ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ 2 глава




«У вас есть всё, что нужно для хорошего ночного сна. Кроме того, выбор всегда за вами».

«Выбор?» – спросила Кейтлин.

«Мне сказали, что у вас уже есть один ключ. Остаётся найти ещё три. А выбор выполнять свою миссию и продолжить путешествие всегда остаётся за вами.

Это для вас».

Она протянула руку и дала Кейтлин серебряный ларец цилиндрической формы, украшенный драгоценными камнями.

«Это письмо от вашего отца, адресованное вам. Мы хранили его на протяжении нескольких веков. Письмо никогда не вскрывали».

Кейтлин в смятении потянулась за письмом и ощутила вес ларца в своей руке.

«Надеюсь, что вы продолжите свою миссию, – тихо сказала монахиня. – Вы нужны нам, Кейтлин».

Сказав это, женщина вдруг развернулась, собираясь уйти.

«Подождите!» – окликнула её Кейтлин.

Монахиня остановилась.

«Я нахожусь в Париже, верно? В 1789 году?»

Женщина улыбнулась в ответ. «Всё правильно».

«Но почему? Почему я здесь? И почему именно сейчас? Зачем я попала в это место?»

«Боюсь, что это вам и предстоит выяснить. Я всего лишь служанка».

«Но почему я переместилась в эту церковь?»

«Вы находитесь в аббатстве Святого Петра. На Монмартре, – уточнила женщина. – Оно стоит здесь несколько тысяч лет. Это священное место».

«Почему?» – не унималась Кейтлин.

«На этом месте проводились собрания, где давались обеты при основании Общества Иисуса. Именно здесь зародилось христианство».

Кейтлин в изумлении оглянулась, а монахиня улыбнулась и сказала: «Добро пожаловать».

Затем она слегка поклонилась и ушла, тихо затворив за собой дверь.

Кейтлин обернулась и осмотрела комнату. Она была благодарна за гостеприимство, за сменную одежду, возможность искупаться и удобную кровать, стоящую в углу. От усталости Кейтлин едва ли могла двигаться и по ощущениям была готова проспать целую вечность.

Всё ещё сжимая в руке ларец, Кейтлин подошла к постаменту и положила его там. Свёрток может подождать. А вот голод – нет.

Она подняла наполненный кубок и внимательно его осмотрела. Она уже поняла, что в нём находилось: белая кровь.

Кейтлин поднесла кубок к губам и выпила жидкость. Она была слаще и приятнее красной крови и быстрее бежала по венам. Через несколько мгновений девушка почувствовала себя полной жизни и сильнее, чем когда-либо. Она могла бы пить её вечно.

Наконец Кейтлин поставила пустой кубок, взяла серебряный ларец и забралась на кровать. Как только она легла, стало понятно, насколько устали её ноги. Как хорошо было лежать.

Она откинулась назад, положила голову на небольшую подушку и на секунду закрыла глаза. Кейтлин собиралась открыть их буквально через секунду, чтобы прочитать письмо отца.

Но как только её глаза закрылись, девушка оказалась во власти сильной усталости. Открыть глаза снова не было сил. Через несколько мгновений она уже крепко спала.

*

 

Кейтлин стояла на арене римского Колизея в полном боевом снаряжении и сжимая в руках меч. Она была готова драться с любым, кто осмелится на неё напасть, и ощущала сильное желание сражаться. Но обернувшись и оглядевшись, девушка заметила, что стадион был пуст. Она окинула взором ряды сидений и увидела, что все места были пустыми.

Кейтлин моргнула, а открыв глаза, обнаружила, что она переместилась из Колизея в Сикстинскую капеллу Ватикана. Она всё ещё держала меч, но уже была одета в мантию.

Девушка оглядела комнату и увидела сотни выстроившихся вампиров с горящими голубыми глазами, одетых в белую одежду. Они терпеливо стояли вдоль стены и молча внимали происходящему.

Кейтлин уронила меч, и он со звоном приземлился на пол. Она медленно подошла к главному священнику, протянула руку и взяла у него огромный серебряный кубок, наполненный белой кровью. Девушка выпила содержимое, и жидкость разлилась по её телу, обжигая щёки.

Вдруг Кейтлин поняла, что находится одна в пустыне. Она босиком шла по обожжённой земле, держа в руке огромный ключ, а солнце безжалостно светило сверху. Ключ был большим – неестественно большим, а его вес неумолимо тянул Кейтлин вниз.

Она шла и шла, жадно хватая ртом воздух и изнывая от зноя, пока, наконец, не достигла огромной горы. На вершине горы стоял человек, который с улыбкой глядел вниз.

Это был её отец.

Кейтлин сделала рывок, собрав все усилия и попытавшись забраться на гору, всё быстрее приближаясь к нему. Чем выше она поднималась, тем выше и жарче светило солнце, обжигая Кейтлин всё сильнее. Казалось, солнечный круг находился прямо за отцом. Как будто он сам был солнцем, а она неумолимо приближалась к нему.

Путь наверх становился сложнее, и Кейтлин задыхалась от усталости, упрямо двигаясь к цели. Наверху стоял отец, раскинув руки и готовясь обнять её.

Холм стал еще более крутым, а Кейтлин совершенно вымоталась. Дальше идти она не могла и упала там же, где стояла.

Кейтлин моргнула, а когда открыла глаза, увидела стоящего над ней отца; он склонился к ней и тепло улыбнулся.

«Кейтлин, – сказал он, – дочка, я так горжусь тобой».

Она попыталась дотянуться, чтобы удержать его, но сейчас на ней находился ключ, прижавший её под своим весом и тянувший вниз.

Она посмотрела на него, пытаясь заговорить, но потрескавшиеся губы и пересохшее горло не издали ни звука.

«Кейтлин?»

«Кейтлин?»

Кейтлин открыла глаза, силясь понять, где она находилась.

Она взглянула вверх и увидела человека, сидевшего на её кровати и глядевшего на неё с улыбкой.

Он протянул руку и осторожно убрал волосы с её глаз.

Неужели, это всё ещё сон? Она ощутила, как на лбу проступил холодный пот; он коснулся её запястья, а она молилась, чтобы это был не сон.

Прямо перед ней, улыбаясь, сидела любовь всей её жизни.

Калеб.

 


ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Сэм резко открыл глаза. Над собой он увидел небо и огромных размеров дуб. Сэм моргнул несколько раз, недоумевая, где он находится.

Чувствуя под собой что-то мягкое, Сэм повернулся и понял, что лежит в лесу, на земле, поросшей мхом.

Снова взглянув вверх, он увидел ещё дюжину деревьев, раскачивающихся от ветра. Где-то неподалёку слышалось бульканье. Сэм повернулся и буквально в нескольких метрах от себя заметил текущий тонкой струйкой ручей.

Сэм сел и огляделся по сторонам. Он находился в глухом лесу, совершенно один. Свет едва проникал сюда через густую крону деревьев. Сэм осмотрел себя и отметил, что боевое снаряжение, которое он носил в Колизее, по-прежнему на нём. В лесу было тихо. Слышался лишь шёпот ручья, да щебет птиц. Где-то вдали тишину нарушали лесные звери.

К своему утешению, Сэм понял, что перемещение во времени прошло удачно. Было очевидно, что он попал в другое место и время – куда он не имел понятия.

Сэм медленно ощупал своё тело, удостоверившись, что цел, невредим и не ранен. Он был ужасно голоден, однако мог ещё терпеть. Для начала он должен выяснить, где находится.

Сэм снова оглядел себя, пытаясь выяснить, есть ли при нём оружие.

К сожалению, никакое оружие не переместилось вместе с ним. Сэм снова был один, и рассчитывать мог только на свои силы.

Ему было интересно, по-прежнему ли он обладает способностями вампира. Сэм до сих пор чувствовал в своих жилах неестественную силу. Это придало ему уверенности. Однако узнать наверняка можно будет только, когда придёт время.

Сэму не пришлось долго ждать.

Он услышал, как хрустнула ветка. Повернувшись, он увидел огромного медведя, который медленно, но решительно направлялся к нему. Сэм замер. Медведь пристально посмотрел на Сэма, затем обнажил клыки и зарычал.

Через секунду медведь побежал прямо на него. Времени спасаться бегством не было. Не оставалось ничего другого, как только нападать самому.

К своему изумлению, вместо страха Сэм чувствовал ярость. Он был взбешён тем, что кто-то посмел напасть на него. Не думая ни секунды, Сэм бросился в атаку. Он был готов сразиться с медведем. Подобным образом он сразился бы и с человеком.

Сэм и медведь встретились на полпути друг от друга. Они напали одновременно. Сэм чувствовал, как неистовая сила кипит внутри него. Благодаря ей он ощущал себя непобедимым.

Столкнувшись с медведем в воздухе, Сэм понял, что был прав. Он схватил зверя, сжал его в своих руках и бросил на землю. Медведь отлетел на добрую дюжину метров и с силой ударился о дерево.

Сэм остался стоять поодаль. Он зарычал на медведя, и этот яростный рык был страшнее и громче звериного. В этот момент Сэм чувствовал, как его кровь кипит, а мускулы наливаются силой.

Медведь, шатаясь, медленно поднялся, и посмотрел на Сэма в недоумении. Прихрамывая, животное сделало несколько осторожных шагов; затем медведь склонил голову, повернулся и побежал.

Но Сэм не был готов дать ему так просто уйти. Он словно сошёл с ума, и, казалось, ничто в мире не в силах было его остановить. К тому же он был голоден. Медведю придётся стать его новой добычей.

Сэм побежал следом за медведем, с радостью заметив, что бежит он куда быстрее животного. Через несколько секунд Сэм догнал свою жертву. Один прыжок и вот он уже у него на спине. Сэм наклонился и глубоко вонзил свои клыки в медвежью шею.

Медведь взревел от боли, отчаянно пытаясь избавиться от своей ноши, однако Сэм держался крепко. Клыки проникали всё глубже, и через минуту Сэм почувствовал, как обмякло тело медведя. Совсем скоро он совсем перестал двигаться.

Сэм лежал на медведе и пил его кровь. Каждой клеткой тела он чувствовал, как возвращается жизнь.

Закончив с трапезой, Сэм откинул голову и облизал губы. Он отлично подкрепился и чувствовал себя просто прекрасно.

Едва Сэм поднялся на ноги, как услышал, что где-то снова хрустнула ветка.

Он повернулся и увидел стоящую посреди поляны молодую девушку, одетую во всё белое. На вид ей было не больше 17. Она стояла, держа корзину, и смотрела на Сэма с изумлением. У неё была белая прозрачная кожа, длинные тёмно-русые волосы и большие голубые глаза. Девушка была прекрасна.

Она стояла как вкопанная и, не моргая, смотрела на Сэма.

Сэм подумал, что она, должно быть, испугалась. Он по-прежнему сидел верхом на медведе, а рот его был перепачкан кровью. Зрелище не из приятных. Ему не хотелось ее пугать.

Сэм спрыгнул с медведя и сделал несколько шагов навстречу незнакомке.

К удивлению, она не попыталась бежать и даже не двинулась с места. Она просто стояла и смотрела на него безо всякого страха.

«Не бойся, – сказал Сэм. – Я не обижу тебя».

Девушка улыбнулась. Это удивило Сэма. Она была так красива и вовсе не боялась его. Как это возможно?

«Конечно, не обидишь, – в ответ произнесла она. – Ведь ты такой же, как я».

Теперь пришла очередь удивляться Сэму. Он тут же понял, что она права. В тот момент, когда она появилась, Сэм ощутил какой-то незнакомый запах. Теперь он понял: она была такой же, как он. Она была вампиром. Вот почему ей было не страшно.

«Отлично ты с ним расправился, – сказала девушка и кивнула в сторону медведя. – Немного грубо, правда. Почему бы не поохотиться на оленя?»

Сэм улыбнулся. Она была не только красива, но и забавна.

«Может быть, в следующий раз», – ответил Сэм.

Девушка улыбнулась.

«Скажи мне, пожалуйста, какой сейчас год… или век», – попросил Сэм.

Она улыбнулась и отрицательно покачала головой.

«Если я скажу, это испортит всё веселье. Сам узнаешь позже».

Сэму нравилась девушка. Она была что надо. Рядом с ней Сэм чувствовал себя непринуждённо, словно в компании старого друга.

Девушка подошла к Сэму и протянула руку. Он ощутил её гладкую кожу.

«Меня зовут Сэм», – сказал он, пожимая руку дольше положенного.

Девушка широко улыбнулась.

«Я знаю», – ответила она.

Сэм был озадачен. Откуда она знает? Разве они встречались раньше? Он не помнил.

«Меня послали за тобой», – добавила она.

Неожиданно девушка повернулась и пошла по тропинке.

Сэм торопливо пошёл за ней. Очарованный своей спутницей, Сэм споткнулся о ветку, лежавшую у него на пути. Он смутился, услышав, как она хихикнула.

«Ну, – быстро сказал он. – А как же твоё имя?»

«У меня есть полное имя, но я редко им пользуюсь», – ответила девушка.

Она повернулась и посмотрела на Сэма. Он немного отстал, и она ждала его.

«Если тебе интересно, все зовут меня Полли».

 


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Калеб распахнул огромную средневековую дверь, и Кейтлин вышла из аббатства, шагнув навстречу первым лучам солнца. Калеб шёл рядом, а она любовалась рассветом. Здесь, на вершине горы Монмартр, она могла, наконец, оглядеться и увидеть весь Париж, раскинувшийся прямо перед ними. Это был красивый развивающийся город – смесь классической архитектуры и простых незамысловатых строений, мощёных улиц и грунтовых дорог, деревьев и городской суеты. Небо оживляло пейзаж, переливаясь миллионом полутонов. Это было волшебное зрелище.

Такое же удивительное, как и рука, коснувшаяся её руки. Кейтлин подняла глаза и увидела Калеба, стоявшего рядом с ней и наслаждающегося видом; она с трудом могла поверить, что всё это происходило наяву, что рядом действительно был Калеб, и что они были именно здесь. Вместе. Он знал, кто она. Он вспомнил её. Он её нашел.

Кейтлин вновь усомнилась, действительно ли она пробудилась ото сна, и не было ли это продолжением сновидения.

Крепче сжав руку Калеба, Кейтлин осознала, что всё было по-настоящему. Ещё никогда она не испытывала такой радости. Она через многое прошла и вернулась в прошлое на несколько веков, только чтобы быть с ним, чтобы убедиться, что он жив. Когда Калеб не вспомнил её в Италии, она испытала сильнейшее потрясение.

Теперь он был здесь, живой и невредимый и помнил об их прошлом. Калеб был свободен, Сэра больше не стояла у Кейтлин на пути, и он принадлежит только ей. Её сердце наполнилось новым чувством и новой надеждой. Даже в самых смелых мечтах она никогда не представляла, что всё сложится так замечательно или вообще сложится. Она была переполнена счастьем и даже не знала, с чего начать разговор.

Калеб начал первым.

«Париж, – сказал он, обернувшись к ней с улыбкой. – Мы могли бы оказаться и в худшем месте».

Кейтлин улыбнулась в ответ.

«Всю свою жизнь я мечтала увидеть Париж», – сказала она.

С тем, кого люблю, хотела добавить Кейтлин, но остановилась на полуслове. Она так давно не была с Калебом наедине, что снова начала нервничать. В некотором смысле они знали друг друга целую вечность и даже дольше, но при этом Кейтлин всё также волновалась, как и при первой встрече.

Калеб протянул ей руку.

«Посмотрим город вместе?» – спросил он.

Кейтлин вложила руку в его ладонь.

«Нам предстоит долгая прогулка», –сказала она, оглядывая крутой холм, уходящий на многие километры вниз и ведущий к Парижу.

«Я планировал осмотреть что-то более живописное, – ответил Калеб. – Полетели».

Кейтлин расправила плечи, пытаясь понять, окрепли ли крылья. Она чувствовала себя помолодевшей, восстановившейся после напитка из белой крови, но по-прежнему не была уверена, что сможет лететь. Она не была готова сделать прыжок с горы, не уверенная в том, что крылья раскроются.

«Не думаю, что я готова», – сказала она.

Калеб посмотрел на нее и сразу всё понял.

«Лети со мной, – сказал он, а затем добавил с улыбкой, – как в старые времена».

Кейтлин улыбнулась, подошла к нему сзади, обняв его спину и плечи. Как приятно было ощущать его мускулистое тело.

Вдруг Калеб внезапно взмыл в воздух; он сделал это так быстро, что Кейтлин чуть не упала.

Не успела она опомниться, как они поднялись высоко в небо. Она обнимала Калеба, глядя вниз и положив голову ему на плечо. Кейтлин ощутила знакомое чувство, когда они резко снизились и продолжили дальше снижать высоту, приближаясь к городу на восходе солнца. Это захватывало дух.

Но ничто так не будоражило сознание, как ощущение его объятий, возможность обнять Калеба и просто быть вместе. Кейтлин провела с ним меньше часа, но уже молилась, чтобы они никогда не расстались вновь.

*

 

Париж, над которым они пролетали – Париж 1789 года – был во многом похож на фотографии Парижа, которые Кейтлин видела в 21 веке. Она узнала множество зданий, церквей, шпилей и памятников. Несмотря на многовековую историю, город выглядел почти так же, как и сейчас. Как в Венеции и Флоренции, здесь мало что изменилось за несколько сотен лет.

Но были и различия. Основное из них – архитектурное. Хотя некоторые дороги были вымощены камнем, часть дорог были насыпными. Здесь легче дышалось, а между зданиями росли деревья, как будто город был построен посреди леса. Вместо автомобилей были лошади и экипажи; люди шли по грязным обочинам или управляли телегами. Жизнь текла медленнее и спокойнее.

Калеб снижался, пока они не достигли верхушек зданий. Миновав последнее здание и вылетев из облаков, они увидели Сену, протекавшую прямо посреди города. В лучах утреннего солнца её воды отдавали жёлтым цветом, и от этого зрелища захватывало дух.

Калеб нырнул вниз, пролетая над рекой, а Кейтлин воспользовалась возможностью ещё раз насладиться красотой города и его романтикой. Они миновали небольшой остров Сите, где Кейтлин увидела уже знакомый собор Парижской Богоматери. Его огромный шпиль возвышался над окрестностями.

Калеб опустился ещё ниже, пролетая прямо над рекой, и влажный воздух у поверхности воды охладил их в это жаркое июльское утро. Кейтлин разглядывала Париж по обеим сторонам реки, когда они парили над и под многочисленными арочными мостами, соединяющими два берега. Затем Калеб взмыл вверх и направился к одному из берегов, мягко опустив их на землю за большим деревом, подальше от глаз случайных прохожих.

Кейтлин огляделась и увидела, что Калеб приземлился в огромном парке, который, казалось, простирался на многие километры вдоль реки.

«Это парк Тюильри, – сказал Калеб. – Он сохранился и в 21 веке. Ничего не изменилось. Это по-прежнему самое романтичное место в Париже».

Он с улыбкой взял её за руку. Они вместе пошли по дорожке, проходящей через парк. Кейтлин никогда не была так счастлива.

У неё накопилось множество вопросов и так много хотелось сказать, что она не знала, с чего начать. Но начинать было нужно, поэтому она произнесла первое, что пришло на ум.

«Спасибо, – сказала она, – за Рим, за Колизей, за то, что спас меня. Если бы ты не прилетел, не знаю, что бы со мной было».

Кейтлин обернулась и неуверенно посмотрела на Калеба. «Ты это помнишь?» – спросила она с тревогой.

Калеб обернулся, посмотрел на неё и кивнул. Он всё помнил, и от этого на душе стало легче. По крайней мере, теперь у них был одинаковый багаж воспоминаний, и их память хранила все мельчайшие детали прошлых жизней. Уже одно это очень много значило для Кейтлин.

«Но это не я спас тебя, – сказал он. – Ты отлично справилась и без меня. Наоборот, ты спасла меня. Я счастлив просто быть с тобой рядом. Даже не знаю, что бы я без тебя делал, – добавил Калеб».

Он сжал её руку, а Кейтлин ощутила, как от его слов стало теплее на душе.

Пока они гуляли по парку, она с любопытством разглядывала огромное многообразие цветов, фонтанов и статуй... Это было одно из самых романтичных мест, в которых ей довелось побывать.

«Я должна попросить прощение», – добавила Кейтлин.

Калеб посмотрел на неё, и она вдруг испугалась того, что собиралась сказать:

«…за твоего сына».

Лицо Калеба помрачнело, выражая неподдельную скорбь.

Дура, подумала про себя Кейтлин. Ну, зачем же нужно постоянно портить момент? Неужели, нельзя было с этим повременить?

Калеб сглотнул и кивнул, слишком расстроенный, чтобы говорить.

«И я сожалею о Сэре, – добавила Кейтлин. – Я никогда не хотела вставать между вами».

«Не сожалей об этом, – ответил Калеб. – Ты не сделала ничего дурного. Виноваты были только я и она. Нам не суждено было быть вместе. Наши отношения не сложились с самого начала».

«Ну, и наконец, я хотела извиниться за то, что произошло в Нью-Йорке, – добавила Кейтлин и ощутила облегчение, словно камень упал с плеч. – Я бы никогда не ранила тебя, зная, что это был ты. Клянусь, я думала, что это был кто-то другой. Я никогда бы не догадалась, что это был ты».

Кейтлин была близка к тому, чтобы расплакаться.

Калеб остановился, посмотрел на неё и обнял за плечи.

«Это уже не имеет значения, – искренне сказал он. – Ты вернулась, чтобы спасти меня. И я знаю, чего тебе это стоило. Всё могло закончиться неудачей. Ты рисковала жизнью ради меня и отказалась ради меня от нашего ребёнка, – добавил Калеб с грустью. – Я люблю тебя больше, чем могу выразить словами, – закончил он, не поднимая глаз».

Калеб посмотрел на Кейтлин, и в его глазах появились слёзы.

И тут они поцеловались. Кейтлин таяла в его объятьях, чувствуя небывалое облегчение; казалось, они целовались целую вечность. Это был лучший момент их отношений. В некотором смысле, она чувствовала, что знакомится с ним впервые.

Спустя какое-то время их губы разомкнулись, и они внимательно посмотрели друг другу в глаза.

Развернувшись и скромно взявшись за руки, они продолжили прогулку по парку. Кейтлин наслаждалась красотой и романтикой Парижа, осознавая, что в этот момент все её мечты становились реальностью. Это было именно то, чего она хотела от жизни: быть с любимым человеком – с тем, кто по-настоящему её любил, – быть в таком красивом, романтичном месте и знать, что вся жизнь впереди.

Кейтлин вспомнила, что украшенный драгоценностями ларец по-прежнему находился в её кармане, что не могло не расстраивать. Она не хотела его открывать. Она очень любила отца, но читать его письмо у неё не было никакого желания. Кейтлин чувствовала, что больше не хочет продолжать эту миссию. Она не хочет всем рисковать, путешествуя во времени в поисках других ключей. Она просто хочет быть здесь и сейчас, с Калебом, в мире сама с собой. Кейтлин не хотела ничего менять. Она была готова сделать всё, чтобы продлить это драгоценное время, отведённое им вместе. При этом она понимала, что это означало отказ от миссии.

Кейтлин повернулась и посмотрела на Калеба. Сказать ему об этом было непросто, но она чувствовала, что это было необходимо.

«Калеб, – начала Кейтлин, – я не хочу больше ничего искать. Я понимаю, что у меня особая миссия – мне нужно помочь другим и найти Щит. Это может звучать эгоистично, и мне очень жаль, если это так, но я просто хочу быть с тобой. Сейчас это самое важное для меня. Я хочу остаться здесь и сейчас. Мне кажется, что если мы продолжим поиски, то нам придётся вновь отправиться в другое время и в другое место. И, возможно, уже не вместе... – Кейтлин замолчала и поняла, что не в силах сдержать слёзы».

В полном молчании она сделала глубокий вдох. Кейтлин не знала, о чём сейчас думает Калеб, но надеялась, что он одобрит её решение.

«Ты меня понимаешь?» – осторожно спросила она.

Он смотрел на горизонт и выглядел задумчиво. Наконец Калеб повернулся и посмотрел на Кейтлин. Её стало не по себе: «Я не хочу читать письмо отца и искать новые подсказки. Я просто хочу, чтобы мы были вместе. Я хочу, чтобы мы остались здесь и сейчас и не хочу ничего менять. Надеюсь, что ты не возненавидишь меня за это».

«Я никогда тебя не возненавижу», – мягко сказал Калеб.

«Но ты не одобряешь моего решения, – ответила Кейтлин. – Думаешь, я должна продолжать миссию?»

Он отвернулся, но ничего не сказал.

«Что не так? – спросила она. – Ты беспокоишься о других?»

«Думаю, меня должно это беспокоить, – сказал Калеб, – и это правда. Но у меня есть и корыстные причины. Я думаю... в глубине души я надеялся, что если мы найдём Щит, он сможет помочь мне вернуть сына, Джейда».

Кейтлин ощутила ужасное чувство вины, поскольку только что поняла, что для Калеба её отказ от миссии был равносилен потере сына навсегда.

«Но это не тот путь, – сказала она. – Мы не знаем, найдем ли мы Щит, существует ли он вообще, и сможет ли он его вернуть. Однако мы знаем, что если мы не станем его искать, то сможем быть вместе. Речь идёт о нас. Вот что для меня самое важное, – Кейтлин замолчала. – А что самое важное для тебя?»

Калеб вновь посмотрел на горизонт и кивнул, даже не взглянув на Кейтлин.

«Ты любишь меня лишь потому, что я могу помочь тебе найти Щит?» – спросила она.

Задав этот вопрос, она была потрясена собственной смелостью. Он беспокоил её с тех пор, как она впервые встретила Калеба. Любил ли он её только потому, что она могла привести его к Щиту? Или он любил её такой, какая она есть? Сейчас Кейтлин, наконец, смогла спросить его прямо.

Сердце её бешено билось в ожидании ответа.

Наконец, Калеб повернулся и внимательно посмотрел в её глаза. Он протянул руку и нежно провёл тыльной стороной ладони по её щеке.

«Я люблю тебя за то, что ты – это ты, – сказал он, – и всегда любил. А если жизнь с тобой означает отказ от поиска Щита, то так тому и быть. Я тоже хочу быть с тобой. Да, я хочу продолжить поиск, но ты для меня гораздо важнее».

Кейтлин улыбнулась, радуясь новому чувству покоя и стабильности. Больше на их пути не было преград.

Калеб откинул волосы с её лица и расплылся в улыбке.

«Забавно, – сказал он, – ведь я жил здесь и раньше. Много веков назад. Не в Париже, а в его пригороде. Это был небольшой замок. Не знаю, сохранился ли он до сих пор, но мы можем поискать вместе».

Кейтлин улыбнулась. Калеб усадил её на плечи и взмыл в воздух. Через несколько мгновений они летели высоко над Парижем, направляясь в пригород, чтобы отыскать его дом.

Их дом.

Кейтлин никогда не была так счастлива.

 


ГЛАВА ПЯТАЯ

Сэм едва поспевал за Полли. Она так часто меняла тему разговора и так тараторила, что, казалось, никогда не остановится. Сэм по-прежнему чувствовал себя не в своей тарелке от этого неожиданного путешествия – ему нужно было всё хорошенько обдумать.

Шли они уже около получаса, и Сэм, пытаясь успеть за Полли, то и дело спотыкался о ветки. Девушка шла бодрым шагом и без устали болтала, так что Сэм не мог вставить в разговор ни слова. Полли всё говорила и говорила о «дворце», и «дворе», и представителях своего клана, и о грядущем концерте, и о человеке по имени Эйден. Сэм не имел ни малейшего понятия, о чём она говорит, и почему его искали, и куда она его вела, поэтому решил получить хоть какие-то ответы.

«…. это не совсем бал, конечно,– продолжала Полли. – Но всё же изумительное событие, а я даже не знаю, что мне надеть. У меня, конечно, много вариантов, но ни один из них не подходит для такого изысканного мероприятия…»

«Прошу тебя! – вдруг отозвался Сэм, лихо перепрыгивая через лесные преграды. – Я прошу прощения за то, что перебиваю тебя, но у меня к тебе есть вопросы. Пожалуйста. Мне хочется получить на них ответы».

Наконец Полли замолчала, и Сэм вздохнул с облегчением. Она взглянула на него с удивлением, как будто и не замечала своей болтовни всё это время.

«Спрашивай, не стесняйся», – весело сказала Полли. Однако до того как Сэм успел вымолвить хоть слово, нетерпеливо добавила: «Ну, так что? Что за вопросы?»

«Ты сказала, что тебя послали за мной, – сказал Сэм. – Кто тебя послал?»

«Ну, это лёгкий вопрос, – ответила Полли. – Меня за тобой послал Эйден».

«А кто это?» – снова спросил Сэм.

Полли фыркнула: «Боже мой, да ты, оказывается, многого не знаешь! Вот уже несколько веков Эйден является лидером нашего клана. Я не знаю, почему он проявил такой интерес к твоей персоне и почему послал меня в такой прекрасный день бродить по лесу в поисках тебя. Мне кажется, что со временем ты бы сам смог найти дорогу. К слову сказать, у меня сегодня еще масса дел – нужно найти новое платье и к тому же ….».

«Постой,– перебил её Сэм, пытаясь не потерять свою мысль. – Я благодарен, что ты нашла меня и всё такое и не хочу показаться невежливым, однако у меня нет времени идти туда, куда ты меня ведёшь. Понимаешь, я отправился в прошлое, в это время и место не просто так. Мне нужно помочь сестре. Я должен найти её, и у меня нет времени на какие-то незапланированные визиты».

«Знаешь что, я не назвала бы этот визит незапланированным, – ответила Полли. – Эйден – единственный в клане, кто может найти человека. Если ты понравишься ему, дело сделано. И кого бы ты ни искал, единственный, кто может указать тебе правильный путь – это Эйден».

«Тогда, где же то место, куда мы идём? Далеко ещё?»

Полли сделала ещё несколько шагов по тропинке. Сэм поспешил за ней, отметив про себя, что все её ответы оказались уклончивы. Неожиданно лес закончился.

Полли остановилась. Сэм остановился рядом с ней, поражённый увиденным.

Перед ними открывалось огромное поле. Вдалеке виднелись английские сады. Газон был тщательно подстрижен и имел замысловатые формы. Они были похожи на прекрасное произведение искусства.

Однако дворец, который находился за садом, казался еще более невероятным. Сэму никогда не приходилось видеть здания такого огромного размера. Весь дворец был отделан мрамором и занимал просто колоссальную территорию. Дворец был построен в классическом стиле и имел множество больших окон. Вход украшала мраморная лестница. Сэм знал, что когда-то видел изображение этого места, но не мог вспомнить его названия.





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!