ЧУДО - СТРОЙКА НА КОСТЫЛЯХ 13 глава




– Не считаете, что вулканический выброс эмоций у вас в какой-то степени спровоцировало низкое место «Динамо» в таблице чемпионата России, затянувшийся кризис игры, организационные неурядицы в клубе?

Можно было бы, конечно, слукавить, сослаться на динамовские проблемы, но это выглядело бы самообманом. Нечто подобное случилось ведь со мной и три года назад в благополучном «Локомотиве». Я привык отвечать за свои поступки. Мог бы сейчас, прося о снисхождении, повторять: больше не буду. Но, наверное, вспышки необузданного гнева заложены в моем характере, и никуда мне от этого не деться.

Что вас больше всего угнетает в происшедшем?

– То, что я сильно подвел Юрия Павловича Семина, много сделавшего для того, чтобы я состоялся как футболист, вратарь сборной, – это однозначно. Он такого совершенно не заслуживает. Придется работать вдвое, втрое больше, чтобы заслужить прощение, вернуть его доверие.

Какое наказание вы понесли в клубе?

Меня оштрафовали на о-очень большую сумму, отобрали капитанскую повязку. Но самым страшным наказанием было собрание команды, видеть и слышать ребят, которые считали меня авторитетом, способным сплотить коллектив, своим опытом помочь ему встать на ноги. Но никуда не денешься. Надо восстанавливать репутацию и в их глазах.

То есть у вас не появилось желания закончить с большим футболом?

– Нет. Нервные срывы случались у многих и не служили поводом повесить бутсы на гвоздь. По игре не вижу предпосылок к окончанию карьеры, еще поиграю, какой бы продолжительности дисквалификацию мне ни присудили.

На КДК покаяние Босса не подействовало. Он был дисквалифицирован на пять матчей. Но и этим все не ограничилось. Пока Овчинников отбывал наказание, в отставку подал Семин. А новое руководство клуба и главный тренер Андрей Кобелев выставили 35-летнего вратаря на трансфер за считанные дни до закрытия летнего дозаявоч-ного периода. Времени найти новый клуб уже не было.

Так внезапно завершилась игровая карьера одного из самых успешных – и уж точно самого колоритного вратаря в истории российского футбола.

Впрочем, она могла возобновиться после прихода Семина на должность президента «Локомотива». Овчинников сам позвонит новому главному Анатолию Бышовцу и предложит свои услуги в качестве действующего голкипера. Бышовец сухо ответит, что на этой позиции у него есть более сильные футболисты. А впоследствии объяснит свое решение в том числе и инцидентом в матче «Москва» – «Динамо». По словам тренера, сотрудничество с человеком, который на такое способен, он счел невозможным…

Но вернемся к «Локомотиву», которому после третьего места в сезоне-2005 и отставки Эштрекова надо было начинать все с чистого листа.

Финансирование со стороны РЖД действительно резко возросло. Филатов на тот момент еще не утратил право решающего голоса по главным вопросам, хотя Липатов медленно, но верно прибирал власть к рукам. Отличного тренера Поля Ле Гуэна, переговоры с которым президент «Локомотива» довел до завершающей стадии, заполучить все-таки не удалось: поездке француза в Россию якобы воспротивилась его жена.

Семейная атмосфера в команде тогда еще не оказалась окончательно разрушенной – хотя направленность перемен, к сожалению, я почувствовал верно. Но для того чтобы от духа старого «Локо» остались одни руины, надо будет подождать еще чуть больше года…

И все же до коллапса было еще далеко. Что и доказал Славолюб Муслин – тренер, который сменил во главе «Локомотива» Эштрекова. Нашел улыбчивого серба Филатов, шестью или семью годами ранее познакомившийся с ним в Белграде. Возможно, президент «Локо» о нем и не вспомнил бы – да агент Муслина своевременно напомнил ему о своем клиенте. Надо заметить, что завышенных финансовых требований серб не выдвигал, что тоже было зачтено ему в плюс.

На фоне Ле Гуэна и Семина фигура Муслина на тот момент, мягко говоря, не казалась бесспорной. Выдающимися достижениями в Европе он похвастать не мог, два последних места работы – донецкий «Металлург» и бельгийский «Локерен» – амбициям «Локомотива» никак не соответствовали.

Но Филатов, которого когда-то Муслин очаровал как человек, наплевал на общественное мнение, доверившись своей интуиции.

И угадал.

Два года спустя опытнейший Сергей Гуренко, игравший у великолепных тренеров в Италии и Испании, скажет мне:

Убежден: таких тренеров, как Муслин, – единицы.

– В чем его сила?

– Как ни странно, он, хоть и иностранец, хорошо понял русский менталитет. И мог найти к каждому подход – как в работе, так и в общении. Думаю, найдется немного тренеров, о которых с благодарностью отзываются даже те, кто не играл у него в основном составе. Это - показатель. Плюс он очень интересный, умный человек. И футбол европейский знает отлично, понимает, к чему надо стремиться.

Единственное – он не хотел форсировать процесс изменений в команде. Ему не нужен был результат прямо сегодня, любой ценой, у него был разработан четкий, спокойный план. Думаю, что его концепция была рассчитана не на год, а гораздо дольше. И знаю, что за два года этот человек заложил бы очень хорошую базу для команды на годы. Подтянул бы молодежь, поменял бы мировоззрение футболистов.

Точно такую же оценку работе Муслина дали и Лось- ков, и Сычев, и даже Евсеев, который много матчей при нем провел на скамейке запасных. Более того, после заключительного матча сезона он в своем фирменном стиле, в телекамеры, выкрикнул: «Спасибо Муслину!» Это было явной демонстрацией в поддержку специалиста, уволенного месяцем ранее…

В январе 2008-го во время сбора в Турции я стал свидетелем трогательной сцены. На первые контрольные матчи «Локомотива» в новом году собралось немало людей, прежде игравших и работавших в команде. Из Белека приехал спортивный директор «Амкара» Хасан Биджиев, из соседнего отеля Mirage Park подошел полузащитник «Химок» Юрий Дроздов. А главный тренер подмосковного клуба Славолюб Муслин, уже после игры вдоволь наобщавшись с Сергеем Гуренко, в гостинице дождался Дмитрия Сычева и Динияра Билялетдинова. Тренер и его бывшие футболисты обнялись, после чего несколько минут дружески толковали «за жизнь». Что лишний раз подтвердило факт, в котором из футбольных людей не сомневается никто: о специалисте с Балкан в «Локо» сохранились самые теплые воспоминания.

О том, как налаживались человеческие отношения у сербского тренера с футболистами, вы сможете узнать из монолога Евсеева в этой книге. Рассказ этот будет весьма неожиданным и очень неформальным…

А Давид Шагинян говорит:

Когда говорят, что именно Муслин ввел традицию общекомандных посиделок с семьями в ресторане на стадионе после каждого матча, это не совсем так. Придумали это Валерий Николаевич и я. Мы понимали: после ухода Овчинникова, который всегда сплачивал коллектив, нужна какая-то идея, чтобы команда чувствовала себя единой. В ней уже было много новичков-легионеров, хотелось, чтобы и они ощущали себя в команде комфортно. Вот и придумали эти посиделки – причем после каждого матча, вне зависимости от результата. Плюс там всегда были рады видеть жен и подруг игроков, а с помощью женщин сплочение всегда происходит легче. Муслин же эту идею полностью поддержал.

Славо вообще человек общительный и презентабельный. Однажды сели, решили обсудить отношения с болельщиками. В какой-то момент с этим была некоторая напряженность. После ухода Семина в сборную мы попросили публику поддержать Эштрекова, но на следующем же матче появился плакат: «Верните Палыча!» Служба безопасности, причем без нашего ведома, по собственной инициативе, плакат убрала. Это вызвало среди фанатов не очень хороший резонанс, потому что в «Локомотиве» к такому не привыкли. Мы никогда не останавливали болельщиков, потому что они вправе выражать свое мнение и эмоции. Больше при нас таких инцидентов не было никогда, а вот в прошлом году все это расцвело пышным цветом…

Так вот, Муслин поддержал все наши инициативы по поводу общения с болельщиками. Организовали с ними встречу, стали каждую неделю проводить открытые тренировки. Я говорил ему: «Болельщики у нас очень преданные, и если ты повернешься к ним лицом, будешь к ним подходить после матчей, благодарить их-они будут тебя на руках носить». Так и произошло. На каждой пресс-конференции, которые транслировались на стадионном табло, Славо благодарил наших поклонников. Они любят его до сих пор.

Журналисты в Муслине тоже души не чаяли. Вежливый человек, много лет проживший во Франции и впитавший западный менталитет, он не игнорировал ни одну просьбу об интервью, всегда был вежлив, улыбчив и небанален. Более того – к середине сезона он уже выучил русский настолько, что стал давать послематчевые пресс-конференции на языке Пушкина. Не оценить такой знак уважения к стране, куда человек приехал работать, было невозможно.

Впрочем, далеко не все давалось Муслину просто. И не могло даться – с таким-то вавилонским столпотворением, какое собралось в «Локо» к началу сезона-2006.

Проблема была в том, что обе ветви клубного руководства – филатовская и липатовская – занимались селекционной работой как бы сами по себе. При этом единственная просьба Муслина – купить в «Црвене звезде» высокорослого форварда Жигича – выполнена не была. Сербский тренер мечтал о дуэте форвардов Жигич – Сычев, но так его и не получил. А Жигич вскоре стал звездой «Валенсии».

Муслин в беседе для этой книги заявил, что лучше было купить одного Жигича, чем за те же деньги – целую когорту новичков, попавших той зимой в «Локо». Представители тогдашнего руководства «Локо» на это возражают, что за Жигича сербский клуб заломил им 12 миллионов долларов – по тем временам сумму для железнодорожников неподъемную. «Валенсии» же уступили его за вдвое меньшую.

Чем более рассредоточена и многослойна власть в клубе – тем более хаотична и лишена логики его трансферная политика. Начиная с 2006 года, когда влияние Липатова уже не уступало филатовскому, в «Локомотиве» сложилось именно такое положение дел.

Официальная селекционная служба клуба направляла своих наблюдателей на тот или иной юношеский турнир в Европе – и вдруг выяснялось, что по просьбе «Локомотива» там уже аккредитован какой-то агент. От Липатова.

Технический директор клуба Хасан Биджиев рекомендовал приобрести молодого форварда Амаури, выступавшего тогда в одном из скромных итальянских клубов, а потом ставшего звездой «Палермо» и предметом охоты клубов-грандов с Апеннин. Но взамен этого покупали шотландца О'Коннора.

На Кубок Африки-2006 от клуба поехали два селекционера. А потом вдруг проявил личную инициативу Липатов, в самом конце заявочной кампании предложивший взять в команду египтянина Амра Заки. Муслин, узнав об этом, позвонил председателю совета директоров: «Сергей, Заки мне не нужен». На что, по данным одного источника, работавшего тогда в менеджменте «Локо», был получен ответ: «Не бойся, Славо, у нас денег до…!»

В результате Заки, по свидетельству клубных источников, взяли… без медосмотра: мол, зачем проверять человека, который месяц назад, живехонький, играл на Кубке Африки? Причем селекционный отдел на обследовании, говорят, настаивал, но под давлением Липатова вынужден был отступить.

Уже после подписания контракта выяснилось, что у этого игрока – тяжелая костная патология коленного сустава. Удивительно еще, что спустя полгода его каким-то образом ухитрились за те же деньги «сбагрить» на родину.

Где он, перенеся операцию, вновь станет одним из героев Кубка Африки, только уже в 2008 году…

Впрочем, надо заметить, что селекционная служба «Локо» тоже давала промашки – взять хотя бы камерунца Бикея, которого вся команда за хамское поведение возненавидела настолько, что Муслин «по просьбам трудящихся» убрал его в дубль. На чем, кстати, завоевал у игроков дополнительные висты.

По данным из ряда источников, команда Липатова в 2006 году привела в «Локомотив» словака Хада (изначально его фамилия произносилась как Гад, но руководство клуба специально попросило журналистов сделать его фамилию более благозвучной для русского уха), тунисца Зуаги, уже упомянутых египтянина Заки и шотландца О'Коннора. Из них более-менее преуспел только последний, в 2007 году забивший в финале Кубка России победный гол «Москве». И вскоре перепроданный в клуб английской премьер-лиги «Бирмингем».

Команда Филатова, согласно той же информации, купила объективно лучшее приобретение «Локо» последних Лет – нынешнего защитника «Челси» серба Ивановича, боснийца Спахича, бразильца Селсинью. Муслин «подтянул» боснийского вратаря со швейцарским паспортом Яку-повича.

Как можно было из этого хаотичного интернационала, собранного к тому же разными группировками, слепить команду – уму непостижимо. Муслину это удастся.

Впрочем, не сразу. Начало сезона выдалось катастрофическим: ничья и три поражения в четырех стартовых турах. Тут же заговорили, что отставка серба – вопрос уже решенный. Правда, в тот момент резко против такого поворота событий выступил Филатов, на которого большое впечатление произвела предсезонная подготовка под руководством Муслина, которую он наблюдал воочию, на сборах. Президент был уверен, что она должна дать плоды.

Накануне матча 5-го тура с ЦСКА Филатова, Липатова, Муслина и капитана команды Лоськова вызвали на разговор к Владимиру Якунину. Вопреки ожиданиям, прошел он спокойно и конструктивно. Президент РЖД поинтересовался у тренера, как происходит его адаптация к России, и пообещал поддержку.

На следующий день, 16 апреля, был обыгран действующий чемпион – армейцы. И вновь, как при Эштрекове, с «валидольным» счетом 3:2 и точно таким же сюжетом! На сей раз, правда, победный гол забил не ветеран Папшнин, а сербский новичок «Локо» Бранислав Иванович. Интересны развилки судьбы: в межсезонье-2007/08 Пашинин закончил с футболом и был назначен руководителем Дирекции по работе с болельщиками «Локомотива», а Иванович перешел в «Челси»…

Победа над ЦСКА ознаменовала начало вертикального взлета «Локо», который продолжался 17 туров, или без двух дней полгода. За это время команда Муслина выиграла 12 матчей при пяти ничьих, забив в этих играх 36 мячей (то есть больше двух за игру!) и пропустив лишь 16. При этом был повторно обыгран ЦСКА. А в следующем поединке, 2 октября, московский клуб впервые стал победителем матча в Казани. До того местный «Рубин», играющий в премьер-лиге с 2003 года, в 17 встречах со столичными клубами ни разу не познал горечи поражения.

А тут – 4:2 в пользу «Локо». После чего Муслин обошел Газзаева, и железнодорожники вышли на первое место в таблице. До конца чемпионата оставалось девять туров.

Скажите: вы верите, что при такой диспозиции, даже потерпев одно поражение, можно уволить главного тренера?…

Давид Шагинян рассказывает:

Да, Филатов взял ответственность за увольнение Муслина на себя. Но началось-то все с другого человека! Говорю об этом с полной ответственностью, потому что сам знаю, как это происходило. Впервые об этом зашла речь на обратной дороге в Москву после матча в Ростове, который выиграли – 2:1 (это было 13 августа. – Прим. И. Р.). Игра была трудная, победа далась ценой огромных усилий. И Липатов с Красновским (заместителем председателя совета директоров. – Прим. И. Р.) начали Валерия Николаевича обрабатывать- «Муслина надо убирать! Игры нет! Это не тот тренер, который нужен "Локомотиву "!»

Тогда отец был с этим совершенно не согласен. Но потом началось каждодневное давление. Филатову капали на мозги: надо снимать, надо снимать. При этом нужно учитывать, что в том году он очутился в совсем не Привычной для себя атмосфере. Липатов ведь – профессиональный интриган. Начались ночные звонки: «У меня есть стопроцентная информация, необходимо срочно встретиться». А «информация» та была следующего характера: одни игроки продают матчи, другие еще как-то химичат, Муслин на трансферах деньги «распиливает»…

Словом, была создана обстановка постоянной подозрительности, при которой отец, человек эмоциональный и к такому не привыкший, постепенно заводился. Так и созревало решение об отставке Муслина, которое Валерий Николаевич обнародовал как свое, но на самом деле его авторство однозначно принадлежит Липатову. Который, знаю, спустя десять минут после оглашения приговора втихую перезвонил Муслину и сказал: «Славо, ты извини, это все Филатов. Ты же знаешь: мы с тобой друзья, я не хотел тебя увольнять, но ничего не мог сделать».

Александр Удальцов вспоминает:

– Проблема была в том, что после ухода Семина в сборную Филатов, а вслед за ним и Липатов, начали играть в тренеров Не раз бывало, что они настаивали на включении в состав того или иного игрока – что при Эштрекове, что при Муслине При Славо это было особенно заметно, потому что состав на следующий матч он начинал нарабатывать со вторника.

Он очень верил в Ваню Старкова. Говорил: «Если он не сбавит - через год будет в сборной». И все время хотел ставить его левым защитником. Наигрывал изо дня в день -а в четверг-пятницу на базу приезжали Липатов и Красновский, заходили к Муслину. После чего на матч в качестве левого защитника в стартовый состав включался, к примеру, Хад. Однажды Муслин этого давления не выдержал, сделал не так, как ему сказали. И это обошлось ему дорого.

Кстати, Филатов в беседе со мной очень сожалел о том же, о чем упомянул Удальцов, – о собственном вмешательстве в тренерские дела. Хотя иногда – помогало. Скажем, в 2005-м, когда после первого тайма поединка в Перми против «Амкара» на табло горели ужасающие цифры 3:0, Филатов, рассказывают, в перерыве без тени сомнения зашел в раздевалку. Видя, что Эштреков находится в ступоре, президент клуба нашел жесткие и нужные слова для игроков, указал, какие замены нужно сделать. После матча на табло горели цифры 3:4. В пользу «Локо».

Тем не менее следует признать, что в сезонах 2005 и 2006 годов Филатова по этой части явно занесло. Что он и сам сейчас безо всяких оправданий признает.

Правда, Шагинян, не являющийся безоговорочным поклонником Муслина, считает:

Филатов не хотел «потренировать» – он просто считал себя главным ответственным за результат. И переживал за него страшно, не спал, сердце уже начинало беспокоить. Все это и заставляло его порой вмешиваться в тренерскую работу. Одно дело, когда этим занимаются Липатов или кто-то еще из президентов-ди-лентантов, не имевших футбольного прошлого. Но отец был отличным футболистом, и он по крайней мере видит игру как профессионал. Видел он и другое: европейский подход Муслина был для этой команды не совсем правильным. Хотя по сравнению с Эштрековым, который закручивал гайки, у игроков появилась свобода, за что они Слово и любили.

Тот же Палыч знал, где нужно искать любого игрока, если тот, не дай бог, куда-то исчез, запил. Здесь же было так: потренировались – спасибо, до свидания. Это о многом говорит, потому что тренер должен круглосуточно жить своей командой. Славо же очень четко подразделял время для работы и отдыха, не сильно себя перетруждал. И игроки, глядя на такое доверительное поведение тренера и, возможно, сами того не осознавая, в какой-то момент расслабились, потеряли концентрацию. Результатом чего и стал позор в Бельгии, который, конечно, на отца повлиял. Вы оке помните: главным ответственным за результат он считал себя.

Судьба Муслина, похоже, была предрешена в бельгийском городе Генте, в матче Кубка УЕФА против безвестного клуба «Зюлте-Варегем». К тому времени еще бьша жива память о доблестях «Локомотива» в Лиге чемпионов двух-трехлетней давности – а оттого унижение от полулюбителей было воспринято особенно болезненно. «С каким ощущением просыпается человек, который считал себя "кач-*ом", а вчера был до синевы избит хлипким подростком?» -написал автор этой книги в «Спорт-Экспрессе» на следующий день после той игры. Можно с какой угодно степенью снисходительности относиться к тогдашним, давно растаявшим эмоциям. Но в том-то и заключается их ценность, что они – живые, настоящие. И хлесткость формулировок отражает то, что чувствовал не только я – все, кто имел несчастье видеть ту игру.

В первом матче, на своем поле, железнодорожники гоняли эту команду со сложным названием по полю как Сидоровых коз. Помню свои ощущения во время того матча: мы с коллегами сидели в ложе прессы и смеялись! Нам казалось, что таких неуклюжих «пассажиров» из Западной Европы в Черкизове не видели никогда. Мы обсуждали, с разностью в три или четыре мяча выиграло бы у «Зюлте» со свистом вылетавшее из российской премьер-лиги «Торпедо». И это при том, что сам «Локо» играл даже не в пол-, а в четверть-ноги. Но мы оправдывали это предстоявшим через два дня дерби с ЦСКА, а также тем, что два мяча при всем своем разгильдяйстве железнодорожники забили.

А потом – пропустили глупейший гол на последней добавленной минуте после единственного за весь матч удара бельгийской команды в створ ворот.

Ну и что? Игроки в приватных беседах заявляли знакомым журналистам, что выиграют в Бельгии минимум со счетом 3:0. И Муслин на вопрос: «Что вас беспокоит в преддверии второй дуэли?» за день до бельгийского матча ответил: «Ничего».

Ответил – и не выставил в стартовом составе ни Сычева, ни Билялетдинова, ни Измайлова. Зато играли стопроцентные запасные – тунисец Зуаги и Кингстон из Ганы. Очевидцы рассказывают, что Филатов, узнав, кто выйдет на поле, потерял дар речи.

Впрочем, здесь тоже не все так однозначно. В своем монологе на страницах этой книги Муслин говорит: весь сезон руководство ему напоминало, что в составе команды -25 человек, имногих хороших игроковон-де игнорирует. Вот он и поставил в Бельгии двух легионеров, купленных или арендованных перед тем сезоном – Зуаги и Кингстона. То есть просто выполнил навязчивую просьбу начальства. Так сказать – в концентрированном виде…

Все три локомотивские примы на замену в пожарном порядке все-таки выйдут. Но станет только хуже: до перерыва хотя бы какие-то голевые моменты были, после – исчезли и они. Общего настроя команды, который сводился к одному слову – «недооценка», было уже не изменить. Каждым своим жестом, каждым движением «Локо» убеждал, что от предельной концентрации, какая была у него в матче с ЦСКА, не осталось и следа. А уж попадание в перекладину шотландца О'Коннора на пятой минуте усыпило едва теплившуюся бдительность окончательно. Победа была обязана упасть в руки сама.

Господи, сколько раз мы все это уже проходили! «Спартак» – в словацком Кошице 97-го. ЦСКА – в норвежском Мольде 99-го и македонском Скопье 2003-го. Как минимум три раза высокомерие и пренебрежение заканчивались для наших клубов плачевно. Да и сам «Локо» годом ранее с чуть-чуть более солидным «Рапидом» явил то же самое. Хотя, исходя из первого, ничейного матча в Вене, должен был рвать этот «Рапид» в клочья.

Вот только мы ничему не хотим учиться. И после пусть словацких, норвежских и македонских, но все-таки профессионалов один из ведущих российских клубов оказался унижен бельгийскими полулюбителями из городка с населением 36 тысяч жителей – меньше любого московского микрорайона. Из городка, где даже матч уровня до-групповой стадии Кубка УЕФА провести нельзя – приходится ехать в Гент.

Автор первого гола в ворота «Локомотива» Маттейс рассказал в телевизионном интервью, что каждый день до обеда продает обувь, а автор гола второго по фамилии Сержант в то же время суток подрабатывает страховым агентом. Услышав это, оставалось утешаться тем, что хотя бы после обеда они тренируются. И это уже частично оправдывало «Локомотив»…

Но хватит горькой иронии. В тот вечер команда нанесла сокрушительный удар по своей репутации. И по симпатии к муслиновскому «Локомотиву», которая на протяжении нескольких месяцев стала возникать и расти у ценителей футбола, специалистов, общественности.

Лично мне еще с мая эта команда была чрезвычайно приятна. Несмотря на обилие новичков и ужасный старт, Муслин быстро смог завоевать доверие у футболистов и создать из них единое целое. Команда нравилась желанием все время что-то придумывать, творить, по-футбольному улыбаться на поле. В межсезонье я был настроен к сербскому специалисту более чем скептически – но сам сезон это отношение резко изменил.

И вдруг – такой конфуз.

Наблюдать за позором в Генте было унизительно. Может, кому-то из болельщиков сгоряча и хотелось, чтобы Муслину по итогам этого матча устроили аутодафе.

Но уж кому-кому, а руководству клуба нельзя было руководствоваться эмоциями. Работа-то в течение сезона была проделана фантастическая! И в чемпионате к тому моменту «Локомотив» 16 туров не знал поражений. А затем еще и в Казани, вопреки всем ожиданиям, выиграл, забив четыре гола.

Казалось, тема отставки перестала быть актуальной. «Простим за золото» – такой баннер вывесили болельщики «Локо» на той игре…

И тут -14 октября. Домашний матч с «Москвой».

На этот поединок Муслин решил на позиции правого полузащитника выставить Владимира Маминова. На поле в том сезоне ветеран выходил нечасто, а уж позиция крайнего хавбека для него, ярко выраженного игрока центральной зоны, была вообще чужой.

Филатов жестко на это Муслину указал. Но тренер ничего менять не стал. Это как раз и был тот упомянутый Удальцовым случай, когда тренер «взбрыкнул». Возможно, даже и не первый раз. Вмешательством руководства в свои дела серб был сыт по горло.

Наверное, это могло бы сойти ему с рук. Вот только «Москве» железнодорожники проиграли. Аргентинец Бар-рьентос забил единственный мяч со штрафного в конце игры.

И тем самым подписал Муслину приговор.

Александр Удальцов рассказывает:

После матча с «Москвой» был выходной, а на следующий день в Баковке планировалась тренировка, открытая для журналистов. Но в пять утра мне позвонил Ха-сан Биджиев и сказал: «На тренировке никого, кроме команды, быть не должно. У нас новый главный тренер -Олег Долматов».

И я-то был в шоке, а можете представить себе лица игроков, которые прямо на базе обо всем и узнали?! Муслин тоже там был. Держался достойно, старался улыбаться. Долматова в этой ситуации просто жалко было. Специалист сильный, мужик отличный. Порядочный человек, глубоко верующий. Но не могло у него в той ситуации получиться. Слишком сильным было потрясение команды от отставки Славо.

Об отставке Филатов и Липатов сообщили Муслину в восемь утра в одном из столичных отелей. После чего тренер отправился в Баковку. Паковать чемоданы.

Сергей Гуренко, вспоминая те дни, высказался так: «Дня три мы просто не понимали, на каком свете находимся». Группа опытных игроков во главе с Евсеевым, будучи вызванной к Филатову на разговор, высказалась откровенно: того, что произошло, команда не поняла.

При этом я действительно ни от одного футболиста «Локо» не услышал дурного слова об Олеге Долматове. Опытные, молодые – все высказывались о нем исключительно тепло.

Да и как можно по-другому относиться к человеку, который способен прямо на базе подойти к своему предшественнику Муслину и тихо сказать ему одно-единственное слово: «Простите».

Хотя уж ему-то просить прощения было явно не за что.

Мы коротко пообщались с Долматовым накануне следующего матча – в Санкт-Петербурге. Он сказал: «Никаких серьезных изменений в составе делать не собираюсь, особенно на первых порах. Команда подготовлена хорошо».

Такую оценку работы предыдущего тренера, поверьте, даст далеко не каждый специалист…

Юрий Семин во время нашей беседы увольнение Муслина прокомментировал так:

Я был страшно удивлен отставке Муслина. С ним бы ниже второго места команда точно не опустилась, а то и первыми бы стали. Серб сложно входил в команду, игроки его на первых порах не понимали. Но добился же он взаимопонимания с ними! А игроки в «Локомотиве» непростые. Они уже много выиграли и хотели продолжать выигрывать. Два-три месяца они присматривались к Муслину, пытаясь понять, что он собой представляет. А потом поверили ему, оценили его в высшей степени профессиональное отношение к ним, поняли, что могут с ним расти и побеждать. Можно сказать, доверили ему свою судьбу. Я наблюдал за происходящим со стороны, и у меня было четкое мнение: команда начала складываться.

Поражение от «Зюлте-Варегема»? Я так понимаю: если человек проиграл в Бельгии, и вы хотите его за это уволить -увольняйте, но сразу, а не ждите еще какое-то время. Чтобы было понятно, за что уволили. По моему мнению, его убрали не за Бельгию. Известно, что советчиков в ту пору у Муслина было много. Первое время он присматривался и молчал, когда в его работу влезали. Но потом окреп и начал высказываться: этого я не хочу брать, здесь мне не надо ничего подсказывать и так далее. То есть проявил характер, что, думаю, не понравилось руководителям. Эта ершистость и стала, мне кажется, причиной его отставки.

Сергей Липатов и Валерий Красновский, перед началом прошлого сезона давшие интервью группе журналистов, придерживаются о Муслине и его отставке совсем иного мнения.

Красновский: Приглашая этого тренера, мы рассчитывали, что он сделает игру команды более зрелищной и содержательной. Однако этого не произошло. В начале сезона Муслин еще пытался что-то изменить, но после серии неудачных матчей вернулся к тому, что уже было. Игроки при нем не прогрессировали. Единственное исключение – Гуренко. Кроме того, Муслину не хватало жесткости в управлении командой.

Липатов: На момент увольнения Муслина «Локомотив» занимал второе место. Но по игре мы не были вторыми -



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2022-11-01 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: