы свою норму целиком. Девять в день! Представляешь, какие должны быть ночные кошмары, небось раза в три круче! — при этом он выразительно взглянул на Юю, но мысль об опасности 5U развивать не стал. Только обронил в своей обычной манере что-то насчет противоречивости и двойственности лекарства.

Разговор шел дальше. Вот что мне сейчас требуется, так это свеженький желудок, продолжал Тосикагэ. Не знаю уж, как там в зоне D обходятся, может, ловят первый попавшийся желудок и себе в живот пристраивают да наедаются поскорей, пока тот не удрал... Тосикагэ изголодался по свежим источникам белка, но отнюдь не собирался сломя голову бросаться на поиски утраченного органа, чтобы его не взяли как преступника. Лишенный честолюбивых устремлений, он продолжал прикидываться человеком-А и причиной тому, если начистоту, была Мива, Мива Мотоко. ...Я люблю ее, не хочу с ней расставаться, ума не приложу, что теперь делать... При этом лицо его сияло такой улыбкой, что Юю бросило в дрожь. Вот ведь — влюбишься, и никакая еда в горло не полезет, сохну и сохну, шутливо закончил Тосикагэ свое откровенное признание.

Попасть в такой переплет — потерять желудок! — и при всем том оставаться столь жизнерадостным! Улыбающийся Тосикагэ представлялся Юе совершенно непонятной, неразрешимой, просто ошеломительной загадкой. Прощай, обитатель небесных высот... Возможно, он сказал это сам себе? Тосикагэ открылся, прекрасно сознавая опасность такого шага, так что, скорее всего, он уже принял решение, как действовать дальше. Впрочем, действия сами по себе ясны — ему следует покинуть зону А. А вот как именно — выбор есть. Рассказать Миве? Уйти молча? Может, даже забрать ее с собой? Тосикагэ на это способен, не силком, конечно, а уговорами... Следовало бы предупредить ее, но как рассказать ей об этом?

Сумятицу мыслей прервал голос новенькой секретарши: вызывает шеф. Молча кивнув, Юя глянул на свое отражение в полированной поверхности стола, поправил галстук и вышел из кабинета.

— Разумеется, тебе нет необходимости бывать в зоне В. — Китами, откинувшись на спинку стула, изучал вид из окна. — Твое дело прорабатывать поступающие оттуда доклады наших отделений, все анализировать, разрабатывать действия. Ты — голова, мозг.

— Понятно, шеф.

Юя стоял перед большим столом.

— Но и глянуть, как там на месте работают, тоже нелишне.

— Понятно, шеф.

— Голова и руки-ноги должны действовать в согласии.

— Понятно, шеф.

— А потому, вот что, Канта, — шеф развернулся от окна, раскурил сигару. — Отправляйся-ка на недельку с инспекцией, как там эти руки-ноги действуют.

— Слушаюсь, шеф. То есть я еду в зону В?

— Примерно на неделю. Зона В, северный район, четвертый квартал. Директор нашего отделения там — Кисибэ Тосиюки, он будет тебя сопровождать.

Шеф выдохнул дым, избегая взгляда собеседника. Было ясно: он сознательно уходит от разговора о дочери. Тема не поднимается, для меня это, пожалуй, не к добру, оценил свое положение Юя.

Если его назначение произошло благодаря Мисе — правда, признавать этого не хочется, — то теперь, когда она вместе с желудком утратила и всякое право голоса, получается, что сам он лишился ангела-хранителя. К тому же шефу теперь не надо подставляться — безоглядное исполнение желаний сумасбродной дочки явно не пошло ей на пользу. Да уж, танцевать ей больше не придется... Впрочем, долой горькие мысли.

Нехорошие подозрения вызывала неопределенность срока: примерно с неделю. Неясно, что произойдет за этот период и на что рассчитывает шеф. Впрочем, даже если он надеется, что Юя совершит какую-нибудь непоправимую ошибку, ничего не остается, кроме как ответить «да, шеф».

— Да, шеф.

Глазами они так и не встретились.

Вернувшись к себе, Юя велел секретарше подготовить информацию о северном районе зоны В. Характеристика укладывалась в два слова: гнилое место. Особенно это касалось четвертого квартала, который смело можно было назвать притоном спекулянтов. Именно оттуда больше всего высылали в зону D за преступления или за потерю желудка. При одном взгляде на дисплей Юя погрузился в уныние.

— Срочное совещание директоров подразделений, — сообщила по внутренней связи секретарша.

— Слышу, — ответил в динамик Юя.

Отдел стратегических наблюдений делился на подразделения по участкам: зона А, квартал 4; зона В, квартал 16 и т.д. Подразделения возглавлялись директорами, и эти двадцать человек были мозгом отдела. Иерархии среди них не предусматривалось, но по составу присутствующих Юе стало ясно, что это лишь формально: на собрании, где должны были его представлять, директоров зоны А не было. Зона В, квартал 4/1— его место среди них последнее, и то, что здесь, как на испытательном полигоне, будет решаться, восходить ему наверх или лететь вниз, он понял из дружелюбных реплик, которые обычно не услышишь на официальных совещаниях.

— Гиблое место, эта зона В.

— Да уж, эта шайка там такое творит...

— Твоему предшественнику тоже тяжко приходилось.

— Тут необходима жесткость. Чтобы их держать в руках, о сочувствии забыть надо.

— Людишки-В...

— Они там 5U растаскивают...

— Давай-давай, директор. Мы же люди-А!

Юя кивнул.

— Разумеется. Мы же люди-А.

 

Распахнулись — захлопнулись. Распахнулись — захлопнулись.

Ворота с обеих сторон длинного моста, пропускные пункты. Выйти легко, войти трудно. Большая река в верхнем течении разделялась здесь на три рукава, два из них охраняли треугольник зоны А.

Сидя за рулем, Юя гнал машину в зону В, радуясь тому, что, заскочив домой, чтобы собраться в командировку, он не застал там Рэйко. Она бы непременно подняла крик: зачем тебе в зону В, ты же человек-А, ты не должен выезжать из нашей зоны!.. Словно на мужа обрушились некие социальные санкции и ее это тоже позорит... Юя не был уверен, что сумел бы убедить жену в необходимости этой поездки, успокоить ее, разъяснить причины. Рэйко при ее мнительности начала бы выпытывать у него, не сделал ли он в первый же день чего-то такого, что не понравилось начальству, или заподозрила бы здесь какой-то черный замысел. Опровергнуть все это Юе было бы трудно.

Вот кого жаль, так это Миву.

Пришлось все передать жене через нее, а Рэйко конечно же взъерепенится от куцей информации и сорвет зло на Миве. «А как?..» — спросила его Мива, «Что?» — «Нет-нет, ничего, хозяин...»

Времени не было, соврал он, я не смог с ним встретиться... Мива пристально посмотрела ему в глаза, и он отвел взгляд.





©2015-2018 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!