Глава двадцать четвертая 9 глава. ? Что ты тут делаешь? Можно подумать, что у тебя есть надобность заходить в мой




— Что ты тут делаешь? Можно подумать, что у тебя есть надобность заходить в мой кабинет.

Джейс вздохнул и вошел, прикрыв дверь. Он плюхнулся на один из стоявших вдоль стены стульев и закинул руки за спину. Теперь ничто не мешало ему смотреть на Эша.

— Вот что, старик. Я вел себя как настоящая задница. Ты это знаешь. Я тоже. А еще я знаю, что ты совсем недавно закончил говорить со своей стервозной мамашей, которая виртуозно умеет выводить тебя из равновесия. Тебе муторно, и ты хочешь сорваться на мне. Я этого заслуживаю. Так что давай. Я выдержу. Чего я не выдержу, так это барьера, возникшего между нами.

— Ты его сам возвел, — сказал Эш и поджал губы.

— Верно. Это и я понимаю. Эш, я пытаюсь извиниться перед тобой. Не упрямься. Позволь мне это сделать.

Эш подался вперед. Привычно растягивая слова, он сказал:

— Могущественный, надменный и требовательный мерзавец по имени Джейс Крестуэлл смиренно испрашивает аудиенцию на предмет принесения извинений? Валяй. Считай, что аудиенция тебе предоставлена.

— Сам придурок, — буркнул Джейс, но на душе у него стало гораздо легче.

Семья.

Это чувство он недавно испытал в кабинете Гейба. Знакомое чувство. Они были его семьей. И теперь ему хотелось ввести туда Бетани.

— Весьма необычное извинение, — заметил Эш. — Особенно редкие по красоте слова «сам придурок». Мне как, замереть от восторга?

— А ты и впрямь придурок, — засмеялся Джейс. Смех его был недолгим. Он перестал улыбаться и уже совсем другим тоном продолжил: — Прости меня, старик. Я был идиотом и хватил через край. Ты же пытался мне помочь. Собрал сведения о ней. Я это ценю. Даже больше, чем ты думаешь. Обещаю: больше таких выходок я себе не позволю. Наверное, ты решил, что я спятил. Перестал замечать окружающий мир, утратил перспективу. Но перспективы я не утратил, и с рассудком у меня все в порядке.

— И какая же теперь у тебя перспектива? — с любопытством спросил Эш. — Тебе бы не мешало посмотреть на это с моей точки зрения. У нас был секс втроем. Как всегда, одна женщина на двоих. Ничего необычного. Утром эта женщина исчезает. Тоже ничего необычного, кроме одного. Обычно мы первыми деликатно выпроваживали наших женщин, а тут она ушла сама. Когда ты взбеленился по поводу ее ухода и стал искать ее следы, я подумал: «Джейс потому так и злится, что не он помахал ей ручкой». Я вполне понял твое состояние. Допустим, тебе пока не хотелось расставаться с ней. Или хотелось расстаться на твоих условиях. Ты же, как и все мы, любишь устанавливать свои правила. А она, даже не зная о твоих правилах, взяла и ушла. Но я никак не ожидал, что ты перевернешь весь город, пытаясь ее найти. — С точки зрения Эша, все выглядело из рук вон плохо. — Джейс, видел бы ты себя в эти две недели. От тебя осталась только оболочка. Тебя самого здесь не было. Рассеянность — еще слишком мягкое слово для описания твоего поведения. Про работу ты вообще забыл. Дважды к тебе заглядывала Миа. Ты ее просто выпроваживал из кабинета. Еще хорошо, что не потребовал убраться вон.

Джейс наморщил лоб:

— Не надо так шутить. Она не заглядывала ко мне.

— Ты даже не помнишь, как твоя сестра пыталась с тобой поговорить, — вздохнул Эш. — И не помнишь, как вел себя с ней?

— Так она что, действительно была здесь?

— Она тебя просто не узнавала, — кивнул Эш. — Мы с Гейбом потом ее успокаивали. Гейб готов был раскроить тебе череп. Я уговорил его подождать. Объяснил, что у тебя был критический день.

— Черт меня побери!

— Вот-вот. Тебя уже все сторонились. Ты вел себя как одержимый безумец. Естественно, мне захотелось навести справки о предмете твоих поисков. Похоже, эти сведения тебя ничуть не насторожили. Тут Бетани неожиданно объявилась в приюте. Ты бросился за ней, отпихнув меня локтем и заявив, что твои дела меня не касаются. С тех пор я тебя не видел вплоть до телеконференции. Туда ты явился как ни в чем не бывало. Я же не могу насильно лезть со своей помощью. Раз меня это не касается, я и не лезу.

Джейс тяжело выдохнул и почесал затылок:

— Я понял твой посыл. Да, я был идиотом. Ситуация отличалась от всех прежних, и мы оба это знаем.

Эш сложил губы и издал неприличный звук:

— Мне все равно, был ты идиотом или не был. Думаешь, твое поведение задело мои чувства? Я волновался за тебя, Джейс. Меня тревожило, что ты так прилип к этой женщине. Я считал, что она тебе не пара, но ты этого не видел, поскольку ее пальцы цепко держали тебя за яйца.

А вот таких слов он явно не заслужил. Джейса обдало волной злости, которую он тут же погасил. Эш был его другом. Эш за него волновался. Джейс попытался увидеть ситуацию его глазами.

— Она нуждается во мне, — сказал Джейс, сознавая, насколько глупо и неубедительно это звучит.

Он вдруг подумал, что свое поведение не может внятно объяснить даже самому себе. Как же тогда он рассчитывает объяснить это Эшу?

Эш долго на него смотрел.

— Знаю, тебя это может сильно разозлить, но я все-таки скажу, — со вздохом начал он. — Я мог бы вообще от всего отключиться и не мешать тебе действовать самостоятельно. Но мы оба знаем: если бы мы поменялись ролями и я повел бы себя так, как ты, ты бы не стал уходить в сторону, а высказал бы все, что думаешь. Поэтому и я выскажу то, что думаю. Ты мне брат. В большей степени, чем любой из моих кровных братьев. Вы с Гейбом оба мне братья. Ты помнишь, как мы ему вставили за Миа. Он это заслужил. Теперь я намерен то же самое сделать с тобой, но уже по поводу Бетани. Кто-то это должен сделать.

Джейс стиснул кулаки. Ему захотелось молча встать и уйти. Но слова Эша остудили его пыл. Да, они втроем были братьями во всех смыслах этого слова. И Эш совершенно правильно заметил: поменяйся они ролями, он бы не остался в стороне.

— Говори, что хотел сказать.

— Ты много лет заботился о Миа. Всегда и во всем. Мелочей для тебя не существовало. Ты ей был одновременно и братом, и отцом. Она нуждалась в тебе. И вдруг… перестала нуждаться. Возможно, и не перестала совсем, но значительная часть твоей заботы о ней перешла к Гейбу. Ты освободился от ответственности за нее. Думаю, ты и сам догадываешься, что теперь первое место в ее жизни занимаешь не ты, а Гейб.

— К чему ты клонишь?

Эш неторопливо выдохнул:

— Ты не усматриваешь во всей этой ситуации странной иронии? Едва только Миа переходит под опеку Гейба, на твоем горизонте сразу же появляется женщина, нуждающаяся в твоей заботе и защите? Джейс, я не спорю: она нуждается в помощи. Я же не бесчувственный чурбан. Ей жилось несравненно тяжелее, чем Миа. Но ты не будешь отрицать, что поспешил взять на себя роль ее благодетеля и защитника. И Бетани превратилась в твою ахиллесову пяту. Красивое, но совершенно несчастное создание. Хрупкое, беззащитное. Тебе очень понравилась идея твоей нужности ей. А тебе не приходило в голову, что можно бы и отдохнуть от обязанностей благодетеля? У тебя был долг перед Миа. Ты не мог оставить маленькую сестру. Но почему теперь, когда сестра выросла и нашла себе мужа, ты не хочешь расправить плечи? Почему тебе понадобилось взваливать на себя новый груз ответственности?

— Хватит ходить вокруг да около! — не выдержал Джейс. — Ты хоть слышишь, о чем говоришь? Миа никогда не была для меня грузом. Она моя младшая сестра. Я ее единственный близкий человек. Мне не всегда бывало с ней легко, но я ни разу не пожалел, что взял на себя заботу о ней.

— Ты прекрасно знаешь, что я имел в виду вовсе не это, — замахал руками Эш. — Оторви голову от задницы. Нравится тебе или нет, но Миа мы растили сообща. У меня и в мыслях не было хотя бы один раз назвать ее тяжелой ношей. Она росла у меня на глазах. Я почти столько же способствовал ее счастью, сколько и ты. Но речь сейчас не о Миа. Я пытаюсь тебе растолковать, что в твоей жизни вдруг возникла пустота. У Миа есть Гейб, и ты уже не нужен ей так, как был нужен многие годы. И тогда ты быстренько переключился на Бетани, чья ситуация отчасти похожа, но ее потребность в тебе несравненно выше. Ты увидел нуждающуюся женщину, и в тебе снова проснулся благодетель. Согласен, это благородно. У меня бы язык не повернулся назвать тебя идиотом за желание ей помочь. Я лишь пытаюсь тебе объяснить, что ты слишком глубоко увяз в этой ситуации. Тебе нужно отступить и взглянуть на все со стороны. Ты ведь можешь ей помогать, но не вкладывая сильных эмоций. Ну что ты знаешь о ней? Ты ведешь себя так, будто вы родственные души и тебе хорошо известна вся ее жизнь.

— Эш, очень прошу тебя закрыть рот, иначе ты по-настоящему меня разозлишь, — огрызнулся Джейс.

— Я что, неправ?

Да, он был неправ. Абсолютно неправ.

Разговор получался дерьмовым. Джейса воротило от всей этой психологической мутотени, которую Эш старательно вгонял ему в мозги. Чушь, полная чушь!

Когда кончались все прочие аргументы, в запасе оставалась честность. Впрочем, они с Эшем всегда были достаточно честны друг с другом. Но попытки Эша объявить привязанность Джейса к Бетани… одержимостью заставили Джейса поморщиться.

Джейс запустил руку в волосы и от досады готов был вырвать клок.

— Послушай, Эш. Я не стану грузить тебя разной фигней наподобие того, что я все до тонкостей знаю. Нет. Хотел бы знать, но пока не знаю. Но не пытайся внушить мне, будто у меня по отношению к Бетани развился комплекс спасителя. Ты ошибаешься. Едва я увидел ее в тот вечер, меня потянуло к ней. Я ведь тогда еще ничего не знал о ней. Не знал, что у нее нет крыши над головой, зато есть куча дерьмовых проблем. Я просто понял, что хочу ее. И это желание ничуть не исчезло после того, что я узнал о ней. Наоборот, мне еще сильнее захотелось стать частью ее жизни. — Лицо Эша выглядело все задумчивее. Джейс напрягся, стараясь как можно проще и доходчивее объяснить другу свое отношение к Бетани. — Конечно, проще было бы последовать твоему совету. Зачем связываться с женщиной, у которой куча проблем? Узнал правду — и делай ноги. Но кем бы я после этого был? Первостатейным дерьмом, решившим, что Бетани для него «недостаточно хороша». Нет уж. Если меня что-то потянуло к ней, когда я еще ничего о ней не знал, я предпочел следовать внутреннему голосу, а не обывательскому здравому смыслу. И эта тяга остается.

— Ну и ну, — пробормотал Эш. — Я чувствую себя так, будто вырос на три дюйма.

Джейс подавил улыбку. Он залатает трещину, возникшую в его отношениях с Эшем. Непреклонность Эша — она внешняя. Он добряк. Особенно когда дело касается женщин. И настоящий друг. Он всерьез испугался за Джейса, но теперь, получив объяснения, понял и принял их. Осталось лишь втолковать ему, что повторения того вечера у них не будет.

— Насколько я понимаю, секса втроем у нас с ней больше не будет? — словно прочитав его мысли, спросил Эш. Джейс хмуро посмотрел на него, и Эш покорно поднял руки. — Понял. Она целиком твоя.

— Да, и это не шутка, — мрачно подтвердил Джейс. — Я бы очень хотел забыть те наши забавы. Когда ты снова увидишь Бетани — а ты ее обязательно увидишь, — даже не заикайся о том вечере. Это нанесет ей душевную травму. А ей их и так хватает. Не хочу, чтобы она стыдилась своего прошлого. Вообще не хочу давать ей ни малейшего повода уходить от меня. Я и так с большим трудом учу ее смотреть на мир по-моему. Знаешь, я бы очень дорого дал, чтобы забыть, что ты видел ее голой и совал свой член в те места, которые отныне принадлежат только мне и больше никому.

Эш с искренним изумлением покачал головой:

— Надо же, старик. Смотрю, ты до жути серьезен. Никогда бы не подумал, что ты можешь так быстро и так крепко запасть на женщину. Сколько же тебе понадобилось? Неужели всего пять минут? Жаль, что я не понял этого еще тогда. Но откуда мне было понять? Ты ведь никогда не вел себя так ни с одной женщиной. Да, жаль, я тогда не разглядел в тебе рычащего собственника. Все было бы по-другому. — Эш подался вперед, уперев руки в крышку стола. — Я снова задам тебе один простой вопрос. Просто обязан его задать. Если ты с первых минут так запал на нее, почему же прямо не сказал мне об этом? И не было бы никакого секса втроем. Хоть убей, не понимаю, почему ты позволил мне ее трахать?

Джейс прикрыл глаза, потом открыл снова. Эш безотрывно глядел на него. В его глазах было искреннее непонимание. И сожаление, словно Эш опасался, что та ночь может стать камнем преткновения в их отношениях. Джейс не хотел этого. Возможно, он был наивен. Но факт остается фактом: он не может держать Бетани затворницей. Если он хочет сделать ее частью своей жизни, значит ей придется часто видеться с Эшем. Он вовсе не собирался ломать многолетнюю крепкую мужскую дружбу, рвать кровные узы. Но что, если он уже запутал и осложнил свои отношения с Эшем?

С Эшем можно договориться. Он поймет и не будет упрямиться. Здесь Джейс был уверен. Однако неизвестным в этом уравнении была Бетани. Как она отнесется к Эшу? Может, у нее остались к нему какие-то чувства? А если она хочет его? Ничего удивительного, если ее потянет к обоим мужчинам, с которыми у нее был секс. Придется ли Джейсу вечно быть настороже, ловя ее взгляды, бросаемые в сторону Эша? Страшнее всего, если ей вдруг захочется тайком встретиться с Эшем.

Такие мысли грозили свести его с ума. Было бы глупо придавать им слишком большое значение. Он не был честен с Бетани. Секс с ним и Эшем привел ее в изрядное возбуждение. Но нельзя заранее подозревать ее. Он даже не знает, каким будет ее дальнейшее поведение. Хуже всего, если их отношения, только начавшись, сразу же пропитаются ревностью и недоверием.

— Джейс, ты мне так и не ответил. Почему ты тогда не воспротивился сексу втроем? Я до сих пор не понимаю. Ты ведь знаешь: я бы понял тебя. Пусть бы это удивило меня до чертиков, но я бы точно дал задний ход. Я бы ни за что не позволил, чтобы из-за женщины пострадали наши отношения.

А Джейс позволил. Он вел себя как редкостный мерзавец, и все из-за страха, что она уйдет. Им руководил страх. Это было нечестно по отношению к Бетани и еще более нечестно по отношению к Эшу.

— Дерьмом я тогда был, вот почему, — тихо произнес Джейс. — Только я один и виноват. Тогда мне казалось, что так надо. Я не успел вмешаться, как она уже согласилась на секс втроем. Потом у меня уже язык не поворачивался сказать ей: «Нет, детка, никакого секса втроем у нас не будет. Я сейчас отвезу тебя к себе домой, и там мы будем трахаться всю ночь». А когда она едва не передумала, я вконец испугался. Больше всего я боялся, что она сбежит и растворится в темноте… Ну а потом все пошло по идиотскому сценарию. Исправлять уже было поздно. Мне и сейчас жаль, что получилось именно так.

В глазах Эша что-то мелькнуло. Он откинулся на спинку кресла и даже отвернулся. И все это — молча.

— Означает ли это крупные перемены? — наконец спросил Эш. — Я про перемены в наших с тобой отношениях. Я так понял, что Бетани у тебя надолго. Неужели та чертова ночь может что-то изменить?

Джейсу стало не по себе. Если бы он умел поворачивать время вспять, то сделал бы это не задумываясь. Он бы тихо познакомился с Бетани сам, не впутывая Эша. И Бетани ни за что не оказалась бы в постели с ними обоими.

А теперь Эш выражал вслух те же мысли, которые тревожили и самого Джейса. Положение было серьезным. Нельзя допустить, чтобы из-за Бетани у него разрушились отношения с самыми дорогими ему людьми. Но нельзя и допустить, чтобы разрушились едва начинающие складываться отношения между ним и Бетани. Нужно немедленно разрулить эту ситуацию, действуя как можно тактичнее и осмотрительнее.

— Крупных перемен не будет. Изменится только одно: ты больше не будешь с ней спать, — сказал Джейс, и в его словах было больше уверенности, чем в душе. Он очень хотел надеяться, что не занимается сейчас самообманом. — Конечно, ее первые встречи с тобой будут напряженными. Но в наших силах убрать напряженность. Пойми: и ты, и она очень важны для меня. Я не собираюсь выбирать между вами. Надеюсь, что и не придется. Нужно сделать так, чтобы прошлое осталось в прошлом и не напоминало о себе. Но мне нужна твоя помощь. Твоя… поддержка.

Эш облегченно вздохнул:

— А ты назовешь своего первого сына в честь меня?

— О чем ты? Куда ты так несешься? Нажми на тормоза, Эш. Я ведь не женюсь на ней.

— Пока, — пробормотал Эш.

— Нам с ней нужно еще столько завалов разгрести, — мрачно сказал Джейс.

— Так чем я могу тебе помочь? Ты просил о поддержке. Мог бы и не просить. Сам знаешь: ты всегда можешь на это рассчитывать. Ничего не изменилось.

Джейс немного помешкал, наслаждаясь облегчением, тепло от которого растекалось по телу, как от хорошей порции крепкого виски. Потом он пересказал Эшу все, что узнал от Бетани. К концу рассказа Эш уже не улыбался, а сердито хмурился.

— Отморозки долбаные! — выругался он. — И у них хватило наглости напасть на беззащитную женщину! Что же они не отделали ее братца? А как у того язык повернулся приплести к своим долгам Бетани? Моя родня хоть и страдает хроническим идиотизмом, но они еще не додумались до того, чтобы натравить на меня уличную шваль.

— Пока не додумались, — усмехнулся Джейс.

— Ты прав, — согласился Эш. — Сегодняшнего разговора мамочка мне не простит.

Они помолчали. Это были минуты молчаливого понимания.

— Не хочу впутывать тебя в это дело, — наконец сказал Эш. — Я кое-кого знаю. Могу обратиться. Они сделают так, что эти твари получат свои вонючие деньги и крепкое предупреждение: никогда не приближаться к Бетани. Естественно, если тебя устраивает такой ход событий. Какими бы гнидами они ни были, но они хотят получить свои денежки. Думаю, ты согласен, что по долгам надо платить, даже если тебе не нравятся рожи кредиторов.

— Кого именно ты знаешь? — недоверчиво спросил Джейс. — Что за люди? Как они разберутся с этой шайкой? Но ты прав: по долгам надо платить. И не потому, что меня сильно заботит судьба ее поганого братца. Прежде всего, я хочу, чтобы Бетани ничего не угрожало ни с какой стороны.

— Вряд ли их имена тебе что-то скажут, — пожал плечами Эш. — Увы, такие люди тоже иногда могут понадобиться. Скажем так: они передо мной… в некотором долгу. Я давал им советы по вложению акций. Вдобавок устроил им бесплатное проживание в одном из наших отелей.

— Пожалуй, тогда я даже не стану спрашивать, кто они…

— Да, лучше воздержись от любопытства, — подхватил Эш. — Во всяком случае, они не из тех, кого бы ты пригласил на обед в День благодарения.

— Понимаю.

— О какой сумме идет речь? — уже серьезно спросил Эш.

— Пять тысяч.

— И всего-то?

— Для Бетани это целое состояние, — вздохнул Джейс. — Как она мне говорила, ей что пять тысяч, что миллион — одинаково недостижимые деньги. Представляешь, она даже собиралась заняться уличной торговлей, чтобы заработать на долг этому паршивцу.

Джейс и сейчас содрогался при мысли, как развивались бы события, если бы Кейт по горячим следам не позвонила ему и не сообщила о появлении Бетани. Или что могло случиться, если бы Бетани не пришла в приют. По каким бы улицам сейчас бродила она в своей жалкой одежонке, беззащитная перед подонками всех сортов?

— Черт, — пробормотал Эш. — Надо же, уличная торговля.

— У меня была такая же реакция, когда я услышал.

— Похоже, ее нужно держать на поводке.

— Фигурально, он у нее уже есть, — сообщил Джейс. — Я нанял ей личных телохранителей. Крепкие ребята и дело свое знают. Мы с ней договорились, что, когда меня нет рядом, она без них шагу за порог не сделает. Все остальное время она будет со мной. Надеюсь, когда вопрос с долгом утрясется, эта угроза перестанет существовать. Но мне еще предстоит прочистить ей мозги на предмет этого Джека.

— Насколько понимаю, она еще не клюнула на идею, что вы пара, — сухо заметил Эш.

— Пока не клюнула. Но клюнет.

— Откуда такая уверенность? — удивился Эш.

— Я не хочу принимать в расчет никаких альтернатив.

— А они есть?

— По крайней мере одна: Бетани не является частью моей жизни.

Возникла тягостная пауза. Эш ерзал в кресле:

— Послушай, старик. Похоже, я здесь немного переступаю границы.

— Как будто раньше тебя что-то удерживало, — сухо бросил ему Джейс.

— Верно, — усмехнулся Эш. — Я не сторонник границ, особенно когда дело касается моей семьи.

Опять это слово. Семья. Да, Эш, Гейб и Миа были его семьей. Джейс был не совсем прав, говоря, что Миа — это все, что у него осталось от семьи… Гейб и Эш. Они всегда были рядом. После гибели родителей его семья приняла двух новых членов. Двух бескорыстных, абсолютно преданных ему людей. Эш прав: Миа они растили втроем.

Неужели с годами он стал принимать все это как должное? Похоже, что да. Какая чудовищная ошибка. Не каждый может похвастаться безраздельной поддержкой. Джейс был просто счастливчиком.

— А как ты видишь будущее? — спросил Эш. — Свое и Бетани. Я же знаю тебя как облупленного. Мы с тобой похожи. И Гейб тоже. Мы сделаны из одного теста. Мы любим контроль. Доминирование. Не мнимое, а настоящее. Мы умеем играть так, что контроль кажется легким, но он все равно существует. Я не зря употребил слово «играть». Мы оба знаем, что любые серьезные отношения в конечном итоге сводятся к безраздельному контролю. — (Джейс кивнул, даже не пытаясь возражать.) — Так как ты мыслишь вести эту игру с Бетани? Готова ли она к подобной игре? Есть ли у нее хоть какие-то представления о твоих замыслах? С любой другой женщиной было бы проще. Допустим, вы повздорили, она хлопнула дверью и отправилась к себе домой. Ты знаешь, где ее искать, куда ей позвонить или по какому адресу приехать. Словом, через какое-то время отношения налаживаются. А в случае с Бетани это невозможно. Если вы поссоритесь и она убежит, ты можешь больше никогда ее не увидеть.

— Думаешь, я этого не знаю?

Вопрос прозвучал с вызовом, но выдал неуверенность Джейса во всем, что касалось Бетани. Здесь он был до противного бессилен. По сути, Эш затронул самый главный страх, снедавший Джейса.

Столько «если». Если он не сумеет правильно выстроить игру. Если будет давить на нее слишком сильно. Если чем-то напугает Бетани… Она ведь может сбежать. Вернуться на холодные улицы, где ее подстерегают не только кредиторы Джека, но и миллион других мерзавцев и подонков. И тогда ему уже не защитить ее. Никакие его деньги и возможности не спасут ее тогда, одинокую и беззащитную.

— Так что ты намерен делать? — тихо спросил Эш. — Как собираешься действовать в случае чего?

— Не знаю, — честно признался Джейс. — Остается лишь надеяться, что у меня все получится. Вряд ли ей так дорога бездомная жизнь. Надеюсь, она хочет другой жизни и готова принять то, что я ей предлагаю.

 

Глава семнадцатая

 

Бетани погрузилась в большую ванну. Пенистые пузырьки плавали возле самого ее рта, и она дула на них, отгоняя от себя. Это была немыслимая роскошь, словно она смотрела фильм и вдруг стала его участницей. Она заколола волосы на макушке. Получилась лохматая копна, которая выглядела очень сексуально. Черные локоны, касающиеся воды. Вокруг множились все новые пузырьки. По периметру ванны перемигивались огоньки свечей. Пусть таких сцен полным-полно в каждом фильме о красивой жизни, Бетани это сейчас не заботило. Она получала удовольствие. Уже давно она научилась наслаждаться радостями жизни, если те встречались у нее на пути.

Горячая вода успокаивала и расслабляла. Судя по всему, сестра Джейса была сама не своя до свечей. Типично женские, удивительно ароматные свечи. Красивые и, наверное, дорогие. Уж явно не из магазинов «Всё за доллар».

И эта пена для ванны. Бетани очень обрадовалось, когда в одном из шкафчиков ванной обнаружила несколько бутылочек. Как и свечи, пена была недешевой. Марку Бетани знала по фильмам. Поначалу она не решалась, но искушение было слишком велико. Бетани отвернула колпачок и плеснула жидкость в воду наполнявшейся ванны.

Она набрала целую ладонь пузырьков и подула на них, со смехом глядя, как они разбегаются по воде. Чем-то они напоминали осенние листья.

— Ты так чертовски красива, что у меня в груди защемило.

Бетани вскрикнула и инстинктивно опустилась ниже. В проеме двери стоял Джейс. Руки он держал в карманах, лениво скользя глазами по ванне.

— Когда ты успел войти? — удивилась Бетани. — Я ждала тебя самое раннее через час.

Улыбающийся Джейс оторвался от дверного косяка, прошел несколько шагов и встал рядом с ванной.

— А если бы знала — не полезла бы в ванну?

— К-конечно.

— Жаль, — пробормотал он. — Я не прочь привыкнуть, чтобы ты встречала меня в таком виде. — Джейс присел на край ванны и погладил Бетани по щеке. — В мое отсутствие все было о’кей?

Она кивнула, по-прежнему смущенная его присутствием. Наверное, здесь она чувствовала себя еще уязвимее.

— Кейден и Тревор уже давали тебе советы? Они не слишком тебя напрягают?

Бетани покачала головой, затем кивнула, ответив таким образом на оба вопроса, после еще глубже опустилась в воду. Естественно, ее не радовало постоянное присутствие в гостиной двух здоровенных лбов, но телохранители изо всех сил старались быть как можно незаметнее. Настолько, насколько могут быть незаметными две горы. Но Бетани не хотелось выглядеть неблагодарной. Она до сих пор была ошеломлена заботой Джейса. Столько сделать для ее безопасности. Вообще, людям несвойственно так заботиться о чужой шкуре. Опыт ее общения с родом человеческим опровергал существование «рыцарей в белых одеждах». И откуда взялся этот Джейс?

— Малышка, глубже погружаться нельзя, иначе захлебнешься, — со смехом предостерег ее Джейс.

Он сунул руку в воду, ощупью нашел ее грудь и сжал сосок. Тот отреагировал мгновенно, превратившись в плотный бугорок. В животе у Бетани возникло приятное возбуждение и опустилось ниже.

Ее клитор запульсировал и даже слегка заболел. Этому человеку было достаточно дотронуться до нее, и у нее сносило крышу. Дыхание Бетани сбилось. Теплая вода вдруг показалась нестерпимо горячей.

— Может, в ванне хватит места для двоих? — негромко спросил Джейс.

Бетани вытаращила глаза, сомневаясь, правильно ли расслышала его слова. Парни вроде Джейса не залезали в девичьи ванны, полные пенистых пузырьков и свечек по краям. А может, залезали? Главное, хочет ли она, чтобы он оказался в ванне вместе с ней?

К тому же парни не лезли к женщине в ванну, если не рассчитывали получить нечто большее, чем купание в душистой воде.

Вопрос непростой.

Бетани облизала мгновенно пересохшие губы, беспокойно поглядывая на Джейса.

— Малышка, я задал очень сложный вопрос?

Бетани покраснела, покачала головой и сказала:

— Конечно влезай.

Неужели она это сказала? Она вела себя как сексуально ненасытная особа. Но в присутствии Джейса она становилась… смелее. Это было смешно. Не он ли одним прикосновением заставил вибрировать низ ее живота? Бетани до сих пор не могла понять, спросил он просто так или действительно был намерен влезть в ванну. Безумство какое-то. По-другому не скажешь. И в то же время присутствие Джейса делало ее увереннее. Как это ему удавалось? «Уверенность» — слово не из ее лексикона. Бетани и в лучшие времена не считала себя уверенной.

Осторожной — да. Настороженной? Конечно. Она научилась оценивать каждую ситуацию, каждого человека, взвешивать каждое свое слово. Она всегда искала в поступках других скрытые намерения, поскольку люди никогда ничего не делали просто так. На все ее бесчисленные вопросы находился только один ответ: Джейс собирался влезть в ванну, поскольку он хотел… ее. Бетани было нечего ему предложить, кроме себя.

Джейс ласково смотрел на нее. Он еще раз дотронулся до соска и спросил:

— Так ты хочешь, чтобы я залез к тебе?

— Д-да, — ответила Бетани.

Теперь ее ответ был увереннее. Она научится уверенности. Это ощущение ей очень нравилось. Так здорово чувствовать уверенность в себе.

Джейс обрадовался. Он порывисто встал и торопливо разделся, побросав всю одежду на столешницу рядом с умывальником. Бетани не могла оторвать от него взгляд. У Джейса была чертовски красивая, настоящая мужская фигура. Бетани пожирала его глазами, запоминая каждую часть его тела.

Мускулистые руки, такие же ноги, мускулистая грудь… Темная полоса волос, тянущаяся от груди до самого лобка. И потрясающая копна волос на голове. Они закрывали лоб и падали до шеи. Бетани отчаянно захотелось запустить пальцы в эти шелковистые пряди и наматывать их на пальцы, как она делала в ту ночь, когда у нее был секс втроем.

Бетани удивлялась себе. Она четко помнила все эпизоды той ночи, связанные с Джейсом. Но воспоминания об Эше размылись и, по большей части, исчезли из ее памяти. Она помнила рот Джейса, его руки, член, прикосновение его тела, его властное нетерпение, когда он был внутри ее. Потом она не раз прокручивала эти сцены у себя в голове.

И теперь он собирается залезть к ней в ванну. В его красивых карих глазах отражались властность и желание жаркого секса. Глаза были настолько темными, что зрачок и радужная оболочка почти сливались. Но в этих глазах было что-то еще. Нежность. Казалось, он пытается скрыть свой требовательный взгляд за пеленой нежности.

— Так ты готов? — вырвалось у нее.

Джейс замер на бортике ванны, держась рукой за мраморную поверхность.

— Малышка, о чем ты сейчас думаешь? — вдруг спросил он.

— О том, что ты… красивый.

На мгновение он испытал почти замешательство. Было очень странно видеть тридцативосьмилетнего мужчину, который вдруг ошеломленно разинул рот. И все из-за нее. Да, прекрасная это штука — уверенность в себе.

— Это ты красивая, Бетани. Настолько красивая, что мне на тебя не наглядеться. Так бы и стоял целую вечность и смотрел на тебя. Твоей красотой можно любоваться весь день и не устать.



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2016-02-13 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: