Сократес: футболист-философ и революционер




Широко известна шутка о том, как у отца были трое сыновей: двое умных, а третий - футболист. В семье бразильского полузащитника Сократеса (1954-2011) - а Бразилия, как ни одна другая страна в мире, дала человечеству огромное число ярчайших футбольных личностей - всё было совсем по-другому: он не только стал выдающимся игроком, включённым специалистами в сотню лучших футболистов XX века и за всю историю, но ещё и заслужил учёную степень доктора философии.

Правда, в семье было не трое братьев, а четверо. Их отец Раймундо работал налоговым агентом; он, будучи выходцем из самых низов общества, самостоятельно научился читать, всего добился путём самообразования и, собрав, кстати, богатую библиотеку, очень увлекался древнегреческой философией. Оттого Раймундо дал трём своим отпрыскам имена античных мыслителей: Сократес, Состенес (честно признаюсь, не знаю, кто это такой) и Софоклус (Софокл). И лишь четвёртый из братьев не удостоился такой чести - его назвали как отца: Раймундо. Наверное, оттого он и стал «просто футболистом» - но о нём мы скажем пару слов чуть позже.

Сóкратес Бразилейру Сампайу ди Соза Виейра ди Оливейра (сказывают, знаменитый наш телекомментатор Котэ Махарадзе необычайно красиво произносил, представляя составы команд, полное имя футболиста; у нас, кстати, принято ставить ударение в его имени на «а») в детстве очень любил читать отцовские умные книги и мечтал стать врачом-педиатром. Но при этом он обожал играть в футбол, причём отец эту страсть сына не разделял - он желал ему «серьёзную» карьеру, и парню какое-то время даже приходилось играть за команду колледжа тайком от родителей.

Когда наступила взрослая жизнь и пришло время выбирать, чем ему заняться в жизни, перед Сократесом встала непростая дилемма: учиться на доктора или играть в футбол? И он выбрал и то, и другое! Он продолжил образование, получив диплом врача в университете Сан-Паулу, и одновременно подписал первый в своей жизни профессиональный контракт - с командой «Ботафого» из города Рибейрао-Прету (не путать с ФК «Ботафого» из Рио-де-Жанейро, за который когда-то выступал великий нападающий Гарринча.

Причём в контракте было даже специально оговорено, что клуб предоставит футболисту возможность совмещать тренировки и матчи с учёбой. Такая нелёгкая жизнь «на два фронта» продолжалась целых пять лет, но благодаря поддержке со стороны однокурсников Сократес всё-таки диплом получил. За ним закрепилось прозвище «Доктор Сократес», а позже он, как уже было сказано выше, вправду официально стал доктором философии.

Кстати, диплом врача вовсе не стал для Сократеса формальной «бумажкой» - завершив футбольную карьеру, он основал клинику спортивной медицины. А в своём рабочем кабинете директор медучреждения установил... бюст Сократа!

Был он человеком разносторонним: снимался в телесериалах, играл на гитаре и записывал пластинки в стиле кантри, занимался журналистикой - и не только спортивной, но и политической. Журналисты, беседовавшие с ним, отмечали его выдающийся ум и отменное чувство юмора - этого легко можно было ожидать от человека, в круг чтения которого входили Платон, Кант, Макиавелли и Руссо! Он вполне оправдывал своё «философское» имя. Под стать себе он выбрал и подругу жизни - преподавательницу математики.

Глубокий интеллектуал, Сократес и в футбол играл интеллектуальный - с высочайшей культурой паса и изысканными передачами пяткой, в злоупотреблении коими его порой обвиняли. Пеле как-то сказал про Сократеса, что тот лучше играет, двигаясь назад, чем многие футболисты - двигаясь вперёд. Сократес обладал уникальными физическими данными: при росте 192 см он имел ногу всего лишь 39-го размера! Маленькая стопа весьма удобна для игры в футбол - у многих выдающихся футболистов встречается маленькая ножка. Типичный «плеймейкер», «мозг команды», Сократес при этом слыл лентяем на поле: он «ходил пешком», ускоряясь лишь тогда, когда в этом возникала необходимость. Но ведь он же был философом: к чему пустая беготня, если можно (и нужно) играть с умом; играть в футбол надо головой, не ногами! «Футбол - не теннис, всегда есть десять человек, которых можно заставить работать на вас», - полушутя, изрёк как-то Сократес.

«Фишкой» Сократеса являлась его манера исполнять пенальти без разбега. Правда, однажды эта техника подвела его в самый ответственный момент. В 1986 году на чемпионате мира в Мексике в четвертьфинале против Франции пришлось пробивать послематчевые пенальти, и Сократес тогда не забил - его удар парировал французский голкипер Батс. Та серия одиннадцатиметровых вошла в историю как один из самых драматичных моментов на «мундиалях»: не выдержав напряжения, лучшие пенальтисты планеты - Сократес и Платини - не смогли пробить вратарей (раньше, в основное время, пенальти не забил Зико - но в серии исправился). Удача в итоге оказалась на стороне Галлии, и для 32-летнего Сократеса, капитана сборной в 1982 и 1986 годах, тот матч оказался последним за национальную команду.

В 1980-х годах у Бразилии была фантастическая сборная по футболу - в ней, помимо Сократеса и Зико (по прозвищу «белый Пеле»), играли Фалькао, Алемао, Жуниор, Карека. И в 1982-м, и в 1986-м, и в 1990 году (уже без Сократеса и Зико) она считалась главным фаворитом чемпионата. Про сборную образца 1982 года вообще говорят, что это была одна из лучших команд в истории футбола - вровень с Бразилией 1970 года, когда она под предводительством Пеле в третий раз стала чемпионом мира. Про 1982 год судить не могу - слишком мал я был тогда, чтобы что-то всерьёз понимать; единственное, что мне запомнилось: как опечалены были окружавшие меня взрослые, когда Советский Союз не сумел выстоять в стартовом поединке с теми же бразильцами (1:2; наши открыли счёт после удара воспитанника львовского футбола Андрея Баля и долго вели в счёте, однако в самом конце игры бразильцы всё-таки дожали наших - и один из голов, кстати, забил Сократес).

А вот чемпионат 1986 года - с феерической победой СССР над Венгрией (6:0) и волшебником Марадоной - помню во всех красках. Бразилия тогда была просто великолепна, и её поражение от Франции стало для меня такой же трагедией, как и обидная - при соучастии судьи - неудача советской дружины в игре с Бельгией.

Но так уж получилась, что та великая и блестящая бразильская сборная так и не сумела выиграть хоть какие-то медали на всех трёх чемпионатах означенного периода. Видимо, она слишком стремилась к красивой и зрелищной игре, вместо того, чтобы играть на результат. И столь выдающийся футболист Сократес, кумир Бразилии, остался практически без титулов - всё, чего он добился: призёр (вовсе не чемпион даже) Южной Америки, трёхкратный чемпион штата Сан-Паулу в составе команды «Коринтианс» и чемпион штата Рио-де-Жанейро в цветах «Фламенго».

Всё изменилось для Бразилии в 1994 году, когда она сделала ставку не на красоту игры, а на прагматизм. И капитаном победившей на полях США команды был человек по имени Раи. Раи - это сокращённо от Раймундо. Да-да, вот именно, то был младший брат Сократеса, в начале футбольной карьеры скрывавший свою родственную связь, дабы никто и не подумал, что он делает карьеру на имени брата, что он пользуется какой-то протекцией. Раи сумел сделать то, чего так и не добился его куда более талантливый, яркий и самобытный брат. Так оно в жизни бывает...

Сократеса бразильцы боготворили, однако он им запомнился не только своей игрой, но и своей твёрдой и активной гражданской позицией. Сократеса называют «футбольным Че Геварой». Будучи человеком левых взглядов, футболист-философ признавался, что его кумирами являлись Фидель Кастро, Гевара и Джон Леннон. Он даже внешне стремился походить на Че: отрастил похожую причёску и бородку.

Интерес к политике возник у Сократеса ещё в детстве. В 1964 году в стране произошёл военный переворот, и глубокое впечатление на мальчика произвело то, как его отец в страхе жёг дома «большевистскую литературу»: «...тогда я впервые и заинтересовался политикой, а в футбол я попал случайно. Я был ребёнком военной диктатуры и всегда обращал внимание на социальную несправедливость. Вокруг меня всегда были товарищи, вынужденные скрываться и бежать. А то, что я стал хорошим футболистом - случайность», - вспоминал он, неизменно подчёркивая в своих интервью, что футбол для него - только что-то вроде хобби, дополнение к интеллектуальной и общественной деятельности, что это для него всего-навсего ступенька к решению более высоких и важных общественных задач.

Лучшие годы его карьеры прошли в клубе «Коринтианс». Интересно, что в детстве Сократес мечтал играть за другую команду из штата Сан-Паулу - «Сантос», команду великого Пеле, и - вот оно, совпадение - первый матч за «Коринтианс» он сыграл именно против «Сантоса». Впрочем, и в команде его сердца, в «Сантосе» ему тоже довелось поиграть - но только уже на излёте карьеры, в конце восьмидесятых.

