Я улыбнулась насупленному Кристиану и снова обернулась к призраку.

– Ты имеешь в виду молодого человека в черной футболке с проколотой бровью и носом? Сегодня это модно у молодежи, особенно в среде тех, кто восстает против конформизма и общества.

Судя по всему, Джем мне не верил. Я снова улыбнулась.

– Иначе говоря, он таким образом показывает нос властям.

– Ага, – кивнул он. Его прыщавое лицо уже не казалось таким угрюмым. Похоже, он обдумывал услышанное.

Кристиан направился ко мне, грациозно, словно пантера, заметившая лакомую добычу.

Меткое сравнение, maly v?le?n?k. Ты даже сама не догадываешься насколько, – прошуршал у меня в голове его шелковистый голос.

Я оставила эти слова без внимания и обернулась к Кристиану.

– Ты случайно не говоришь по-уэльсски? Элис – особа не слишком разговорчивая и отказывается отвечать, когда я спрашиваю ее, хочет ли она получить освобождение. По-моему, сейчас она копит духовную энергию, чтобы столкнуть эту сине-белую вазочку. Она ее почему-то раздражает.

Кристиан покосился на пухленькую старушку, которая стояла, уперев руки в бока и уткнувшись носом в китайскую вазу. Затем он снова обернулся ко мне и кинул на меня такой взгляд, что у меня волосы на затылке встали дыбом.

– Нет, я не говорю по-уэльсски. Скажи, твои комплексы относительно вуайеризма распространяются на призраков?

Я отступила на шаг и поспешно кивнула.

– Да, еще как! Так что если ты думаешь то, что я думаю, пораскинь мозгами еще раз. Навряд ли ты хочешь нанести непоправимый вред моему психическому здоровью. Я непременно сойду с ума, если ты меня при них поцелуешь или… или еще что-нибудь сделаешь. Я тебя никогда не прощу.

– Тогда даю тебе тридцать секунд, чтобы заточить их обратно в хранительницы.

– Не нужно со мной ничего вытворять. Я, пожалуй, пойду гляну, как изменился город. – С этими словами Джем просунул голову через стену и стал созерцать раскинувшуюся внизу улицу.

Я перевела взгляд на Кристиана и рванулась к двери. Но тот оказался быстрее: припер меня к стене прежде, чем я успела моргнуть. Кристиан заглянул мне в глаза, и в голове у меня пронеслись все чувства, которые он испытывал в этот миг. Затем он проник в мое подсознание и принялся рисовать картины того, чем собирается заниматься.

Со мной.

Весь вечер.

У меня ослабели колени.

– Кристиан, я не могу! Правда, не могу! Это не значит, что я не хочу, хотя и считаю, что это не самая удачная идея: у нас нет будущего. Часть меня шепчет «да», но я не могу.

Джем хихикнул. Я метнула на него огненный взгляд, и он снова просунул голову сквозь стену. Элис не обращала на нас внимания. Она начала кричать на вазочку.

– Можешь. – Удивительно, как от пламенного взора Кристиана не задымился полог.

Я сглотнула и принялась соображать: а почему, собственно, я не могу уступить зову своего тела? А, вспомнила: самообладание. Я долго работала над собой и потому не должна пустить весь труд коту под хвост, даже ради ночи нескончаемого блаженства.

А если получится достигнуть блаженства без утраты самообладания, ты позволишь мне любить себя?

Он прижимал меня к стене, его дыхание щекотало мои губы. Он приник ко мне всем телом, я чувствовала, как он возбужден. Смогу ли я испытывать подобную страсть, не теряя при этом самообладания?

Да, да, тысячу раз да! – кричало мое тело.

Он мужчина, а всякий мужчина – исчадие ада, – твердил не забывший нанесенную рану рассудок.

Все сводилось к следующему: доверяю я ему или нет? Будет ли Кристиан уважать мои потребности и не стремиться поработить меня или он позабудет обо всем, отдавшись беспредельному желанию?

Я смотрела в его глаза, в которых плескалось красновато-коричневое пламя, и не могла решиться. Кристиан замер: он больше не предпринимал попыток проникнуть в мое сознание, его твердое и теплое тело ненавязчиво прижималось ко мне. Он хотел, чтобы я сама сделала выбор, и знал, что легчайшее прикосновение его губ вызовет во мне бурю эротических эмоций и я целиком отдамся страсти.

Могу ли я ему доверять? Раньше я никогда не доверяла мужчинам, но он не такой, как все.

Я прерывисто вздохнула, стараясь не замечать разлившееся по телу блаженство оттого, что мои груди прижимаются к его торсу.

– Если ты обещаешь, что не будешь стремиться подчинить меня своей воле, то я согласна. Хочу проверить, так ли мягка твоя постель, как кажется.

Джем наблюдал за нами с презрением, свойственным подросткам во все века. Он фыркнул и утер нос рукавом. Элис встала перед вазой и начала подпрыгивать.

Мы не обращали на призраков никакого внимания.

Уголки губ Кристина изогнула соблазнительная улыбка.





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!