ЗАКЛЮЧЕНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ




Предпринимая наше исследование, мы решили ни в коем случае не пытаться одобрить один вывод или отказаться от другого, к которым мы бы неизбежно пришли. К тому же, в наши намерения входило не подвергать сомнению или же только поколебать основные принципы христианства.

Мы уже сказали, но не будет лишним повторить еще раз, что нашей единственной целью было прояснить захватывающую тайну, дать ответы на некоторые вопросы, которые она поднимала, и, пользуясь этим же случаем, попытаться объяснить некоторые исторические загадки, которые увлекали многих до нас. На этом мы хотели закончить.

Но мы же первыми были удивлены размерами, какие приняло наше расследование и о которых мы даже не подозревали, и неожиданностью перспектив, которые внешне были абсолютно чуждыми нашей начальной теме, к которым она нас увела. Что касается заключения, к которому мы пришли почти помимо нашей воли, то оно представлялось удивительным, на первый взгляд неприемлемым, наконец, просто скандальным и, в силу совокупности этих причин, подверженным самым яростным опровержениям.

И снова, в конце нашей работы, мы должны вернуться к жизни Иисуса и к корням религии, которую он основал.

Еще раз повторим, что делаем мы это не с целью разрушить ее основы, а с целью проверить, прочно ли стоит на ногах результат нашего расследования.

И последнее углубленное изучение всех комментариев Библии, которое мы предприняли, утвердили нас в нашем убеждении: Нет, ничто не может серьезно противоречить выводам, сделанным нами, следуя исторической логике;

напротив, на наш взгляд, они с полным основанием могли считаться истинными.

Конечно, мы не могли и все еще не можем формально доказать их точность, и, исходя из этого, они остаются гипотезами. Но гипотезами вполне достоверными и связными, которые выгодно отличаются от других тем, что они отвечают на множество вопросов, составляя в то же время очень правдоподобное толкование - быть может, самое правдоподобное, - относящееся к событиям и людям, которые две тысячи лет назад оставили свой след в западном сознании, прежде чем в течение веков сформировать наши культуры и цивилизации. Итак, если мы сами в настоящий момент не в силах найти формальные доказательства в пользу наших учреждений, нашей работы и наших поисков, по крайней мере, благодаря уточнениям некоторых членов Сионской Общины, мы полностью уверены в том, что она имеет в своем распоряжении неоспоримые детали, которые могли бы стать окончательным доказательством нашей гипотезы. К сожалению, мы не могли внести в этот сюжет больших уточнений, но, тем не менее, мы в состоянии выдвинуть следующее предположение: Согласно нашей гипотезе, жена и дети Иисуса (родившиеся между 16-17 гг. и датой его смерти) покинули Святую Землю и нашли убежище на юге Франции, в еврейской общине, где они обрели относительный покой. Затем, в течение V в., их потомство породнилось с королевским родом франков и произвело на свет меровингскую династию. В 496 г. Церковь подписала договор с новой династией, об истинном происхождении которой она, возможно, была осведомлена. Так, Хлодвиг добился титула императора Священной Римской Империи и "нового Константина"; в действительности же, он не был "сделан" королем, он был признан таковым.

Церковь, став впоследствии соучастницей в убийстве Дагоберта II, во второй раз предала меровингскую династию, оказав поддержку Каролингам. Так как она была виновна в этом непростительном преступлении, то впредь единственным выходом для нее было все скрыть, ибо, выдав настоящее происхождение Меровингов, она серьезно скомпрометировала бы свое собственное положение.

Были испробованы все возможные попытки истребить потомство Иисуса, но тщетно, и оно, вопреки всему, выжило, пройдя через века. С одной стороны, через Каролингов, которые в какой-то мере постарались узаконить свою узурпаторскую роль, женясь на меровингских принцессах, а с другой стороны, через сына Дагоберта II, Сигиберта, среди потомков которого были Гиллем де Желлон, хозяин иудейского царства в Разесе, затем Годфруа Бульонский.

Наконец, со взятием Иерусалима в 1099 г. потомство Иисуса возвратило себе свое законное наследство, то, которое принадлежало им еще в Ветхом Завете.

