Особенности пропагандистских информационных технологий.




Пропагандистские методы: универсальные и специфические.Как и любые другие способы организации политического дискурса, пропаганда использует разнообразные приемы информационного воздействия. В ее арсенале присутствуют как некие общие процедуры, так и те, что характерны только для данного типа немаркетингового информирования. Причинами универсализации ряда информационных технологий выступают, к примеру, необходимость использования технических средств распространения информации (от гусиного пера до компьютера), единая (политическая) среда распространения сведений или же по преимуществу базовая структура сообщения (включающая в себя основную часть, которую и необходимо донести до реципиента, а также дополнительную, формирующуюся в связи со способами донесения основной информации, т.е. своеобразной упаковкой). Все информационные технологии нацелены на активизацию включенности реципиента в информационный обмен, апеллируют к устоявшимся стереотипам и нормам, стремятся переструктурировать идеи и установки объекта информационного воздействия в свою пользу, наладить известный контроль за позитивными и негативными стимулами информирования и т.д.

По этим и другим аналогичным причинам в пропаганде нередко применяются те же информационные методы, что и в политической рекламе, и в системе информирования типа пиара: использование журналистских комментариев при освещении выступления политика, или сопровождение такого выступления видеорядом, или же, напротив, отказ от оценки событий и т.п. Такого рода приемы определенным образом влияют на восприятие выступающего, выставляют его в выгодном или неприглядном свете и тем самым создают известный дисбаланс в освещении политики того или иного направления. Однако в этом нет ничего противоестественного для политической сферы, которая, как известно, представляет собой конкурентную социальную среду.

В полном соответствии с особенностями политики как особой области социальной жизни пропаганда, как и другие способы информирования, стремится упреждать нежелательную информацию, отводить критику или снижать ее негативные последствия, предвидеть возражения соперников, избегать упреков в необоснованных оценках, ориентироваться на эффекты «коммуникационного резонанса» и т.д. Одним словом, в известном плане пропаганда ничем не отличается от прочих способов политического информирования, которые, как и она, стремятся так строить информационные сообщения, чтобы добиться признания аудиторией своих целей.

Довольно универсальна и структура этих противоположных способов коммуникации, в основе которой — формировавшиеся веками эффективные методы убеждения. Поэтому к различным типам налаживания коммуникации применима и так называемая формула stasm предполагающая организацию воздействия на реципиента на основе определения источника-информирования (sours) (подлинного или сфабрикованного), времени подачи информации (time), аудитории (audience), предмета сообщения (subj ect), а также миссии (mission), характеризующей связь информации с планами и стратегией субъекта. Объединяют различные способы коммуницирования и более глубокие основания, в частности структура аргументированного информирования. О ее чертах говорил еще Аристотель, предлагавший различать в этом процессе ряд принципиальных позиций, а именно: источник (этос), послание (логос) и эмоции (пафос).

На этих положениях базируется аргументация даже при использовании противоположных по сути способов организации дискурса. В этом смысле пропаганда, как и политическая реклама, стремится привлечь к своим сообщениям внимание аудитории, сфокусировать ее на этой информации, создать благоприятный эмоциональный фон и климат послания, выдвинуть аргументы в пользу своих оценок, создать условия для их оптимального вос- приятия, ответить на аргументацию оппонента, обеспечить при- оритет собственным идеям и подходу.

Специфика пропагандистских технологий.Однако наряду с этими универсальными чертами информационных методик, применяемых в сфере политики, у пропаганды есть и собственные, только ей присущие техники коммуникации, заданные ее социальными функциями. Это обусловливает повсеместное распространение техник внедрения идей в сознание, в том числе и тех, которые ориентированы на принуждение, сосредоточены на односторонней аргументации.

Сохраняя нацеленность на убеждение социальной аудитории и контроль за ее поведенческими установками, пропагандистские технологии выступают как предельно эмоционально насыщенныеспособы передачи информации. Теоретики и специалисты в области пропаганды давно заметили, что обычный человек довольно сентиментален и потому ориентируется и действует в политике, полагаясь в основном на свои чувства и эмоции. По этой причине в основе пропагандистских методик лежит стремление подавить реакции разума, запрограммировать реальное поведение человека в сфере борьбы за власть. Так, Гитлер, вождь государства, созданного в значительной степени благодаря широкому применению пропагандистских методик, писал, что воздействие пропаганды «должно быть нацелено главным образом на эмоции и только в очень ограниченной степени на... интеллект Р. И добавлял, что «следует избегать чрезмерных интеллектуальных запросов по отношению к нашему народу...».

В связи с этим уместно вспомнить, что многие публичные информационные акции в Германии в 1930-х годах (ночные факельные шествия отрядов СС, многотысячные митинги и театрализованные представления) предпринимались именно с целью оказать эмоциональное воздействие на массовое сознание, «заразить» людей определенным психологическим настроем, подавить внутреннее сопротивление стоящим за этими действиями идеям, добиться сплоченности общества, подчинить его единой политической воле. Точно такой же методики придерживается ИГИЛ, которая помимо массовых театрализованных зрелищ практикует публичные казни, политические процессы или иные акции, эмоционально воздействующие на общественное мнение.

Чтобы эмоциональная форма не подавляла содержание пропаганды, использовавшиеся техники насыщались глубоким символическимзначением. Это сближает пропагандистские технологии с приемами, характерными скорее для мифологического сознания. Способствуя созданию дихотомических картин идеализированного, преображенного мира в сознании человека, подобные техники давали людям возможность легко угадать заданные политические приоритеты, проникнуться их положительным духом. Такое заимствование приемов вполне объяснимо, поскольку в пропагандистских проектах абстракции всегда имеют большой удельный вес, позволяя представлять иллюзорное будущее, приукрашивать предлагаемые варианты социального развития.

Вообще символизация довольно часто используется в пропагандистских целях. Для того чтобы оправдать мало популярную среди населения войну, лидеры государства нередко совершали некие знаковые для общественности поступки (например, могли дружески побеседовать с простым сержантом, прилюдно вручить инвалиду орден, навестить семью погибшегo солдата и т.д.), которые замещали в общественном мнении размышления о причинах войны, ее характере, обоснованности потерь. Не случайно Сталин говорил, что смерть одного солдата — это трагедия, а смерть миллионов людей — простая статистика.

Как уже говорилось, пропаганда стремится к максимальному расширению аудитории и, следовательно, делает акцент на работу с массовой аудиторией, поэтому она способна апеллировать только к тем оценкам,которые разделяет большинствонаселения. Использование и соответствующая интерпретация именно этих опорных для пропаганды моментов дают ей возможность более прочно закреплять в общественном мнении нужные идеи и установки.

Приоритеты массовой аудитории задают и особые приемывзаимодействия с ней. К их числу можно отнести введение оценок через противопоставление позициям конкурентов, а также упрощение и многократное тиражирование оценочных реакций по тем или иным информационным поводам (У. Сиймен).

Вновь сошлемся на авторитет идеологического творца немецкого тоталитаризма доктора Геббельса, который утверждал, что «пропаганда... всегда должна быть простой и без конца повторяющейся. В конечном счете самых существенных результатов во влиянии на общественное мнение достигает только тот, кто способен свести свои проблемы к простейшим выражениям и у кого хватит смелости постоянно повторять их в этой упрощенной форме, несмотря на возражения интеллектуалов». По сути, пропаганда превращается здесь в методику «промывания мозгов».

Однако следует учесть, что настойчивая и повсеместная пропаганда не означает использования примитивных, «топорных» методов информирования. Скорее напротив. Для пропаганды, решающей задачу реального, а не показного контроля над сознанием граждан, характерны высокая избирательность коммуникационного влияния, стремление учитывать возрастные, демографические, социальные и иные параметры аудитории, ее осведомленность о предмете, понимание конкретного состояния «противника» (например, когда «мишень» пропагандистской атаки уделяет мало внимания обработке информации) и т.д.

Из широкого арсенала стимулов восприятия людьми информации пропагандистские методики выбирают прежде всего доверительное отношение человека к ее получению. Одновременно наряду с подобными тонкими методами пропагандисты используют и более простые: например, ищут предмет слепой приверженности людей, а затем играют на этом фанатизме. Однако в любом случае пропагандистская информация кодируется и доносится так, чтобы создать так называемый импликативный эффект, т.е. обеспечить такую самооценку реципиента, когда он сохраняет уверенность, что распространяемые идеи он выбрал свободно и самостоятельно.

«Вот в чем секрет пропаганды, — писал все тот же Геббельс,— тот, кого предполагается убедить, должен быть полностью погружен в идеи этой самой пропаганды, не замечая при этом, что ими поглощен».

Еще одна общая отличительная черта пропагандистских технологий — устойчивостьна политическом рынке. Это во многом объясняет, почему пропагандисты с таким упорством отстаивают собственные позиции и довольно часто применяют агрессивные приемы коммуникации. Заложенные в пропаганде идеи просто так никогда не «уходят» из дискурса и, даже подвергаясь ожесточенным атакам, используют любую возможность, чтобы сохранить свое информационное присутствие.

Деятельность пропагандистов направлена на подрыв способности оппонента выдвигать контраргументы, перехватывать инициативу. Обобщенно все техники противодействия пропаганде можно охарактеризовать как контрпропаганду. Вее рамках нередко используется цензурирование информации, а место обсуждаемых идей заменяют личные нападки на оппонента, имеющие целью спровоцировать у него «чувство вины» за свои действия, и другие технологии.

Логику поведения пропагандистов в политическом дискурсе неплохо объясняет тактика, предложенная еще Цицероном в борьбе с юридическими оппонентами. В частности, говоря о способах противодействия сопернику, он предлагал вначале придерживаться тактики отрицания фактов, затем оспаривания самого произошедшего действия, впоследствии рекомендовал подвергнуть сомнению качество самого деяния и, как следствие, — самого свидетеля.

Какие же конкретные информационные технологии соответствуют изложенным принципам? Среди множества используемых приемов налаживания такого типа коммуникаций назовем, например, диверсию внимания —технологию сосредоточения внимания общественности на малозначимых событиях, чтобы заслонить невыгодные пропагандистам политические события. Весьма характерна для пропагандистских приемов и техника, условно называемая повозкой с оркестром.Применение такого рода приемов направлено на то, чтобы заставить отдельного человека (или группу людей) присоединиться к распространяемой точке зрения, по- ступить «как все», без колебаний выступить «единым фронтом», не остаться «белой вороной». Но поскольку даже при усиленной пропаганде сделать это затруднительно, то, как правило, такие технологии часто лишь создают видимость всеобщего «единения», «одобрения», «участия». Однако при тоталитарных режимах это был едва ли не основной прием налаживания массовой коммуникации. Как провозглашал Гитлер, идеалом его государства должен стать лозунг: «Один рейх, один фюрер, один народ».

Весьма характерны для пропаганды и методы фрагментации и вала информации («белого шума»).Речь идет о таких способах информирования, когда либо весь информационный поток предельно сегментируется, дробится на ряд сведений, не имеющих внутренней связи, либо, напротив, информация подается без комментариев специалистов, что называется, единым (необработанным и в результате столь же малосвязанным) потоком, в котором при всей видимости «информирования» человек не может отделить существенное от несущественного, уловить суть происходящего. В конечном счете он утрачивает ориентацию в политическом пространстве, становясь заложником «информаторов».

Значительный манипулятивный потенциал заложен и в приеме ложных аналогий,представляющем собой способ проекции (путем внешних сравнений) на субъекта (в основном оппонента) негативных намерений или действий, которые он не совершал. По сути, это форма закамуфлированного обвинения субъекта в гипотетических преступлениях, для которых якобы имеются все основания. (Здесь уместно вспомнить Высоцкого: «нашего соседа забирают, потому что он на Берию похож».)

В информационном пространстве постоянно присутствует и так называемый объективный подход,т.е. пристрастный подбор и ком- ментирование фактов (в том числе и за счет включения посторонних, не относящихся к делу сведений и даже сознательной фабрикации событий), направленных на то, чтобы сформировать некую «очевидную» для общественного мнения социальную тенденцию или же политическую линию поведения субъекта.

Очень близка к этому методу техника набора аналогий —со- знательное конструирование фактов, сопровождающееся подбором соответствующих ярких метафор, способных запрограммировать отношение человека к определенному объекту.

Различные приемы семантического манипулирования,т.е. мно- гозначного толкования явлений, задающих противоречивые смыслы, характерны для пропаганды. Их задача — ввести в политический дискурс такие термины и номинации, которые закрепляли бы в обыденном словаре (и сознании) человека искусственно заданные смыслы и акценты в трактовке событий. В целях более прочного усвоения этих смыслов используются характерные для аудитории сленг и жаргон, просторечия, метафоры и гиперболы, идиомы и т.д. Например, человек, собирающий сведения за границей в пользу нашей страны, объявляется «разведчиком», а в пользу другой стороны — «шпионом».

В пропаганде используются и другие, порой значительно более сложные, многоходовые технологии, присущие государству как наиболее крупному субъекту пропаганды. Государство, точнее контролирующий этот институт политический режим, самой веской причиной необходимости постоянно прибегать к пропаганде выдвигает обеспечение стабильности. Оно шире всех прочих акторов применяет пропагандистские технологии и имеет больше возможностей для их включения в общественные дискуссии. Более того, именно политический режим использует в пропаганде государ- ственные символы, играет (или паразитирует) на патриотических чувствах и ценностях. У государства самая выгодная стартовая позиция и для завоевания аудитории.

В качестве наиболее важной пропагандистской технологии режим применяет различные способы ограничения оборота информации: от законов до цензурировании сведений, выходящих на политический рынок. Этому политическому актору присущи и особые формы ведения пропаганды: например, распространение правительственных клипов, изготовление фильмов с «разоблачением» противников, организация политических дебатов и конференций зрителей, использование административного ресурса при формировании политического дискурса и т.д.

Манипулятивные технологии в структуре пропаганды.Особым, а по мнению некоторых исследователей, и наиболее показательным для пропаганды способом информирования считается манипулирование — форма управления мышлением и поведением реципиента, противостоящая его самостоятельному выбору и ведущая к его неосознанному или малоосознанному подчинению коммуникатору.При таком способе общения когнитивные образы, заранее заданные коммуникатором, превалируют над самостоятельной оценкой и диагностикой реципиентом ситуации, что в дальнейшем сказывается и на его действиях.

«При анализе политических процессов мы в большей степени сталкиваемся не с подлинной, а со сфабрикованной волей... воля народа есть продукт, а не движущая сила политического процесса».

Специалисты отмечают, что манипулирование как форма воз- действия, особый метод информирования предполагает отношение коммуникатора к реципиенту как к средству для достижения своих целей, стремление к получению одностороннего выигрыша, характеризуется скрытыми способами воздействия и использованием разнообразных слабостей оппонента. Наличие подобных свойств приводит к тому, что создается устойчивое доминирование информационной модели коммуникатора над моделью реципиента. Тем самым исходные цели коммуникатора получают превосходство, подчиняя себе все компоненты анализа реципиентом событий, определение им способов целедостижения и другие аспекты выстраиваемой коммуникации. Таким образом, манипули- рование представляет собой методику информационного продвижения скрытых политических смыслов, тех подтекстов, которые по ряду причин не могут быть введены на политический рынок в явной, открытой форме. Но в то же время оно должно обеспечить поддержку того актора, в отношении которого и предпринимаются такого рода действия.

Например, во время вьетнамской войны, не всеми одобрявшейся в обществе, администрация президента США Р. Никсона организовала более 50 тыс. писем поддержки, якобы по- лученных главой государства от своих сограждан. Это широко разрекламированная фабрикация имела успех и помогла правительству проводить эту внешнеполитическую линию.

Представляя собой двухъяруснуюсистему диагностики событий (когда оценки коммуникатора подавляют оценки и суждения реципиента), манипулирование одновременно предполагает и использование таких инструментов, которые внешне маскируют применение этой моделирующей мышление реципиента информационной технологии, затемняют намерения источника сообщения, трансформируют его истинные смыслы и замыслы. Однако учитывая специфику политического пространства (в частности то, что оно выстроено по законам конкуренции, а соперники стремятся обыграть друг друга, порой не слишком заботясь об этических нормах), манипулирование в известной степени можно считать универсальной технологией коммуникации, которая используется как в маркетинговых, так и немаркетинговых способах информирования. Применение этой принижающей самостоятельность реципиента технологии объективно обусловлено низкой (по сравнению с профессионально занимающимися политикой людьми) компетентностью массовой аудитории. К тому же люди не могут быть постоянно включены в процесс принятия решения всех, в том числе и весьма специальных, вопросов (например, в сфере государствен- ного управления или распределения партийных финансов и т.д.).

В том случае, если эта методика применяется в русле маркетинговых и как бы «уважающих» статус реципиента систем информирования и коммуникации, манипулирование проходит, условно говоря, в мягком режиме. Во-первых, такие технологии не используются постоянно, во-вторых, как правило, не допускаются крупные уловки и трюки по отношению к реципиенту, а тем более прямая ложь и дезинформация населения. В-третьих, они направлены только на отдельных контрагентов (например, такие акции применяются по отношению к массовой аудитории, но при этом дальновидные политики никогда не вводят в заблуждение прессу). Пропагандистское манипулирование предполагает применение иных способов, а следовательно, обретает другой смысл. Его основная задача — скрыть политическую реальность от населения за разговорами об этой реальности, задать способы интерпретации событий, ориентируясь на выгоду манипуляторов.

В рамках пропаганды манипулирование ведется на основе сис- тематического применения дезинформации.Данная методика представляет собой технику сокрытия сведений, искажения сообщений, распространения ложной информации или же подмены истинных сведений ложными. Правда, А. Мейерхоф считал, что пропаганда не обязательно должна искажать правду. Иногда вполне достаточно, а может быть, и значительно эффективнее для коммуникатора использовать комбинации отобранных заранее истин, полуистин и заведомой лжи. Но в любом случае такие приемы направлены на сознательное введение реципиента в заблуждение.

Конечной, собственно политической целью дезинформации является провоцирование оппонента на неподготовленные действия или же желание направить его активность в невыгодное для него русло. В результате использования дезинформации, как правило, происходит дискредитация реципиента в сфере конкуренции за власть. А это в свою очередь позволяет применить к нему более жесткие или ранее не применявшиеся нормы и санкции (или же оправдать в общественном мнении их возможное использование).

Чаще всего к дезинформации прибегают во время принятия каких-то важных решений, причем обычно используют источник, вызывающий у реципиента доверие. Столь же тщательно выбирают наиболее удобный момент. Как правило, при запуске «дезы» строится длинная цепь информационных посредников, чтобы коммуникатор мог «замести следы». Для большей достоверности пользуются технологиями распространения слухов, «слива», «утечек» или передачи информации из «конфиденциальных источников».

Стремясь овладеть сознанием людей, пропаганда нередко превышает психические возможности человека рационально воспринимать информацию. В частности, применяются методики донесения информации, в основе которых лежат технологии, позволяющие влиять на подсознание человека, подкорковые механизмы его мышления, т.е. действия пропагандистов направляются в обход контроля сознания за внешней стимуляцией. Такой переход от техник убеждения к техникам внушения называется методом индоктринации.

Манипулятивные методики пропаганды часто сочетаются с постоянной игрой на предрассудках и заблуждениях человека, а также использованием устрашения (угроз, наказаний, санкций). Это не просто антигуманная, но и антипросветительская методика, сужающая возможности человека в понимании мира политики.

Используя манипулятивные техники, пропагандисты нередко отказываются от морально-этических стандартов политической игры, дегуманизируют образы жертв политического противоборства, разрушают у людей представления об общей судьбе народов, мира. Пропагандистское манипулирование создает у населения иллюзию исполнения самых несбыточных надежд, потворствует завышенным ожиданиям людей. Затем авторы подобных проектов ци- нично используют простодушно настроенных граждан.

К манипулятивным технологиям относятся такие техники, как личные свидетельства(т.е. привлечение для доказательства своих подходов оценок человека с улицы, лидера или специалиста, чей образ и авторитет представляет наиболее приемлемую «упаковку» для соответствующей идеи), различные способы «героизации дейст- вительности» (заставляющие людей повторять чьи-то «подвиги»), логические «ловушки», которые искусственно создают некие противоречия в оценке ситуации, а затем предлагают человеку «единственный выход» из ситуации. Показательно в этом плане использование так называемого эффекта когнитивного диссонанса(Л. Фестингер). Человека, сталкивающегося с двумя несовместимыми оценками событий, подводят к тому, что способ ослабления этого внутреннего конфликта неразрывно связан с сохранением личного достоинства. А это требует от него внутреннего согласия с предлагаемым способом искажения информации.

 

Агитация

Сущность и отличительные особенности агитации.Агитация (от лат. agitatto — приведение в движение) как разновидность немаркетинговых коммуникаций при сохранении характерных для этого типа информационных обменов основной акцент делает на изменение практической активности поведенияреципиента. Если пропаганда создает и распространяет некие мыслительные схемы, то агитация пытается стимулировать поведенческую активность людей, стремясь насадить определенные культурные образцы их поведения и взаимодействия в сфере политики. Иными словами, информационное воздействие на политического актора в рамках агитации рассматривается как предпосылка достижения конечной цели, а именно: заставить его оказать практическую поддержку политическому курсу, партийной программе, линии поведения определенного лидера.

В известном смысле агитация представляет собой составную часть пропаганды, поскольку также нацелена на управление сознанием реципиента. Однако особенность ее строения состоит в том, что главным приоритетом при распространении информации становятся не все, а только определенные элементы человеческого мышления, те, которые отвечают за побуждение практической деятельности людей.

В политической истории существует немало примеров формирования и распространения информационных продуктов с целью изменить практическое поведение людей.

Причем эту особенность некоторых информационных посланий заметили еще в древности. Например, в древнеисландском своде законов было запрещено сочинять и исполнять так называемые ниды — определенные тексты, обладавшие, по мнению современников, магическим свойством поражать сознание человека и видоизменять его поведение. Такой же статус имели и стихи, предназначенные женщинам. По существо- вавшему тогда мнению, они подобно приворотному зелью могли изменить судьбу человека, и потому на их распространение налагался запрет.

Интенсивность агитации, ее формы и иные существенные параметры разнятся в зависимости от конкретных задач (например, нужно ли способствовать поддержке инновационного политического курса правительства или необходимо обеспечивать проведение привычной для населения политической линии, воспрепятствовать политическому курсу противника или же сохранить лояльность действующему режиму и т.д.). Исходя из функционального предназначения и строится агитация. В результате транслируются не все компоненты идеологической системы, а лишь те, которые непосредственно стимулируют поведенческие реакции. По этой причине основной идейный материал, с которым <работает» аги- тация, сосредоточен в основном в программных документах партий и правительств, политических требованиях и директивах, лозунгах и призывах. Агитация распространяет те информационные продукты, в которых общеполитические идеи и ценности, идеалы и принципы политического движения или, условно говоря, социальная философия соответствующих акторов выражена наиболее концентрированно — в конкретных целях, соединяющих базовые политические представления с решением практических задач.

Например, в деятельности властей США, пытавшихся сформировать мировую коалицию против международного терроризма, а впоследствии «наказать» Ирак за разработку массовых вооружений, были хорошо заметны два способа информационного давления. Во-первых, американцы активно использовали определенную систему доказательств о возникновении новых политических условий и, как следствие, вступлении всех цивилизованных стран в фазу противостояния с мировым терроризмом и его носителями. Эта пропагандистская конструкция хорошо просматривалась в идеологии противодействия «мировому терроризму», «оси зла» и иных сопутствующих им идеях. США оказывали информационное давление на все страны, в поддержке которых они были заинтересованы, прибегая в каждом случае к конкретным аргументам, которые заставляли партнеров делать нужный шаг в нужном направлении. И здесь уже общеполитические декларации соединялись с предметно направленными формами воздействия, значимыми для каждой страны.

Приведенный пример демонстрирует и то, что агитация стремится к аккумуляции, концентрациивоздействия транслируемого ею идейного материала на сознание конкретного реципиента. Ее основными «мишенями», способными трансформировать идеи в поведенческие практики, становятся мотивации и установкиреципиента. Эти компоненты сознания наделяются сугубо конкретными значениями, которые способны персонализировать распространяемую информацию с учетом всех особенностей реципиента. При таких условиях появляется возможность не только соединить внешние для реципиента цели с его внутренними представлениями, но и добиться их непосредственного влияния на поведенческие практики человека.

Агитация в еще большей степени, нежели пропаганда, спроецирована на использование эмоциональных компонентов сознания реципиентов. А настойчивость и агрессивность информационного давления становятся едва ли ни основными формами ее политического существования. Ведь именно эмоциональная доминанта «собирает» и концентрирует идейный материал, а способы ее распространения в публичном пространстве сродни психологической «заразе» (Г. Лебон), которая при всем своем напоре и агрессивности не чурается и многочисленных тонкостей, и изысканных техник внушения, рассчитанных на особенности восприятия каждого конкретного реципиента.

Даже если вспомнить действия «телекиллера» С. Доренко, который в избирательной борьбе 2001 г. дал ставшие поистине классическими примеры наиболее грязной и чрезвычайно агрессивной агитации против политических противников своих хозяев, то и здесь можно увидеть холодный расчет на потрясение сознания телезрителей, ранее еще не встречавшихся с такими масштабными и циничными приемами публичного ин- формирования.

Понятно, что сверхэмоциональная заряженность агитации обусловлена применением соответствующих технологий. При агитационном информировании активно используются приемы, характерные и для пропаганды. Однако агитация сохраняет и собственный информационный потенциал, но при этом более широко и специальным образом использует различные психологические методики, позволяющие стимулировать поведенческие реакции. Безусловным принципом применения агитационных техник выступает постоянная контаминация вербальных и иконических сообщений (соединение словесных и визуальных способов передачи информации), усиливающая воздействие политических идей и целей на различные слои населения.

Для агитационной «упаковки» информации весьма часто прибегают к различным психологическим эффектам.Например, учитываются свойственные человеческому сознанию процессы преодоления (блокирования, вытеснения на периферию сознания) тревожной информации; активизация чувственного восприятия людьми потенциальной опасности (страха); «оглушение» сознания при обращении к неким «болевым» точкам аудитории (негативным воспоминаниям и прочим создающим внутренний дискомфорт представлениям); механизмы «фильтрации» (выведения определенной информации из памяти в область активного сознания) и идентификации (пред- полагающей проецирование или отнесение отрицательных оценок на противника, а позитивных — на себя) и др.

Показательна в этом смысле методика нейролиигвистического программирования(НЛП, Р. Бэндлер), одна из наиболее эффективных технологий управления мышлением и поведением человека. Данная методика базируется на представлениях, что поведение человека основано на неврологических реакциях, благодаря которым происходит определенное упорядочивание мыслительных и поведенческих реакций перед вступлением в коммуникацию. Подразумевается наличие неких внутренних алгоритмов, которые можно сознательно активизировать и использовать при информационных взаимодействиях, организуя идеи и поступки человека.

С технологической точки зрения НЛП — это довольно целостная методика построения коммуникации, использующая неврологические реакции видения, слушания и восприятия. Например, такой прием, как техника «якорения», представляет собой меры по формированию поведенческих стимулов человека в соответствии с его внутренним психическим состоянием; помещение сообщения в доступные для человека, но разнообразные смысловые рамки, задающие направленность его мышления и поведения. Таким образом, применяется технология рефрейминга, а дезориентация актора посредством «наложения» смыслов и означает собственно процедуру «разрушение якорей».

В агитации используются и другие аналогичные технологии. Они либо направлены на проникновение в сознание реципиента замаскированных в информационном сообщении связей (ассоциативные методы),либо возбуждают в сознании людей так называемые дремлющие эффекты(в силу чего информирование об определенных событиях неизбежно вызывает у человека чувство настороженности или, напротив, только позитивные оценки). Такие методики направлены на то, чтобы распространяемая информация «западала в душу», разъедала сознание человека или делала его зависимым от внешнего воздействия, вызывая, к примеру, устойчивое стремление присоединиться к сильному лидеру, следовать подсказанным извне жизненным примерам.

Весьма характерно для агитационного воздействия стимулирование некритических мыслительных реакций, способствующих разрушению рациональных оснований сознания и формированию фанатизма. Именно с их помощью воспитываются политические террористы, самоубийцы, способные ради достижения политических идей или целей поставить под угрозу не только собственную жизнь, но и жизни многих других людей.

Институциональные особенности позиционирования агитации и пропаганды в политической сфере.Поскольку пропаганде и агитации присуще непрерывное стремление к сохранению устойчивости своих информационных потоков, а также расширению объема аудитории, то это обусловливает связь формируемого ими дискурса с организационными изменениями в политической сфере.

В истории немало примеров того, как в различных странах аги- тационно-пропагандистская деятельность велась специальными структурами и институтами. Например, в нацистской Германии и бывшем СССР для такой работы были созданы разветвленные структуры — агитпропы, имевшие свои подразделения не только в этих странах, но и за рубежом. Более того, с этой же целью широко использовались и информационные структуры иностранных государств. Например, гитлеровцы во время войны нанимали в США рекламные фирмы, в задачу которых входило создание на местном информационном рынке более благоприятного облика агрессивной политики фашистского режима.

В современном мире есть и более свежие примеры такого рода действий. Так, под президентские выборы 2001 г. в Белоруссии Г. Лукашенко создал целую пропагандистскую надстройку, и прежде всего Государственное управление по идеологии (ГУИ), чьи рекомендации в предвыборный период были обязательны для всех государственных органов. Над ГУИ сформировали еще один орган — Консультативный совет по идеологии при президенте страны, возглавляемый лично Г. Лукашенко. В рамках этой политики на всех госпредприятиях с 1997 г. были введены должности заместителей руководителей по идеологии; в стране ежемесячно проводились политдни, подавлялась оппозиционная пресса, ставились препоны для иностранных журналистов. Главной задачей этой агитмашины было обеспечение благоприятных для действующего режима результатов выборов.

...





Читайте также:
Книжный и разговорный стили речи, их краткая характеристика: В русском языке существует пять основных...
Тест мотивационная готовность к школьному обучению Л.А. Венгера: Выявление уровня сформированности внутренней...
Основные этапы развития астрономии. Гипотеза Лапласа: С точки зрения гипотезы Лапласа, это совершенно непонятно...
Особенности этнокультурного развития народов Пензенского края: Пензенский край – типичный российский регион, где проживает ...

Поиск по сайту

©2015-2022 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2017-10-25 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту:


Мы поможем в написании ваших работ!
Обратная связь
0.037 с.