Мир Земной Жизни или ЛОВУШКА?





 

Сознание обычного человека находится на уровне Мира Земной Жизни (выражение Роберта Монро). Следуя интересам биологического выживания, живые существа неизбежно причиняют друг другу боль и страдания.Как уже говорилось ранее, Мир Земной Жизни – это мир «цепочек питания», в котором «скифский стиль» является единственным способом существования. Это мир «ВЫЖИВАНИЯ» (!), мир игры «ОХОТНИК–ЖЕРТВА». Выживание – это сохранение собственного вида, формы. ВЫЖИВАНИЕ – это:

1) размножение за счет поглощения других форм и извлечения из них биоэнергии для поддержания своей биологической формы;

2) адаптация к условиям среды обитания, которая стимулирует все большее усложнение форм жизни (так называемая эволюция);

3) изменение среды обитания с целью создания оптимальных условий для существующих форм жизни;

4) создание (пока область научной фантастики) и изменение (селекция, генная инженерия и т. д.) форм жизни в интересах наилучшего выживания экспериментирующей формы жизни (управляемая эволюция).

 

* * *

 

Игра «ОХОТНИК–ЖЕРТВА» означает: «Выживи (убей, съешь) или умри!» – вот лозунг этого мира. «Выиграй или проиграй!» ВСЕ не могут выиграть, ВСЕ не могут быть сытыми в одно и то же время! Сегодня я ОХОТНИК и я ем тебя (выигрываю у тебя), завтра ты ОХОТНИК и ты ешь меня (выигрываешь у меня). Сегодня страдаю я, завтра страдаешь ты. Все достаточно просто.

Пищевая и территориальная конкуренция возникает в условиях ОГРАНИЧЕННЫХ (не бесконечных) территориально-пищевых ресурсов. Поэтому весьма наивно полагать, что в таких условиях внутри– и межвидовая борьба (война, конкуренция) когда-либо прекратится. До тех пор, пока живые организмы будут сталкиваться с проблемой нехватки пищи и территории, пригодной для жизни, люди будут находить всевозможные благие предлоги и оправдания своим агрессивным действиям.

Некоторые полагают, что в физической реальности можно изобрести игру, в которой все смогут оказаться в выигрыше. Однако подобная идея – чистая утопия (или же сознательный обман некоторых участников игры ). Как писал в «Электронной революции» Уильям Берроуз: «Все игры враждебны. В основе своей, отсюда и до самой вечности существует только одна игра. Г-н Хаббард утверждает, что сайентология – это игра, в которой побеждают все. Игр, где побеждают все, не существует. В этом суть всех игр – в победах и поражениях… Версальский договор… Гитлер, пляшущий оккупационную джигу… Военные преступники, повешенные в Нюрнберге… Правило этой игры: окончательной победы быть не может, поскольку это означает конец игры в войну. Однако каждый игрок должен верить в конечную победу и стремиться к ней изо всех сил».[158]

Человеческий вид в физическом аспекте – это вид приматов, причем достаточно агрессивных приматов, занимающих определенную экологическую нишу (и страстно желающих эту нишу расширить, невзирая даже на опасность экологической катастрофы). В конце концов, все биологические программы этих приматов сводятся к необходимости ВЫЖИВАНИЯ, выживания вида «голых, прямоходящих обезьян».

Каждый поступок обитателя мира желаний обусловлен выживанием, т. е. попыткой удержаться в физическом теле, в физическом мире. Выживание – основной мотив всех рациональных действий человека, основа любого его оптимального желания.

Однако если приглядеться, то оказывается, что ценности этого мира, как и сам этот мир, имеют лишь временной характер. Желания, эмоции (пристрастия и антипатии) относительной личности – это не что иное, как признание власти эго, добровольное превращение в марионетку мира, основанного на заблуждениях относительно нашей настоящей природы. Мир, в котором мы обречены отнимать чьи-то жизни, чтобы сохранить свою, в котором убийство – основа жизни, – не может быть оптимальным вариантом БЫТИЯ. Идея некоего фундаментального заблуждения , имманентного (присущего) данной реальности, известна с древних времен (пифагорейско-платонические учения, гностицизм, буддизм, шиваизм и т. д.) и до наших дней (феномен современного неогностицизма). Характерный пример неогностицизма – романы Филипа К. Дика, трилогия братьев Вачовски «Матрица»; главная идея фильма – освобождение от власти матрицы , некоего эгрегора, сверхпрограммы, управляющей умами подключенных к матрице живых существ. Матрица определяет способ видения, образ жизни людей. Живем не мы, нами живет Матрица. Слово «матрица» изначально и означало «форму, служащую для отливки, чеканки и т. д.». Эту Матрицу можно называть по-разному: Мара, Злой бог, Иллюзия, Заблуждение-Авидья, Сатана-Противник, Дьявол-Обманщик и т. д., однако суть этого явления – эгоцентризм, плод неведения нашей действительной природы, Основы нашего Бытия. В шиваизме живые существа носят название «пашу» (pas ґu ) – души вечные, бесконечные, всепроникающие и всеведующие по природе, однако при этом закованные в паша (оковы души, узы, путы). Эти оковы, нечистоты (mala ) – неведение (анава ), карма и майя. В этом контексте главная задача Шивы – направлять людей к освобождению от этих оков.

«Не к добру людям исполнение их желаний» (Гераклит). «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего» (1 Иоан. 1:15—16).

Борьба за телесный комфорт и источники питания, за возможность спаривания с наилучшей (репродуктивно-привлекательной) представительницей собственного вида (или с сильным и твердо стоящим на ногах самцом) и (для некоторых видов) забота о потомстве – вот удел земной жизни. Отстаивая свое эго, ВЫЖИВИ ИЛИ УМРИ! Все формы жизни на Земле включены в цепочки питания. А что это значит? Это значит, что мы должны будем бесконечно пожирать друг друга, получать удовольствие, отнимая чью-то жизнь, и страдать, испытывая страх быть съеденным, боль, когда нас хватают чьи-то мощные челюсти… и невидимые микроорганизмы. Вегетарианство не решает проблемы.Даже если все формы жизни станут питаться исключительно растительной пищей, боль не исчезнет. Ведь растения – тоже живые формы жизни, они также чувствуют боль. Недавно ученым удалось провести опыт, в котором было доказано, что растения страдают не меньше любых других форм жизни. Немецкими учеными был создан прибор, с помощью которого можно услышать, как растения выражают свои эмоции. Как пишет немецкое издание «Экспресс», в состоянии стресса растения активно выделяют газ этилен. Устройство издает различные звуки в зависимости от концентрации этого газа. Журналисты, присутствовавшие при демонстрации прибора, рассказывают, что, когда у орхидеи отрывали лепесток, через динамики было слышно, что она буквально визжит от боли.

Каково было бы сентиментальным вегетарианцам, если бы они слышали кошмарные вопли боли и ужаса растений, оказавшихся на их «безгрешных» зубах?

 

Условия земной жизни сами затягивают, подталкивают человека к скотскому, звериному образу жизни, к борьбе, в которой выживает сильнейший и хитрейший. Если человек не будет пробиваться поближе к КОРМУШКЕ (источнику физического комфорта – пищевым ресурсам и благоприятной для жизни среды), он обречет себя на голодную смерть. Чтобы быть ближе к КОРМУШКЕ, человеку правдами и неправдами нужно добиваться приемлемого СТАТУСА в сообществе себе подобных, т. е. участвовать во внутривидовой борьбе за власть. Отсюда и большинство человеческих пороков: ненависть, зависть, ложь, воровство, убийство и т. п.

Этологи выявили в естественных условиях шесть стратегий присвоения «чужого добра», употребляемых общественными животными. В. Дольник предложил следующую их классификацию:

1. Присвоение, прямой захват и удержание свободного источника благ – богатого кормового места, плодового растения, стада животных, трупа, источника воды и тому подобного. Захваченное добро удерживают силой, а всех потенциальных конкурентов изгоняют. Удержать источник благ могут лишь сильные особи, поэтому для посторонних сам факт обладания им есть знак могущества.

2. Отнятие силой чужой собственности с использованием своего более высокого ранга или силы (насильственное ограбление).

3. Отнятие чужой собственности без прямого насилия. В подобных случаях нет видимых схваток за обладание добром, и оно переходит к другому, например, по праву доминирования. У общественных обезьян это происходит все время, а подчиненные особи не только безропотно отдают все, что интересует доминанта, но и, предупреждая его гнев, преподносят ему подарки (или дань) сами.

4. Похищение отличается от предыдущих случаев тем, что «захват» чужого совершает особь, стоящая рангом ниже, чем обладатель блага. Поэтому воруют животные тайно, а захватив добычу – убегают, прячут или сразу же незаметно съедают. У обезьян из-за жесткой иерархии воровство процветает вовсю. Врожденная программа воровства содержит «предупредительный» блок: попадешься – побьют.

5. Попрошайничество – программа низкоранговых животных. Впрочем, если вспомнить зоопарк, то можно убедиться – к нему способны очень многие животные, даже сильные и независимые в естественных условиях. Попрошайничество детенышей – широко распространенная возрастная программа добычи пищи. Поэтому если попрошайничает взрослое животное (например – самка), то оно имитирует позу детеныша, выпрашивающего корм.

6. Обмен – широко распространен у обезьян и некоторых врановых птиц. Меняются животные только одного ранга. У обезьян и ворон обмен всегда обманный. У них есть очень хитрые программы, как обдурить партнера, как подсунуть ему не то или захватить оба предмета обмена.[159]

Насилие, воровство и жульничество, если посмотреть на них глазами «дикой» природы, оказываются не какими-то ужасными грехами, а всего лишь способами ВЫЖИВАНИЯ. Взглянув на братьев наших меньших, человекообразных обезьян, многое становится понятным. (Хотя почему этих наших «братьев» называют «меньшими»? Они ведь наши «старшие братья»…) Так вот, доминанты (господствующие в обезьяньем сообществе особи) никогда не делятся с другими самцами тем, что они добыли сами. Раздавать они готовы лишь то, что отобрали у других, да еще при условии, если они в этом не нуждаются. Если стадо начинает кочевку, то все припасы, которые доминирующие особи не могут съесть или набить за щеки, приходится бросать или же «справедливо распределять». Причем иногда один и тот же дар несколько раз отдается, а затем отбирается опять. В первую очередь доминанты одаривают самых униженных попрошаек и заискивающих перед ними «шестерок». Обезьяньи иерархи любят тех, кто подчеркнуто, карикатурно почтителен с ними. И девиз: «Место сильных – на стороне слабых!» не имеет у обезьян оттенка благородства[160]. Этологи и зоопсихологи потратили много усилий, чтобы хотя бы в искусственных условиях, в лаборатории, получить модель справедливого общества у обезьян. И вот что получилось:

Если обучить содержащихся в загоне павианов пользоваться запирающимся сундуком, они сразу соображают, как удобно в нем хранить пожитки. Теперь, если только доминанта снабдить сундуком, он начинает лишь копить отнятое добро, ничего не раздавая. Если все получают по сундуку – доминант все сундуки концентрирует у себя. Второй опыт: обезьян обучили, качая определенное время рычаг, зарабатывать жетон, на который можно в автомате купить то, что выставлено за стеклом. Общество сразу расслоилось: одни зарабатывали жетон, другие попрошайничали у автомата, а доминанты грабили, причем быстро сообразили, что отнимать жетоны, которые можно хранить за щекой, выгоднее, чем купленные тружеником продукты. Труженики сначала распались на два типа: одни работали впрок и копили жетоны, тратя их экономно, а другие как заработают жетон, так сразу и проедают. Спустя некоторое время труженики-накопители, которых грабили доминанты, отчаялись и тоже стали работать ровно на один жетон и тут же тратить. Эти и многие-многие другие исследования показали, что на основе своих инстинктивных программ приматы коммунизма не строят. Они строят всегда одно и то же – реальный социализм.[161]

Не будем также забывать, что где-то в основе так осуждаемой человеческой моралью похоти лежит не что-нибудь, а один из фундаментальных инстинктов выживания – сексуальное влечение, инстинкт размножения. Стремление победить конкурентов и спариться с наибольшим количеством самок – естественная (!) потребность в мире животных. Равно как нет ничего удивительного в сексуальных предпочтениях самок. Это одна из фундаментальных основ «естественного отбора». Предпочтение оказывается «настоящему мужчине», т. е. «самому красивому и самому умному», а проще говоря – самому приспособленному к жизни на земле. И поскольку для успешного потомства кроме удачного генетического материала отца нужно еще и место для выращивания этого потомства, то самка смотрит еще и на гнездовую и кормовую территорию с хорошим видом из окна. Посмотрите, как человеческие самки, повинуясь инстинкту отбора идеального самца, прыгают вокруг спортивных и эстрадных кумиров. Что поделать, все животные хотят внести вклад в генофонд вида. О верности в животном мире говорит один примечательный случай из жизни аистов. Известно, что аисты гнездуются и выращивают потомство совместно. Так было и в случае с парой аистов, которую изучал орнитолог Эрнст Щюц. Но однажды после отпуска на югах самец-аист вернулся раньше своей супруги. Прошло некоторое время, но супруга не возвращалась. В один прекрасный день мимо пролетала чужая самка. Самец, стоя на гнезде, тут же поприветствовал чужую даму хлопаньем клюва. Через некоторое время аист обращался с новой подругой точь-в-точь, как это принято у самцов со своими долгожданными законными супругами. Орнитолог Щюц был готов поклясться, что это вернулась старая спутница жизни наблюдаемого им аиста, если бы не отсутствие кольца на ноге новой самки. Аисты уже вовсю были заняты ремонтом гнезда, когда вдруг объявилась законная супруга с кольцом на ноге. Между аистихами началась страшная борьба за гнездо. При этом самец совершенно безучастно следил за дракой двух прекрасных дам. В конце концов новая самка сдалась и улетела. Самец не придал никакого значения произошедшей перемене, продолжая трудиться над устройством гнезда и ухаживая теперь уже за своей старой женой.

Этические вопросы, с которыми неизбежно сталкивается живое существо, были выразительно сформулированы Станиславом Грофом в «Космической игре» (глава «Зло как неотъемлемая часть творения»):

«Одна из самых трудных этических проблем, которые предстают перед нами в холотропных состояниях сознания[162], – необходимость примириться с тем, что агрессия неразрывно вплетена в природный порядок и что выживание одних форм жизни возможно только ценой гибели других. Голландский микробиолог и изобретатель микроскопа Антони ван Левенгук так выразил эту мысль: „Одна жизнь существует за счет другой, это жестоко, но такова воля Божия“. Английский поэт Альфред Теннисон говорил о природе, что ее „зубы и когти обагрены кровью“. Джордж Уильямс (Williams, 1966), размышляя о дарвиновском мировоззрении, высказался еще резче: „Мать-Природа – злая старая ведьма“, а маркиз де Сад, давший свое имя садизму, охотно ссылался на жестокость природы, оправдывая собственное поведение.

Даже ведя самый совестливый образ жизни, мы все равно не избежим этой дилеммы. Алан Уоттс в статье „Убийство на кухне“ рассмотрел с данной позиции дилемму мясоедства и вегетарианства. Тот факт, что „кролики кричат громче, нежели морковь“, не показался ему достаточной причиной, чтобы сделать выбор в пользу последней. По-своему сформулировал эту мысль Джозеф Кэмпбелл в своем определении вегетарианца как „человека, которому недостает чувствительности, чтобы услышать, как плачет помидор“. Поскольку жизнь должна питаться жизнью, хоть животной, хоть растительной, Уоттс рекомендовал в качестве решения подход, который обнаруживается во многих туземных культурах – как в общинах охотников/собирателей, так и в земледельческих обществах. Эти группы прибегают к ритуалам, выражающим благодарность за съеденное, а также покорное согласие с собственным участием в пищевой цепи в обеих ролях.

Этические вопросы и их решения особенно усложняются, когда соответствующие прозрения и информация поступают с таких уровней сознания, которые обычно не всегда доступны, в частности из духовных измерений. Если вводить духовные критерии в ситуации повседневной жизни, причем в экстремальной форме, без учета соображений целесообразности, то последствия могут быть весьма печальными. Здесь в качестве примера можно упомянуть эпизод из жизни знаменитого немецкого врача, музыканта, филантропа и философа Альберта Швейцера. Однажды Альберт Швейцер лечил в своем госпитале в джунглях Ламбарене коренного африканца, страдающего от заражения крови. И вот, стоя возле этого африканца со шприцем, наполненным антибиотиком, Швейцер внезапно спросил себя, кто дал ему право уничтожать миллионы жизней микроорганизмов, чтобы спасти одну человеческую жизнь. Иными словами, согласно каким критериям мы считаем себя вправе полагать человеческую жизнь высшей по отношению к жизни других видов.

Джозефа Кэмпбелла однажды спросили, как можно примирить наше духовное мировоззрение с необходимостью принимать в повседневной жизни практические решения, включая убийство ради спасения жизни. В качестве примера он описал ситуацию, где маленькому ребенку грозит укус змеи, яд которой смертелен. Вмешиваясь в такую ситуацию и убивая змею, мы отнюдь не говорим „нет“ змее как неотъемлемой части устройства Вселенной, как значимому элементу космического порядка. Это не отрицает права змеи как части творения на существование и вовсе не означает, что мы не принимаем ее существование. Такое вмешательство не жест абсолютной космической значимости, но наша реакция на конкретную ситуацию».

 

Возникает очень важный вопрос – СОВМЕСТИМО ЛИ СЧАСТЬЕ С НЕОБХОДИМОСТЬЮ ПРИЧИНЯТЬ БОЛЬ ЖИВЫМ СУЩЕСТВАМ? Достаточно ли просто извиниться перед живым существом, прежде чем убить его (например, перед тем как свернуть шею так называемому рождественскому гусю и набить его вспоротое брюхо сочными отчаянно пищащими яблоками); причем здесь речь идет лишь о необходимом убийстве , не убийстве из забавы или слепой ненависти? Когда мы вынуждены отнимать чью-либо жизнь, достаточно ли не испытывать злости к нашей жертве, достаточно ли нашего сострадания к ней (т. е. понимания того, что жертва страдает)? Может ли победа в борьбе за выживание считаться синонимом радости с учетом того, что наша победа – это чье-то поражение и боль? Или же мы должны утешать себя мыслью – «Сегодня повезло мне, а завтра повезет ему»? Но с такими мыслями мы вряд ли сможем по достоинству насладиться победой. Если определить «зло» как причинение страдания, ущерба одного живого существа другому живому существу, тогда «злыми» окажутся все живые существа. Но если земное «зло» – это нарушение экологического баланса, целостной биологической системы (экосистемы, биогеоценоза[163]), тогда причинение вреда, убийство живого существа, которое не нарушает целостности биосистемы, «злом» уже не будет.

«Добром», соответственно, в таком случае будут действия, направленные на поддержание экологического равновесия, гомеостаза (гомеостаз – поддержание внутреннего равновесия организма, его внутренней среды) планеты Земля как единого организма.

Так мы приходим к выводу, что на уровне «земной реальности» единственно разумным оказывается архаический космическо-структурный подход в этическом вопросе.

В свете структурного подхода мы можем допустить следующую «онтологическую» картину. В безмерном Хаосе-Океане возникают и исчезают островки – устойчивые динамические системы (миры). Возникают они не только последовательно, но и параллельно. Каждый мир построен на основе неких базовых констант (постулатов) – то есть законов. Одни миры или даже целые вселенные строятся на преднамеренной основе, другие – инертно повинуясь кармическому закону.

Внутри нашей «вселенной» (о которой знали еще шаманы) есть миры земные, а есть – небесные и подземные . В зависимости от состояния нашего сознания мы автоматически притягиваемся в тот или иной мир. Почему при жизни нам тяжело переместиться в другой мир? Сознание удерживается в определенной системе-мире привязанностью к агрегату – психофизической совокупности (телесность) и вовлеченностью в локальные игры и взаимоотношения с другими «игроками». Лишь отдельные выдающиеся существа вроде йогинов и шаманов способны преодолевать притяжение одного мира-системы и совершать путешествия в другие (вспомним об импринтинге и архаических экстатических техниках).

Наиболее сильные духовные существа могут создавать свои островки-миры, но для этого нужно обладать действительно мощным сознанием. Это боги миров . Есть также демиурги (существа, создающие миры по чужим образцам) и бунтари (разрушители миров-систем). В большинстве же своем живые существа представляют собой обитателей конкретного мира, даже и не подозревающих о существовании иных систем-островков. Согласно условиям существования, а также степени «сознательности» этих обитателей между ними выстраиваются определенные иерархические отношения.

Этический вопрос, как правило, связан с вопросом эстетическим.

На уровне земной реальности красота живого сильного тела или тела сексуального (готового к деторождению) – также лишь субъективное переживание, непосредственно связанное с проблемой ВЫЖИВАНИЯ. Грациозные формы хищника, его сверкающие клыки и отливающая золотом шкура вызывают эстетическое восхищение. Однако вне естественной «гонки за вооружение», то есть процесса эволюционного отбора, этот великолепный убийца не смог бы появиться на свет. Львиная доля красот природы, которые завораживают нас (и которые теперь мы вынуждены защищать от полного вымирания от руки главного хищника – самого человека), – это все тот же результат беспощадной и неумолимой борьбы за место под солнцем! Пожалуй, в этом состоит главная драма жизни.

 

* * *

 

Вероятно, любить всех живых существ можно, можно и симпатию к ним испытывать, но с пониманием, что в условиях Мира Земной Жизни, т. е. в условиях конкурентной борьбы за жизнь, мы обречены приносить кому-то боль, страдание и смерть, иначе мы не сможем долго участвовать в «скифской игре». Вместе с этим мы можем стремиться к тому, чтобы хотя бы не приносить живым существам страдания бессмысленного, не ограниченного интересами нашего выживания. Может быть, это и есть формула относительно счастливой жизни в этом мире? И если испытывать любовь и сострадание ко всем формам жизни, когда-нибудь мы сможем преобразить реальность и обрести мир, в котором нам не надо будет убивать, чтобы жить ?

Но можем ли мы хотя бы вообразить такую реальность (в которой вряд ли останется место для антропоморфных существ)? И кем будем мы, оставив человеческий мир соперничества и конкуренции?

 





Рекомендуемые страницы:


©2015-2019 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2016-02-13 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!