Восстание в оценке современников англичан




Восстание 1857-1859 г г. в Индии в оценке современников-англичан

Из речи Дизраэли в парламенте

...Строгое соблюдение наших соглашений, неукоснительная поддержка законов и обычаев народа, и, главное, уважение к тем гарантиям, которые мы предоставляем им в отношении владения землей, и верность даже в малом нашим обязательствам не вмешиваться в и религиозные дела - таковы источники нашей силы, таковы принципы, которые утверждали наши великие государственные деятели в Индии. Но в последнее время была принята новая система управления Индией. Если старый принцип - принцип, на основе которого создавалась и укреплялась наша империя и который определял все до самого последнего времени,-заключался в уважении к этой нации, то новая система представляется его полной противоположностью и может рассматриваться как уничтожающая эту нацию. Все в Индии изменилось. Законы и нравы, обычаи и привычки, политические организации, формы собственности, религия народа-все это в Индии либо подверглось изменению, либо была сделана попытка изменить их, либо население подозревает в стремлении к этому наше правительство. Теперь, взяв последние 10 лет, я разделю на три группы различные причины, которые, по моему мнению, привели там к сильному недовольству нашим правлением. Я определил бы их таким образом: во-первых, насильственное уничтожение нами местных князей, во-вторых, нарушение с нашей стороны установленного порядка владения собственностью, в-третьих, наше вмешательство в религиозные дела населения...

Итак, я отнесу приблизительно к 1848 г. начало проведения новой политики в Индии, которую я намереваюсь представить как направленную против всех тех принципов, на основе которых создавалась и упрочивалась наша империя. Великие войны окончились тогда победой и триумфом нашей страны. Завершилась борьба с новыми, только возникавшими и угрожавшими нам старыми державами. Не было никакой опасности иноземного вторжения, и в этих условиях меньше внимания требовали меры сохранения внутреннего спокойствия.

Но с точки зрения финансов положение в Индии ни в коей мере не было удовлетворительным. Палата столь хорошо знакома с этой стороной дела, что я не стану слишком углубляться в подробности. Палате известно состояние финансов Индии, а также и то, что дальнейшее расширение доходов недопустимо. Основная часть годового дохода поступает от земли, и, хотя мы получаем значительные суммы от продажи опиума и соли, тем не менее рост дохода за этот счет возможен лишь путем увеличения населения подвластных нам территорий. Но положение дел достигло такого состояния, когда стало необходимым увеличить доход правительства Ост-Индии. Около этого времени появился один из важнейших когда-либо опубликованных государственных документов, касавшихся Индии; это была п мятная записка палаты (директоров Ост-Индской компании.-Л. О.) по случаю смерти индийского князя, где почти открыто излагался принцип нашей будущей политики в Индии-политики увеличения дохода путем увеличения наших владений и где говорилось, что единственным способом увеличения доходов является расширение наших территорий...

Генерал-губернатор Индии, проводя в действие новую политику, предпринял решительные шаги по уничтожению закона об усыновлении...

Все раджи, которые умерли за это время; не оставив прямых наследников, имели владения большей или меньшей величины и немалые доходы, и все это было поглощено Британской империей...

Принцип закона об усыновлении не является в Индии прерогативой князей и княжеств. Он относится к любому человеку в Хиндустане, владеющему земельной собственностью и исповедующему индусскую религию. Крупный феодал, или джагирдар, который получает землю за службу своему государю, и заминдар, который владеет землей, свободной от всяких земельных налогов, и соответствует если не полностью, то по крайней мере в общепринятом смысле нашим фригольдерам, - оба эти класса (наиболее многочисленные в Индии) при отсутствии естественных наследников всегда находили в усыновлении средство, обеспечивавшее передачу их имений по наследству. Оба эти класса были затронуты аннексией [княжества] Саттары, их взволновала аннексия десяти менее значительных, но независимых княжеств, о которых я уже упоминал, и гораздо больше, чем просто взволновала, - они были крайне испуганы, когда произошла аннексия княжества Берар. Кто мог считать, что он находится в безопасности? Какой вассал, какой землевладелец во всей Индии был в безопасности, если у него не было собственного ребенка? Это не были праздные опасения... Впервые за всю историю в Индии начали отбирать джагиры и инамы. Бывали, без сомнения, и раньше политически несвоевременные попытки пересмотра права владения но никто никогда не думал об отмене закона об усыновлении. Поэтому ни местные власти, ни правительство не были в состоянии конфисковать джагиры и инамы, владельцы которых не оставили прямых наследников. Это был новый источник доходов. Но пока все про исходящее определенным образом воздействовало на указанные классы индусов, правительство сделало еще один шаг, нарушавший установленный порядок владения собственностью, к которому я должен сейчас привлечь внимание палаты. Прочитав показания, данные к миссии 1853 года25, палата, несомненно, осведомлена о том, что в Индии есть много земель, освобожденных от всяких налогов. Быть освобожденным от земельных налогов в Индии значит гораздо больше, чем здесь, так как земельный налог в Индии заключает себе весь государственный налоговый сбор и поэтому он составляет весьма значительную сумму. В Индии много земель, освобожденных от налога. Происхождение актов, дарующих эту свободу, проследить трудно, но, без сомнения, они относятся к глубокой древности. Акты имеют различный характер. Кроме освобожденных от налогов частных владений, которые очень велики, имеются свободные от земельных налогов большие владения мечетей и храмов.

Одним из важнейших источников наших успехов в Индии в прежние времена было то, что, когда какой-нибудь тиран, мусульманский вождь, захватывал и конфисковывал у них земли, мы приходили как защитники общественного права и неизменно гарантировали неприкосновенность собственности, как это было в случае с джагирами и инамами. Однако одному облеченному властью человеку, не имевшему никаких злых помыслов, посоветовали пересмотреть права владения, что, несомненно, было вызвано нехваткой денег из-за сокращения финансовых поступлений. Тогда по крайней мере в отношении Бенгалии считалось, что наша власть там уже прочно установлена. Тогдашнему Генерал-губернатору посоветовали начать проверку прав владения. При этом ссылались на мошеннические случаи передачи прав. Такие случаи мошенничества были в Англии, и нет никакого сомнения, что они могли появиться и в Индии, служившей ареной стольких переворотов и завоеваний. Палата легко может определить, какая политика в тех условиях была наиболее мудрой, и в вое время могла воспрепятствовать тому, чтобы правительство вступило на опасную стезю пересмотра прав на земельные владения в Индии. Даже если бы в Англии стали проводить такой пересмотр прав, это кончилось бы революцией и привело к потрясающим результатам. У любого владельца церковной земли или королевского поместья, который не смог бы доказать, что люди, от которых он ее унаследовал, владели ею по праву, можно было бы конфисковать все имущество целиком. Такую политику пробовали проводить в Бенгалии в течение 30 лет и, сделав несколько попыток, нашли, что недовольство ею столь велико, что от нее пришлось полностью отказаться.

Но при новой системе, установленной в Индии, мы сразу же воспользовались планом пересмотра прав как доказательством могущества правительства и активности исполнительной власти и наиболее многообещающим источником дохода. Поэтому были созданы комиссии по проверке прав на земельные владения в Бенгальском президентстве и прилегающих к нему районах. Они были также созданы в Бомбейском президентстве. Было приказано произвести межевание в новоустановленных провинциях, чтобы по его окончании работа комиссий могла проходить наиболее эффективно. Нет сомнения, что в течение последних 9 лет деятельность комиссий по пересмотру прав владения свободными от налогов земельными участками в Индии шла очень быстро и были получены колоссальные результаты. Конечно, в таких окутанных тайной делах трудно добиться точных расчетов, но на основании сведений, которыми я располагаю и в правильности которых я убежден, я склонен считать сумму, полученную правительством в Индии путем изымания поместий у их прежних владельцев, равной не менее 500 тыс. ф. ст. в год по одному только Бенгальскому президентству. Подумайте только, какой капитал может дать такой годовой доход. Представьте тысячи и десятки тысяч поместий, которые должны были быть изъяты правительством у их владельцев, чтобы привести к таким результатам. И это в одной Бенгалии. Но комиссии были созданы также и в округе Бомбей, они много поработали и там. Мне сообщилии я не упомянул бы этих данных, если бы не был глубоко убежден в их достоверности,-что сумма, полученная от изъятой правительством свободной от налогов земли, составляет в Бомбее не менее 370 тыс. ф. ст. в год. Остается только округ Мадрас, о котором я ничего не знаю. Возможно, Северо-Западные провинции подверглись бы тому же самому процессу межевания, если бы не недавние события. Я прошу палату на мгновение задержаться и представить себе, какой переворот произошел в собственности в результате введения новой системы в Индии, если сумма, превышающая 2/3 млн. ф. ст. в год, была получена правительством в виде арендной платы за землю, полностью изъятую у ее владельцев...

Мне также сообщили, что губернатор провинции Бенгалия запретил соблюдение обрядов, священных и для мусульман, и для индусов. Как мне думается, такая политика Законодательного совета была чрезвычайно опасна, так как она представляла собой вмешательств в религиозные дела населения. Но что же было следствием действий, о которых я упоминал? В Калькутте было создано общество, подобное нашим обществам по распространению Евангелия в Англии. Но как только возникла мысль, будто миссионерам покровительствует правительство, когда широко распространилось убеждение, что миссионеры - это миссионеры британского правительства, население сочло необходимым предпринять шаги, направленные против их влияния, и несколько лет назад, однако в пределах периода, о котором я говорю, было создано общество под названием Sabha, ставившее целью сохранить древнюю религию страны и защитить ее от нападок со стороны правительства. Это было большое общество, и оно все росло. Его представители действовали большей частью в Бенгалии и Северо-Западных провинциях, но с тех пор их сеть распространилась и в более отдаленные места. Это была организация (мне говорили, что некоторые из ее представителей появились даже в Англии), которая в момент опасности и политических бедствий не могла оставаться праздной и действовала, по их убеждению, во имя святого дела своей родины. Я пытался показать палате, что все три названные мною мероприятия, а именно: насильственное уничтожение местных властей в Индии, нарушение установленного порядка владения собственностью и вмешательство в религиозные дела Индии, осуществленные в течение последних десяти лет, являлись причинами, естественным и неизбежным следствием которых было сильное недовольство и беспокойство могущественных классов с раны. Если принять во внимание положение дел в Индии в то время и состояние общественного мнения вскоре после аннексии Берара, я думаю, мы увидим, что все местные князья были обеспокоены нашей политикой, и, хотя наиболее опечалены были индусские радж , все же не может быть сомнения, что мусульманские князья и население не могли не следить за ней с большим недоверием. Я показал, что независимо от закона об усыновлении мусульманские князья и население были в равной мере затронуты тем, как был поста лен вопрос о владении землей. Я показал, как энергично действовало влиятельное общество по защите религии страны, и думаю, что со стороны Палаты не будет преувеличением, если она признает, что настроение в Индии около 1854-1855 гг. было опасным и как раз таким, какое должно было привести к созданию больших затруднений для правительства. И именно в этих условиях, когда было затронуто огромное число князей и наиболее могущественные классы собственников страдали от причиненных им обид, в самый разгар узурпации и конфискации, соединившихся с религиозным страхом, затрагивающим прежде всего громадные массы трудящегося населения, в Индии произошло событие, к последствиям которого я собираюсь привлечь на некоторое время ваше внимание. Это была аннексия Ауда, исход которой, как я покажу, был особого и, если так можно выразиться, обобщающего характера... Как только трон Ауда был объявлен свободным и английские войска вступили на эту территорию, мусульманские князья поняли, какое будущее их ожидает. Вы увидите, как рос заговор. Все индийские князья-люди различных рас и различных религий, люди, между которыми существует длительная, передаваемая из поколения в поколение вражда и сохранившиеся издавна предубеждения. Несмотря на все, что создавало разобщение между ними, все: индусы, маратхи и мусульмане, объединились, втайне сочувствуя общему делу. Князья и землевладельцы в глубине души настроены против нас. По всей стране активно действуют люди, готовящие бунт, - крестьяне, уважающие свою религию. Какое кому дело до того, каковы были наши намерения; вопрос состоит в том, какие выводы из этого сделали они. Но аннексия Ауда принесла с собой не только это. Хотя мы отвратили от себя сердца князей и землевладельцев, хотя мы уничтожили прежнюю привязанность и почтение крестьянства, в Индии был класс, который, если бы мы позволили ему остаться верным, мог сделать возможной даже победу новой системы. Оказалось, что огромную часть бенгальской армии составляют подчиненные короля Ауда. Мне сообщил из таких авторитетных источников, что я осмелюсь повторить это перед Палатой, хотя и сам сначала воспринял это довольно скептически, что в этой армии не менее 70- тыс. человек из Ауда. Во многих случаях это были землевладельцы, а еще в большем числе случаев - сыновья землевладельцев. Они поступили на службу к британскому правительству. Они с нетерпением ждали окончания службы, чтобы вернуться в родную деревню с пенсией и теми большими привилегиями, которые, хотя и не были узаконены, имели от это о не меньшую силу. Если подданный Ауда, солдат компании, был обижен, если он жаловался на решение властей, он имел право апеллировать к британскому резиденту. Это был привилегированный класс в Ауде. Это было imperium in imperio. Я не превозношу этого и не восхваляю. Я "констатирую факты. Существование определенного положения воздействует на взгляды человека, а взгляды рождают поступки. Каково же положение аудского сипая? Он, видит, что нет больше деревни, куда бы он мог вернуться и жить как привилегированный подданный местного государя. Если его обидели и он будет вынужден обратиться к компании, с ним будут обращаться так же, как со всеми другими подданными компании на широких равнинах Бенгалии. Он возвращается в свое имение или к главе семьи своему брату или отцу, который этим имением владеет. Это имение может быть очень маленьким, но оно так же дорого ему, как иомену из Кента - его надел. Они обрабатывали этот надел и натурой платили местному государю налоги, которые от них требовали. ы очень хорошо знаем, как в восточных странах платятся налоги натурой. Иногда платят больше, иногда - меньше, но когда наступают плохие времена, то, хотя они и живут под властью деспота, они открыто игнорируют всякую деспотию и не платят никаких налогов. Но теперь аудский сипай возвращается в деревню и видит, что она принадлежит компании и строгая система налогов, которая существует в Индии, относится и к его маленькому владению. Аудский сипай оказывается в подчинении новой тяжелой системы обложения. Он видит, что потерял политические привилегии и положение землевладельца, которое он занимал. И огромное большинство бенгальской армии впервые, выказало свое недовольство. Какое же действие оказало это на дальнейший ход событий? Князьям, землевладельцам и духовенству, давно уже неблагонадежным и проявляющим недовольство, представился теперь удобный случай. Между тем тот единственный класс, который бы мог удержать их в повиновении, находится в состоянии возмущения. Уважаемый господин, который сидит напротив меня, возразит мне, что у меня нет доказательств существования заговора этих классов. Это неожиданный взрыв, говорит министр финансов. Он мог бы также сказать вам, что и подоходный налог-неожиданный взрыв. Аннексия Ауда произошла в начале 1856 г. Сейчас только середина 1857 г. Действительно ли не было никаких проявлений существования тайного заговора в Индии? Может быть, были проявления, которых правительство не поняло.

 

Может быть, были признаки, которые смутили его. Может быть, были поступки, мотивы которых оно не смогло понять. Но то, что в течение последних двенадцати месяцев не было никаких проявлений заговора, представляется мне утверждением, на котором больше нельзя настаивать. Парламент слышал о таинственных лепешках в Индии, а если нет, разрешите мне рассказать о том, что произошло и происходило в Индии около двенадцати месяцев назад. А происходило вот что. К старосте деревни является посыльный и приносит ему есть лепешек-чапати, которые местные жители делали из пшеничной муки, и говорит: "Эти шесть лепешек посылаются тебе, ты сделаешь еще шесть и пошлешь их дальше, в соседнюю деревню". Староста выполняет это требование, принимает шесть лепешек, делает еще шесть и отправляет их дальше, старосте соседней деревни с тем же самым поручением.

Как это началось? Это тайна. Если бы мы знали, в какой деревне впервые появились эти лепешки, мы могли бы получить очень ценные сведения. Но в течение четырех или пят месяцев во всей Бенгалии и основной части прилегающего к ней района происходило следующее: из деревни в деревню, от. одного вождя к другому, от одного полицейского участка к другому шел человек, оставляя шесть лепешек и говоря только, что нужно сделать и отправить еще шесть лепешек. Представим, что русскому императору, чья территория более напоминает по своему характеру и величине наши восточные владения, чем территория любой другой державы, представим, что русскому императору сказали бы: "Ваше величество, в вашей стране происходят очень любопытные вещи: из деревни в деревню ходят люди и оставляют хвост горностая и горшочек икры с тем, чтобы они сделали то же самое. Странно сказать, но это происходит в 10 тыс. деревень, и мы ничего не можем понять". Я думаю, русский император ответил бы: "Я не знаю, можете ли вы что-нибудь понять в этом, но я совершенно уверен, что что-то не в порядке и мы должны принять меры предосторожности, потому что там, где народ благоразумен и спокоен, он обычно не устраивает тайных союзов, если они не направлены против правительства. Это тайный союз и, следовательно, союз опасный для правительства". Пересылка лепешек продолжалась. Я не говорю, что правительство могло проникнуть в тайну, я не обвиняю его в том, что оно этого не сделало. Я хочу только показать, что были очевидные признаки заговора. Были также признаки заговора и среди военных, которые, должно быть, известны индийскому правительству. Я имею в виду цветок лотоса. Являлся человек с цветком лото а и передавал его старшему (chief) полка. В полку он переходил из рук в руки, и каждый, кто брал его, смотрел на него и передавал дальше, ничего не говоря. Понятно, что каждый человек, передававший его, был связан с заговором. Когда цветок оказывался у последнего солдата в этом полку, человек исчезал и относил его в следующий форт. Через это прошел каждый полк в Бенгалии. Не было ни одного полка, ни одного гарнизона, ни одного конвойного отряда, куда бы ни был послан цветок лотоса. Все это произошло после аннексии Ауда.

Дело в том, что, как я показал, народ Индии ждал только случая и предлога. Такой случай представился, такой предлог был найден...

...Ваши патроны были смазаны таким способом, который оскорблял их религиозные чувства, и люди, продолжавшие служить властям, которым они так долго повиновались, нарушали основные заповеди касты и оказывались вне ее. Я не буду подробно останавливаться на том, были ли патроны, к которым выражало недовольство население, те же самые, что применялись всегда (как нам сообщили, дело обстояло именно так).

Я не думаю, чтобы после настоящего обсуждения кто-нибудь счел возможным утверждать, что причиной мятежа была истинная или притворная уверенность сипаев в том, что патроны смазывались свиным или коровьим жиром. Я надеюсь, что по крайней мере молодое поколение парламентариев, начинающее свою карьеру среди происшествий, которые дадут обильную пищу для обсуждений в течение многих лет, не примет слишком поспешно таких поверхностных суждений. Я могу уверить их, что возникновение и падение империй связано не с одной только смазкой патронов. Такие результаты создаются соответствующими причинами и накоплением этих причин...

В некотором смысле и до некоторой степени между нами не может быть никаких противоречий, потому что все мы согласны, что при настоящем положении дел применение силы-первый и наиболее необходимый шаг. Но степень и способ ее применения в очень большой ере зависят от того, как мы понимаем причину создания критического положения. На чисто военный мятеж можно ответить чисто военными действиями. Но если, напротив, то, с чем мы будем иметь дело, - восстание, поддерживаемое большими массами населения, я полагаю, что наши меры должны отличаться как по своему характеру, так и масштабу от тех, которые, как нам сообщили, были предприняты правительством ее величества. Рассматривая это восстание как национальное, я не могу поверить, чтобы чисто военные меры, предпринятые правительством, соответствовали случаю...

Вы должны целиком изменить отношения с государствами, входящими в состав принадлежащей вам Индийской империи. Но взгляните на свою систему управления страной. Можете ли вы собирать доходы с помощью английских войск? Нужно ли размещать английские войска в каждом форпосте? Должны ли они сопровождать деньги из ваших казначейств? Должны ли они выполнять все те обязанности, которые сейчас легко выполняются теми, чей организм и характер приспособлены жить и работать там? Совершенно исключено, чтобы вы могли когда-нибудь управлять 100 млн. людей только с помощью европейцев. Вы должны смело встретить эти трудности. Поэтому я предлагаю следующий путь:

Независимо от того, получите ли вы сообщение об успехе или поражении, вы должны сразу же сказать народу Индии, что отношения между ним, их правителями и государыней королевой Викторией будут улажены. Вы должны немедленно начать оказывать воздействие а общественное мнение в Индии в этом направлении, а на мнение восточных наций можно действовать только через их воображение. Вам нужно послать королевскую комиссию, направленную королевой отсюда в Индию, для расследования причин недовольства различны классов населения. Вы должны заявить от имени королевы, что королева Англии не такая государыня, которая поощряет нарушение договоров, что королева Англии не такая государыня, которая нарушает установленный порядок владения собственностью, что королева Англии - государыня, уважающая их законы, обычаи, привычки и, главное, их религию. Сделайте это и сделайте это не втихомолку, а так, чтобы привлечь всеобщее внимание и каждому в Хиндустане дать надежду, и вы добьетесь того же, чего сможете добиться с помощью флотилий и армий. Но чтобы добиться этого, вы должны действовать энергично. Вы должны послать в Индию людей, которые более всего имеют права на административные посты и которые, появившись в Хиндустане, потребуют власти от имени королевы. Если это будет сделано одновременно с прибытием ваших военных сил, вы можете положиться на то, что ваши военные успехи будут обеспечены.

The Times", 28. VII. 1857.

Заявление Белла, чиновника Ост-Индской компании

Сипаи слышали повсюду громкие проклятья по адресу захватнической и алчной политики иностранных правителей и упреки в том, что они, сипаи, были сами виновниками разорения своей родины... Сипаи выступили первыми потому, что только они были организованными и собранными вместе вооруженными людьми; потому, что они знали, что без них никто не начнет.

Captain Evans Bell. The English in India:

Letters from Nagpore written In 1857-1858. London, 1858, p. 62-63.

Из показаний полковника англо-индийской армии Берна

Туземные офицеры в бенгальской армии были престарелыми и оказались совершенно бесполезными. Огромная ошибка мятежников, что они выбрали этих старых и уже утомленных людей командовать ими. Для нашей небольшой армии, стоявшей под Дели, было спасением, то вождями повстанцев были такие люди, как субадар Бахт-хан и другие, столь же слабые люди... Туземные офицеры, поскольку они обычно принадлежат к тому же классу и тесно связаны с людьми, находящимися под их командованием, помогали и оказывали содействие восставшим во время всех мятежей. То, что задевало сипаев, в равной степени задевало и туземных офицеров. Так как те и другие невежественны в одинаковой степени, то любая обида является причиной недовольства и для туземных офицеров, и для рядовых сипаев.

"Papers connected with the Reorganisation of the Army in India". London, 1859, p. 157-158.

Из письма комиссара Пенджаба Лоуренса командующему бенгальской армией генералу Ансону

Восстание, несомненно, будет распространяться, наши европейские войска будут изолированы и, возможно, постепенно уничтожены... Ныне все зависит от решительности и энергии. Спустя неделю-две возможно это будет уже поздно... Я считаю, что это самый сильный кризис, который когда-либо имел место в Индии.

Т. Rice Holmes. A History of the Indian Mutiny. London, 1913, p. 569.

Свидетельство полковника К. Янга

Случаи, когда туземные офицеры своевременно сообщали бы о готовящемся восстании, являются совершенно исключительными, но, когда мятеж начинался, они довольно часто действовали совместно с европейскими офицерами. Однако во время последнего мятежа26 он , по-видимому, чаще склонялись на сторону мятежников, считая, что они бросают безнадежное дело и покидают тонущий корабль. "Papers connected with the Reorganisation of the Army in India". London, 1859, p. 145 Общее недовольство британскою властью, охватившее всю страну, не имеет никакой связи с кастовыми или религиозными предрассудками. Отказ от новых патронов был простым предлогом для восстания, которое уже было задумано раньше и к которому готовились и индусы, и мусульмане. Подлинной причиной недовольства было дурное управление и неразборчивая политика аннексий, характеризующая правление генерал-губернатора Дальхузи... Нельзя сомневаться в том, что низложение аудского короля и аннексия территории А да вызвали недовольство в той области, откуда было большинство наших сипаев и где жили их семьи.

J. В Norton. The Rebellion in India: how to prevent another. London, 1857, p. 139.

Из донесения Габбинса, чиновника Ост-Индской компании в Ауде

В Ауде нами потеряны все пункты, кроме города Лакхнау... Талукдары колеблются, не зная, к чьей стороне присоединиться. Мы подкупаем их, обещая им джагиры.

Great Britain. Parliament, House of Lords, the Sessional Papers, 1857, v. XII, Mutinies in the Bast Indies

Из письма генерала Аутрама (17/IX 1857 г.)

В Ауде имеется большой и влиятельный класс... среди наиболее могущественных, а также средней руки феодалов и заминдаров, которые желают восстановления нашей власти, другие же, доброжелательно настроенные по отношению к нам, были вынуждены выступить против нас только потому, что были убеждены в неизбежном конце нашей власти.

Т. Rice Holmes. A History of the Indian Mutiny. London, 1913, p. 625-626.

Помимо всего прочего мы имеем в Ауде, несомненно, и народное и сипайское восстание. Союз этих двух сил создал в Ауде такое сильное сопротивление, какое мы не испытывали до сих пор...

"The Times", 15.I.1858.

От Дж. Каупера, Эсквайра, секретаря верховного комиссара Ауда, Г. Ф. Эдманстоуну, Эсквайру, секретарю губернатора Индии

 

Лакхнау. 1/Х11 1857 г.

Сэр, в соответствии с письмом главного комиссара к его светлости генерал-губернатору, датированным 14 сентября, где он указывал, что им выделена сумма в размере 50 тыс. рупий на то, чтобы попытаться поднять индусское население Барейли против мусульманских мятежников, мне приказано направить выдержку из письма капитана Гована от 14 числа истекшего месяца. Из этого письма его светлости станет известно, что такая попытка оказалась неудачной и была оставлена без затраты какой-либо части денег, выделенных на цель, указанную выше.

"Hindustan Times. Independence day

Supplement". Thursday, 15. VIII. 1957.

Тэйлор, чиновник Ост-Индской компании,

о положении в Джаунпурском районе в начале

июня 1857 г.

В округе не осталось и видимости власти. Те, кто при нашем управлении потерял свои владения, увидели счастливый момент вернуть их обратно. Те, у кого не было владений, считали, что они могут извлечь кое-какую выгоду из грабежа своих более слабых соседей; те, кто был смелее, думали о более блестящих выгодах с помощью восставших в Ауде.

Кауе and Malleson. History of the Indian Mutiny of 1857-1858, v. II. London, 1698, p. 179.

Заявление Мэйна,

начальника округа Банда в Северо-Западных провинциях

В парганах [волостях] весть о восстании пронеслась подобно лесному пожару... Скупщики земли и те, кто получил ее по судебному приговору, были изгнаны. Служащие были вынуждены спасаться бегством. Правительственные учреждения были повсеместно разграблены и уничтожены... Здесь, в Банделкханде [область к югу от реки Джамны], было мало и ружей и тальваров [мечей], но люди, вооружившись копьями, косами, палками, окованными железом, и самодельными секирами, воображали себя настоящими воинами и, выбрав себе собственных царьков, гнали от своих сел всех, кто близко подходил к ним.

"Banda gazetteer, being vol. XXI of the

district gazetteers of the United Province of Agra and Oudh. Compiled and edited by D. L. Drake - Brockmann". Allahabad, 1909, p. 187-188.

Из донесения Лоуренса, главного комиссара Пенджаба, впоследствии генерал-губернатора Индии

В продолжении всего ответственнейшего периода с мая 1857 по февраль

1859 г., когда наше могущество в Индии было поколеблено до основания, ни одно из 19 княжеств и ни один из князей Раджпутаны не поколебались в своей верности нам и не перестали оказывать самую горячую и искреннюю поддержку верховной власти... Огромная область Радж-путана, простирающаяся на 100 тыс. кв. миль и насчитывающая 10 млн. жителей, несмотря на случаи мятежей в наших войсках на ее территории, оставалась сравнительно спокойно ... Великодушная и справедливая политика, проводившаяся нашим правительством по отношению к этим древним и влиятельным княжествам, привела к закономерным результатам. Князья поняли, что их интересы совпадают с нашими и что их собственное достоинство могущество лучше всего гарантируются сохранением верховной власти Британии во всем Хиндустане.

"Reminiscences of forty-three years

in India by Lieutenant-General Sir Oeorge Lawrence", Ed. by W. Edwards. London, 1847, p. 302.

Из адреса генерал-губернатору Индии, принятого на собрании видных

горожан Калькутты

Мы, нижеподписавшиеся раджи, заминдары, талукдары, купцы и прочие жители Бенгалии, выражаем вашему сиятельству наше самое горячее поздравление по поводу взятия Дели и успехов английского оружия... и выражаем удовлетворение, что в Бенгалии не было никаких беспорядков и даже симптомов недовольства...

"The mutinies and the people or statements of native fidelity exhibited during the out-break of 1857- 1858", by a Hindu. Calcutta, 1859.

Из распоряжения генерал-губернатора Индии Каннинга от 21 июля 1857 г.

9. Само собою разумеется, необходимо уже при первых попытках восстановить порядок в округах, где гражданская власть была полностью уничтожена, осуществлять закон с такой быстротой и суровостью, которая бы вызвала ужас в сознании злонамеренных людей и заставила бы их под страхом смерти воздержаться от грабежей, восстановить похищенную собственность и вернуться к мирным занятиям. Но как только указанная цель будет достигнута, наказания за преступления должны накладываться с разбором.

10. Осуществление закона во всей его суровости после того, как будет произведено впечатление на бунтовщические и мятежные элементы и порядок будет частично восстановлен, вызвало бы у населения чувство отчаяния, и, возможно, побудило бы их организоваться в крупные отряды для защиты своих жизней и ради мести, а этого результата никак не следует допускать...

11. В связи с этим следует отметить, что у генерал-губернатора есть основания бояться, что гражданские чиновники, занятые восстановлением порядка путем повсеместного сжигания сел, заходят в этом слишком далеко.

Anand Swarup Misra. Nana Sahib Peshwa.

Lucknow, 1961, p. 435.

Заявление Даффа, служащего Ост-Индской компании, участника подавления восстания

Всегда, когда мы встречали врага, мы наносили ему сокрушительное поражение, рассеивали его и захватывали его оружие, но, терпя постоянное поражение, враг всякий раз собирал все новые и новые силы, чтобы продолжать борьбу. Едва мы брали один город и освобождали другой, как опасность угрожала следующему...'Как только один округ, в который вводились британские войска, объявлялся безопасным, волнения и беспорядки начинались в другом. Стоило открыть движение по дороге, связывающей значительные города, как его приходилось снова закрывать и всякое сообщение прекращалось на целый год. Стоило только Очистить от разбойников и бунтовщиков один район, как они в удвоенном и утроенном числе появлялись в другом.

"Rebellion 1857. A simposium". Ed. by P. С. Joshi. New Delhi, 1967, р. 233.

Из сообщения корреспондента газеты "Таймc"

Рассела, участника подавления восстания

Все виды мстительности, нехристианских, индийских пыток вроде зашивания мусульман в свиную кожу, обмазывания свиным салом перед казнью, сжигание их тел, принуждение индусов осквернять себя являются позорными и в конце концов оборачиваются против нас самих. Все это духовные пытки, и прибегать к ним у нас нет никакого права, и мы бы не посмели прибегать к ним на глазах Европы.

Е. Thompson. The other side of the Medal. London, 1925, p. 48.

При взятии Лакхнау начались поджоги и всеобщее избиение, в котором не делалось никаких различий. С несчастным, который попадал в руки наших солдат, будь он сипаи или аудский крестьянин, расправлялись на месте, не спрашивая ни о чем. Разве не было достаточно того, что у него темная кожа? Веревка и сук или пуля в голову быстро кончали с беднягой.

Е. Thompson. The other side of the Medal.London, 1925, p. 75.

Из прокламации генерал-губернатора Индии Каннинга от 15 марта 1858 г.

Пришло время, когда генерал-губернатор считает правильным довести до сведения о том, как британское правительство поступит с талукдарами, феодалами, землевладельцами Ауда и с теми, кто пошёл за ними.

Первой заботой генерал-губернатора будет вознаграждение тех, кто был тверд в своей преданности в момент, когда авторитет правительства был частично поколеблен, кто доказал эту преданность своей поддержкой и помощью британским чиновникам.

Поэтому генерал-губернатор настоящим объявляет, что Дригбайджи, раджа Балрампура, Кулвант Синг, раджа Падиахи, Рао Хардео Бакш Сингх Катиарский, Каши Першад, талукдар Сиссаинди, Забер Сингх, заминдар Гопал-Кхайра и Чанди Лал, заминдар Мораона (Бансвара) являются отныне единственными наследственными собственниками земли, отданной им во владение, когда Ауд перешел под британское управление, на условии уплаты лишь умеренного земельного налога, которым они могут быть обложены; и эти преданные лица б дут, кроме того, вознаграждены еще таким способом и в таком размере, как это решит генерал-губернатор, приняв во внимание их заслуги и их положение.

Мера вознаграждения и почести, соответствующие их поведению, будут дарованы и другим, за кем подобные права могут быть признаны.правительством.





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!