Он тоже стоял рядом. Глаза этого человека закрывались, все темнело, и он должен был умереть в следующее мгновение.





- А где третий сын?

- Не пытайся встать, - сказала жена, - он тоже здесь, сидит слева от тебя. Мы все здесь. Все собрались, мы все здесь.

Человек очень встревожился. Он сел в кровати и сказал:

- Что значит все? А кто же остался в лавке?

Он умирает! Он спрашивает о сыновьях не потому, что хочет, чтобы они были рядом. Фактически, он спрашивает, открыта ли еще лавка и не пришлось ли им ее закрыть, чтоб собраться вокруг него.

Даже в момент смерти в твоем уме будет лавка. Если лавка была всей твоей жизнью, это естественно. В момент смерти выйдет на поверхность только то, что ты практиковал всю жизнь. Смерть поможет тому, что было в тебе драгоценного, выйти на поверхность.

Не откладывай! Есть много уловок откладывания, и вот величайшая: "Бога не нужно искать сегодня, я найду его завтра. Если я не найду его в этой жизни, так найду в следующей". И ты продолжаешь делать то, что делаешь, шаг за шагом двигаясь в этом направлении - иногда постясь, иногда читая мантры, иногда ходя в храм - таким образом, постепенно когда-нибудь ты найдешь. Ты также знаешь, что не хочешь найти Бога. Поэтому я говорю, что если ты хочешь найти Бога, это возможно прямо сейчас. Не воображай, что Бог недоступен; это ты не готов его принять. Небо открыто, но ты сидишь, закрыв все двери и окна. Ты так боишься Бога, что веришь в теории, дающие тебе повод откладывать.

Какова мораль всего этого? Мораль такова, что ты спишь, и тебе снится, что ты потерял Бога.

Ты должен проснуться от этого сна. Ты должен внести в него осознанность. Внезапно ты понимаешь, что Божественное нельзя потерять, точно, как рыба в океане не может потерять океан - она рождается в океане, живет в океане, умирает в океане. И все же рыбу можно в любой момент выбросить из моря - но тебя нельзя выбросить из существования. Ни одна волна не может тебя выбросить, потому что снаружи существования нет берега, на который она могла бы тебя выбросить. И никакой рыбак не может тебя вытащить, потому что нет другого рыбака, кроме Бога. Тебя не может выбросить на песок, потому что песок есть Бог, океан есть Бог. Нет ни пространства, ни времени, ни пути выйти за пределы существования. Быть внутри существования - это единственный способ быть. Тогда как тебе удалось забыть это? Как тогда ты это упустил? Конечно, должно быть, это твоя идея. В своем воображении, мысли, бессознательном ты потерял Бога.

Нет необходимости использовать жестокие методы. Твое эго как мыльный пузырь, который можно проткнуть даже иглой. Малейший укол, и он лопнет. Удивительно, как тебе удается его поддерживать. Удивительно, как он не лопается прямо сейчас: он может лопнуть, но ты его защищаешь. Ты защищаешь тонкую поверхность этого шара. Как тебе удается защищать его всю жизнь, это просто чудо.

Те, кто испытал Божественное, ничего не достигли. Они только открыли заново то, что уже было. Те, кто потерял Бога, - их достижение поразительно... это чудо, потому что они хотят добиться того, что нельзя потерять. Ты просто создал иллюзию, что потерял его.

Когда Будда нашел просветление, кто-то его спросил:

- Чего ты достиг?

- Ничего, - сказал Будда. - Напротив, что-то я потерял. То, что я нашел, уже было.

Сказать, что это достигнуто, неправильно. То, чего не было, было утрачено, а то, что есть, стало очевидным.

Второй вопрос:

Ты сказал, что мы заняты тем, что скрываем, кто мы такие на самом деле, и показываем что-то другое. Я могу сказать из собственного опыта, как справедливо это относительно обычных людей. Но по какой причине из всех животных только животное под названием человек становится жертвой этого притворства?

Человек заблуждается только потому, что у него есть потенциал подняться к предельному. Животные не заблуждаются, потому что не могут подняться высоко. С возможностью подняться к предельному, открывается и возможность заблудиться. Только тот поднимается, кто может упасть. Тот, кто не поднимается, не может и упасть. Когда маленький ребенок ползает по земле, он не падает, но когда он начинает ходить, он начинает и падать - и разбивать коленки. Тот, кто встает, рискует упасть. Но радость стояния стоит того, чтобы рискнуть. В животных нет притворства, потому что у животного нет достаточной осознанности, оно не может даже показать другим, кто оно такое. Оно не знает себя, оно живет в абсолютной темноте. Оно никогда не думает о том, что могут подумать о нем другие. Человек выпрямляется, и, выпрямившись, он видит других.

Ты никогда не замечал, что, вставая утром, ты не осознаешь себя? Сначала ты замечаешь комнату, предметы в комнате - потом часы на стене... Вставая утром, ты слышишь звук шагов молочника снаружи, ты слышишь, как жена возится на кухне, сын собирается в школу, складывает сумку, ты слышишь все эти звуки. Ты совершенно не осознаешь себя, но немедленно замечаешь другие вещи.

Человек проснулся из животного состояния. Проснувшись, он смог узнать мир внешнего. И все же должно быть еще одно пробуждение, в котором он узнает себя. Это пробуждение случилось с Сахаджо, Кабиром, Нанаком, Даду.

Первое пробуждение - выйти за пределы животного. За ним следует второе пробуждение - выйти за пределы человеческого. Это тотальное пробуждение. Проснуться из животного состояния - половина пробуждения. Проснуться из животного состояния означает, что ты начинаешь познавать других, но все же не знаешь себя. Ты все еще на полпути к выходу из сна. Теперь свет падает на других, но он еще не обратился на тебя самого. Если ты продолжаешь просыпаться, свет обратится и на тебя. Ты не только услышишь голоса других, ты осознаешь и себя. Эта осознанность дает человеку возможность быть религиозным.

В животных нет притворства. Они не носят ни украшений, ни одежды, не наряжаются на вечеринки. Они не знают, что другие их видят, и эти другие прихорашиваются, чтобы выглядеть лучше. У них нет такого опыта. Они спят в глубоко бессознательном состоянии.

Есть определенное сходство между животными и мудрецами. Сходство в том, что животные спят в глубокой бессознательности, которой ничто не противостоит - есть только бессознательность и еще большая бессознательность. В мудреце тоже нет противоположного течения - есть только осознанность и еще большая осознанность. Животное не заинтересовано в том, чтобы выставлять себя напоказ, потому что оно не сознает других. Мудрец не заинтересован в том, чтобы выставлять себя напоказ, потому что познал себя. Человек висит в промежутке между ними двумя: половина его животна и темна, половина пробуждена и полна света.

Из той половины, которая пробуждена, он видит других, видит суждения в их глазах. Кто-то счастлив, видя его, а иногда ему кажется, что его ненавидят: "Что мне делать, чтобы меня не ненавидели? Что мне сделать, чтобы я не чувствовал обиды, чтобы люди уважали меня?" Он смотрит на других.

Животное - это своего рода блаженство - но это блаженство бессознательно. Они сами не знают, что блаженны. Мудрец пребывает в великом блаженстве - он знает, что есть блаженство, только блаженство и больше ничего. Животное спокойно, мудрец тоже спокоен. Человек находится между ними, и он беспокоен. Он наполовину животное, наполовину Бог - это его беспокойство. Человек похож на бога Нарасимху, полульва-получеловека. Ни один символ не подходит лучше Нарасимхи, индуистского воплощения Бога.

Внутри человека огромное беспокойство, потому что половина его как камень тянет его вниз, к бессознательному, а половина хочет подняться вверх, в небеса. Вес не позволяет ему летать. И из-за этой тяги к полету он не может наслаждаться и весом камня.

Камень не шевелится, он блажен. Птица летает, она блаженна. Вообрази птицу, которая наполовину птица, наполовину камень, - она будет страдать, ты увидишь, что она страдает, у нее нет покоя. Если бы она была камнем, то лежала бы в тени дерева; она бы спокойно видела сны. Если бы она была полностью птицей, она летала бы в небе, стремилась бы к солнцу. Но наполовину птица, наполовину камень не может летать. Ни покой, ни полет невозможны. И она страдает в этом беспокойстве, она бьет крыльями. Это ситуация человека.

Есть два пути: либо вернуться к животному состоянию, стать полностью камнем, либо разбудить ту часть, которая не совсем как камень, и позволить ей найти крылья и летать как птица.

Большинство людей склонны становиться камнем, хотя этот выбор невозможен, это просто самообман. Дорога никуда не ведет. Что делает человек, пьющий алкоголь? Он говорит:

- Я забуду стремление летать. Я хорош таким, как есть, дайте мне остаться камнем.

И ты найдешь, что пьяный лежит в канаве: в нем исчезло стремление не то что летать, но даже ходить. Другие его осознают, но для него и речи быть не может о том, чтобы осознавать кого-то другого. Может быть, собака лижет его лицо в канаве, его это не волнует. Над ним соберутся мухи, его это не заботит. Он ничего не слышит. Приняв алкоголь, он сделал ту часть, у которой были крылья, бессознательной.

Но сколько ты можешь оставаться бессознательным? Настанет утро, и сознание вернется. Тогда ум будет наполнен великим самоосуждением. Тогда ты будешь раскаиваться. Ты будешь страдать: "Что я делаю? Что происходит со мной?" И из-за этого страдания, из-за этого беспокойства на следующий день ты выпьешь еще больше, потому что теперь, кажется, нет другого способа утопить это беспокойство. Сформируется порочный круг, и ты будешь пить, чтобы забыть о нем. В сознательном состоянии твои страдания и боль будут интенсивнее: "Что я делаю со своей жизнью?" Тогда, чтобы забыть это беспокойство, ты пьешь еще больше - и этому не будет конца.

Алкоголь и медитация... Как я сказал, есть сходство между животными и мудрецами - и то же сходство есть между алкоголем и медитацией. Алкоголь - это движение назад, медитация - движение вперед. Алкоголь значит приятие камня, медитация - превращение камня в птицу. Поэтому все медитирующие были противниками алкоголя; другой причины нет. В самом алкоголе нет проблемы. Что общего имеет медитация с алкоголем? Причина только в том, что ты пытаешься идти назад, а это невозможно. В этом мире ты не можешь забыть ничего из того, что ты делаешь. Знание, которое случилось с тобой, нельзя стереть. То, что ты пережил, нельзя выбросить из опыта. Нет пути в обратном направлении. Ребенок вырастает и становится молодым человеком - как опять сделать его ребенком?

Ты рождаешься из матки, как поместить тебя обратно в матку? Жизнь идет только вперед, нет пути назад. Поэтому медитирующий против алкоголя. Дело не в алкоголе, дело в твоем желании упасть назад - и ты не сможешь оставаться внизу, тебе придется вставать. Каждый раз при попытке встать ты будешь больше и больше спотыкаться. Даже простая ходьба станет трудной. Упасть будет невозможно, ты не можешь идти назад, и тогда твоя дилемма будет огромной. Тоска и напряжение у тебя внутри станут огромными. Ты будешь разломлен на части - Сахаджо называет это расщепленным умом, - ты станешь шизофреником. Ум будет разбит. Зеркало ума разобьется на части, и ты не сможешь найти и тени истины. Тогда ты не сможешь увидеть даже отражения Божественного.

Медитация - это тоже алкоголь: это алкоголь осознанности. Бессознательное тоже опьяняет, но можно ли его сравнить с опьянением осознанности? Осознанность опьяняет. Сахаджо говорит: ... нога спотыкается, утрачен контроль, - тогда о них заботится Божественное. В опьянении осознанности у тебя заплетаются ноги... тогда о тебе заботится Божественное. Теперь у тебя внутри не осталось никого, кто мог бы заботиться.

Медитирующий движется, танцует в опьянении - пьяный тоже движется, тоже танцует - но в танце медитирующего ты найдешь аромат неизвестного, аромат истины. В танце пьяного ты найдешь гнилой дух бессознательности, сна, отупения. Есть огромная разница. Пьяный похож на гниющий цветок. Медитирующий похож на бутон, который пришел к полному цветению.

Это правильный вопрос - только человек заинтересован в притворстве и показухе - потому что человек несколько пробужден, а животные спят. Не думай, что в этом наше несчастье. Это наше счастье, потому что это первый шаг к тому, чтобы стать мудрецом. Но не думай, что это все, не останавливайся на этом - иначе это будет несчастьем. Ступени лестницы приведут тебя вверх, если ты оставляешь их позади одну за другой. Если ты продолжаешь двигаться, если ты наступаешь на ступеньку и движешься дальше, тогда лестница становится для тебя благословением. Если ты держишься за ступеньку, это несчастье, тогда она никуда тебя не приведет. Тогда ты не ниже и не выше; ты ни там, ни сям.

Желание создать фасад - это первый шаг к тому, чтобы стать красивым, и все же ты заинтересован в том, чтобы другие считали тебя красивым. Когда ты еще немного проснешься, твоим интересом будет: как я могу быть красивым? Знают об этом другие или нет - не важно. Потому что быть красивым само по себе радостно; в тебе будет мир. Знают об этом другие или нет - не важно. Если я беспокоен внутри и продолжаю думать, что спокоен, что я от этого выиграю? Какой в этом смысл? Это не уменьшает моего беспокойства, это беспокойство не исчезает. Напротив, во мне возникает новая проблема. У меня внутри беспокойство, а снаружи я пытаюсь показать, что я спокоен: не остается даже никакого места, чтобы быть беспокойным или чтобы выразить это беспокойство. Это тоже не поможет.

Возникает гнев, он вскипает, а я улыбаюсь, чтобы этот гнев никто не заметил. Другие не должны знать, что я злой человек. Поэтому, с одной стороны, внутри продолжается гнев и беспокойство, а поверх этого ты навязываешь улыбку. Ложная улыбка только добавит беспокойства.

Поэтому не имеет смысла показывать другим ложное лицо, но это ступень лестницы. Пытаться сохранить лицо перед другими, по крайней мере, означает: ты начинаешь немного осознавать, что ты можешь быть красивым, счастливым, здоровым. Ты приобрел некую осознанность, что внутри тебя есть вина, на которой может играть Божественное. Эта осознанность красива - но пойди немного дальше. Шаг за шагом ты найдешь, что эта осознанность приведет тебя в состояние, в котором ты разбудишь у себя внутри прекрасное и перестанешь беспокоиться о том, что подумают другие. Ты создашь покой внутри и перестанешь заботиться о наружном. Ты трансформируешь свое внутреннее существо и перестанешь заботиться о внешнем поведении. И тогда поведение последует как тень.

Будда сказал: "Когда повозка движется, за ней остаются следы колес". Таким же образом, когда происходит внутренняя революция, твое поведение следует за ней - как следы, оставленные колесами повозки. Эс дхаммо санато, это вечный закон. Именно так всегда и было.

Как может внешнее оставаться неизменным, когда изменилось внутреннее? Когда ты становишься красивым в своем внутреннем существе, лучи этой красоты начнут распространяться во все стороны. По-другому это никак невозможно. Когда в доме зажжена лампа, свет сияет сквозь окна, сквозь двери, сквозь каждое отверстие. Издалека люди увидят, что в доме зажжена лампа. Даже в темноте этот свет осветит им дорогу. Когда внутри растет сознание, поведение меняется автоматически. Это свет движется наружу.

Но ты делаешь прямо противоположное: твоя лампа не зажжена, но ты помещаешь какой-то свет на внешние стены и окна, чтобы люди думали, что в доме есть свет. Но так темнота внутри не исчезает; напротив, кажется еще темнее. И ты продолжаешь тонуть в тревоге, твоя жизнь становится адом.

Нет, стремление стать красивым хорошо, но оно приняло неправильное направление. Ты хочешь быть красивым в глазах других - это неправильное направление. Это видение нерелигиозного человека. Религиозный человек тоже хочет быть красивым, но не заботится о других. Он закрывает глаза и смотрит внутрь на красоту предельного. Он тонет в ней, он погружается в нее.

Хорошо, что вы не остались в животном состоянии. Но если вы останетесь такими, как есть, то позавидуете даже животным, потому что теперь старый дом остался позади, а новый еще не найден. Радость животности потеряна, а блаженство Божественного еще не достигнуто. Ты просто висишь между этажами. Хорошо, что ты покинул старый дом - теперь создай новый! И не думай о том, чтобы вернуться к старому - никому еще это не удавалось.

Нерелигиозный человек - это неудачник. Он никогда не может добиться успеха. Его процесс не гармоничен с существованием, не сонастроен с вечным законом. Он пытается стать молодым; если он молод, он пытается стать ребенком - но это значит пятиться назад. Он никуда не сможет пойти и потеряется в этом усилии.

Ты счастлив в том, что осознаешь красоту. Позволь этой осознанности расти; попытайся быть красивым внутри, не в украшениях, но во внутреннем существе. Тогда ты изменишь не одежду, тогда ты изменишь внутреннее сознание. Ты забудешь о том, что говорят другие. Тогда радость бытия самим собой будет такой глубокой, что тебя не будут заботить мнения других. У тебя есть бриллиант. Кабир говорит: "Если человек находит бриллиант, он кладет его в карман". Молча, он кладет его в карман и уходит. Кто тогда захочет показывать его на рыночной площади?

Я слышал о городе, в котором жил Мулла Насреддин. Это был маленький город. И в нем была старая традиция: если кто-то что-то нашел, он должен пойти на рынок и трижды громко сказать: я нашел бриллиант, рупию или сто рупий. Если это кому-то принадлежит, этот человек может взять свое обратно. Нашедший должен объявить три раза, и если никто не потребует эту вещь, он становится ее владельцем. Если кто-то ее потребует, вещь нужно вернуть.

Мулла Насреддин нашел бриллиант. Согласно правилу он пришел на рынок, объявил три раза, что нашел бриллиант и, если у него есть владелец, пусть он его возьмет. Никто не объявился, и он вернулся с бриллиантом домой.

Жена спросила:

- Где ты был среди ночи?

- Ходил на рынок, - сказал он.

Он пошел на рынок ночью, когда никого не было и все спали. Он последовал традиции, но сказал это таким тихим голосом, что сам себя не слышал. Он боялся, что даже ночью его может услышать какой-нибудь нищий, или лавочник проснется и скажет, что бриллиант его. Он сказал это так тихо, что даже сам едва услышал. И вернувшись домой, он сказал:

- Он наш.

Когда ты находишь бриллиант, это твое состояние ума. Кто захочет рассказать об этом всем? Рассказывать другим опасно. Именно поэтому Сахаджо говорит: повторяй его имя в своем сердце. Даже губы не должны знать. Даже ты сам не должен знать - ... чтобы знали лишь ты и Бог. Самое большее, ты можешь знать сам - и Божественное. Было бы лучше... у этого утверждения может быть два смысла: ты - или Божественное: либо ты, либо Божественное, одно из двух. Может быть, это и есть правильный смысл. Было бы лучше, если бы не знал даже ты и знало только Божественное.

Вообще никто не должен знать. Что можно сказать? Только те, у кого ничего нет, объявят об этом. Тем, у кого оно есть, самого этого достаточно, и не нужно никаких других объявлений. Когда ты пытаешься кого-то убедить, крича, что ты человек с хорошим характером, даже тогда ты сам знаешь, что это не так. Иначе не было бы необходимости объявлять и кричать об этом.

В одном из своих эссе Бертран Рассел написал - и я с ним согласен, - что если в толпе где-то кто-то ограблен, если кому-то разрезали карман, тогда вору, если он хочет спастись, самое главное закричать: "Порезали карман! Кто это сделал? Лови вора!" Тогда другие даже не посмотрят на него и не подумают, что он может быть вором. Этот человек покажется невиновным, потому что он пытается поймать вора.

В обществе часто происходит так, что люди, которые осуждают характеры других или поднимают большой шум вокруг чьего-то характера, - это те, кто хочет сам спрятаться в этом шуме. Если ловят проститутку, толпа, которая бросает в нее камни, часто состоит из ее собственных клиентов. Теперь они боятся, что, если они не пойдут и не бросят в нее камень, другие люди в округе подумают, что они ее клиенты! Поэтому среди первых, кто бросит камни, вы найдете ее главных клиентов.

Есть случай из жизни Иисуса. К нему привели прелюбодейку, и люди сказали: "Мы ее убьем, потому что в еврейских писаниях сказано, что женщина, совершившая прелюбодеяние, должна быть забита камнями до смерти".

Иисус сказал: "То, что написано в книге, правильно, вы можете убить ее камнями. Возьмите в руки камни". Иисус сидел на берегу реки, и вокруг было много камней. Все они взяли камни, и Иисус сказал: "Слушайте, я скажу еще одно: пусть тот, кто без греха, первый бросит в нее камень" - камень мог бросить только человек, который никогда не испытывал сексуального чувства к этой женщине. Религиозные люди города, которые стояли в первых рядах, выронили камни и шаг за шагом стали отступать в задние ряды - потому что они и были настоящими грешниками.

И говорят, что постепенно люди разошлись, и Иисус остался наедине с этой женщиной. Она плакала. Она упала к его ногам и сказала:

- Прости меня. Я совершила много грехов.

- Кто я, чтобы тебя прощать? - сказал Иисус. - И кто я, чтобы называть тебя грешной? Это личное дело между тобой и Богом. Ты должна уладить это с Богом.

Только те осуждают, кто принимал какое-то участие в том, что осуждено. Иисус сказал:

- Кто я, чтобы судить? Если я наблюдаю за собой, этого достаточно. Кто я, чтобы вмешиваться в твою жизнь? Кем ты могла стать, той ты стала. Может быть, так захотел Бог. Это дело должно быть решено между тобой и Богом. Если ты чувствуешь, что сделала что-то неправильное, не делай этого снова. Кто я, чтобы решать? Я не судья.





Читайте также:
Жанры народного творчества: Эпохи, люди, их культуры неповторимы. Каждая из них имеет...
История русского литературного языка: Русский литературный язык прошел сложный путь развития...
Новые русские слова в современном русском языке и их значения: Менсплейнинг – это когда мужчина что-то объясняет...
Основные факторы риска неинфекционных заболеваний: Основные факторы риска неинфекционных заболеваний, увеличивающие вероятность...

Рекомендуемые страницы:



Вам нужно быстро и легко написать вашу работу? Тогда вам сюда...

Поиск по сайту

©2015-2021 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2016-03-24 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту:

Мы поможем в написании ваших работ! Мы поможем в написании ваших работ! Мы поможем в написании ваших работ!
Обратная связь
0.022 с.