Старая женщина, живущая в горах




 

Среди монстров в Японии встречаются и женщины–людоедыгорные великаны, для которых нет ничего лучше, чем съесть человека. Разные версии этой истории можно услышать повсюду в Японии, особенно на западе и юге.

 

Одна трудолюбивая семья жила рядом с горой. Однажды мать должна была уйти из дома и, как обычно, предупредила своих троих сыновей, чтобы не открывали дверь никому, ни но какому поводу. Все знали, что страшный людоед обитал в глухом лесу выше на склоне горы и что уже несколько человек пропали. После того как мать ушла, в дверь постучали. «Кто там?» — спросил старший сын.

«Я ваш сосед, мне нужна помощь. Пожалуйста, откройте дверь».

«Твой голос слишком странный, — ответил мальчик. — Я не открою дверь».

Через некоторое время в дверь опять постучали. «Кто там?» — спросил младший сын.

Сладкий певучий голос отвечал: «Я хороший друг твоей мамы. Она прислала вам послание».

«Покажи нам свою руку», — приказал мальчик. Показалась серая лохматая рука. «Я вижу по твоей руке, что ты людоед. Я не открою дверь», — сказал мальчик.

Вскоре в дверь опять постучали. «Кто там?» — спросил средний сын.

«Я ваша мама, я так устала. Пустите меня», — произнес слабый голосок.

«Покажи нам свою руку», — ответил мальчик. Появилась побритая и напудренная рука. Средний сын замешкался, но потом открыл дверь. И сразу людоед впрыгнул в дом и проглотил мальчика. Два других сумели убежать из дома, людоед погнался за ними. У реки росло такое высокое дерево, что говорили, будто оно доставало до небес. Мальчики добежали до ствола и стали изо всех сил карабкаться на дерево. Они забирались все выше и выше, а грузный людоед, как мог, карабкался за ними. Когда людоед залез довольно высоко, мальчики достали несколько камней, которые они взяли с собой, и кинули их в людоеда, он не удержался, рухнул с дерева и разбился насмерть. Кровь этого монстра разбрызгалась и пропитала землю. Вот почему, как говорят японцы, корни растения соба, из которого делают любимую гречневую лапшу, навсегда окрасились в красный цвет.

В другой версии этой истории старший сын становится луной, а младший — звездой.

 

Древнее дерево

 

В сельских местностях некоторые люди верят, что, как только дереву исполняется тысяча лет, оно превращается в духа, который может быть добрым или довольно злобным. В некоторых местах говорят, что, если дровосек умирает в лесу, его дух превращается в ёкай.

 

Дровосек Мусаби–но Гэн пошел в горы за дровами. Когда он попытался срубить большое старое дерево, то вдруг услышал чей‑то шепот: «Будь осторожнее, я сейчас упаду, отходи». В испуге он оглянулся вокруг, но не увидел ничего необычного и продолжал рубить. Снова голос повторил слова, и на этот раз дровосек громко закричал: «Кто здесь?» Единственным ответом стал звук падающего дерева. Дровосек в тревоге отпрыгнул, но нигде никакого дерева на самом деле не упало. Упорный дровосек продолжал работать до темноты. Когда наступила ночь, дерево начало ме няться самым страшным образом. На извилистом стволе показались глаза и рот. От искривленных корней поднялся синий свет, дух дерева. Упрямый Мусаби–но Гэн был проглочен деревом, и его больше никогда не видели.

 

Простая жизнь

 

Если царство ёкай может быть ужасным, то мир человеческих душ способен проявить такие добродетели, как преданность и любовь, которые сильнее смерти. Эти простые истины изложены в «Угэцу–моногатари», откуда и взята следующая история.

 

Торговец по имени Кацухиро должен был ехать в Киото продавать шелк. Его жена Мияги, женщина необыкновенной красоты и мужественного характера, очень беспокоилась по поводу этой новой сделки.

Она понимала, что без мужа ей будет трудно с деньгами, но все равно помогала ему приготовиться к дальней дороге. Накануне его отъезда супруги нежно поговорили, Мияги загрустила перед грядущей неизвестностью, но заверила, что будет ждать день и ночь возвращения мужа. Кацухиро утешил жену, пообещав, что вернется к осени, когда листья маранты будет срывать ветер.

 

 

Это старое дерево превратилось в динозавроподобного монстра?

 

Этим летом, однако, произошли волнения, и Кацухиро из‑за беспорядков не смог поехать домой. Пришла осень, а о муже не было ни малейшего упоминания. Мияги расстроилась из‑за его вероломства. Она написала стихи о своем горе и попросила петуха напомнить ее муж)', что осень уже прошла.

Неспокойно стало в родной стране. Мияги решила убежать в безопасное место, но вспомнила свое обещание. За это время построили новую заставу, на которой требовали документы, разрешающие проезд, но у Кацухиро не было никаких документов. Опять он оказался в ловушке. Смирившись с судьбой, Кацухиро остался в Киото. Тем временем Мияги лишилась всех своих сбережений, ее обокрала сбежавшая служанка. Красота Мияги привлекала многих поклонников, но она всем отказывала. Так как страна была охвачена войной и не существовало ни одного безопасного места, Кацухиро решил, что его жена мертва. Прошло семь долгих лет, наконец все стихло, и Кацухиро смог вернуться домой. Увидев свой старый дом, он облегченно вздохнул, но вся остальная деревня была разрушена. А дома его встретила красивая жена, такая же, какой он видел ее последний раз, его любимая Мияги. Это была радостная встреча, и каждый делился печалью и тяготами разлуки, пока не пришло время спать. Когда Кацухиро проснулся на следующее утро, он обнаружил, что Мияги ушла. Вскоре странствующий нищий сообщил ему, что Мияги умерла задолго до этого дня. Кацухиро спал с привидением, дух Мияги сдержал обещание и дождался его возвращения.

 

Обещание хризантемы

 

Необыкновенная верность описана в этой истории.

 

Монах по имени Санмон познакомился с Соэнмоном, специалистом по военной тактике. Когда Соэнмон заболел, Санмон заботился о нем так, что двое мужчин поклялись стать кровными братьями. Соэнмон должен был уезжать домой, но он обещал встретиться с Санмоном в том же году, 9 сентября. Однако, когда наступил этот день, пришел не Соэнмон, а его привидение. Пока Соэнмон был дома, его арестовал и задержал двоюродный брат, который плел против него интриги. Понимая, что из‑за этого он не сможет сдержать обещание, данное Санмону, Соэнмон убил себя, чтобы его дух мог прийти вместо него. Обезумевший от горя Санмон отправился тогда в родной город Соэнмона и убил его двоюродного брата, отомстив за смерть друга. После этого сам Санмон исчез.

 

Синяя маска

 

А вот история о странном решении.

 

Когда Каиан, известный как добродетельный монах, последователь дзэн–буддизма, посетил горную деревню, где сейчас префектура Тотиги, то местные жители испугались, решив, что он демон. Когда он спросил о причине их испуга, люди рассказали ему о другом монахе, жившем в горах, который так сильно расстроился из‑за смерти маленького мальчика, что съел его тело. Деревенские жители поэтому приняли Каиана за монстра, питавшегося человечиной и переодетого в монаха. Итак, Каиан пошел в храм на горе, чтобы посетить этого человека. Горный монах напал на Каиана, собираясь его съесть. Но ему это не удалось, и тогда он попросил Каиана укрепить его духовно. Перед тем как уйти, Каиан дал монаху синюю маску и особую сутру, наказав монаху молиться строго по ней. Следующей зимой Каиан вновь посетил горный храм. Монах все еще был там, он стал невероятно худым и все сидел и читал сутру. Каиан поднял свой посох и сильно ударил им монаха. Монах мгновенно исчез. От него остались только груда костей и синяя маска.

 

Принцесса Хаси

 

В этой истории, известной также как «Хасихимэ», жена Ямадазаэмона по имени Кунитоки сошла с ума из‑за того, что у мужа была любовница. Хотя жена много раз просила мужа оставить эту женщину, он не отвечал на ее просьбы, и бедная женщина решила отомстить. Рядом с ее домом был храм, который люди посещали в час быка (между первым и третьим часом ночи по традиционным японским часам), испрашивая благосклонность богов. Семь последующих дней она молилась каждый день в одно и то же время, чтобы стать живым демоном.

На седьмую ночь она осталась в храме, и священнику пригрезилось, что боги согласились даровать женщине то, о чем она так искренне просила. Но сначала она должна была надеть красное кимоно, выкрасить волосы в красный цвет и разделить их так, чтоб получились рога, а на голову надеть железную корону с тремя зубцами, и в каждом зубце надлежало зажечь огонь. После этого она должна была сидеть в реке Удзигава двадцать один день. Только так она могла стать живым демоном.

Тем временем у ее мужа было несколько ужасных ночных кошмаров, и он попросил придворного астролога по имени Абэ–но Сэймэй объяснить их. Астролог предупредил Ямадазаэмона, что он может потерять жизнь в результате женской мести, тогда мужчина признался, что заставил свою жену страшно ревновать к любовнице. Астролог дал мужу точные указания, как защитить себя в том случае, если живой демон его бывшей жены ворвется в спальню ночью или встанет рядом с подушкой.

Каждую ночь, так и не сумев отомстить, женщина–демон кралась но улицам Киото, устрашая горожан. Когда она встречала мужчину, то превращалась в красивую девушку, перед которой невозможно было устоять. Когда встречала женщину, то превращалась в красивого юношу. В любом случае она убивала беспомощную жертву, которую ловко околдовывала. В конце концов никто не осмеливался ночью выходить на улицу, и император приказал Минамото–но Райко найти и уничтожить женщину–демона. Райко отправил за ней двух учеников, которые после долгой погони загнали ее в угол. Сдавшись, женщина–демон дала клятву прекратить злые деяния и попросила оплакивать ее после смерти, обещав стать покровительницей. Затем она прыгнула в реку Удзигава и утонула. Когда императору рассказали обо всем, он организовал тщательно продуманную церемонию похорон, на которых сто монахов читали сутры. Вскоре женщина–демон явилась во сне к слуге императора, прося, чтобы построили храм в ее честь у реки Удзигава. Император исполнил просьбу и построил храм, назвав несчастную женщину Принцессой Хаси из Удзигавы.

 

 

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Сказки периода Эдо

 

К концу XVIII — началу XIX века Эдо встал в ряд с самыми большими городам мира, численность его населения превысила один миллион. Для сравнения: в самом большом европейском городе того времени — Лондоне — проживало менее одного миллиона человек.

Энергичный и динамичный Эдо был центром народной культуры, которая дала рождение таким истинно японским видам искусств, как, например, театр Кабуки и гравюра на дереве. Это была культурная столица, и здесь истории о привидениях получили новое развитие.

Следующая история о сверхъестественной любви, отдельные элементы которой заимствованы из Китая, основана на реальном случае, произошедшем в период Эдо.

Энтё, известный рассказчик, изложил свою версию, очаровав читателей времен периода Мэйдзи. Предлагаем вам переработанный заново вариант этой печальной и трогательной истории.

 

Пионовый фонарь

 

СУМАСШЕДШИЙ ОТЕЦ

 

Примерно двести лет назад в Токио, в районе Усигомэ, жил самурай по имени Иидзима Хэйдзаэмон. После внезапной смерти жены он остался один с дочерью Оцую, но вскоре женился снова, в этот раз на бывшей служанке Окуни. Когда Оцую достигла брачного возраста и была готова начать самостоятельную жизнь, Окуни влюбилась в слугу Гэндзиро, и они задумали отравить Хэйдзаэмона. Того количества яда, которое они положили в его еду, оказалось недостаточно: Хэйдзаэмон остался жив, но разум его помутился. Пока коварный замысел не раскрылся, Окуни и Гэндзиро сбежали.

Оцую была очень расстроена такой неожиданной бедой, но понимала, что никто, кроме нее, не сможет позаботиться об отце. Она умоляла его переехать в более тихое место, где, как она надеялась, он отдохнет и, возможно, его рассудок восстановится. Хэйдзаэмон согласился, и они вдвоем переехали в Янагисима Иокогава. После переезда Хэйдзаэмон проводил время, ухаживая за садом и пытаясь успокоить свое расстроенное сердце. Иногда он вдруг вспоминал, что с ним сотворили Окуни и Гэндзиро. В таких случаях он становился сам не свой, метался в гневе по дому или саду, размахивая мечом, и клялся убить Окуни. Иногда он даже пытался убить Оцую, по ошибке принимая многострадальную дочь за свою неверную вторую жену. Но каждый раз Оцую сдерживала сумасшедшие приступы отца, ласково с ним разговаривала, просила вспомнить, кто она. Хэйдзаэмон еще какое‑то время размахивал мечом, а потом погружался в задумчивое молчание. Это тоже расстраивало Оцую, и она опять нежно уговаривала отца: «Пожалуйста, отец, стань таким, каким ты был когда‑то. Стань отцом, которого я так хорошо знала и любила». Потом она брала свой кото, на котором особенно хорошо играла, чтобы утешить встревоженного отца.

 

СОН ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?

 

Недалеко от тихой обители, где жили Хэйдзаэмон и Оцую, был широкий ров с водой. Однажды молодой самурай Хагивара Синдзабуро, живший в Нэдзу, приехал сюда порыбачить вместе со своим другом доктором Сидзё. Они арендовали лодку и только спустили ее на воду, как Синдзабуро услышал звуки кото, доносившиеся из дома на дальнем конце рва. «Какой приятный звук», — подумал Синдзабуро мечтательно и весь погрузился в печальную мелодию. Так, не замечая ничего вокруг, он вышел из лодки и остановился у черного входа в дом. Дверь отворилась, и служанка Ионэ предложила Синдзабуро войти. Она отвела его в комнату, где сидела Оцую и играла на кото.

С первого взгляда Синдзабуро и Оцую понравились друг другу. И они без всякого притворства и стеснения начали подробно рассказывать друг другу о себе. «Я Хагивара Синдзабуро из Нэдзу, — рассказал молодой самурай, — мои родители умерли, и я один в целом мире, но с этого момента я надеюсь на наши близкие отношения с тобой». Оцую, в свою очередь, поведала историю своей семьи и сказала, что она тоже рада найти такого юношу, как Синд–забуро. Так они разговаривали часами. Во время паузы в беседе Оцую достала маленькую курильницу для ладана с изящно выгравированным рисунком осенней травы и сказала: «Это дала мне моя мать перед тем, как умерла. Теперь я хочу, чтобы ты хранил ее как талисман нашей глубокой и долгой дружбы».

В тот самый момент, когда она протянула подарок Синдзабуро, в комнату ворвался Хэйдзаэмон с обнаженным мечом. Грубым, злым голосом он закричал: «Попался наконец, злодей!» Оцую в ужасе вскочила, закрывая своим телом Синдзабуро, но меч Хэйдзаэмона был быстрее. Сверкнув, он опустился на Оцую и убил ее. Синдзабуро выбежал в сад, преследуемый взбешенным Хэйдзаэмоном. Не найдя выхода, Синдзабуро оказался в ловушке. Глаза Хэйдзаэмона горели дьявольской радостью, когда он приблизился. «Так вам и надо, Окуни, жена моя, и Гэндзиро, мой слуга. Теперь вы получите свой урок». Меч сверкнул на солнце и с одного удара убил Синдзабуро. Затем Хэйдзаэмон направил меч в свою сторону и покончил с собой.

Синдзабуро вскрикнул как в кошмарном сне и открыл глаза, ощутив себя живым и здоровым. Ущипнув себя, он огляделся вокруг и понял, что все еще сидит в лодке. Очевидно, это был просто страшный сон. Синдзабуро только собрался рассказать все доктору Сидзё, который тихо сидел рядом и ловил рыбу, как вдруг услышал звуки кото, доносившиеся из дома на дальнем конце рва. Но было еще кое‑что. Засунув руку в кимоно, он вытащил маленькую курильницу с изящно выгравированным рисунком осенней травы — ту самую курильницу, которую он во сне взял с благодарностью у Оцую. Теперь он не был уверен, что же произошло на самом деле. Видя замешательство друга, доктор Сидзё осведомился, в чем дело. Но Синдзабуро спросил в ответ, чей это дом на дальнем конце рва, из которого был слышен звук кото. Доктор Сидзё поднял глаза:

«О, это дом семьи Иидзима, но я не слышу никакого кото. Должно быть, тебе кажется». Синдзабуро подозрительно посмотрел на друга, но понял, что тот говорил ему правду. И решил оставить все, как есть, ничего не сказал о странном сне.

 

СТУК ТЭТА

 

Озадаченный Синдзабуро вернулся в Нэдзу с курильницей, лежащей в кимоно. Вскоре старый друг семьи по имени Юсай, который был доверенным советником отца Синдзабуро, зашел навестить его. Заметив, что Синдзабуро выглядит подавленным, он попытался развеселить его: «Я не знаю, что тебя беспокоит, но уверен, что не так уж все' плохо. Почему бы тебе не постараться все забыть? Не поддавайся унынию. Если не будешь об этом постоянно думать, возможно, все само собой прояснится». Он ушел, оставив печального Синдзабуро, который ни слова не сказал о событиях того дня. Наступила ночь, в доме и вокруг него все стихло. Все уснули, кроме Синдзабуро, который все еще бодрствовал, пытаясь расшифровать сон. Вдруг в полночь он услышал стук гэта, ка–ран–ко–рон, сначала слабый, но потом все громче и громче, пока шаги не стихли прямо напротив его двери. Голос сказал: «Синдзабуро, господин, это Йонэ. Я привела свою молодую госпожу к вам. Пожалуйста, откройте дверь».

«Оцую!» — закричал Синдзабуро, переполненный радостью, даже не подумав, насколько странно, что две женщины из его сна пришли навестить его в полночь. Он открыл дверь так, будто давно уже ждал этого. И конечно, перед ним стояли Оцую и ее служанка Йонэ, которая несла бумажный фонарик с изображением пиона. Синдзабуро заметил также, что Оцую была одета в кимоно, украшенное тем же узором осенней травы, что и курильница, которую она ему подарила. «Входите», — сказал Синдзабуро. Из темноты ночи две женщины плавно вошли в комнату, легкий ветерок поднялся при их движении. Синдзабуро не замечал ничего странного ни в их манере двигаться, ни в их лицах, которые были слишком бледны. Он был просто счастлив, очень счастлив вновь видеть Оцую. Хотя все еще не смог объяснить свой странный сон и появление курильницы, Синдзабуро охотно отбросил беспокоящие его мысли. Он сел рядом с Оцую, и они немедленно продолжили свой задушевный разговор.

Когда прокричал первый петух, Ионэ вздрогнула и испуганно воскликнула: «Молодая хозяйка, пойдемте сейчас же. Давайте уйдем, пока нас не хватились». Две женщины выскользнули из комнаты, легкий ветерок струился за ними. Еще долго после того, как они ушли, Синдзабуро слышал звук тэта, ка–ран–ко–рон отдавалось в его ушах.

 

УЖАСНОЕ ИЗВЕСТИЕ МОНАХА

 

На следующее утро Синдзабуро проснулся очень поздно. Чувствуя себя неважно, он решил ничем серьезным не заниматься.

На самом деле он мог думать только о будущей ночи и ждать, когда наступит темнота и он снова сможет увидеть Оцую. Так он сидел целый день и ждал. Наконец наступила полночь. И опять, как и предыдущей ночью, он услышал звук приближающихся тэта. В дверях снова показались Оцую и ее служанка с бумажным фонариком. «Входите, входите!» — воскликнул Синдзабуро, к нему возвращалась бодрость. И еще раз он пригласил Оцую в комнату, где они вдвоем болтали непрерывно до первых петухов.

Так продолжалось ночь за ночью. Вскоре городские жители начали поговаривать, что молодой Хагивара проводит ночи с привидением. Слухи пошли из‑за того, что от света в его комнате на раздвижной перегородке сёдзи виднелись очертания тени сидящего Синдзабуро. Плохо было то, что напротив него сидела тень, выглядевшая как скелет, и эти две тени двигались так, будто они разговаривали. «Опасно, опасно», — шептали соседи, мурашки бегали по их спинам. Но никто ничего не предпринимал.

Наконец слухи дошли и до старого друга семьи Юсая, который поспешил навестить Синдзабуро. Он увидел спокойного молодого человека, слегка уставшего. «В чем дело, я слышал, будто ты разговариваешь с привидением? — тревожно спросил Юсай. — Мне рассказали о привидении, приходящем к тебе каждую ночь, но это не может быть правдой. Расскажи мне, что происходит».

Синдзабуро оставался невозмутимым: «Приходит привидение? Конечно, нет. Вот в доказательство курильница, которую она мне подарила, когда мы встретились в первый раз». Юсай посмотрел на маленькую курильницу с изящно выгравированным рисунком осенней травы. Затем Синдзабуро рассказал историю с самого начала — и о рыбалке с доктором Сидзё, и о доме в конце рва, где играли на кото, и о последующих ночных визитах.

Выслушав историю Синдзабуро, Юсай сильно разволновался и пошел к доктору Сидзё, чтобы тот подтвердил историю о рыбалке. «Да. Это чистая правда, что мы ездили на рыбалку в тот ров, — сказал доктор Сидзё. — Но интересно, почему вы сейчас об этом спрашиваете, ведь все было около восьми лет назад».

«Восемь лет назад? Не недавно?» — допытывался Юсай.

«Нет, это было давно, около восьми лет назад. Примерно в то время, когда мы ездили на рыбалку, мне довелось услышать историю семьи Иидзима, которая жила в доме в конце рва. Сумасшедший хозяин дома Хэйдзаэмон, убив свою дочь и ее служанку, покончил жизнь самоубийством. Подробности этой грустной истории до сих пор сохранились в моей памяти».

Озадаченный Юсай попросил доктора Сидзё съездить с ним к тому рву, где доктор с Синдзабуро рыбачили примерно восемь лет назад. Они нашли разоренный дом Иидзима Хэйдзаэмона, когда‑то ухоженный сад весь зарос травой. «Очевидно, что семья погибла много лет назад, — задумался Юсай. — Не знаю, в чем дело, но это плохой^ знак».

Он побеседовал с монахом в храме Синбандзуйин, где находилась могила семьи Иидзима. Юсай поведал монаху все, что знал. Священнослужитель внимательно слушал, и выражение его лица становилось все более озабоченным.

«Если все это правда, тогда дело действительно ужасное, — сказал монах. — Это говорит о том, что Оцую и Ионэ несчастны в своих могилах и что их души бродят. Теперь, когда вы мне рассказали эту историю, я понимаю, почему пионовый фонарь на могиле Иидзима все это время оставался чистым и выглядел новым, без единой дырочки в течение последних восьми лет. Никогда я не видел его рваным или поцарапанным, а это всего лишь бумажный фонарь. Я всегда думал, что это странно, но теперь я знаю, что приключилось с Синдзабуро».

Монах долго и напряженно смотрел на Юсая. «Мне очень жаль говорить вам это. Но Синдзабуро осталось жить всего несколько дней».

В ужасе Юсай ухватился за монашескую рясу: «И вы ничего не можете сделать, чтобы прекратить появление этих привидений у Синдзабуро? Совсем ничего?»

Сначала монах покачал головой. Но потом произнес: «Может быть, и есть выход». Он поручил Юсаю взять полоски бумаги, на которых монах напишет специальную защитную сутру, и поместить их над всеми дверями, окнами и другими отверстиями в доме Синдзабуро.

Он также сказал Юсаю, чтобы тот приказал Синдзабуро молиться по ночам и не прерывать молитву, что бы ни случилось.

«Если вы будете четко следовать моим инструкциям, — предупреждал монах, — то привидения не смогут войти в дом, и у нас будет шанс изгнать этого демона, который преследует Синдзабуро. Я лично буду молиться столько, сколько потребуется».

Юсай взял полоски бумаги и повесил их над всеми отверстиями в доме Синдзабуро. Он приказал Синдзабуро начать молиться и не останавливаться ни под каким предлогом. Молодой человек делал все так, как ему велели. Однако в душе он отказывался верить, что его красавица Оцую, такая живая и такая прекрасная, могла быть привидением.

 





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!