В эпоху крестовых походов, впрочем, истинное лицо Годфруа Бульонского, несомненно, не было ни для кого тайной, как того желала бы Церковь.

Конечно, ничего не вышло наружу ощутимым образом, но слухи будут ходить везде, появятся легенды, среди которых будет и легенда о Лоэнгрине, мифическом предке Годфруа, романы о Граале, которые во всех уголках Европы будут являть собой высшее выражение этих преданий.

Если, еще раз повторим, наша гипотеза точная. Святой Грааль имел двойное значение. С одной стороны, это была кровь потомков Иисуса, "sang raal", "sang real", или "sang royal" - "королевская кровь", верными хранителями которой были тамплиеры, прямо происходившие от Сионской Общины; с другой стороны, в буквальном смысле слова, он был чашей, сосудом, принявшим и сохранившим кровь Иисуса. Иными словами, в широком смысле Святой Грааль - это грудь Магдалеянки, затем сама Магдалеянка, культ которой, родившийся в начале Средних Веков, мало-помалу смешается с культом Девы Марии.

Известно, например, что большое число знаменитых "черных девственниц", появившихся в первых веках христианской эры, представлявших мать и ее дитя, было образом не Марии, а Магдалеянки. К тому же, готические соборы, просторные и величественные каменные символы, посвященные Богоматери, в действительности были, как написано в "Красной змее", даром скорее супруге Иисуса, чем его матери.

Являясь кровью, чашей и грудью, Святой Грааль имел еще одно значение. В 70 г., во время великого восстания Иудеи, римские легионы Тита разграбили Иерусалимский храм, его сокровище отправилось в Пиренеи, и сегодня оно может оказаться спрятанным в одном из подземелий Рокко-Негро, охраняемое Сионской Общиной. Но, вероятно, Храм укрывал совсем другое, нежели золото и серебро. Действительно, известно, что в древнееврейском мире политика и религия были тесно связаны, и Мессия, царь-священник, обладал одновременно духовной и временной властью. Можно быть почти уверенными в том, что в Иерусалимском храме был спрятан официальный архив, касающийся израильского царского рода, свидетельства о рождениях или браках, различные бумаги, которые имеет любая большая семья. Документы, касающиеся Иисуса, "Царя Иудейского", по всей видимости, находились там, как, возможно, и его тело или его могила.

Впрочем, ничто не указывает на то, что Тит, предавшись грабежу, завладел чем-либо, относящимся лично к Иисусу, ведь все предметы или документы, касающиеся его, вполне могли быть уничтожены или спрятаны, когда пришли солдаты, имеющие в голове одну мысль: схватить кусок пожирнее и не заботиться об остальном. Совершенно естественно, что священники, видя, как вражеские легионы дефилируют меж священных стен, без сопротивления отдали им золото, серебро и драгоценности, предварительно укрыв, быть может, под самим Храмом, единственное бесценное для них сокровище - архивы, касающиеся законного царя Израиля, Мессии и его семьи.

Приблизительно в 1100 г., как мы уже видели, потомки Иисуса занимают важное положение в Европе и, благодаря Годфруа Бульонскому, в Палестине.

Вероятно, они знали о своем происхождении, но все документы исчезли, и они не имели никакой возможности доказать свою принадлежность к царскому дому Израиля. Так как для их планов эти архивы были необходимы, они попытались добыть их любыми средствами, даже копались под стеной, окружающей Храм, в древних конюшнях Соломона. Они действительно сделали это, причем в большом секрете от рыцарей Храма. То есть, вполне вероятно, что эти последние были посланы в Святую Землю с целью найти или заполучить что-либо, и когда их миссия оказалось выполненной, они вернулись в Европу.

Что же сталось с открытием, сделанным ими в Иерусалиме? Это неизвестно, но зато, вне всяких сомнений, во времена Бертрана де Бланшфора, четвертого великого магистра ордена Храма, "что-то" было спрятано в окрестностях Ренн-ле-Бэн. В 1664 г. из Германии прибыла команда шахтеров, чтобы поискать там, предпринимая самые тщательные меры предосторожности, и раскрыть какую-то весьма важную тайну.

По этому поводу можно бесконечно выдвигать гипотезы. Шла ли речь о мумифицированном теле Иисуса? О документах, относящихся к его браку или рождению его детей? Или же еще о чем-то очень значительном для истории человечества? Этот документ или эти документы, касались ли они Святого Грааля? Умышленно или случайно он или они попали затем в руки еретиков-катаров и стали ли они частью или целым сокровищем замка Монсегюр?..

Много раз мы в этой работе вспоминаем о "королевской традиции", переданной Годфруа Бульонским и Бодуэном Бульонским, традиции, основанной на "скале Сион", и на этом основании стоящей на одном уровне с самыми древними династиями Европы. И если, как утверждает Новый Завет, а за ним - франкмасоны, эта "скала Сион" представляет собой Иисуса, то это утверждение династического порядка обретает смысл и даже оказывается полностью подтверждено, и это меньшее из того, что можно сказать!..

Обосновавшись на иерусалимском троне, меровингская династия больше не имела причин не одобрять намеков на ее происхождение, наоборот, она их даже поощряла. Таким образом объясняется появление цикла романов о Граале и глубокие его связи с рыцарями Храма. В этих условиях можно представить себе продолжение. Упрочив свое положение в Палестине, "королевская традиция", переданная Годфруа Бульонским, могла бы заставить всех признать свое настоящее восхождение, царь Иерусалимский получил бы первенство среди самых старинных монархий Европы, а патриарх Святого города вытеснил бы папу. Тогда вместо Рима единственной столицей Христианского мира, всего Христианского мира, да и не только его, стал бы Иерусалим. Потому что, если Иисус был всего лишь смертным пророком, царем-священником и законным главой потомков Давида, верующие мусульмане и евреи в свою очередь признали бы его, а его потомок, король Иерусалима, был бы в состоянии осуществить один из основных принципов политики ордена Храма: примирение католического христианства с исламом и иудаизмом.

Но известно, что исторические обстоятельства не позволили событиям осуществиться в этом направлении, и французскому королю в Иерусалиме никогда не удалось упрочить свое положение. Находясь постоянно в состоянии войны с мусульманскими армиями, ослабленное нестабильным правительством и управлением, оно не смогло получить силу и внутреннюю безопасность, необходимые для его выживания, и еще менее - для утверждения его превосходства над другими тронами Европы и над римской Церковью.

Грандиозная судьба, которая должна была быть ему уготована, не состоялась.

В один прекрасный момент его слава начала рассыпаться, а затем окончательно растаяла с потерей Святой Земли в 1291 г. Меровинги оказались без короны, а рыцари Храма - без надобности.

Много раз в течение последующих веков Меровинги с помощью или с защитой Сионской Общины, в зависимости от обстоятельств, пытаются вернуть себе свое наследство, но в Европе они используют лишь три стратегических хода: Первый будет состоять в том, чтобы создать психологический климат, способный тайно ослабить духовное главенство Рима; например, посредством герметических и эзотерических манифестов, некоторых ритуалов франкмасонства, розенкрейцерских писаний и, естественно, широкого проникновения символов Аркадии и "подземной реки". Второй способ будет более узкополитическим; он вдохновит интриги и попытки взять власть семьями де Гизов и Лотарингскими в XVI в. и зачинателями Фронды в XVII в.

Наконец, третий будет рассмотрен, начиная с династических браков.

Но если Меровинги действительно происходили от Иисуса, для чего они использовали подобные методы? Почему не удовольствоваться тем, чтобы открыть и доказать происхождение их рода? Перед ними склонился бы весь мир.

Все не так просто. Сам Иисус был отвергнут римлянами; Церковь, явно без угрызений совести, одобрила убийство Дагоберта II, а затем и исчезновение его потомства. Ничто не свидетельствует о том, что Меровинги, открыто провозгласившие себя потомками Иисуса, были бы приняты и призваны таковыми. Быть может, они вызвали бы неожиданную реакцию, драмы и кризисы мировоззрений среди верующих, королей и могущественных церковных сановников. Быть может, их отвергли бы и даже стали бы ненавидеть, и их драгоценная личность была бы навсегда скомпрометирована. Итак, лучшим выходом для них было предусмотрительно подчиниться исторической и политической действительности, попытаться захватить власть и только тогда открыть карты, раскрыв свое происхождение.

Таким образом, чтобы вернуть свои права, Меровингам пришлось прибегнуть к различным маневрам, в зависимости от обстоятельств, но, по крайней мере, четыре раза, уже почти побеждая, они проигрывали из-за причин, совершенно чуждых их действиям: в XVI в., когда дом де Гизов почти завладел французским троном; в XVII в., когда фрондеры, в свою очередь, поставили под угрозу корону Людовика XIV, желая отдать ее одному из членов Лотарингского дома; в конце XIX в., когда нечто вроде Святой Лиги предложило объединить католическую Европу вокруг Габсбургов, и только агрессивность Германии и России стала препятствовать к осуществлению этого проекта и спровоцировала войну, которая пошатнула все династии континента.

Но ближе всего к осуществлению своих надежд меро-вингский род был в XVIII в. Через родство с Габсбургами Лотарингский дом, наконец, царствовал в Австрии, и когда Мария-Антуанетта, дочь Франциска Лотарингского, взошла на трон вместе с Людовиком XVI, она имела все основания думать, что Франция очень скоро присоединится к Священной Римской Империи. И если бы не произошла Французская революция, вполне можно представить себе, что Габсбург-Лотарингский дом около 1800 г.

господствовал бы над всей Европой.

Революция нанесла жестокий удар мечте Меровингов, которые увидели, как внезапно все их проекты и надежды, заботливо поддерживаемые более пятисот пятидесяти лет, рухнули. Впрочем, "документы Общины" со своей стороны сообщают, что эти годы смятения и беспорядка особенно тяжелыми были для Сиона, который потерял тогда большую часть своих документов. Этим объясняется выбор в качестве главы Общины на период, последовавший за Революцией, интеллектуалов, вроде Шарля Нодье, способных, благодаря доступу в самые секретные архивы Франции и Европы, восстановить утраченное достояние. Этим и объясняется роль Соньера. Накануне Революции его предшественник Антуан Бигу, возможно, действительно спрятал пергаменты, составленные в 1753 г. каноником Ж.-П. де Негром, потом сбежал в Испанию, где вскоре умер. И возможно, что Сион, по крайней мере, в течение некоторого времени, не знал точно, в каком месте были спрятаны документы, подозревая, тем не менее, что они были захоронены в церкви Ренн-ле-Шато.

Имея намерение снова заполучить их, Сион назначил в эту деревню честного и неболтливого священника, готового повиноваться, не задавая вопросов, и мало озабоченного тем, чтобы вмешиваться в деятельность и в интересы ордена. К тому же, если эти пергаменты сообщали еще о чем-то, спрятанном в окрестностях Ренн-ле-Шато, например, то этот человек тогда представлял неоценимый интерес.

Так как Соньер умер, не разгласив о своей миссии, как вскоре и его служанка, Мари Денарно, то в течение последующих лет вокруг Ренн-ле-Шато были предприняты раскопки, не принесшие, однако, никакого результата. Если бы, как мы думаем, там действительно были спрятаны важные документы, то, несомненно, они попали бы в руки одного из многочисленных охотников за сокровищами, привлеченных в эти места. Если только... если только они не были помещены в недоступное для публики место, например, в подземный склеп, или же в пруд, вырытый специально для этой цели в каком-нибудь частном владении. Очевидно, что это был единственный эффективный способ спрятать документы подальше от нескромных и беспорядочных раскопок, ибо для того, чтобы достигнуть склепа, сначала нужно было осушить пруд - совершенно невозможная для тайного осуществления задача. А такой пруд существует неподалеку от Ренн-ле-Шато, рядом с местечком, названным, как нарочно, Лавальдье ("La vallee de Dieu" - "Божественная долина") устроенный, может быть, над склепом, который, согласно Леону Фонтану, через цепь подземных ходов легко может привести к бесчисленным пещерам, вырытым в глубине прилегающих гор. Но 20 июля 1971 г. инженер Фонтан покинул свои раскопки...

Что касается пергаментов, найденных Соньером, два из них или, по крайней мере, их факсимиле, много раз были воспроизведены, опубликованы и распространены; зато два других заботливо хранились в тайне, как считает уважаемый лорд Блэкфорд, в сейфе Ллойдс Банк Юроп Лимитед в Лондоне. То есть, вне досягаемости для нас...

А деньги Соньера? Часть из них, как мы видели, была получена в результате финансовых сделок с эрцгерцогом Габсбургским. Но мы знаем также, что значительные суммы были переданы не только Соньеру, но также и епископу Каркассона через аббата Анри Буде, кюре из Ренн-ле-Бэн. Все дает основания думать, что большая часть доходов Соньера шла от Буде через посредство Мари Денарно. Но в свою очередь, откуда у Буде, бедного кюре маленького прихода в горах, такие огромные деньги? На этот вопрос до сего дня еще никто не дал ответ. Вероятно, он работал на Сионскую Общину, но был ли он источником тех денег, которыми располагал кюре из Ренн-ле-Шато? У нас нет никаких доказательств. Были ли они сокровищем Габсбургов? Или же Ватикана, который, быть может, Сион и Габсбурги подвергли серьезному политическому шантажу?

Как бы то ни было, этот денежный вопрос, очень странный, конечно, в конце концов является второстепенным по отношению к нашим последующим открытиям, и его основной интерес для нас был тем, что он привлек наше внимание и заставил начать это расследование.

Может ли гипотеза о потомстве Иисуса, дошедшая до нас, считаться точной до малейших деталей? Да, отказываясь занять в этом деле категорическую позицию и допуская даже, что некоторые пункты могут показаться спорными, мы абсолютно уверены, что в общих чертах она соответствует истине.

Конечно, может быть, продвигаясь вперед, мы неверно истолковали тот или иной элемент этого расследования на уровне изученных документов или отдельного исторического факта; но главное не в этом. Прежде всего, мы считаем, что оно состоит в нашей собственной оценке, теперь окончательной, тайны Ренн-ле-Шато. Но эта незначительная, как мы говорили в начале нашей работы, тайна в действительности является выражением попытки восстановить меровингскую династию на французском троне, а, может быть даже, на тронах Европы; а попытка такого масштаба под прикрытием влиятельных личностей оправдывается происхождением меровингской династии, ведущей свой род прямо от Иисуса.

В этих обстоятельствах большое число аномалий и загадок, появившихся в ходе наших поисков, находит логичный ответ. Таким образом, например, объясняется название работы Николая Фламеля "Священная книга еврея Авраама, Принца, Священника, Левита, Астролога и Философа из иудейского племени, которое вследствие гнева Божия было рассеяно среди галлов";

символ Рене Анжуйского, обещающей тому, кто выпьет из нее вино залпом, увидеть одновременно Бога и Магдалину; "Химическое венчание" Андреа, где рассказывается о таинственном ребенке королевской крови, лишенном всего состояния мусульманами, который находился в лодке, севшей на мель у пустынного берега; загадка Никола Пауссена, или еще одна большая "ТАЙНА" Винсента де Поля между 1605 и 1607 гг. По поводу его путешествия в Баварию, а потом тайна Общества Святой Евхаристии...

Таким же образом нам открываются многочисленные аспекты Истории, остававшиеся до сих пор в тени, по поводу которых мы остерегались высказываться определенно, такими маловероятными они нам казались, а теперь мы в состоянии их правильно истолковать. Вот некоторые из них, наиболее значительные: Людовик XI, видящий в Магдалеянке начало французского королевского рода - верование явно абсурдное даже в XV в.;

венец Карла Великого, кусочек которого, носящий надпись "Rex Salomon", находится сегодня среди сокровищ Габсбургов; "Протоколы Сионских Мудрецов", предсказывающие появление нового царя "из рода Давидова"...

Наконец, что касается Лотарингского креста: в силу каких причин, не очень определенных, он становится во время второй мировой войны символом "Свободной Франции", возглавляемой генералом де Голлем? Почему этот крест, герб Рене Анжуйского, был до такой степени ассимилирован с Францией, тогда как Лотарингия, бывшая долгое время независимым герцогством и бывшей землей Империи, не являлась никогда центром страны?

Ответ, как мы считаем, написан между строк: безусловно, в силу значительной роли, которую сыграла Сионская Община в Сопротивлении, и в силу тесных отношений генерала де Голля с некоторыми членами Общины, например, с Пьером Плантаром. Впрочем, надо отметить, что еще за тридцать лет до этого Шарль Пеги, близкий друг Мориса Барреса, автора "Вдохновенного холма", уже посвятил следующие строки этому кресту незадолго до своей смерти в 1914 г. в битве на Марне:

Армия Иисуса - это крест Лотарингии,

И кровь, текущая в жилах,

И благодатный источник, и светлый родник;

Армия Сатаны - это крест Лотарингии, И это те же самые жилы, И та же кровь, и мутный родник...

В заключение напомним, что в конце XVII в. отец Винсент, философ из Нанси, опубликовал в Лотарингии работу, посвященную Сиону, а затем следующую - "Правдивая история святого Сигиберта", увеличенный рассказ из жизни Дагоберта II. Что же за фраза была взята эпиграфом второго тома, помещенная на титульном листе? Это была фраза из четвертого Евангелия: "Он среди вас, а вы не узнаете Его".

Сами мы, авторы настоящей работы, задолго до начала нашего расследования были агностиками, то есть - ни за Христа, ни против Христа. Естественно, мы менее были заинтересованы богословским или догматическим содержанием религий, нежели силой их сияния и некоторой долей достоверности, присущей многим из них. В этом смысле всякая вера для нас была достойна уважения, но ни одна не обладала монополией на истинность.

Поэтому к личности Иисуса мы приблизились со всей возможной осторожностью, не имея никакого желания доказать или опровергнуть что-либо, и никакие предрассудки не повлияли на такой подход. Историческая объективность стала нашим единственным правилом, единственно достойной нашего интереса, и, таким образом, в наших выводах мы не поставили под вопрос никакие из наших личных убеждений, не изменили в чем бы то ни было нашу систему ценностей.

Короче говоря, мы ничего не выиграли и не потеряли ни в какой области.

Но что стало бы с другими? С миллионами людей в этом мире, для которых Иисус всегда был сыном Божьим, Спасителем и Искупителем вины человечества?

Какую угрозу представил бы для их веры этот исторический Иисус, этот царь-священник, рожденный нашими поисками? В какой степени мы нарушим, перевернем те понятия, которые для стольких верующих представляют основу, бесценный фундамент их прикосновения к святому?

Ведь эти выводы, мы это прекрасно сознаем, противоречат некоторым главным догмам современного христианства, и против них не преминут подняться большие ереси, если не святотатства, а также и против способа, которым мы нарушили незыблемый порядок.

Однако, мы не считаем, что каким-либо образом нарушили святость Иисуса или признали его в глазах многочисленных верующих, его почитающих; если мы лично в принципе не принимаем его божественность, то ни один из наших выводов не представляется препятствием этому убеждению. Просто мы думаем, что в случае с Иисусом понятие божественности не является несовместимым с тем, что он имел жену и детей, и что нет никаких причин для того, чтобы считать его бесполым существом. Действительно, даже если он и мог быть сыном Божьим, ничто не запрещало ему жениться и создать семью.

Вся христианская теология основана на принципе воплощения Иисусом Бога на земле. Бога, полного сострадания к людям, к своим же созданиям, принявшего человеческий облик и ставшего человеком среди людей; Бога, проводящего личный эксперимент в человеческих условиях и познающего, как и его создания, страдание, одиночество, горечь и отчаяние; Бога, противостоящего, как и тот, кого он создал, земным порокам, а потом и смерти; Бога, покидающего свое далекое царство, чтобы стать человеком в самом глубоком, самом полном смысле этого слова, разделяющего каждодневную судьбу человека и познающего его, как никогда еще в Ветхом Завете ему не было дано его понять; наконец. Бога, искупающего и оправдывающего человеческую природу, пострадав через нее и придя к смерти...

Опять же, как принять, что Иисус познал все это своим человеческим опытом, если он не знал двух главных аспектов - физической любви и отцовства?

Можно ли по-настоящему в этих условиях считать, что он был человеком? В наших глазах это невозможно, и Воплощение для нас, повторяем, не может считаться истинным, если Иисус не был помимо всего прочего супругом и отцом. Иисус из Евангелий, то есть из официального христианства, неполон, ибо Бог, воплощенный в нем, лишь частично принял облик человека. Тот же, о котором говорили мы, напротив, человек до конца, и видится он нам, безусловно, более правдивым, более доступным современному человечеству, так как такой Иисус действительно похож на него. Это основная причина, из-за которой мы искренне считаем, что ничего не убавили в его бесподобном ореоле.

Сейчас невозможно определить, кто был прямой потомок Иисуса. Как мы видели, генеалогические древа увеличиваются ввысь и вширь, от одного поколения к другому, и образуют настоящие леса, и сегодня существует двадцать семей, по крайней мере, принадлежащихк роду Меровингов, в Англии и в Европе, а каждая насчитывает огромное количество боковых ветвей.

Прежде всего, назовем имена Габсбургов-Лотарингских, Плантар де Сен-Клеров, Люксембургов, Монтескью, Монпеза и, конечно, есть многие другие. Согласно "документам Общины", семья Синклер в Англии тоже входит в этот список, так же как и различные ветви Стюартов или Девонширов. То есть большинство из этих семей может претендовать на свое восхождение прямо к Иисусу, но никто не знает точно, кто из их членов предстанет в один прекрасный день перед нами как новый царь-священник. Не лишне будет по этому поводу дать несколько уточнений.

Мы думаем, что потомок Иисуса не будет ни в чем отличаться от всего остального человечества, и если сегодня мир узнает, что некто или некая группа людей имели Иисуса своим предком, по всей видимости, он не проявит никакой особенной реакции, во всяком случае, гораздо более слабую, чем это было бы один или два века назад. Даже самое неопровержимое доказательство, на наш взгляд, не сможет преодолеть всеобщего безразличия. В этом смысле прожекты Сионской Общины не имеют никаких шансов на успех, если только они не основаны на политике, ибо, кроме серьезных отзвуков теологического плана наши выводы повлекут за собой глубокие перевороты в образе мыслей, в ценностях и установках мира, в котором мы живем.

Определенно то, что в прошлом различные семьи из рода Меровингов были глубоко вовлечены в политику, и что среди их главных целей власть занимала первое место. Это было верно для Сионской Общины и. некоторых ее великих магистров, и это остается верным и сегодня для Сиона и меровингского потомства. По всей видимости, Сион мечтает объединить Церковь и Государство, собрать воедино духовное и временное, священное и невежественное, религию и политику. В соответствии с меровингской традицией, согласно Сионской Общине, новый царь будет "царствовать, но не править"; он будет действительно МОНАРХОМ, имеющим, в основном, символические и представительские функции, а политическое управление в узком смысле будет доверено другим.

Так, в XIX в. Община, действуя через Усадьбу Золотой Долины, попыталась создать новую Священную Римскую Империю, нечто вроде Соединенных Штатов Европы, теократическое государство, управляемое одновременно Габсбургами и радикально реформированной Церковью. Первая мировая война и крах великих европейских династий провалили этот план, но вполне резонно думать, что сегодняшние цели Сиона, по крайней мере, в общих чертах на цели Усадьбы Золотой Долины.

Не стоит уточнять, что эти цели, конечно, могут подвергнуться серьезным спекуляциям. Но, как бы то ни было, речь могла бы идти о транс- или паневропейской конфедерации, нечто вроде современной империи, управляемой династией, происходящей от Иисуса, облеченной временной властью, как святой Петр. Эта династия будет царствовать над королевствами и княжествами, объединенными между собой союзами, образующими подобие конфедерации, но не увлекаясь злоупотреблениями, неотделимыми от такой системы. Ассамблея, выбираемая народом, возьмет на себя действенное управление, как европейский парламент, обладающий законодательной и исполнительной властью.

Такая Европа составила бы международную политическую мощь, новую и объединенную, сравнимую с тем, чем является в настоящее время Советский Союз и Соединенные Штаты Америки; но, основывающаяся на духовном и эмоциональном больше, чем на идеологических концепциях, она, прежде всего, будет призывать к великодушию человека и, следовательно, станет более сильной. Таким образом, для новой судьбы в бесконечном религиозном порыве пробудится вся коллективная психика Западной Европы.

А ведь эти массовые движения возможны, и История нам это продемонстрировала событиями в Иране. Не имея армии и никакой политической партии за собой, Хомейни воззвал к духовным силам всего народа, который, преисполнившись фанатизма, встал, чтобы идти за ним.

Очевидно, что эти трагические иранские события совершенно чужды нам, но они хорошо показывают энергетический потенциал, скрытые страсти, дремлющие в глубинах человеческих существ с обостренным чувством мистицизма.

Разбуженные в благоприятный момент, правильно управляемые и направляемые, например, к политическим целям, эти силы могут принять исключительные масштабы, буквально воспламениться, как это было во время второй мировой войны, когда две противоположные силы противостояли друг другу в титанической дуэли, развернувшейся на всей поверхности земли.

В нашей работе мы не раз показывали серьезную роль Сионской Общины, широту ее финансовых возможностей и высокие качества ее членов; выходцы из самых разных стран, вовлеченные в политическую, экономическую, культурную и религиозную жизнь большей части света, они насчитывают сегодня своих сторонников в четыре раза больше, чем это было в 1956 г. Во всяком случае, кажется, они работают в унисон во имя точной цели, которая, согласно директивам ее настоящего Великого Магистра, запрограммирована на длительное время. Мы знаем также, что, начиная с 1956 г., орден Сиона через определенные промежутки времени, тайно и по частям приоткрывает сведения, которые позволили данной работе выйти в свет.

Итак, для Сионской Общины пришло время открывать свои цели. Политические и идеологические системы, которые с начала века столько обещали, потерпели или почти потерпели крах; все они тем или иным образом предали или разо-чаровали людей, прежде чем хоть одна из надежд, которые они проходили, смогла реализоваться. Политические деятели сегодня внушают лишь недоверие, а весь Запад погряз в цинизме и неудовлетворенности, тогда как остальные части света находятся во власти тревоги и отчаяния.

Но в то же время мы присутствуем при некоем расширении духовных границ индивидуума. Мы констатируем в нем жажду знаний, настоящих чувств. Новое желание верить, бесспорно, тоже присутствует, доказывая, что наш мир, явно десакрализованный, никогда не нуждался в том, чтобы обогнать самого себя, и поэтому никогда не имел чувства святого. Не объясняется ли этим быстрый рост числа сект и религиозных культов - одной из главных особенностей нашей эпохи?

Сегодняшний мир, мы убеждены в этом, находится в состоянии поиска настоящего главы и духовного вождя, Монарха, достойного его доверия. Наша цивилизация, бывшая материалистической столь долгое время, и сознающая пробелы в своем опыте, больше не скрывает своего желания напиться из другого источника, непохожего на предыдущий, источника, который утолит ее духовную, эмоциональную и психологическую жажду.

На наш взгляд, Сионская Община прекрасно приспособилась к выполнению этой миссии, и все ее цели находятся в прямой связи с духовным возрождением.

Для осуществления своих планов она располагает главным козырем - уникальным наследием, которое, быть может, по причинам, ускользающим от понимания простыми смертными, прошло через века, чтобы дойти до нас.

 

Примечание: текст не выверен, поэтому может содержать орфографические ошибки; книга, с которой производилось сканирование, содержала огромное количество ссылок и комментариев, обширную библиографию, карты, историческую справку о магистрах ордена Сиона и генеалогические древа упоминающихся династий, но из-за технических трудностей они не приводятся в данном тексте. На русском языке книга была издана в Санкт-Петербурге в 1993 году под названием "Священная загадка" тиражом 10000 экземпляров.

 

www.e-puzzle.ru

 





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!