ЙОГА ИНТЕГРАЛЬНОГО ЗНАНИЯ 11 глава




Путем этого интегрального знания мы приходим к единству целей, поставленных перед собою тремя путями – знания, труда и преданности. Знание преследует цель реализовать истинное самосуществование, труды – реализовать божественную Сознательную Волю, которая тайно руководит всеми трудами, преданность – реализацию Блаженства, которое наслаждается, являясь Возлюбленным всех существ и всего сущего,– Сат, Чит-Тапас и Ананда. Таким образом, каждый преследует цель владеть Сатчитанандой – через тот или другой аспект его триединой божественной природы. При помощи Знания мы всегда приходим к нашему истинному, вечному, неизменному самосуществующему бытию, которое каждое «Я» в мире скрыто представляет, и мы отменяем различия в великой реализации, so’ham, Я есть Он, когда в то же время мы приходим к своей идентичности со всеми другими существами.

Но в то же время интегральное знание дает нам ощущение этого безграничного существования как сознательной силы, которая создает и управляет мирами, и проявляет себя в их трудах; оно проявляет Самосуществующего в его мировой сознательной воле как Господа, Ишвару. Это позволяет нам соединить свою волю с Его, реализовать Его волю в энергии всего сущего и рассматривать проявление этих энергий другими как часть нашего собственного мирового самопроявления. Таким образом пропадает реальность борьбы и разделения, и противопоставления, и остается только их видимость. При помощи этого знания мы приходим к возможности божественного действия, труда, который является личным по отношению к нашей природе, но является безличным по отношению к нашему бытию, поскольку он исходит от Того, что вне нашего эго и осуществляется в соответствии с его вселенской санкцией. Мы осуществляем наши труды с ровностью, не связаны ни трудами, ни их результатами, в согласии с Высочайшим, в согласии со всемирным, свободные от личной ответственности за наши действия, и поэтому не испытывающие их реакций. То, что мы видим как осуществление на пути Трудов, становится таким образом дополнением и результатом осуществления на пути Знания.

Интегральное Знание опять являет нам Самосуществующего, как Всеблаженного, который, в качестве Сатчитананды проявляя весь мир, проявляя все существа, принимает их обожание, как Он принимает их труды, стремления и поиски знания, склоняется к ним и приближает их к Себе, принимает всех в радость Своего божественного Существования. Зная Его как наше божественное Я, мы становимся одним с Ним, как соединяются в единое любящий и любимый, в экстазе этого объятия. Зная Его также во всех существах, воспринимая славу, красоту и радость Любимого, мы трансформируем наши души в чувство вселенского восторга, в простор и радость всеобщей любви. Все это, как мы увидим, являясь вершиной на пути Преданности, становится также дополнением и результатом на пути Знания.

Таким образом, при помощи интегрального знания, мы объединяем все вещи в Едином. Мы воспринимаем все аккорды мировой музыки, приятные или диссонирующие, просветляющие или мрачные, могучие или слабые, слышимые или приглушенные, и обнаруживаем их все измененными и примиренными в неделимой гармонии Сатчитананды. Знание приносит также Силу и Радость. «Как может он заблуждаться, откуда к нему придет печаль, если он видит везде Единство?»

 

 

111. sense-created

112. truth-mind

 

Глава XVII. Душа и Природа

Т АКОВ результат интегрального знания в целом; его работа состоит в том, чтобы собрать различные составляющие нашего бытия в универсальное единство. Если мы должны совершенно овладеть миром в нашем новом обожествленном сознании, так, как им владеет само Божество, нам необходимо также познать каждую вещь в ее полноте, прежде всего как отдельно взятую, затем в ее единстве со всем, что ее дополняет; ибо так Божество представляет себе и видит свое бытие в мире. Видеть вещи как части, как неполные элементы есть более низкое аналитическое знание. Абсолютное везде; его нужно видеть и находить везде. Каждое конечное является бесконечным и должно познаваться и ощущаться в своей внутренней бесконечности, как и в своем наружном конечном обличье. Но для того, чтобы так познать мир, видеть и ощущать его, недостаточно интеллектуально иметь эту идею или воображать, что так оно и есть; необходимо иметь некоторое божественного видение, божественное ощущение, божественный экстаз, переживание нашего единства с объектами нашего сознания. Путем этого опыта не только Запредельное 113, но и все, что здесь, не только тотальность. Все в своей массе, но каждая вещь во Всем становится для нас нашим Я, Богом, Абсолютным и Бесконечным, Сатчитанандой. В этом секрет завершенного восторга Божьим миром, полного удовлетворения ума, сердца и воли, полного освобождения сознания. Это высочайшее переживание, к которому искусство и поэзия, и все различные усилия субъективного и объективного знания, и любое желание и усилие овладеть и наслаждаться объектами, более или менее осознанно стремятся; их попытки овладеть формами и пропорциями и качествами вещей – это только первое движение, которое не может дать полного удовлетворения, пока они не охвачены совершенно, и не возникает абсолютное ощущение бесконечной реальности, внешними символами которой они являются. Для рационального ума и обычного чувственного переживания это вполне может казаться только поэтической фантазией или мистической галлюцинацией; однако абсолютное удовлетворение и чувство просветления, которое оно дает, и только оно и может дать, действительно является доказательством его величайшей действительности; посредством этого мы получаем луч из более высокого сознания и более божественного ощущения, в которое в конце концов должно преобразоваться наше субъективное существо, если только мы позволим его преобразовать.

Вы видели, что это относится к высшим принципам Божественного Бытия. Обычно различающий ум говорит нам, что только то, что находится за пределами всякого проявления, является абсолютным, что только бесформенный Дух бесконечен, только вечное, беспредельное, неизменное, неподвижное Я в своем покое абсолютно реально; и если мы придерживаемся этой концепции и руководствуемся ею в наших стремлениях, то опыт, к которому мы придем, есть субъективный [опыт], и все остальное будет казаться ложным или только относительно истинным. Но если мы возьмем за отправную точку более широкую концепцию, то нам откроется более полная истина и более широкий опыт. Мы постигаем, что неизменность безвременного беспространственного существования является абсолютом и бесконечностью, но так же – что и сознательная сила и активный восторг божественного Бытия в блаженном владении потоком своих сил, качеств, самосозданий 114 является абсолютом и бесконечностью, и действительно тем же самым абсолютом и бесконечностью, настолько тем же, что мы можем одновременно в равной мере наслаждаться божественным безвременным покоем и миром, и божественной обладающей временем радостью активности, свободно, беспредельно, независимо и не испытывая беспокойства и страдания. Также мы можем испытать все принципы этой активности, которые в Неизменном самосодержатся и, в определенном смысле, втянуты и спрятаны, а в космическом выражены и проявляют свое беспредельное качество и способность.

Первый из этих принципов по важности есть двойственность – которая растворяет себя в единстве Пуруши и Пракрити, о которых мы имели возможность сказать в Йоге Трудов, но которые одинаково важны для Йоги Знания. Это разделение было сделано весьма четко в старых индийских философиях; но оно основывается на вечном факте практического дуализма в единстве, на котором основано проявление мира. Оно получает разные названия в зависимости от наших взглядов на вселенную. Ведантисты говорили о Я и Майе – подразумевая в соответствии со своими пристрастиями под Я – Неизменяемого, а под Майей – способность Я навязывать себе космические иллюзии, или под Я – Божественное Бытие и под Майей – природу сознательного бытия и сознательную силу, с помощью которой Божественное воплощается в души-формы и формы вещей. Другие говорили об Ишваре и Шакти, Господине и Его силе. Его космической власти. Аналитическая философия Санкхъя утвердила их вечный дуализм без какой-либо возможности единства, признавая только отношения объединения и разделения, с которого космическое действие Пракрити начинается, продолжается и прекращается для Пуруши; ибо Пуруша есть неактивное сознательное существование,– это Душа, одинаковая в себе и навсегда неизменная, Пракрити – активная сила Природы, которая своим движением создает и поддерживает, и своим погружением в покой растворяет феномен космоса. Оставляя в стороне эти философские различия, мы подходим к первоначальному психологическому опыту,– от которого на самом деле все берет начало,– что есть два элемента в существовании живых существ, человеческих существ по крайней мере, если не всего космоса,– двойственное бытие, Природа и душа.

Эта двойственность самоочевидна. Без какой-либо философии, просто силой опыта, это то, что мы все можем постичь, хотя мы можем и не попытаться давать определения. Даже самый далеко идущий материализм, который отрицает существование души или сводит ее к более или менее иллюзорному результату естественных феноменов, воздействующего на какой-либо плохо объясненный феномен физического мозга, который мы называем сознанием или умом, но который на самом деле не что иное, как своего рода сочетание нервных спазмов, не может избавиться от практического факта этого дуализма. Совсем не имеет значения, как он появился; факт не только остается фактом, но определяет все наше существование, это тот самый единственный факт, который действительно важен для нас как человеческих существ с волей и интеллектом и субъективным существованием, который составляет все наше счастье и наше страдание. Вся проблема жизни сводится к одному этому вопросу – «Что мы должны сделать с этой душой и природой, стоящими лицом к лицу друг к другу, этой Природой, этой личной и космической активностью, которая старается оставить свой отпечаток на душе, завладеть, контролировать, определить ее, и этой Душой, которая чувствует, что каким-то таинственным образом она имеет свободу, власть над собой, ответственность за то, что она есть и что она делает, и старается поэтому обернуться к Природе, своей собственной и всего мира, и контролировать, владеть, наслаждаться, или даже, может быть, отвергнуть и уйти от нее?» Чтобы ответить на этот вопрос, нам надо знать,– знать, что может делать душа, знать, что она может делать с собой, а также знать, что она может делать с Природой и миром. Вся человеческая философия, религия, наука есть в действительности ни что иное, как попытка получить верные данные, на основании которых будет возможно ответить на этот вопрос и решить, настолько, насколько наше знание позволит, проблему нашего существования.

Надежда совсем уйти от нашей сегодняшней борьбы с нашей низшей беспокойной природой и существованием, и подчинения им, появляется, когда мы постигаем тот факт, который философия и религия подтверждают, а современная мысль пытается отвергать, что есть две ипостаси существования нашей души, более низкая, беспокойная и подчиненная, и высшая, покойная и властная, одна трепещет в Уме, другая покоится в Духе. Надежда не только уйти, но совершенно удовлетворительно и победоносно решить вопрос появляется, когда мы постигаем то, что некоторые религии и философии подтверждают, а другие, по-видимому, отрицают, что в двойственном союзе души и природы есть более низкое, обычное человеческое состояние, и более высокое, божественное, в котором условия дуализма изменяются на противоположные, и душа становится тем, чем сейчас она только старается и надеется быть, властелином своей природы, свободной и, благодаря единению с Божественным, владеющей также миром-природой. В соответствии с нашим представлением об этих возможностях будет и решение, которое мы будем пытаться реализовать.

Заключенная в уме, находящаяся во власти обычного феномена ментальной мысли, ощущения, эмоции, восприятия виталических и физических воздействий мира и механической реакции на них, душа подчинена Природе. Даже ее воля и интеллект определяются ее ментальной природой, и еще более определяются ментальной природой ее окружения, которое воздействует скрыто и явно, и заполоняет индивидуальную ментальность; таким образом ее попытка регулировать, контролировать, определять свой собственный опыт и действия сопровождается элементом иллюзии, потому что когда она думает, что действует, на самом деле это Природа действует и определяет все, что она думает, желает и делает. Если бы в ней не было этого постоянного знания, что она есть, что она существует сама по себе, что она не есть жизнь или тело, но что-то другое, что, по крайней мере, получает и принимает космический опыт, даже если не определяет его, она была бы вынуждена, в конце концов, предположить, что Природа есть все, а душа – иллюзия. К такому выводу приходит современный Материализм, и к тому же пришел нигилистический Буддизм; Санкхъя, постигнув эту дилемму, решила ее, сказав, что душа в действительности только отражает установления Природы, а сама ничего не определяет, не является господином, но может отказаться отражать эти установления, и таким образом впасть в вечную неподвижность и покой. Есть и другие решения, которые приводят к тому же практическому выводу, но с другого конца, от духовного, утверждая, что Природа – это иллюзия, или, что и душа и Природа непостоянны, и указывая нам на более высокое состояние, в котором их двойственность не существует, либо путем затухания и превращения и той и другой во что-то постоянное и невыразимое, или, по крайней мере, за счет исключения активного принципа. Хотя они не удовлетворяют самых больших надежд человечества и глубоко заложенный импульс и стремление, эти решения, как таковые, имеют свое значение; ибо они приходят к Абсолютному как таковому, или к отдельному абсолюту души, даже если они отрицают множество восторженных бесконечностей Абсолюта, которые душа, истинно овладевшая Природой в ее божественном существовании, предлагает вечно ищущему началу в человеке.

Вознесенная в Дух, душа больше не подчиняется Природе; она выше всякой ментальной деятельности. Она может быть выше ее в отстранении и равнодушии, udasina, находящейся наверху и безразличной, или привлеченной и погруженной во всепоглощающий мир или блаженство ее недифференцированного, сконцентрированного духовного переживания самой себя; мы должны тогда выйти за эти пределы полным отречением от Природы и космического существования, а не захватывать [ее] в божественное и суверенное владение. Но Дух, Божественное есть не только выше Природы, он властелин Природы и космоса; душа, поднимающаяся в свое духовное состояние, должна, по крайней мере, быть способной на такую же власть благодаря своему союзу с Божественным. Она должна быть способна контролировать свою собственную природу не только в покое или принуждая ее быть в покое, но полностью контролировать ее игру и деятельность. В более низком состоянии это невозможно, потому что душа действует через ум, а ум может действовать только индивидуально и фрагментарно в довольном повиновении или борющемся подчинении той вселенской Природе, через которую божественное знание и божественная Воля вырабатываются в космосе. Но Дух владеет знанием и волей и является их источником и причиной, но не подчинен им; поэтому, соответственно тому, как душа обретает свое божественное или духовное бытие, она также обретает контроль над движениями своей природы. Она становится, говоря древним языком, svarat свободной и самовластной в царстве своей собственной жизни и бытия. Но она также усиливает контроль над своим окружением, своим миром. И это она может делать, только становясь универсальной; так как именно божественную и вселенскую волю она должна выразить в своем воздействии на мир. Сначала она должна расширить свое сознание и видеть вселенную в себе, вместо того, чтобы быть, как ум, ограниченной физическим, виталическим, чувственным, эмоциональным, интеллектуальным взглядом маленькой разделенной личности; она должна признать мировую истину, мировые энергии, мировые тенденции, мировые цели как свои собственные, вместо того, чтобы придерживаться своих собственных интеллектуальных идей, желаний и стремлений, предпочтений, объектов, намерений, импульсов; они, до тех пор, пока они сохраняются, должны быть приведены в гармонию со всемирными. Она должна, затем, подчинить свои знания и волю, в самом их источнике, божественному Знанию и божественной Воле, и посредством этого подчинения, достичь погружения, теряя свой личный свет в божественном Свете и свою личную инициативу в божественной инициативе. Прежде всего быть в гармонии с Бесконечным, в гармонии с Божественным, а затем соединиться с Бесконечным, войти в Божественное,– это условие ее полной силы и господства, это именно и есть сама сущность духовной жизни и духовного существования.

То различие, которое Гита делает между Пурушей и Пракрити, дает нам ключ к различным подходам к Природе, которые душа может иметь в своем движении к полной свободе и управлению. Пуруша, говорит Гита, это свидетель, поддерживающий, источник санкционирования, знающий, господин, наслаждающийся; Пракрити осуществляет, это активный принцип, который должен действовать в соответствии с тем, как относится Пуруша. Душа может занять положение чистого свидетеля, saksi, если она того пожелает; она может взирать на действия Природы, как на нечто, чего она и что ее не касается; она наблюдает, но сама не участвует. Мы уже видели важность способности к абсолютной неподвижности; она является основой движения отхода, которое позволяет говорить обо всем – о теле, о жизни, ментальной активности, мысли, чувстве, эмоции,– «Это Пракрити работает в жизни, уме и теле, это не я, это даже не мое», и таким образом, придти к отделению души от этих вещей, и к их неподвижности. Таким образом, это может быть позицией самоотречения или, по крайней мере, неучастия, tamasika, способностью покорно и инертно переносить действие природы, пока оно продолжается, rajasika,с омерзением, отвращением и ужасом, sattvika, с ясным пониманием отделенности души, мира и радости, присущих отчуждению и покою; также может наступить ровный и безличный восторг, как у зрителя на представлении, радующегося, но не привязанного, готового в любой момент встать и с радостью уйти. Позиция Свидетеля в высшем проявлении – это абсолютная непривязанность и свобода от влияния феноменов космического существования.

Будучи безупречным Свидетелем, душа отказывается от функции поддерживающего Природу. Поддерживающий, bharta, это другой – Бог, или Сила, или Майя – но не душа, которая только принимает отражение природной активности в свое наблюдающее сознание, но не принимает какой-либо ответственности за поддержание или продолжение ее. Она не говорит: «Все это во мне и поддерживается мною, деятельность моего существа», но, как правило: «Это навязано мне, но на самом деле это вне меня». Если бы не было явной и действительной двойственности в существовании, то это не могло бы быть всей истиной данного вопроса; душа также является поддерживающим, в своем существе она поддерживает энергию, которая разворачивает космический спектакль и дирижирует его энергиями. Когда Пуруша принимает на себя эту поддержку, он может делать это пассивно и без привязанности, ощущая, что он дает энергию, но не контролирует и не детерминирует ее. Контролирует другой. Бог, или Сила, или сама природа Майи; душа только безразлично поддерживает, пока она должна это делать, возможно, до тех пор, пока продолжает действовать и отказывается иссякнуть санкционированная ею ранее сила и заинтересованность в энергии. Но если полностью признать позицию поддерживающего, то это уже является важным шагом вперед к идентификации с активным Брахманом и его радостью космического бытия. Ибо Пуруша стал активным подателем санкции.

В позиции Свидетеля тоже имеется своего рода санкция, но она пассивна, инертна, и в ней отсутствует абсолютность; но если он полностью соглашается поддерживать, санкция становится активной, даже если душа не более чем соглашается отражать, содержать и таким образом поддерживать действие всех энергий Пракрити, но не определять, не селекционировать, веря в то, что определяет и селекционирует сам Бог или Сила, или некая Знание-Воля, а душа является только свидетелем и поддерживающим, и таким образом становится подателем санкции, anumanta, но не владеет и не направляет знание и волю, jnata i svarah. Но если она привычно селекционирует и отвергает что-то среди того, что ей предлагают, то она детерминирует; сравнительно пассивная санкция становится совершенно активной и находится на пути становления активным контролем.

Это свершается, когда душа принимает свою полную функцию знающего, господина и наслаждающегося Природой. Как знающий, душа обладает знанием силы, которая действует и определяет, она видит значения бытия, которые реализуют себя в космосе, она знакома с тайной Судьбы. Но сила сама по себе детерминирована знанием, которое является ее источником, и началом, и стандартизатором как ее оценок, так и приведения в исполнение ее порций. Поэтому, пропорционально тому, как душа опять становится знающей, она становится также контролирующей действия. Но это невозможно без того, чтобы стать активным наслаждающимся, bhokta. В низшем существовании это наслаждение двойственное, позитивное и негативное, которое в электричестве ощущения переводится в наслаждение и страдание; но в высшем существовании это активное ровное наслаждение божественным восторгом в самопроявлении. Нет потери свободы, нет опускания до невежественной привязанности. Человек, свободный в душе, осознает, что Божество является господином действия Природы, что Майя – это его Знание-Воля, которая все определяет и на все влияет, что Сила – это Волевая сторона этой двойной божественной Власти, где всегда действенно присутствует Знание; он также сознает себя, даже индивидуально, центром божественного существования,– частью Господа, это выражено в Гите,– контролируя активность Природы, которую он обозревает, поддерживает, санкционирует, которой наслаждается, которую знает и контролирует при помощи предопределяющей власти знания; и когда он сделает себя универсальным, его знание будет отражать только божественное знание, его воля выполняет только божественную волю, он радуется только божественному восторгу, а не невежественному личному удовлетворению. Таким образом Пуруша сохраняет свою свободу в своем владении, отречение от ограниченной личности, пребывая в наслаждении и восторге космическим бытием. Он полностью поднял в высшее равновесие истинные отношения души и Природы.

Пуруша и Пракрити в своем единении и в своей двойственности возникают из бытия Сатчитананды. Самосознательное существование есть сама сущность природы Бытия; это Сат, или Пуруша; Сила самосознающего существования, независимо от того, находится ли она сама в себе или проявляется в трудах своего сознания и силы, своего знания и своей воли, Чит и Тапас, Чит и его Шакти – это и есть Пракрити. Восторг бытия, Ананда, есть вечная истина единства этого сознательного бытия и его сознательной силы, воплощенной в себе или развернутой в неразделимой двойственности ее двух аспектов, разворачивающая миры и наблюдающая их, действующая в них и поддерживающая это действие, трудящаяся и выдающая санкции, без которых силы Природы лишены возможности действовать, осуществляющая и контролирующая знание и волю, и знающая и контролирующая намерения силы-знания и силы-воли, помогая радоваться и радуясь,– Душа, являющаяся владыкой, наблюдающим, знающим, господином Природы, Природы, выражающей бытие, осуществляющей волю, удовлетворяющей самопознание, служащей восторгу бытия души. Здесь мы имеем, опирающееся на саму природу бытия, высшие и универсальные отношения между Пракрити и Пурушей. Абсолютное ликование души в самой себе и, основанное на этом, абсолютное ликование души в Природе, есть божественное осуществление этих отношений.

 

 

113. the Beyond

114. self-creations

 

Глава ХVIII. Душа и Ее Освобождение

Н АМ надо теперь сделать паузу и подумать о том, к чему нас обязывает признание отношений Пуруши и Пракрити; ибо это значит, что Йога, которой мы следуем, не имеет своей целью ничего из обычных целей человечества. Она не признает нашего земного существования таким, как оно есть [сейчас], она не удовлетворяется каким-либо моральным совершенством или религиозным экстазом, с раем в потустороннем мире, или с каким-то растворением нашего существа, в результате которого мы с удовлетворением можем покончить с трудностями существования. Мы преследуем совсем другую цель; эта цель – жить в Божественном, в Бесконечном, в Боге, а не просто в каком-то эгоизме и временности, но в то же время не отдельно от Природы, от других существ, от земли и мирского существования, не более, чем Божественное отчуждено от нас и от мира. Оно существует также в близких отношениях с миром, и Природой, и всеми этими существами, но обладая абсолютной и неотъемлемой властью, свободой и знанием себя. Наше освобождение и совершенствование – это преодоление невежества, рабства и слабости, и жизнь в Нем, в родстве с миром и Природой, с божественной силой, свободой и знанием себя. Ибо наивысшее отношение Души к существованию – это обладание Пуруши Пракрити, когда он уже больше не является невежественным и зависимым от своей природы, но знает, превосходит и контролирует, и наслаждается своим проявленным бытием, и свободно определяет, каким будет его самовыражение.

Единство, выявляющее себя в вариациях своего собственного дуализма, есть вся игра души с Природой в ее космическом рождении и становлении. Один Сатчитананда повсюду, самосущий, неограниченный, единство, неразрушимое благодаря абсолютной бесконечности его собственных изменений, есть первичная истина бытия, познание которой мы ищем, и к которой наше субъективное существование в конце концов приходит. Отсюда возникают все другие истины, на этом они основываются, благодаря этому они возможны в каждый момент, и в этом они в конце концов узнают себя и друг друга, примиряются, гармонизируются и находят оправдание. Все отношения в мире, даже те, которые, по всей видимости, находятся в величайшем и самом ужасном диссонансе, есть отношения чего-то вечного к себе в своем собственном вселенском существовании; нигде и никогда они не являются противоречиями между разобщенными существами, которые встречаются случайно или благодаря какой-то механической необходимости космического существования. Поэтому самым насущным актом самопознания является возвращение к этому вечному факту единства; жить в нем – вот что должно стать эффективным принципом нашего внутреннего владения своим бытием и наших правильных и идеальных отношений с миром. Вот почему нам было необходимо отстаивать, прежде всего и превыше всего, единство как цель и, в некотором роде, всеобъемлющую цель нашей Йоги знания.

Но это единство проявляет себя везде и на каждом уровне через осуществляемую или практическую истину дуализма. Вечное – это одно бесконечное сознательное Существование, Пуруша, а не что-то бессознательное или механическое; оно существует вечно в восторге силой своего сознательного бытия, основывающегося на равновесии единства; но оно существует в не менее вечном восторге своей силой сознательного бытия, играющей с различными творческими самопереживаниями во вселенной. Подобно тому, как мы сами сознаем или способны осознавать бытие всегда чего-то вечного, безымянного, бесконечного, что мы называем своим Я, и которое составляет единство всего, чем мы являемся, но одновременно мы имеем различный опыт своих дел, мыслей, воли, творений, становлений,– таковым же является самоощущение этого Пуруши в мире. Только мы, которые в настоящее время являемся ограниченными и связанными эго ментальными индивидуумами, обычно испытываем это переживание в невежестве и не живем в своем Я, только оглядываемся на него, или время от времени обращаемся к нему, тогда как Вечный держит это в Своем безграничном самознании, вечно является им и взирает из полноты самобытия на все эти самопереживания. Он, в отличие от нас, связанных в темнице ума, не рассматривает свое бытие, как некий неопределенный результат и сумму, или как в высшей мере противоречивое самопереживание. Старый философский спор между Бытием и Становлением невозможен для вечного самознания.

Активная сила сознательного бытия, которая проявляет себя в своем могуществе самопереживания знания, воли, самонаслаждения, самоформирования со всеми их удивительными вариациями, инверсиями, сохранениями и конверсиями энергии, даже извращениями, это то, что мы называем Пракрити, или Природой, в нас самих, как и в космосе. Но за этой силой вариаций стоит вечное равновесие той же силы в ровном единстве, которое поддерживает беспристрастно, управляет созданными вариациями и направляет их к любой цели своего самонаслаждения, [единство,] которое Бытие, Пуруша, породило в своем сознании и детерминировало своей волей, или силой сознания. Это божественная Природа, к единению с которой мы должны вернуться при помощи нашей Йоги самопознания. Мы должны стать Пурушей, Сатчитанандой, наслаждаясь божественным индивидуальным владением его Пракрити, и не быть более ментальными существами, подчиненными своей эгоистической натуре. Ибо таковым является настоящий человек, верховное и интегральное Я индивидуума, эго же является более низким и частичным появлением нас, через которое некоторый ограниченный и предварительный опыт становится возможным и временно приемлемым. Но это попустительство более низкому бытию не исчерпывает все наши возможности; это не единственный и не главенствующий опыт, ради которого мы существуем как человеческие существа, даже в этом материальном мире.



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2019-06-16 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: