ЦEPKOBЬ СВЯТОЙ ЖЕНЕВЬЕВЫ (ПАНТЕОН)




Билет № 24

Восемнадцатое столетие во Франции необычайно богато событиями в истории и культуре: крушение абсолютизма и Великая французская революция, просветительство, расцвет литературы и театра, музыки и изобразительного искусства.

В XVIII в. расстановка сил в художественной жизни Европы измени­лась. Италия, хранительница культурных традиций прошедших веков, превратилась в своеобразный музей великих памятников про­шлого. Однако в XVIII столетии равных им уже не создавалось. Итальянские государства беднели, мастера не получали крупных заказов и вынуждены были искать их за границей. И всё же в это время здесь работали выдающиеся художники. В первой половине XVIII столетия в Ита­лии и странах, находившихся под её влиянием (в Центральной Европе, Гер­мании), наступил новый расцвет искусства барокко.

Во Франции, которая в XVII в. стала родиной классицизма, барокко не по­лучило широкого распространения. В начале XVIII в. здесь появился новый стиль —рококо (от франц. rocaille — «раковина»). Название раскрывает са­мую характерную его черту — пристрастие к сложным, изысканным фор­мам, причудливым линиям, напоминающим прихотливый силуэт раковины. Искусство рококо обращено к миру человеческих чувств, неуловимых, тон­ких оттенков настроений. Этот стиль просуществовал недолго — пример­но до 40-х гг., но его влияние на европейскую культуру ощущалось до кон­ца столетия.

С середины XVIII в. европейское искусство вновь обратилось к античнос­ти, что объясняется несколькими причинами. Одна из них — достижения археологии. Начавшиеся в 40-х гг. раскопки Помпей — древнего города в Италии, засыпанного пеплом при извержении Везувия в 79 г. н. э., — откры­ли удивительные по красоте и богатству памятники искусства и вызвали ог­ромный интерес к античной культуре. Однако более важная причина кро­ется в распространении идей Просвещения. Просветители, размышляя о совершенствовании личности и путях переустройства общества, приходи­ли к поискам идеала, который они видели в истории и культуре Древней Гре­ции и Древнего Рима.

* Сложившийся на этой почве стиль получил название неоклассицизм (т. е. новый классицизм). Далеко не во всех странах неоклассицизм сменил стиль рококо. Так было во Франции, в Италии (где рококо сосуществовало с барокко) и отчасти в Германии. В искусстве других стран, например в России, черты рококо и нео­классицизма оригинально переплелись.

В XVIII в. резко уменьшилась зависимость художников от частных заказ­чиков. Главным судьёй произведений искусства стало общественное мнение. Появилась художественная критика, задачи которой заключались в оценке про­изведений искусства с точки зрения всего общества. Первые критики — вы­дающиеся философы Просвещения Дени Дидро, Жан Жак Руссо и другие - писали о театре, музыке и живописи.

Во Франции, где новые формы искусства возникали особенно быстро, важным событием художественной жизни стали публичные выставки — Са­лоны, которые ежегодно (начиная с 1667 г.) организовывала парижская Ко­ролевская академия живописи и скульптуры при поддержке двора. Успех в Салоне означал для живописца или скульптора настоящее признание, но добиться признания там было непросто. Произведения для Салонов отбира­ла особая комиссия академии. Участвовать в этих выставках стремились не только французы, но и мастера из других стран. Постепенно Париж пре­вратился в общеевропейский художественный центр.

*Просвещение — идейное течение в странах Европы XVIIIначала XIX в. Глав­ную свою задачу его пред­ставители видели в том, что­бы через образование и просвещение показать людям несовершенство их жизни и морального облика и найти путь к созда­нию идеального общества и идеальной личности.

**Первоначально большие официальные выставки парижской Королевской академии живописи и скульптуры проходили в Квадратном салоне Лувра. Поэтому их стали называть Салонами.

АРХИТЕКТУРА

Архитектура XVIII столетия во Франции традиционно разделяется на два пе­риода, которым соответствуют два архитектурных стиля: в первой полови­не XVIII в. господствующее положение занимает рококо, во второй — неоклассицизм. Эти стили во всём противоположны друг другу, поэтому переход от рококо к неоклассицизму часто называют «бунтом».

Стиль рококо отошёл от строгих правил классицизма XVII в.; его масте­ров больше привлекали чувственные, свободные формы. Архитектура роко­ко ещё сильнее, чем барокко, стремилась сделать очертания сооружений бо­лее динамичными, а их убранство — более декоративным, однако она отвергла торжественность барокко и его тесную связь с Католической Церковью.

Самого слова «неоклассицизм» в XVIII в. ещё не существовало. Критики и художники пользовались другими определениями — «истинный стиль» или «возрождение искусств». Интерес к античности в XVIII столетии при­обрёл научный характер: археологи начали методические раскопки древ­них памятников, архитекторы стали делать точные обмеры и чертежи со­хранившихся фрагментов и руин. Для неоклассицистов архитектура была способом переустройства мира. Появились утопические проекты, в кото­рых воплощались идеалы эпохи Просвещения; позднее они получили на­звание «говорящая архитектура».

АРХИТЕКТУРА РОКОКО

Рококо возникло в последние годы правления короля Людовика XIV (1643—1715 гг.), но в отличие от всех предшествовавших ему стилей французской архитектуры не было придворным искусством. Большин­ство построек рококо — это част­ные дома французской аристокра­тии: богатые городские особняки (во Франции их называли «отеля­ми») и загородные дворцы.

Как правило, высокая ограда от­деляла особняк от города, скрывая жизнь владельцев дома. Комнаты отелей часто имели криволиней­ные очертания; они не располага­лись анфиладой, как было принято в особняках XVII в., а образовывали очень изящные асимметричные композиции. В центре обычно по­мещался парадный зал, так называ­емый салон. Комнаты были гораздо меньше, чем залы дворцов эпохи классицизма, и с более низкими по­толками. А окна в этих особняках де­лали очень большими, почти от по­ла. Интерьеры построек рококо были оформлены скульптурными и резными украшениями, живописью на фантастические темы и множест­вом зеркал.

Отель Субиз в Париже построен для принца де Субиза в 1705 — 1709 гг. по проекту Пьера Алексиса Деламера (1675—1745). Как и другие особняки, он отгорожен от прилега­ющих к нему улиц высокой стеной с роскошными въездными воротами.

*Анфилада (франц. enfilade, отenfiler — «нанизывать на нить») — ряд последова­тельно располагающихся друг за другом помещений, двер­ные проёмы которых нахо­дятся на одной оси.

Рококо

1 — Бант из хризолита. Середина XVIII в.;

2 — Миска с крышкой. Фаянс. Около 1765 г.

Франция;

3 —"Часы с мопсиками. Середина XVIII в. Франция;

4 — Дверь. XVIII в. Германия;

5 — Замок Амалиенбург. Интерьер. 1734—1739 гг.

Германия;

6 — Комод;

7 — Кресло. XVIII в. Франция.

Эмманюэль Эре де Корни. Площадь Станислава. 1752—1755 гг.

Пьер Алексис Деламер. Отель Субиз. 1705—1709 гг. Париж.

Жермен Боффран. Овальный салон отеля Субиз. 1735—1738 гг. Париж.

В интерьере отеля Субиз особенно интересен Овальный салон (1735— 1738 гг.), созданный в стиле рококо архитектором, скульптором и де­коратором Жерменом Боффраном (1667—1754). Здесь все углы закруг­лены, нет ни одной прямой линии, даже переход от стен к потолку за­маскирован картинами, помещён­ными в рамы криволинейных очер­таний. Все стены украшены резными панелями, позолоченными орнамен­тами и зеркалами, которые словно расширяют пространство, придавая ему неопределённость.

В эпоху рококо был создан также один из самых красивых городских ансамблей Франции — ансамбль трёх площадей в городе Нанси в Лотарингии (на востоке страны), построенный в 1752—1755 гг. по за­казу Станислава I, герцога Лотарингского. Автором этого проекта был ученик Боффрана Эмманюэль Эре де Корни (1705—1763).

Королевская площадь — перед Дворцом правительства — представляет собой как бы огромный парад­ный двор, почти овальный. Всю пло­щадь обегает колоннада, которая включает в себя также портик Двор­ца. С него открывается вид на узкую и длинную, засаженную деревьями площадь Карьер, которая завершает­ся триумфальной аркой. Она обозна­чает вход на главную площадь ан­самбля — прямоугольную площадь Станислава. Угловые въезды на неё оформлены коваными решётками и воротами с изящным позолоченным узором. В центре расположен кон­ный монумент герцога Станислава I. Ансамбль в Нанси хронологиче­ски завершает эпоху рококо.

ЖАК АНЖ ГАБРИЕЛЬ И АРХИТЕКТУРА НЕОКЛАССИЦИЗМА

Жак Анж Габриель (1698—1782) происходил из семьи известных французских архитекторов. Его отец, Жак Габриель Пятый (1667— 1742), был придворным архитекто­ром короля. В 1741 г. сын занял его место. Жак Анж Габриель был также президентом Академии архитекту­ры. Он работал только по королев­ским заказам, поэтому его можно считать выразителем официально­го вкуса во французской архитекту­ре середины XVIII в.Творчество Жака Анжа Габриеля не принадле­жит в полной мере неоклассицизму, хотя, конечно же, в нём отразились новые веяния.

*Портик (от лат. —porticus) — галерея, образованная колоннами или столбами, как правило, перед входом в здание, с фронтоном (треугольным завершением, образованным скатами крыши и карнизом) или аттиком (стенкой над карнизом, украшенной скульптурой или надписями).

МАЛЫЙ ТРИАНОН

Людовик XV (1715—1774 гг.) и его фаворитка маркиза де Пом­падур были страстно увлечены ботаникой. Король решил соору­дить в Версале ферму для занятий сельским хозяйством, а также устроить ботанический сад и оранжереи. Возвести здесь изящное здание, которое назвали Малым Трианоном (слово «трианон» обо­значало тогда место уединения или тихоговремяпрепровождения в кругу близких друзей), было поручено Жаку Анжу Габриелю. Ра­боты продолжались с 1762 по 1764 г., а интерьеры были завер­шены лишь в 1768 г.

Малый Трианонне роскошный загородный дворец. Это ско­рее особняк, вынесенный на природу. Кубическую форму здания с чёткими гранями углов не нарушают обильные украшения. Все его фасады оформлены в едином стиле, но каждый — по-своему. Главный (входной) и задний фасады украшены пилястрами — плос­кими вертикальными выступами стен в виде четырёхгранных стол­бов, имеющих те же детали, что и колонна: основание (базу), ствол и венчающую часть (капитель). Левый фасад украшен колоннами, правый же ни колонн, ни пилястров не имеет. На всех фасадах только прямые линии без единого изгиба.

К главному фасаду ведёт подъездная аллея. Правый и задний фасады выходят в английский пейзажный парк — один из немногих во Франции. К левому фасаду примыкает французский регулярный парк (как бы уменьшенная модель Версальского пар­ка), в конце которого расположен Французский павильон, также построенный Габриелем.

Как снаружи, так и внутри Малый Трианон производит впе­чатление благородной простоты и сдержанности. Здесь сочета­ются противоположности: изысканность и строгость, парадность и скромность, монументальность и внимание к деталям. Всё это делает Малый Трианон одним из самых замечательных произве­дений в истории европейской архитектуры.

Жак Анж Габриель. Малый Трианон. 1762—1764 гг. Версаль.

Самые знаменитые проекты Габ­риеля созданы в 50-е гг. Среди них здание Военной школы в Париже (1751—1775 гг.; ныне в нём размеща­ется Военная академия), замыкающее собой Марсово поле (площадь на ле­вом берегу Сены, во второй полови­не XVIII в. — место учений и парадов воспитанников Военной школы), Французский павильон (1749— 1750 гг.) и роскошное, богато укра­шенное помещение Оперы (1748— 1770 гг.) в Версале — резиденции французских королей близ Парижа. Там же, в Версале, в 1762—1764 гг. Га­бриель создал Малый Трианон, по праву считающийся шедевром архи­тектуры XVIII в.

Наиболее значительным произ­ведением Жака Анжа Габриеля в Па­риже стала площадь Людовика XV (ныне площадь Согласия). Король решил устроить эту площадь в кон­це парка Тюильри, где был тогда ог­ромный пустырь. В 1753 г. после конкурса, в котором участвовало множество архитекторов, оконча­тельный выбор пал на проект Га­бриеля. Сооружали площадь вплоть до 1775 г.

В отличие от замкнутых париж­ских площадей XVII в., окружённых зданиями, площадь ЛюдовикаXV открыта городу. С запада и востока к ней примыкают аллеи проспекта Елисейские Поля и парка Тюильри, а с юга — набережная Сены.Лишь с северной стороны на площадь вы­ходят здания дворцов. В центре рас­полагалась конная статуя Людови­ка XV работы скульптора Эдма Бушардона. В годы Великой Фран­цузской революции (1789—1799 гг.) статую короля снесли. В 1793 г. в центре площади была установлена гильотина: здесь проходили казни. В 1836 г. место гильотины занял еги­петский обелиск, сохранившийся до наших дней. Этот обелиск высо­той двадцать три метра, стоявший ранее в храме фараона Рамсеса II в Фивах, подарил Франции египет­ский паша Мехмет-Али. Позднее в торце улицы Рояль, проложенной

Жак Анж Габриель.

Площадь Людовика XV в Париже. 1753—1775 гг. Гравюра.

Жак Анж Габриель.

Площадь Людовика XV (площадь Согласия) в Париже. 1753—1775 гг. Гравюра.

между зданиями дворцов, была воз­ведена церковь Мадлен (1806— 1842 гг.). Хотя она и не принад­лежит к ансамблю площади, но включается в него так же, как здание Бурбонского дворца (1722—1727 гг., портик — 1804—1807 гг.; ныне Па­лата депутатов), расположенное на другом берегу Сены напротив церк­ви Мадлен. Ось между этими зда­ниями, перпендикулярная оси са­мой площади, завершает один из красивейших городских ансамблей в Европе.

В работах Жака Анжа Габрие­ля чувствуется наступление новой эпохи в истории архитектуры. Его творчество повлияло на всё после­дующее развитие французского нео­классицизма.

Архитектурным центром этого стиля во Франции был Париж. Здесь работали все крупнейшие мастера того времени, создавшие лучшие постройки. Самой значительной среди них была церковь Святой Женевьевы, возведённая Жаком Жерменом Суфло. Здесь же в 1739 г. Жак Франсуа Блондель (1705—1774) ос­новал архитектурную школу, в кото­рой учились многие выдающиеся мастера той эпохи.

Одним из учеников Блонделя был Шарль де Вайи (1729—1798). Самое известное сооружение де Вайи — парижский театр Одеон (1779— 1782 гг.), созданный в соавторстве с Мари Жозефом Пейром (1730— 1785). Слово «одеон» возникло в Древней Греции и обозначало мес­то, где проходили музыкальные представления, состязания. Здание Одеона в Париже вначале предна­значалось для театра «Комеди Франсез» (французской комедии), позд­нее здесь стали устраивать не только спектакли, но и концерты, балы. Полукруглый зал помещён почти в кубическую «коробку» здания с арка­дами. Театр увенчан пирамидаль­ной крышей. Украшением главного фасада служит мощный портик с во­семью колоннами.

В Париже построено множество прекрасных зданий в стиле неоклас­сицизма — и рынок зерна (1763— 1767 гг., архитектор Никола Лекамю де Мезьер), купол которого по вели­чине почти равен куполу древне­римского Пантеона, чей диаметр сорок три метра; и поражающий своими размерами Монетный двор (1768—1775 гг., архитектор Жак Дени Антуан), чей фасад растянулся вдоль набережной Сены более чем на триста метров; и отель Сальм (1782—1785 гг., архитектор Пьер Руссо; ныне дворец Почётного Леги­она), и др. Но самым знаменитым сооружением Парижа после церкви Святой Женевьевы в конце XVIII в. стала Школа хирургии, построенная архитектором Жаком Гондуэном (1737—1818).

В здании Школы хирургии (1769—1775 гг.) особенно интере­сен анатомический театр (поме­щение, где препарируют трупы). Это сооружение в форме антично­го амфитеатра (овальной арены, вокруг которой расположены мес­та для зрителей), как бы соединён­ного с древнеримским Пантеоном (зал увенчан полукруглым куполом с полукруглым окном наверху). Об­ращенный к улице фасад Школы представляет собой триумфальную арку с расходящимися от неё в обе стороны колоннами. Рельеф на фасаде изображает Людовика XV, отдающего приказ о строительст­ве Школы хирургии; его окружают больные и древнеримская богиня Минерва (покровительница ис­кусств и ремёсел), а Гений архите­ктуры представляет ему проект. Дворовый фасад выполнен в виде гигантского портика.

Джованни Никколо Сервандони. Церковь Сен-Сюльпис. Западный фасад. 1732—1777 гг. Париж.

Начало эпохе неоклассицизма положил новый проект фасада церкви Сен-Сюльпис в Париже, предложенный архитектором Джованни Никколо Сервандони (1695—1766). В его проекте впер­вые в XVIII в. появились строгие колоннады и арки. К античности, классической древности вскоре обратились и другие архитекто­ры. Вот что писал о фасаде церк­ви Сен-Сюльпис Жак Франсуа Блондель, выдающийся архитек­тор, теоретик и педагог той эпо­хи: «Он полон античной красоты, он утвердил греческий стиль, в то время как в Париже тех лет появлялись одни лишь химеры ».

ЦEPKOBЬ СВЯТОЙ ЖЕНЕВЬЕВЫ(ПАНТЕОН)

Идея перестройки средневековой церкви Святой Женевьевы в Париже возникла ещё в конце XVII в. Позд­нее король Людовик XV дал обет перестроить старую церковь, а в 1755 г. её главным архитектором был на­значен Жак Жермен Суфло (1713—1780).

В 1757 г. Суфло создал первый проект, согласно которому постройка напоминала античный храм, а портик походил на портик древнеримского Пантео­на. Будущая церковь в плане представляла собой гре­ческий (равноконечный) крест. Статуя Святой Женевьевы должна была венчать собой купол (впоследствии Суфло убрал всю скульптуру снаружи церкви). Зда­ние предполагалось сделать огромным — сто десять метров в длину, восемьдесят четыре метра в ширину и восемьдесят три метра в высоту.

Торжественная церемония закладки первого кам­ня состоялась в 1764 г.: в ней участвовал Людовик XV, и она проходила перед изображённым на холсте пор­тиком будущего храма. Сам портик с двадцатью дву­мя колоннами был построен в 1775 г. После смерти Суфло его дело продолжили помощники. Под их ру­ководством в 1785—1790 гг. был закончен купол хра­ма, однако строительство на этом не завершилось: мас­тера продолжали вносить изменения в архитектуру церкви вплоть до начала XX в.

В годы Великой Французской революции церковь Святой Женевьевы назвали французским Пантеоном; здесь должен был покоиться прах великих людей Франции. В 1829 г. в Пантеон перенесли останки са­мого Суфло.

Церковь Святой Женевьевы Жака Жермена Суфло стала самой крупной постройкой французского неоклассицизма.

Жак Жермен Суфло. Церковь Святой Женевьевы (Пантеон). 1757—1790 гг. Париж.

«ГОВОРЯЩАЯ АРХИТЕКТУРА»

Французский философ-просвети­тель и художественный критик Дени Дидро писал: «Каждое произведение ваяния или живописи должно выра­жать какое-либо великое правило жизни, должно поучать зрителя, ина­че оно будет немо». Искусство эпо­хи Просвещения должно было «го­ворить», и архитектура также стала «говорящей», чтобы донести до зри­теля «послание», содержащееся в ху­дожественном произведении. Таким «посланием» могло быть и само на­значение здания: например, мощные колонны, поставленные у входа в банк, «говорили» о его надёжности и солидности. Самым забавным при­мером был неосуществлённый про­ект коровника в виде гигантской ко­ровы (архитектор Жан Жак Лекё). Архитекторы использовали также более трудные для понимания фор­мы: например, куб как символ пра­восудия, шар как символ обществен­ной морали и т. п.

Большинство проектов «говоря­щей архитектуры» были утопически­ми — они остались лишь на бумаге в виде планов, чертежей, разрезов (их нередко называют «бумажной архи­тектурой»). Среди тех, кто создавал подобные проекты, особое положе­ние занимали два мастера — Этьен Луи Булле и Клод Никола Леду.

Карьера Этьена Луи Булле (1728— 1799) как практикующего архитек­тора была скорее неудачной: он ис­полнил только ряд интерьеров и построил несколько особняков в Париже. В 80-е гг. Булле целиком по­святил себя «бумажной архитектуре» и создал более ста проектов. Свои здания он называл «архитектурными телами». Булле использовал самые простые, геометрически правиль­ные формы — сферу, конус, куб. Все они должны были освещаться таин­ственным светом и отбрасывать сильные тени.

Излюбленным жанром архитек­тора были погребальные сооруже­ния, самое знаменитое из кото­рых — Кенотаф Ньютона (1784 г.). *Кенотаф (от греч. «кенотафион» — «пустая могила») — ложная, не содержа­щая погребения могила. Кенотафы создавались в Древнем Египте, Греции, Риме, на Среднем Востоке, в средневековой Европе в случаях, когда умершего (погибшего на чужбине) нельзя было похоронить.

Этьен Луи Булле. Проект Кенотафа Ньютона. 1784 г. Рисунок. Национальная библиотека, Париж.

В этом проекте зодчий обратился к форме Земли — сфере. В то же вре­мя она напоминает и о яблоке, упавшем на Ньютона (согласно пре­данию, учёный открыл закон все­мирного тяготения в саду, под ябло­ней). Кенотаф Ньютона, конечно, не построили.

Проекты Булле были абсолютно непрактичными; в XVIII в. его беско­нечные гигантские колоннады прос­то нельзя было возвести. Крохотные человеческие фигурки, изображён­ные на его рисунках, лишь подчёр­кивают грандиозность замыслов ар­хитектора, предназначенных «для вечности».

 



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2016-04-11 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: