ТЕМА 12. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ




В современной политологии широко применяются категории, базирующиеся на понятиях, ранее применявшихся в основном в инженерных дисциплинах: технологии, механизмы, технологии реализации власти, современные политические технологии, механизмы управления, информационные технологии, технологии лоббистской деятельности, технологии парламентаризма, технологии формирования имиджа лидеров, избирательные технологии, «грязные» технологии, рекламные технологии, технологии «паблик рилейшнз».

Техника (от греч. technе – искусство, мастерство, умение) – это совокупность навыков и приемов деятельности. В первоначальном своем значении это слово сохранилось и теперь (техника ораторского мастерства, музыканта, дирижера, танцора, художника, спортсмена и т.д.).

Под политическими технологиями можно понимать действия, повышающие эффективность политических групп и организаций, участвующих в борьбе за государственную власть. В современном обществе политические технологии – это одна из важнейших областей деятельности политиков, тесно связанная с выборными технологиями, где происходит отработка и внедрение различных способов манипуляции общественным мнением. Политические технологии включают в себя два основных типа методов: методы, которые практически не зависят от места или времени реализации политической стратегии (универсалистский компонент политических технологий), а также методы и механизмы, ориентированные на тщательный учёт места и времени (конкретно-эвристический компонент политических технологий). Регуляция и интеграция современного общества — важнейшие функции политической власти, осуществление которых зависит от способности политических органов оказывать влияние на сознание и психологию масс для одобрения и выполнения ими политических решений. Это требует постоянного совершенствова­ния методов воздействия на массовое сознание, основанных на изучении, знании основных форм и уровней со­знания и психологии граждан.

Можно говорить о двух способах идейно-политического воз­действия. С одной стороны, это политико-идеологическое убеждение, предполагающее честное, прямое обращение к людям, к их сознательному, критическому мышлению. С другой — косвенное, скрытое, с махинациями, ложью апеллирование к иррациональ­ному, инстинктивному в человеке. В период общественных кризисов политико-управленческие круги часто отказываются от убеждений, прибегая к манипулированию, явля­ющемуся способом скрытого социального управления политиче­ским сознанием и поведением граждан с целью принудить их дей­ствовать (или бездействовать) иногда вопреки собственным интересам. Осуществляясь незаметно для управляемых, оно имеет преимущество перед силовыми способами реализации господства. Технология общегосударственного манипулирования основы­вается на систематическом внедрении в массовое сознание соци­ально-политических мифов, иллюзий, идей, норм, ценностей, ко­торые должны восприниматься без критического осмысления, на веру. Почему это возможно? Причины — противоречивость мас­сового сознания, развитие новой коммуникационной техники, изощренность методов, способов воздействия.

Политические деятели широко используют следующие закономерности массовой психологии:

а) массовое сознание отличается сознательным и бессознательным отражением и пониманием общественно-политической действительности. С одной стороны, рост культуры, образования, информированности расширяет возможности рационального осмысления строя, с другой — неравномерность этих процессов, усложнение общественной жизни, ее противоречивость мешают человеку создать системный образ общественных событий и проблем. В результате у людей складывается бессознательное отношение к общественно-политической действительности. В политической практике сочетаются обе стороны, но цели манипулирования достигаются через обращение к бессознательному. Следует обратить внимание на корреляцию между степенью демократичности общества и насаждением бессознательных политических взглядов, слепой веры;

б) массовое сознание характеризуется догматическим отношением к действительности. Правящие круги, прибегающие к манипулированию, заинтересованы в сдерживании критического отношения и культивировании догматического, которое обеспечивает устойчивость их власти. Для этого осуществляется деятельность по унификации мышления, сознание формируется с опорой на стереотипы, авторитеты как критерий истины. В результате убеждения выступают как совокупность законченных, выверенных и усвоенных мнений и представлений, не приемлющих другой точки зрения. Такой тип сознания характерен для тоталитарных и авторитарных режимов и очень затрудняет реформирование и демократизацию общества даже тогда, когда эти режимы рухнули.

Сочетание в массовом сознании привычного, традиционного и необычного, инновационного дает широкие основания для мани­пулирования. Обращение к традициям, обычаям, привычкам спо­собствует сохранению устойчивости политической власти. Но для политического манипулирования наиболее важны мифы как фун­дамент, основа иллюзорной картины мира. В бывшем СССР власть, например, широко использовала мифы о неизбежном крахе капи­тализма и торжестве коммунизма как совершенного, идеального общества, о частной собственности как источнике социального зла, о ведущей роли рабочего класса.

Профессор Т. Шиллер в книге «Манипуляторы сознанием» охарактеризовал пять мифов, которые использует правящая элита Запада, стремясь выдать желаемое за действи­тельное:

1) об индивидуальной свободе и личном выборе граждан;

2) о нейтралитете важных политических институтов — конгресса, суда, президентской власти, средств массовой информации;

3) о неизменной эгоистической природе человека, склонности к потребительству;

4) об отсутствии в обществе социальных конфликтов, эксплуатации;

5) о плюрализме средств массовой информации (СМИ), которые на самом деле представляют собой единую индустрию иллюзорного сознания и контролируются рекламодателями.

Для политических мифов характерны следующие особенности:

- они не появляются спонтанно, а создаются искусственно, сознательно и целенаправленно;

- основу их составляют осознанные и культивируемые политиками коллективные чаяния и надежды, усвоенные массовым сознанием;

- в них соединяются два разнородных качества: трезвый расчет и фанатичная вера, позволяющие политикам освобождать себя от всех моральных преград;

- они не поддаются разрушению с помощью рациональных аргументов и потому вполне правомерна их оценка как ненаучное знание, политические мифы, в лучшем случае – полуправда;

- для них характерна непосредственная связь с политической реальностью, они призваны оправдать тот или иной ход событий, обеспечить абсолютную уверенность людей в правоте осуществляемых политических акций;

- политические мифы появляются значительно позже мифов художественных, что обусловлено более поздними созданием политических структур и социальной дифференциацией.

Политические мифы обладают противоречивыми признаками.

С одной стороны, они обладают особой устойчивостью, в основе которой находятся:

а) взаимообусловленность мифа и массового сознания, ибо миф творится и поддерживается массовым сознанием, массовое сознание опирается на миф;

б) живучесть элементов изначального сознания, которое оказывает значительное влияние на характер восприятия мифа и поведение;

в) заинтересованность людей в политике и неспособность к обнаружению ее мифологического характера;

г) осознание возможности находить смысл собственной жизни с помощью мифа.

С другой стороны, политические мифы весьма динамичны. Они могут исчезать и воспроизводиться вновь в зависимости от соответствующих потребностей.

Манипулирование предполагает богатый арсенал способов, приемов. Многие политические деятели не гнушаются откровен­ным обманом, используют так называемую большую ложь, кото­рая повторяется, пока не начинает восприниматься как правда. С ростом компетентности людей, демократизации общества яв­ная ложь не срабатывает, ее дозируют, камуфлируют, тогда ис­пользуется частичная ложь, скрывающая то, что более всего воз­мущает, правдоподобная ложь, когда за констатацией фактов скрывается ложное содержание, и приукрашенная ложь — про­возглашение невыполнимых, но желаемых людьми обещаний. Также используется частичная правда, а иногда – и так называемая горькая правда. Такой переход к признанию неприятной исти­ны сопровождается различными оправданиями, рассчитанными на оправдательное восприятие людей. Например, политического руководителя объявляют без вины виноватым или жертвой об­стоятельств (его ввели в заблуждение подчиненные); он может по­каяться («повинную голову меч не сечет»); он может прослыть жаждущим правды (вина умаляется, ибо «лучше горькая правда, чем сладкая ложь»).

Кроме того, в манипулировании первостепенное внимание уде­ляется ценностному подчинению, в том числе регулированию ценностей, когда в зависимости от обстоятельств в центр политики выдвига­ют «прагматические» или «гуманистические» мотивы; иде­ализация ценностей, отнесение их к будущему, потенциальному бытию; абсолютизация ценностей, апеллирование к таким доб­родетелям, которые считаются вечными и неизменными (их ис­пользуют в разных сочетаниях и начинают писать с большой буквы: Свобода, Равенство, Справедливость, Патриотизм, Демократия, Мир и т. д.).

Тактика манипулирования не обходится без ценностного ори­ентирования интересов в соответствии с установленными критериями образа и качества жизни. Используется ценностное камуфлирование (когда партии в борьбе за электорат заимствуют друг у друга лозунги, программные положения, а впоследствии проводят курс, им не соответствующий). Весьма важны ценно­стное ограничение и самоограничение интересов, предлагающие людям во имя национального возрождения, величия страны, ее радикального обновления и т.д. откладывать удовлетворение своих требований, проявляемое в политике «затягивания поясов». Этому служит и такой прием, как сваливание вины на других, поиск и выявление «вредителей».

Манипулирование предполагает и ценностное оправдание принудительного воздействия, и маскировку видов принуждения. Тоталитарные режимы широко использовали террор и репрессии, но и они были вынуждены прибегать к их оправданию и маскировке.

Исследуя различные формы и методы современного манипулирования, американский ученый Р. Гудин выделяет две главные модели манипулирования — психологическую и рациональную. Суть психологической модели заключается в выборе наиболее подходящих психологических стимулов для приведения в действие именно тех психологических механизмов, которые способны вы­звать желаемую для манипулятора реакцию. При таком подходе человек рассматривается действующим по принципу стимул — реакция.

В рациональной модели манипулирование осуществляется не через использование психологических механизмов, а посредством обмана и вероломства. Среди форм манипулирования, относимых к этой модели, американский исследователь выделяет следующие:

- сокращение количества доступной для рядового гражданина информации;

- использование пропаганды, т. е. предоставление гражданам отчасти верной, но тенденциозной информации;

- использование секретности, т. е. преднамеренное утаивание информации, которая способна подорвать официальный политический курс;

- информационную перегрузку, т.е. сознательное предоставление чрезмерной информации с целью лишить рядового гражданина возможности адекватно усвоить и верно оценить ее.

Смысл такого подхода состоит в том, что гражданин, не имеющий доступа к информации, вынужден полагаться на ее официальную интерпретацию.

Политика обмана имеет свои законы. Во-первых, ложь долж­на быть определенным образом дозирована и не переходить не­которые пределы, чтобы сохранить видимость правдоподобности. Во-вторых, политик должен хорошо знать, что ожидает от него аудитория. Тот факт, что истина выступает порой в менее привле­кательной форме, чем фикция, создает для политика определен­ную почву для маневрирования. Задача политика в этом смысле состоит скорее в поисках выгодных для него иллюзий, на кото­рых он может «сыграть». Третьей составляющей политики мани­пулирования является так называемая «логика коллективного действия», основывающаяся на корпоративной солидарности по­литиков, когда они понимают, что общественность теряет дове­рие ко всей группе политиков, если раскрывается обман одного из ее членов.

Американский институт анализа пропаганды, обобщая практику мировой журналистики, приводит следующие приемы, обладающие, по мнению специалистов, внушительной эффективностью:

1) «наклейка ярлыков» («присвоение прозвищ») – наделение личности или идеи унизительными, оскорбительными или смешными прозвищами, эпитетами, подрывающими их авторитет;

2) «рекомендация» («свидетельство») – использование для повышения популярности кандидата или предвыборного блока имен сочувствующих им известных артистов, ученых, спортсменов и прочих знаменитостей;

3) «перенос» – идентификация качеств и свойств какого-либо лица или политической идеи с качествами и свойствами известных и авторитетных лиц или идей, т. е. оценка по ассоциации;

4) «простые люди» («свои ребята») – идентификация интересов информатора или агитатора с интересами и чаяниями простых людей, большинства нации;


5) «подтасовка карт» – откровенная фальсификация или искажение действительных фактов с помощью приемов, незаметных для масс;

Следует заметить, что огромную роль в манипулировании играют средства массовой информации.

Тактика навязывания ценностей обратно пропорциональна приверженности людей своим убеждениям.

Препятствиями для манипулирования являются опыт людей и неподконтрольные власти напрямую системы коммуникации, такие как семья, друзья, знакомые, группы, значимые для чело­века (правда, эти защитные механизмы ослабевают, когда речь идет о новой проблематике, по которой нет устоявшегося мнения). Также способны сдерживать манипулирование разделение властей и принцип демократической организации СМИ, а именно наличие трех форм их организации: частной, государственной и обществен­но-правовой при контроле со стороны парламента, правительства или общественных советов.





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!