Ступень 5: расширение системы целей





Возникновению расстройств способствовали названные ранее «life-events». Соответственно больная прежде всего училась уста­навливать контакты с другими людьми. Выходные посвящались совместным мероприятиям с партнером. Вследствие переживаний из-за разлуки (переселение, отъезд дочери) актуализировалось чувство утраты в связи со смертью матери 15 лет назад. Во время терапии пациентка, помимо прочего, рассказала: «Для меня боль­ше всего значит потеря близкого человека. В доме моих родителей после смерти как можно скорее стремились восстановить обычную повседневную жизнь. Мысли об этом никогда не высказывались. Смерть для меня равно­значна безвозвратному уходу. В последние годы я об этом не задумывалась. Собственно говоря, после смерти я не могу ничего себе представить. Я дваж­ды пережила похороны близких. Очень сложно представить, что что-то еще может быть у этой горстки пепла. В этой связи часто всплывает понятие души, но что это такое? Это что, те мысли, которые есть у человека? Но со смертью умирает и мозг, что же остается? Я спрашиваю себя, может ли быть еще что-то? Ученые не дают ответа на этот вопрос. Религии на все лады ут­верждают, что есть загробная жизнь, будь она на небесах или в аду, как ре­инкарнация или еще что-нибудь, но я уверена, со времен технического и на­учного прогресса известно: этому нет никаких доказательств и этого, таким образом, не существует, либо я себе просто не могу представить. Маркс гово­рил: «Религия это опиум для народа». Для меня важно - здесь и теперь. Мои надежды Я возлагаю на мою жизнь (здесь и теперь), а не на нечто потом. Было бы прекрасно, если бы я смогла в это поверить. Смерть тогда не была бы «исходом» для всего, и можно было бы надеяться на что-то сверх жизни. Тогда и смерть любимого человека можно было бы пережить легче, если бы я знала, что для него еще не все потеряно, что ему хорошо после смерти. Я не могу верить в детские представления о небесах с богом в образе дедушки с бородой. Ныло бы великолепно, если бы мы могли жить после смерти. То, что Я делала в жизни достигало абсолютного счастья. Под этим я понимаю потное согласие с собой и окружающими. Было бы замечательно, если бы я могла как-то продолжать существовать рядом с любимым человеком, а все мирские проблемы были бы решены. Тогда многие вещи, которые теперь в жизни играют важную роль, просто не существовали бы.

Для пациентки ее чувство подавленности и безнадежности в процессе терапии приобрело новую направленность. Свои пер­спективы на будущее она расширила тем, что смогла дифферен­цировать свои наивно-религиозные представления. При этом с ней обсуждались следующие моменты: она научилась различать веру, религию и церковь, а также условную и безусловную судьбу. Она смогла также расширить свое одностороннее пони­мание науки при помощи знакомства с высказываниями извест­ных нобелевских лауреатов, таких как Альберт Эйнштейн, Макс Планк, Вернер фон Браун и Гейзенберг (Peseschkian 1983, S.74).

Уже спустя относительно небольшой промежуток времени удалось достичь отчетливого облегчения состояния. Это улучшение касалось как симптомов реактивной депрессии, так и ревматического заболевания. Лечение было успешно завершено через 14 сеансов психотерапии.

 

 

Малкина-Пых И.Г. Психосоматика: Справочник практического психолога. – М.: Изд-во Эксмо, 2005. – С. 852-859.

Малкина-Пых И.Г. Болезни опорно-двигательного аппарата

Термином «ревматические заболевания» объединяются патологические картины, обшей характеристикой и ведущим симптомом которых являются боли в опорно-двигательном аппарате.

Это симптоматическое понятие включает этиологически, патологически и клинико-нозологически различные синдро­мы. Следует различать как минимум три главные группы рев­матических заболеваний: воспалительные процессы суставов и позвоночника, дегенеративные заболевания суставов и по­звоночника и ревматические поражения мягких тканей. В ка­честве четвертой группы следует привести так называемые параревматические заболевания, при которых боль в тканевых структурах опорно-двигательного аппарата является призна­ком иного заболевания.

Ревматические поражения мягких тканей

(фибромиалгия)

Картина личности

В психическом состоянии отчетливо выражены пережи­вания страха и депрессии. Больные мало склонны к гиперкомпенсированному поведению. Их латентные или явные же­лания, заботы и тенденции к зависимости ярко выражены, отчетливо определяется склонность к самопожертвованию и зависимости.

За симптомами может стоять ларвированная депрессия если больные одновременно жалуются на нарушения побуждений и подавленность. Этот диагноз становится более веро­ятным при присоединении нарушений сна, сердцебиении, та­хикардии и симптомов со стороны желудочно-кишечного тракта.

Бросается в глаза застывшая и преувеличенная жизненная позиция больного. Они часто демонстрируют повышенный самоконтроль и стремление к перфекционизму. Они не могут позволить себе здоровых агрессивных импульсов, разочарова­ние и обиду они пытаются компенсировать «внутренней стой­костью». Характерной для них является тенденция к самопо­жертвованию и преувеличенной готовности помочь, которая проявляется не спонтанно, а по внутреннему принуждению. Типично агрессивная окраска помощи, предлагаемой этими больными, получила удачное обозначение как «злобное сми­рение» и «любящая тирания».

Блокированные агрессивные импульсы больных выража­ются в повышенном мышечном напряжении и. наконец, в локализированных или генерализованных болях. Данные о локализации боли могут меняться от обследования к обследо­ванию. Бросается в глаза, что боли очень быстро снижаются при уменьшении психической нагрузки больного.

Bweck (1971) описывает такого пациента как человека, который после манифестации заболевания склонен к зависи­мости и развивает сильные потребности к отдаче под чью-то опеку и желание заботы со стороны. Относительно часто раз­вивается манифестная невротическая симптоматика, в осо­бенности состояния страха, депрессии и психосоматические симптомы в форме функциональных кардиальных, желудоч­ных расстройств, головных болей, астенических картин.

Отношениям психотерапевта и больного часто угрожают амбивалентные желания пациентов: они желают, с одной сто­роны, оставаться пассивными и зависимыми от психотера­певта, с другой же стороны, несмотря на фасадную готовность раскрыться, недоверчивы и склонны к отверганию. Перед психотерапевтом стоит трудная задача: вызвать чувство защи­щенности и одновременно противодействовать враждебным лечению инфантилизируюшим тенденциям.

Описан конфликт между самопожертвованием и стабиль­ностью, жертвенностью и эгоизмом, кротостью и агрессивно­стью. Эмоциональные состояния, прежде всего страх и депрес­сия, вытесняются меньше. Таких больных можно сравнивать с боксерами перед ударом юнга, с бегунами перед стартом, ко­гда готовность долго не реализуется. При склонности к самопожертвованию и зависимости часто можно выявить наличие рентных установок.

В качестве разрешающей ситуации описывают большей частью такую, которая вызывает мобилизацию всего тела, особенно при агрессивных импульсах. Grace, Graham (1952) описали у больных с болями в спине наличие сложной ситуа­ции, сопровождающейся яркими представлениями о ходьбе и бегстве. «Мне больше всего хотелось бы убежать из дома»; «Я хотел бы бежать отсюда»; «Я хотел бы уйти прочь»; «Я чув­ствую себя так, будто улетаю навсегда».

Среди особенностей личности этих больных отмечаются тенденция к вторичной выгоде, бо­лее или менее открытое желание нетрудоспособности. Нередко наблюдается разрыв между объективными данными и субъек­тивными желаниями. Во всяком случае, совместное влияние невротически-тенденциозных мотивов выражено значительно больше, чем при хроническом суставном ревматизме

В психодинамическом плане отмечаются амбивалентный конфликт между посторонним господствованием и самогосподствованием и в то же время услужливое и жертвенное пове­дение. Из этой амбивалентности и хронически заторможенной агрессивности и происходит повышение мышечного тонуса в типичных местах, чаше всего в области шейных и пояснич­ных позвонков.

Внешне послушные, скромные и несамостоятельные боль­ные обычно путем пассивного уклонения избегают прямого противостояния, конфронтации с психотерапевтом. Они не стремятся к терапевтическим контактам, ссылаясь на несерь­езность заболевания, отрицают всякую необходимость какого-либо соматического или психологического лечения. Больных трудно удержать на лечении, они не поддерживают контак­тов, дают психотерапевту понять, что слишком пристальное внимание к их болезни не получит признания. Эти отказы и тенденции к уходу могут вызвать разочарование и отступле­ние со стороны психотерапевта. Тихо страдающие ревматики склонны к тому, чтобы навязывать другим свой стиль взаимо­отношений. Если приходится решать вопрос о лечении с род­ственниками больных, то обнаруживается, насколько укоре­нилась в проблемы семьи их соматическая и психическая сим­птоматика.

Симптомы остеохондроза

Картина личности

Психический конфликт может быть недоступен больным, он представлен теперь языком органов.

Weintraub (1969, 1973) пытался дать собственное опреде­ление значения каждого отдела позвоночного столба.

Шейный отдел несет голову человека. Положение челове­ческой головы филогенетически установилось с его прямохождением. Мы говорим, что человек утверждает себя, если он «не склоняет головы» перед трудностям и препятствиям. Это самоутверждение не ведет к цервикальному синдрому до тех пор пока, осуществляется в границах психологической нор­мы. К этому синдрому могут вести такие факторы, как неаде­кватные установки, при которых самоутверждение перестает быть эгосинтонным и/или требует постоянного дополнитель­ного волевого напряжения с упрямыми попытками достичь однажды поставленной пели.

Грудной отдел. Совсем иным является психосоматическое значение среднего отдела позвоночника, который без анато­мически точного отграничения можно соотнести с грудным отделом. Этот отдел сильнейшим и наиболее зримым образом отражает настроение человека. Печаль, отчаяние, утрата му­жества заставляют человека согнуться, они характеризуются его согнутой спиной. Возникающие при этом болезненные мышечные напряжения неправомерно часто истолковывают­ся как локальные процессы неясного генеза, как «ревматиче­ские».

Сутулость подростков во многих случаях представляет со­бой результат внутренней установки, возникшей в силу того, что они не в состоянии отвечать внешним и внутренним тре­бованиям, предъявляемым жизнью к духовно не созревшему телу. «Эти юноши не доросли до своей взрослости» (Weint­raub, 1969).

Поясничный отдел. Прострел (люмбаго) - острый эпизод. Он может быть вызван резким движением или поднятием тя­жести, но часто возникает и без видимых причин. Он часто, но не обязательно, случается вследствие таких изменений в позвоночнике, смещение позвонка.

Хронические боли в поясничном отделе часто являются выражением психического отягощения. Мы встречаемся с ними прежде всего у женщин, которые компенсируют неуве­ренность в себе, в своем соответствии семейным или профес­сиональным требованиям преувеличенно прямой осанкой, но также и у женщин, оставивших свое сопротивление и подав­ленных грузом повседневных забот.

Хронические боли в поясничном отделе могут также быть выражением фрустрации. Они связаны прежде всего с нереа­лизованными ожиданиями, обращенными к межличностным отношениям, и с вытекающим из этого состоянием неудовле­творенности. У мужчин они нередко представляют собой не­осознанную демонстрацию неудачи - будь то в профессии или в реализации своих мужских функций.

Ревматоидный артрит

Картина личности

У больных на отдаленных этапах состояния бросается в глаза их терпимость и невзыскательность (Zautra et al., 1994). Их терпеливая непритязательность находится в противоречии с объективными данными о заболевании.

В преморбиде пациенты характеризуются как тихие, ма­лозаметные люди. Их отличает старательность и добросовест­ность. Часто заметно их альтруистичное поведение, что, в со­четании с энергией и жаждой деятельности, делает их непре­взойденными матерями и неутомимыми сиделками. Будущие пациенты уделят крайне мало внимания своей телесности, отличаясь бедным самовосприятием и редуцированным само­познанием. Их терпеливость, вероятно, соответствует внут­реннему запрету на открытое выражение остаточных агрес­сивных побуждений (Alexander, 1951; Rimon. 1969; Schild, 1967; Weintraub, 1969).

Подобно больным эссенциальной гипертензией, больные ревматоидным артритом испытывают большие трудности в подавлении своих враждебно-агрессивных импульсов. Одна­ко попытка разрешить эти импульсы протекает у них иначе и представляет собой комбинацию самоконтроля и «благотво­рительной» тирании над другими. Матери, страдающие рев­матоидным артритом, склонны строго контролировать почти все двигательные проявления у своих детей. Многие из них испытали в детстве сходные материнские влияния, имея та­ких же властных матерей.

Специфика «ревматической личности» состоит в наращи­вании самоограничения в жизненных отношениях, в собст­венном Я, в собственном теле и в коммуникативной сфере, в том числе в социальном поведении. Сказанное можно отне­сти и к двигательным агрессивным импульсам, которые, на­чиная с раннего детства, описывают как проблемную сферу. В целом можно говорить о неудачном уравновешивании по­люсов мягкости и жесткости. Обычно тенденция к мягкости подавляется усилением моторной напряженности, мышечны­ми действиями, у женщин - «мужским протестом». Путем напряжения и жертвенности приобретается право смешивать стремление к господству и мазохистское самопожертвование. Отмечены предпочтение занятий на свежем воздухе и сило­вых видов спорта, тенденция к подавлению спонтанного вы­ражения чувств, к их сдерживанию. Эта характеристика при­менима в первую очередь к женщинам, которые в психосома­тических наблюдениях по изучению ревматизма чаше всего обнаруживают контрастные или противоречивые пока кнели.

У всех больных ревматоидным артритом с достаточным постоянством встречаются три черты характера:

Стойкие проявления сверхсовестливости, обязательности и внешней уступчивости, сочетающиеся со склонностью к подавлению всех агрессивных и враждебных импульсов, таких, как злоба или ярость.

Мазохистски-депрессивные проявления с сильной по­требностью к самопожертвованию и чрезмерным стрем­лением к оказанию помощи, сочетающиеся со сверхнрав­ственным поведением и склонностью к депрессивным рас­стройствам настроения.

Выраженная потребность в физической активности до развития заболевания (профессиональный спорт, интен­сивная работа по дому, в саду и т. д.).

Эти три особенности характера представляются при рев­матоидном артрите как нечто застывшее и преувеличенное; они негибки и не приспособлены к требованиям среды. С пси­ходинамических позиций это характерологически-невротиче­ская переработка конфликта в сфере агрессивности и често­любия.

Вышеупомянутые черты характера являются, кроме того, надежнее чем любая другая вегетативно управляемая функция: печаль уменьшает глубину дыхания, в то время как радость уве­личивает ее; боязливые люди часто имеют поверхностное или неравномерное дыхание (Любан-Плоцца и др., 2000).





Читайте также:
Своеобразие романтизма К. Н. Батюшкова: Его творчество очень противоречиво и сложно. До сих пор...
Основные направления социальной политики: В Конституции Российской Федерации (ст. 7) характеризуется как...
Тест Тулуз-Пьерон (корректурная проба): получение информации о более общих характеристиках работоспособности, таких как...
Историческое сочинение по периоду истории с 1019-1054 г.: Все эти процессы связаны с деятельностью таких личностей, как...

Рекомендуемые страницы:


Поиск по сайту

©2015-2020 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2016-02-12 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту:

Обратная связь
0.025 с.