По социальному составу болельщиков «Коринтианс» считается самым левым из футбольных клубов Бразилии - его страстным поклонником, между прочим, является бывший президент Бразилии Лула да Силва. При этом «Коринтианс» - второй по популярности в стране, уступающий только «Фламенго» из Рио. К слову, «Фламенго» тоже является «народной командой», за которую болеют бедняки, обитатели фавелл; отсюда непримиримое противостояние его с аристократически-интеллигентским клубом «Флуминенсе» («Фла» vs. «Флу»), очень напоминающее вековечную вражду «Спартака» и ЦСКА в Москве. Примерно столетие тому назад «Коринтианс» одной из первых футбольных команд в Бразилии допустил к себе чернокожих футболистов - ведь изначально, как это ни покажется удивительным сегодня, в футбол в Бразилии играли больше белые аристократы-англофилы; многие прославленные футбольные команды Рио-де-Жанейро, между прочим, начинали свою историю как элитные клубы академической гребли, члены которых проявили интерес к заморской игре с кожаным мячом, завезённой в Бразилию британцами.

Так что «Коринтианс» - клуб с давними демократическими традициями, и в этой команде убеждённый революционер и демократ Сократес нашёл, по-видимому, благодатную почву для развития и практического приложения своих революционно-демократических идей. Он был возмущён диктатом футбольных боссов, видя в нём как бы отражение военной диктатуры, установленной в государстве. Найдя среди товарищей по команде единомышленников, «футбольный Че» сумел установить в «Коринтиансе» такую себе «диктатуру футбольного пролетариата», получившую в анналах бразильской истории название «Коринтианская демократия»: все вопросы в команде решало собрание членов коллектива, включая не только футболистов, но также технических работников, массажистов и прочих. Все вопросы, от распорядка дня игроков на сборах до индексации зарплат в соответствии с уровнем инфляции, - и в том числе даже вопросы приобретения новых футболистов: так, собрание не приняло в команду известного в те годы вратаря Леао - на том основании, что он человек консервативных, правых взглядов. И даже тренера выбирали футболисты!

Как отмечал Сократес, «наша команда жила, трудилась и играла гармонично. Каждый из нас имел одинаковые права, независимо от образования, цвета кожи, политических взглядов. Каждый мог высказывать свою точку зрения. Она обсуждалась, и, бывало, человек прощался с клубом по своему желанию. Знаменитый вратарь Леао некоторое время был у нас, но предпочёл возвратиться в "Палмейрас". Леао - сильная личность, но ему чужды демократические взгляды, и это мешало командной работе». Это было уникальное явление - самоуправление в спортивном коллективе. И хозяевам клуба приходилось с этим мириться, тем более что в команде, прежде пребывавшей в кризисе, установилась прекрасная атмосфера, «Коринтианс» трижды выигрывал чемпионат штата и очень поправил своё финансовое состояние, избавившись от долгов и принеся владельцам прибыль.

Однако победа демократии в отдельно взятой футбольной команде стала лишь прелюдией к борьбе за демократию в рамках целого государства, к борьбе против царившей тогда диктатуры. В победном для «Коринтианса» 1982 году его игроки с подачи вице-президента клуба по маркетингу были одеты в футболки с надписью «Демократия», что являлось прямым вызовом военной хунте! Также на футболках красовались политические лозунги «Выборы прямо сейчас!» и «Я хочу голосовать за президента!» (то есть, это был призыв к прямым выборам главы государства).

Считается, что именно футболисты «Коринтианса» сделали один из первых шагов к отстранению от власти военных и восстановлению в Бразилии демократии, что произошло в 1985 году. В рядах многочисленной «коринтианской» торсиды развернулось мощное движение против правой диктатуры. Власть предупреждала команду о «недопустимости вмешательства в политику», однако остановить процесс было невозможно - слишком велико в Бразилии влияние футбола на все стороны общественной жизни и слишком популярной была в народе фигура Сократеса.

«Это была наилучшая команда из всех, где я когда-либо играл. И всё потому что "Коринтианс" - это больше чем просто спорт. И мои политические победы были для меня важнее побед на футбольном поле. Матч длится лишь 90 минут, а жизнь-то ведь затем продолжается». Настроен «футбольный Че Гевара» был более чем решительно: «Если бы это было нужно для решения социальных проблем, я бы взялся и за оружие». Так ведь и футбольный мяч может послужить оружием!

Апофеозом политической деятельности Сократеса стал многолюдный митинг в 1984 году (по разным данным, пришло то ли полтора, то ли все 2 млн. народу!) с требованием прямых свободных выборов президента. Речь футболиста собравшаяся толпа восприняла с ликованием. А когда сенат отказался принять соответствующую поправку к конституции, Сократес в знак протеста уехал из Бразилии в Италию, в «Фиорентину» - хотя до того, не желая покидать родину, он отклонил выгодное предложение от миланского «Интера», «подыскивавшего пару» для Карла-Хайнца Руммениге. В Италии, однако, Сократес не задержался: ему претила атмосфера европейской жизни (Италию он назвал «запрограммированной страной»), но в особенности его возмутила процветавшая на Апеннинах футбольная коррупция - матчи в те времена там продавались направо и налево. Однажды, поняв, что игру откровенно «сливают», Сократес отказался выйти на поле во втором тайме, после чего «Фиорентина», явно побаиваясь его революционности, с ним и попрощалась.

«И они ещё смеют называть свой чемпионат лучшим в мире!» - негодовал доктор Сократес по поводу футбольных порядков в тогдашней Италии.

Он, вообще, всегда шёл против течения. Сократес отказался стать, подобно, Пеле, «послом футбола», так как он отвергал «коммерциализацию футбола и всё связанное с этим дерьмо». Муаммар Каддафи, беседуя с футболистом в бедуинской палатке в пустыне, посоветовал Сократесу баллотироваться в президенты Бразилии, но тот не пошёл - хотя, видимо, учитывая его популярность, шансы победить были.

В последние годы жизни, претендуя на пост главы футбольной конфедерации Бразилии, Сократес резко критиковал положение дел в бразильском футболе и выдвигал идею избрания тренера сборной команды страны на общенациональных выборах: «Бразильцы идентифицируют себя с футболом. Тренер национальной сборной - более заметная персона, чем президент. Поэтому логично, если его будет избирать вся страна. Это будут выборы, которые мобилизуют всю страну».

Он оставался последовательным демократом, и от его проницательного взора не могли укрыться признаки кризиса и даже деградации существующего общества - что неизбежно находит отражение в «игре миллионов»: «Спорт - последний реликт авторитаризма в нашем обществе. Диктатура отжила своё, но футбольный уклад не изменился. Я хочу погрузить его в атмосферу всеобщей дискуссии. Люди, занимающие высшие посты в спорте, больше заинтересованы в шкурном интересе. Если мы и дальше продолжим в том же духе, то бразильский футбол окажется скоро под мостом. Всё, что мы оставим после себя, - это скелеты стадионов».

«В былые времена, - с горечью констатировал Сократес, - отборочный матч чемпионата мира превращался в национальный праздник. Улицы замирали на это время. Эта атмосфера, увы, исчезла. И стандарт игроков стал значительно ниже, потому что уже нет той системы по их воспитанию, которая существовала лет сорок назад. Не видно интереса в подготовке наставников, которые могли бы кропотливо заниматься с детьми. Быть футболистом сегодня означает в первую очередь быть дураком и невежей. Матчи юношеских команд проводятся в будние дни, когда идут школьные занятия. Когда, спрашивается, юному атлету развиваться?» Наверное, только такой человек, для которого всестороннее развитие личности не было пустым звуком, настоящий футболист-мыслитель, мог поставить вопрос о том, чтобы юные футболисты «накачивали» не только ноги, но и мозги.

Человек незаурядный во всех отношениях, Сократес имел свои человеческие слабости: философствовать он - сам врач! - любил под сигарету и дорогой алкоголь, и нездоровый образ жизни привёл легендарного футболиста к ранней смерти...

Футбол тесно связан с политикой, и голос, позиция его звёзд способны очень сильно повлиять на настроения масс, на социальные и политические процессы. Увы, сегодня футбольные звёзды куплены многомиллионными зарплатами и озабочены только лишь собственным благополучием. И это ещё в лучшем случае - потому как в худшем случае, в некоторых странах Восточной Европы, на словах стремящихся к «демократии», отдельные футболисты без утайки выражают свои неонацистские взгляды. Соответственно, и фанатские движения при поддержке олигархии, хозяев команд, да и государства тоже, превращены в рассадники реакции, ударные отряды ультраправых сил, во всей красе уже показавшие себя в известных «революциях».

Тем ценнее исторические примеры вроде Сократеса. Он вырос во вполне благополучной семье и ни в чём не нуждался, получил хорошее образование и был самым высокооплачиваемым футболистом Бразилии. Он мог бы просто заниматься любимым делом, однако он - как и врач Че Гевара, - сознательно выступил против несправедливых порядков, встал на сторону сил демократии и прогресса. Почему так произошло? Может быть, потому что он умные книжки с детства читал...

 



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2018-09-16 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: