АНГЛИЙСКАЯ ДЕРЕВНЯ НАКАНУНЕ РЕВОЛЮЦИИ.




 

Характерной особенностью социально-экономиче­ского развития Англии в конце средних веков и в начале нового времени было то, что буржуазное раз­витие этой страны не ограничивалось только разви­тием промышленности и торговли. Необходимо отметить, что в это время сельское хозяйство не только не отставало от промышленности, но по многим параметрам даже опережало ее. Ломка старых феодальных производственных от­ношений в земледелии была одним из самых ярких проявлений революционизирующей роли капитали­стического способа производства. Самым тесным образом связанная с рынком, английская деревня являлась рассадником не только нового капиталисти­ческого земледелия, но и новой капиталистической промышленности. Капиталистическое земледелие намного раньше, чем промышленность, стало выгод­ным объектом приложения капитала. Именно в английской деревне особенно быстрыми темпами происходило первоначальное накопление. Процесс отделения работника от средств производ­ства, который предшествовал капитализму, в Англии начался раньше, чем в других странах. Мало того, именно здесь он приобрел свою классическую форму. В XVI — начале XVII в. глубокие перемены кос­нулись самих основ экономического быта английской деревни. Производительные силы в земледелии, как и в промышленности, к началу XVII в. заметно вы­росли. Об этом красноречиво говорили осушение болот и мелиорация, внедрение травопольной систе­мы, посев корнеплодов, удобрение почвы мергелем и морским илом, а также применение усовершен­ствованных сельскохозяйственных орудий — сеялок, плугов и т. п. Об этом же свидетельствует и тот факт, что в предреволюционной Англии получила очень широкое распространение агрономическая литера­тура. Так, например, в течение первой половины XVII в. в стране было издано около 40 агрономических трак­торов, которые пропагандировали новые, рациональ­ные методы земледелия. Сельское хозяйство приносило высокие доходы, и это привлекало в деревню много богатых людей, которые стремились стать владельцами поместий и ферм. Для лендлорда экономически выгоднее было иметь дело с арендатором, лишенным каких-либо прав на землю, чем с традиционными держателями-крестья­нами, платившими сравнительно низкие ренты, кото­рые нельзя было повысить до передачи держания наследнику, не нарушив при этом старинный обычай. Рента краткосрочных арендаторов (лизгольдеров), которая была подвижной и зависящей от условий рынка, во многих поместьях начала превращаться в основную статью манориальных доходов. Так, например, в трех манорах Глостершира к на­чалу XVII в. вся земля уже находилась в пользова­нии лизгольдеров. В 17 других манорах того же граф­ства лизгольдеры лендлордам уплачивали почти по­ловину всех феодальных налогов. В графствах, которые прилегали к Лондону, удель­ный вес капиталистической аренды был еще более высоким.

Средневековая форма крестьянского земледе­лия — копигольд — все более вытеснялась лизголь-дом. Мелкие и средние дворяне в своих манорах все чаще переходили к капиталистическим методам ведения хозяйства. Таким образом, мелкое крестьян­ское хозяйство освобождало место крупному, капи­талистическому. Тем не менее, хотя в сельское хозяйство и широко внедрялись капиталистические отношения, в англий­ской предреволюционной деревне основными класса­ми продолжали оставаться — с одной стороны — тра­диционные держатели-крестьяне и — с другой сторо­ны — феодальные землевладельцы — лендлорды. И те, и другие вели между собой ожесточенную, то скрытую, то открытую, но никогда не прекращаю­щуюся борьбу за землю. Уже с конца XV в. лорды, пытаясь использовать выгодную конъюнктуру для повышения доходности своих поместий, начали поход против крестьян-держателей и их общинной, надель­ной системы хозяйства. Для манориальных лордов традиционные держатели стали главной преградой на пути к новым формам хозяйственного использо­вания земли. Для предприимчивых английских дво­рян первостепенной задачей стало согнать крестьян с земли. Для достижения этой цели использовались два пути. Первый путь заключался в огораживании и захвате крестьянских земель и общинных угодий — лесов, болот, пастбищ. Второй — во всемерном повы­шении земельной ренты. Накануне революции огораживания полностью или частично были произведены в Эссексе, Норфол­ке, Кенте, Сеффолке, Нортгемптоншире, Лестерши­ре, Вустершире, Гертфордшире, а также в некоторых других центральных, восточных и юго-восточных графствах. Наибольшими темпами и в большом количестве огораживания производились в Восточной Англии. Причиной этого явилось осушение там десятков тысяч акров болот. На дренажные работы, которые произво­дились специально организованной для этой цели ком­панией, были затрачены очень крупные средства. На Западе в связи с превращением заповедных королевских лесов в частновладельческие парки ого­раживание сопровождалось уничтожением общинных сервитутов крестьян (прав пользования угодьями). Как свидетельствовали расследования правительства, 40 % всей плошади, огороженной за период с 1557 по 1607 г., приходилось на последние десять лет этого периода. В первой половине XVII в. огораживания прово­дились большими темпами. Кроме того, эти десяти­летия стали также периодом невиданного роста зе­мельной ренты. Так, акр земли, который в конце XVI в. сдавался меньше чем за 1 шилл., теперь стал сдаваться за 5—б шилл. В Норфолке и Сеффолке плата за аренду пахотной земли с конца XVI до сере­дины XVII в. возросла в несколько раз.

 



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2019-08-04 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: