Сказка — волшебная пилюля для души 7 глава




— Конечно, выпускаем! А куда их теперь?

— А мы их переименуем! Пусть превращаются из Страхов в Стражей. И стоят на страже здоровья, жизни и правопорядка! Так, выходите! Свобода, братцы, и полная амнистия! Новое назначение и поставленная задача ясны? Все согласны? Ну и чудненько!

— Посторонитесь, братцы! Сейчас я здесь подмету! Это что за ветошь? Ее можно выбросить?

— Это обветшалые истины. Они уже давно поизносились и утратили актуальность. Выбрасывай смело!

— Я сейчас паутину предрассудков в клубок смотаю, чтоб под ногами не путалась. И выбросить срочно надо, а то она вся какая-то липкая, противная.

— Ух ты! Смотрите, а здесь, за этими старыми декорациями, оказывается, окно в Мир! И свет! Помогите-ка оттащить!

— Светло-то как стало! Оказывается, в Подсознании вовсе не такой уж мрак царит!

— А вот еще окна, их просто вымыть надо! Где здесь ветошь была — а ну ее на тряпки!

— Между прочим, коллеги, чтоб вы знали, это не просто окна — это и есть каналы связи со Вселенной! Через них можно как получать информацию, так и отправлять. Самый прямой вид связи с Божественным Началом!

— Ну что бы мы, Сущность, без вас делали? Вы все на свете знаете!

— На то я и Сущность. За этим я человеку и дана. Как и все вы. Если кто-то из нас болен, или непомерно раздут, или иссох — человек ущербный становится. Так что нам надо друг друга поддерживать и работать в контакте! Что мы сейчас и делаем!

— Ой, как здесь чудесно стало! Светло и просторно! Хоть балы устраивай! Смотрите, смотрите! Кто там за окном парит?

— Вестимо, ангелы! Готовы к прямому контакту! Тоже радуются.

— А как теперь Татьяна узнает, что ей можно с ангелами общаться?

— Подсознание подскажет. Вот она проснется — и вдруг ощутит такой восторг! Просто от того, что живет. И что утро хорошее. И голубое небо за окном. А в душе — Ангелы парят.

— А она поймет?

— А как же! Мы же сейчас в ее Подсознании, мы ей снимся. Сон она, может, и забудет — а общее ощущение ухватит. И обязательно захочет узнать, что это было. А главное ведь что — задать правильный вопрос! И сразу посыплются правильные ответы! И нужные люди придут, и нужные книги. Ангелы ведь только и ждут, чтобы их попросили. Они такие желания влет исполняют, без задержки! А дальше человеку уже самому интересно становится!

— Братцы, утро! Будильник трезвонит! Татьяна просыпается! У нас пять минут до того, как она откроет глаза.

— Ну, основные завалы разгребли, каналы расчистили. А остальное — по ходу пьесы доубираем. Теперь Татьяна нас сама просить об этом будет. Всем спасибо.

— Рады были познакомиться. Оказывается, мы — команда!

— А то! Жаль, что раньше этого не знали. Но всему свое время. Все, братцы, по местам! Нам предстоит участвовать в пробуждении.

…Татьяна медленно открыла глаза, все еще улыбаясь своему сну. Ей снилось что-то такое, невыразимо приятное. А внутри — как будто ангел пролетел. «Я могу все на свете! — подумала она и даже не удивилась своей самонадеянности. И кажется, я бессмертна!»

И это был первый шаг на долгом пути от Человека к Богу.

— А теперь — Послания! — азартно объявила Лика.

♦ В Подсознании надо время от времени устраивать субботник!

♦ Душа у всех от рождения прекрасна!

♦ Искра Божья есть у всех, но не во всех ее видно!

♦ Каналы связи со Вселенной надо чистить!

♦ Когда все части осознанно сотрудничают, человек обретает целостность!

Перышко опустилось пониже и зависло у самого лица Лики.

— Ты чего? — спросила та.

— Я хочу тебя получше рассмотреть, — ответило Перышко. — Оказывается, ты вовсе не такая, какой хочешь казаться.

— Не какая? — не поняла Лика.

— Ты хочешь казаться скромной, тихой, застенчивой, незаметной, ни на что такое особенное не претендующей, в общем, как все.

— А разве я не такая? — усомнилась Лика.

— Конечно нет! Ты носишь маску. А под ней ты сильная, яркая, уверенная, талантливая, и фантазия у тебя ого-го!

— Ну что ты, Перышко? Разве я такая? С чего ты взяло?

— Да разве может обычный человек вот так, на ходу, такую сказку сочинить???

— Но сказку вовсе не я сочиняла, а ты, — запротестовала Лика.

— Ничего подобного! — внушительно ответило Перышко. — Мы же договаривались — каждый по фразе. Так что наполовину сказка твоя. И честно тебе скажу — я тут за твоей фантазией просто угнаться не могло! Не-е-ет, правильно я тебе предложило к моей Сказочнице отправиться. Вам будет о чем поговорить! Талант!

— Ой, Перышко, погоди! Ты меня совсем засмущало. Мне вот еще субботник в себе устроить нужно, а потом уже таланты в себе раскрывать.

— А ты уже начала, — объявило Перышко. — Пока мы с тобой идем, коробочки с талантами так и раскрываются, и сразу блистать начинают. Разве ты не ощущаешь?

— Знаешь, я ощущаю, что устала и есть хочу. Мы уже так давно идем по этой дороге… И ни живой души!

— Ну так придумай себе, куда ты хочешь попасть, и оно появится.

— Как это?

— Очень просто! Раз уж это твоя сказка, так придумывай ее так, как тебе хочется! — объяснило Волшебное Перышко. — Вот что ты сейчас хочешь вставить в свою сказку?

— Я? Хочу, чтобы сейчас впереди возникло поселение. А в нем милые, приветливые люди, которые покормят нас и устроят на отдых. Так можно? — несмело спросила Лика.

— Смотри! Впереди город! — объявило зоркое Перышко. — И ворота открыты!

И вскоре уже из ворот навстречу Лике выбежали люди с музыкальными инструментами и стали играть веселую мелодию, тут же выстроился хор и запел приветственную песнь, двое пареньков быстро раскатали перед ней красную дорожку, а другие уже протягивали ей букеты удивительных цветов.

— Какое дружелюбное население, — удивилось Перышко. — Праздник у них, что ли?

— У вас праздник? — спросила не менее изумленная Лика.

— Да! У нас праздник! Вы — двенадцатый путник за эту неделю, который посетил наш город! — объяснили ей. — А ведь еще всего среда!

— А вы каждого путника так встречаете? — спросила совсем застеснявшаяся от такого внимания Лика.

— Каждого! — ликующе ответили ей. — Милости просим в Город Талантов!

Вскоре Лика уже сидела за столом в увитой плющом гостевой беседке, а местные хозяюшки наперебой потчевали ее всякой вкуснятиной.

— Ой, спасибо, что вы, я столько не съем, да и толстеть не хочу! — отбивалась Лика.

— Не беспокойтесь, в наших деликатесах почти нет калорий, и никакой тяжести для желудка, мы специально так придумали, чтобы можно было не бояться за талию, — смеясь, объясняли ей.

Но трапеза в конце концов закончилась, и Лику повели смотреть выставку народного творчества. Она ходила и все больше удивлялась: как же в одном месте собралось столько удивительно талантливых людей?

Но когда она спросила об этом жителей, те добродушно засмеялись.

— Мы вовсе не всегда такими были, — объяснила ей девушка, невероятные вышивки которой вызвали у Лики просто шок. — Мы были самыми обыкновенными и очень стеснялись демонстрировать себя и свои умения, отгородились от Мира высокими стенами, а наш город так и назывался — Застенчивый город.

— Не может быть! — не поверила Лика.

— Так было, пока в наш город не пришел Коробейник. Уже позже об этом сложили сказку, и мы рассказываем ее всем, кто готов слушать.

— Я готова! — тут же отозвалась Лика. — Пожалуйста, расскажите мне вашу сказку!

 

Сказка одиннадцатая

КОРОБЕЙНИК

 

ел по дороге Коробейник. Шел себе, веселую песенку насвистывал да по сторонам поглядывал, чтобы поворот не пропустить. Адрес у него был точный: от Перекрестка Мирозданья — третий поворот направо.

За спиной у него был самый настоящий Бездонный Короб. Почему бездонный? Да потому что товаров было очень уж много. Это ведь был не простой Коробейник, а Мировой! И товары у него были необыкновенные, мировые товары. Кому Счастья кусочек, кому шкатулку с Веселым Смехом, кому мешочек с Радостью, а кому и Настоящую Любовь.

Коробейник привык, что везде его ждут, встречают — радуются, что вот и до них Мировой Коробейник Добрался. И теперь он предвкушал, как сейчас придет — вон уже и поворот показался! — а ему навстречу выбегут стар и млад, и ну товары его рассматривать, себе выбирать! Только успевай поворачиваться да разъяснять, как этим правильно пользоваться.

Повернул он, и вдруг… Что такое? Стоит город, высокой стеной обнесен. Ворота чуть приоткрыты, но рядом — никого.

— Эй, есть кто живой? — крикнул Коробейник. И только тишина в ответ…

Постоял он немного, да и решил без приглашения в город зайти. Мало ли что, вдруг там собрание какое, или цирк, например, приехал?

Зашел он в ворота — и еще больше удивился. Весь город, казалось, состоял из стен. Были там стены большие и маленькие, высокие и пониже, кирпичные и деревянные, плоские и фигурные. Между этими стенами — узкие улочки, и на них — ни души. Хотя… Прислушался Коробейник — а за стенами кто-то есть: происходит там какое-то шебуршание, перешептывание, звяканье и постукивание. Стало быть, есть люди! Только чего ж они все попрятались?

Ну, Коробейник откашлялся, короб наземь поставил и громко так говорит:

— Здравствуйте, люди добрые! Это я, Коробейник, к вам пришел, мировые вещи принес! Вы не сомневайтесь, товар самый качественный, у меня и справка от Самого Главного есть!

— Здравствуйте, добро пожаловать, — робко раздалось из-за ближайшей стены. А потом и из-за остальных стали отзываться, приветствовать.

— Выходи, честной народ! — позвал Коробейник. — Эх, полным-полна моя коробочка, как поется в известной песне! Есть в ней все, что душа пожелает! Осталось только выбрать!

За стенами послышались охи, вздохи, тихие разговоры, даже, похоже, всхлипывания. А потом раздался тонкий голосок:

— Вы только отвернитесь, пожалуйста!

— Вот те раз! — очень удивился Коробейник. — Это еще зачем?

— А я стесняюсь, — объяснил голос. — А если вы на меня смотреть не будете, тогда выйду.

— Ладно, отвернусь, выходи, — согласился Коробейник. — Все, готово!

— Вышла, — застенчиво сообщила владелица голоса и замолкла.

— Так повернуться-то можно, девушка? — осторожно спросил Коробейник.

— Нет! Ни в коем случае! Я стесняюсь! Я сразу снова спрячусь!

Коробейник сроду таких странных людей не видел, удивился очень.

— Ну, может, кто другой выйдет? — спросил он. — А то одиноко мне как-то…

— Не выйдет, — утешил голос. — Я тут самая смелая, а остальные еще застенчивее.

— Да что у вас за странный город такой? — не выдержал Коробейник. — Почему все за стенами-то попрятались?

— А мы так и называемся — Застенчивый город, — пояснила Смелая. — Потому что все за стенами живем. Уж такие мы застенчивые!

— Слушай, а как же тогда я с вами торговать буду? Мне назад товары нести, что ли? Даже не посмотрите?

— Ой, не знаю, право, — засомневалась Смелая. — Мне так взглянуть хочется! Хоть одним глазком…

Тут Коробейнику в голову пришла одна хитрость. Недаром он считался Мировым Коробейником, и мысли к нему приходили мировые!

— Придумал! — объявил Коробейник. — У меня тут имеется шапка-невидимка. Я тебе ее могу на время ссудить — тогда тебя не видно будет, и я хоть повернусь лицом к народу. Идет?

— Ну ладно, давайте свою шапку, — чуть помедлив, согласилась Смелая.

Коробейник ей шапку протянул, она схватила и нахлобучила ее по самые брови.

— Можно поворачиваться, — говорит.

Повернулся — стоит перед ним девчонка. Славненькая такая, симпатичная, только испуганная очень. Смотрит Коробейник — и не знает, что дальше делать и как с ней обращаться.

Ну, первое правило торговца — разговор завести да в доверие втереться. Вот он и спрашивает:

— Ах, вы знаете, меня так история с географией интересуют! С целью изучения покупательского спроса. Вы мне не расскажете, отчего это у вас такая повальная застенчивость в традицию вошла?

— Расскажу, — говорит девчонка. Сама-то осмелела, как шапку-невидимку нахлобучила. — Понимаете, раньше я в другом месте жила. А застенчивым среди обычных людей трудно живется: все нас то в упор не видят, то затирают, то посмеиваются. А нам это — хуже горькой редьки. Мы ж и так стесняемся, а тут еще и столько внимания! Ну и стала я стену возводить, чтобы от мира отгородиться. Так люди в эту стену биться стали. Говорят, хотим, мол, до тебя достучаться. Я не выдержала — и сбежала. Шла-шла и набрела на этот город. А тут все такие, застенчивые. Сидят, молчат каждый сам себе… Вот так мы здесь и встретились…

— Вот это да! — ахнул Коробейник. — А как же вы народное хозяйство развиваете?

— А оно как-то само развивается. Хотя не знаю — мне ж из-за стены не видно!

— И что ж вы, бедолаги, никогда оттуда не выходите?

— Ну, выходим иногда. Ночью. Или когда туман. Чтоб не очень видно было, — уныло объяснила девчонка.

— Так в темноте или в тумане и ошибиться недолго, — посочувствовал Коробейник.

— Ага. Ошибаемся, конечно. То замуж не за того выйдешь. То платье наизнанку наденешь. Так и живем!

— Ох, и наворотили вы тут, ребята! — покачал головой Коробейник. — Застенчивые вы мои… Так вам, наверное, и волшебных товаров не надо?

— Надо! — испугалась девчонка. — Как же без обновок? У нас ведь впечатлений мало. Только и радости в жизни, что как-то жизнь свою украсить, там, за стеной-то.

— Так зови народ! — предложил Коробейник. — Я все товары рядком разложу, посмотрите, пощупаете.

— Не пойдут они, — приуныла девчонка. — Застенчивые больно… Если б каждому по шапке-невидимке…

— Нету у меня больше, одна была, — соврал Коробейник. — Давай тогда я тебе первой покажу, а если понравится — остальные сами вылезут.

— Давайте! — обрадовалась девчонка.

— Сию минутку! Подумаю только немножко, с чего начать… А вот и придумал! Давай, дорогая, предложу я тебе вместо шапки-невидимки шляпку-незнакомку!

— Это как? — испугалась девчонка.

— Я вот что думаю. Ты ведь почему застенчивая? Потому что с детства привыкла! А шляпку-незнакомку наденешь — и сама себя не узнаешь! Ну решайся, ты же смелая!

— Боязно, — призналась девчонка. — Стесняюсь. Но шляпку померить — очень хочется! Ай, ладно! Давайте, я быстренько!

А Коробейник тут как тут: шапку-невидимку снял, а шляпку-незнакомку надел. Глянул — ну королевна просто, загляденье!

— Дяденька, а у вас зеркало есть? — жалобно так попросила девчонка.

— Самое лучшее в мире! — гордо сказал Коробейник. — Раньше ты смотрелась в зеркало-коверкало, оно тебя в худшем виде и показывало. А у меня вот есть Свет-Мой-Зеркальце — то самое, из сказки! Ты его спроси: «Кто на свете всех милее, всех румяней и белее?» — и послушай, что оно тебе ответит!

Девчонка тут же в зеркальце смотреться стала, глаза у нее округлились, и ротик тоже в букву «о» сложился.

— Это что же там за куколка такая? — удивилась девчонка. — Симпатичная…

— Нравится? — спросил Коробейник. — А это, между прочим, ты!

— Не может быть, — не поверила девчонка. — Она же красавица!

— Красавица, — подтвердил Коробейник. — Это ведь ты такая. Просто тебе за стеной на себя и посмотреть толком недосуг, да и незачем. А теперь вот ты себя во всей красе увидела.

— Правда, увидела, — смеется девчонка. — То ли я, то ли не я, но нравится — страсть!

— Ну, что еще посмотреть хочешь?

— Мне бы уверенности немножко! — попросила девчонка.

— Правильный заказ! — похвалил Коробейник. — А ты знаешь, кто себя в жизни уверенно чувствует?

— Не-е-ет, — говорит девчонка, а сама от зеркала оторваться не может.

— Тот, кто талант какой-нибудь имеет. Ему стесняться некогда, он талант использовать должен! У тебя вот талант есть?

— Нету, — огорчилась девчонка. — Там, за стеной, ну какие таланты? Они там и не нужны даже.

— Ну, может, ты любишь что-то руками делать? Или, там, петь, плясать?

— Да что вы, дяденька! Какое петь! Я стесняюсь, — замахала руками девчонка.

— Вот тяжелый случай! — подивился Коробейник. — Ну да не беда, дело поправимое. Думаю, тебе талант какой-нибудь приобрести нужно. Сейчас давай так: сунешь руку ко мне в короб — что вытащишь, то и твое!

— Давайте! — говорит девчонка, а сама совсем осмелела, даже стесняться забыла. Залезла она в короб, рукой поболтала и вытащила коробочку. А на ней крупно написано: «Семена».

— У-у-у-у, семена какие-то, — разочарованно говорит девчонка. — Я-то талант приобрести хотела, да куда мне, с моим везением!

— Вот и неправильно, — возразил Коробейник. — Ты ж пойми, у меня товары Мировые — а значит, от Мира. А Мир тебе ненужную вещь никогда не подсунет, всегда самый нужный товар выберет для тебя. Ты подумай, как семена могут быть с талантом связаны?

— Не знаю… Ну, например, можно цветы красивые выращивать. Это талант?

— Талант, — подтвердил Коробейник. — А еще?

— Можно бусики из них сделать. Тоже талант?

— Тоже.

— А еще можно сеять разумное, доброе, вечное! — воодушевилась девчонка, и даже глаза у нее разгорелись. — Или картину из семян выложить. Или…

— Погоди, стрекоза. Я тебе тайну открою. Это не простые семена, а талантливые! Если каждое семечко посадить, потом поливать, подкармливать да ухаживать, из каждого прорастет какой-нибудь талант. Видишь, сколько их здесь?

— Правда, много! — воскликнула девчонка. — А можно семенами с другими поделиться? Пусть у каждого какой-нибудь талант будет, а то куда мне одной столько?

— Твоя покупка, ты и решай, — улыбнулся довольно Коробейник.

— Люди! Вылезайте! Не стесняйтесь, подходите! — звонко закричала девчонка. — Тут такое! И всем хватит!

— Вот видишь, у тебя уже организаторский талант проклюнулся, — наметил Коробейник.

— И правда, — засмеялась девчонка. — Чудно!

Тем временем из-за стен стали робко выглядывать, а потом и выходить застенчивые. И все тянулись к ним — посмотреть, пощупать, попробовать. Так Коробейник все товары махом распродал. А девчонка ему помогала, очередью руководила, зеркало подавала. И каждому вручала по Семечку Таланта.

— Ой, а что ж вы плату ни с кого не берете? — спохватилась девчонка. Теперь она была уже совсем другой: глаза горят, щеки румянятся, голос уверенный, даже шляпка-незнакомка уже кокетливо, набекрень. И главное — все ее слушаются!

— А я беру, — ухмыльнулся Коробейник. — Только не деньгами, а радостью. Видишь — опять полный короб радости набрался. Пока в следующий город иду — из вашей радости новые товары произведутся. Так и брожу по свету!

— Спасибо вам, — сказала девчонка. — За все спасибо! А вы к нам еще зайдете?

— Когда-нибудь — обязательно, — пообещал Коробейник. — Урожай талантов посмотреть.

— Приходите! Мы уже к тому времени стены уберем, а на их месте сады разведем, из ваших семян, — решила девчонка.

— Ну пойду дальше! — И Коробейник, крякнув, взвалил короб на плечо. — Эх, хорошо поторговал!

— У вас тоже талант? — спросила девчонка лукаво.

— Еще какой! — весело ответил Коробейник. — Мировой! Это я тебе без всякой застенчивости говорю…

— Какая чудесная сказка! — воскликнула Лика. — Сплошное волшебство! И столько всяких полезностей!

♦ Если прятаться за стеной застенчивости, все интересное пройдет мимо.

♦ Застенчивому ошибиться легко.

♦ Мир всегда выберет для тебя самую нужную способность.

♦ Имеющий талант чувствует себя уверенно.

♦ Талант можно взрастить из семени.

♦ За подарки Мира мы должны заплатить Радостью!

— Да, это все про нас. Так и есть! — спокойно подтвердила местная девушка. — Это все благодаря Коробейнику!

— Как бы мне встретить такого Коробейника? Ведь я тоже застенчивая, и не верю, что у меня есть таланты. Хотя некоторые говорят, что я ошибаюсь…

— А зачем тебе Коробейник? — пожала плечами девушка. — Мы же теперь таланты из семян выращиваем! У нас тут везде столько талантов произрастает — подходи, бери сколько хочешь.

— А мне можно? — осмелилась попросить Лика.

— Конечно! Скажи, какой талант ты хочешь, и мы тебе дадим его семена!

— Ой! Я даже не знаю! — призадумалась Лика. — Как-то так сразу… У меня все равно никакого нет. Ну, я так думала до сих пор.

— Я знаю, что тебе надо, — решила девушка. — Тебе нужны Семена Веры. Если ты поверишь в себя — проклюнутся и таланты. Вера! Вер! Отсыпь нашей гостье своих семян!

Тут же появилась красивая и загорелая Вера, которая несла пакетик с семенами.

— У меня лучшие Семена Веры во всей округе, — с легкой гордостью сказала она. — Берите, потом тоже с кем-нибудь поделитесь!

Тут же кто-то принес сумочку ручной вышивки, и Лика бережно положила в нее коробочку с Семенами Веры.

— А еще я хочу подарить тебе шляпку-незнакомку, — сказал девушка. — Ту самую, которую мне Коробейник продал.

— Так ты и есть та девчонка из сказки? — догадалась Лика. — А разве тебе самой она больше не нужна?

— Тебе нужнее, — засмеялась девушка. — Ты ведь, я смотрю, совсем себя не знаешь! Бери, и не стесняйся. Я ведь от души!

— Спасибо… Большое спасибо! Я даже не знаю, как мне вас всех благодарить! Сколько я вам должна? — спохватилась она.

— Очень много! — заулыбались горожане. — Мы берем плату Радостью! Как Коробейник! И пусть Радость потом превращается в новые Семена!

— Спасибо, — прошептала Лика. — Я обещаю вам вернуть в Мир много, очень много Радости!

 

* * *

 

Лика снова вышагивала по Сказочной Дороге. На плече ее висела на ремешке вышитая сумка, на голове красовалась шляпка-незнакомка, в которую изящно воткнулось Волшебное Перышко.

— Ты знаешь, Перышко, а ведь мне правду сказали: я совсем себя не знаю, — рассуждала Лика. — Мне всегда все диктовали, что мне делать, как жить, о чем думать, как одеваться, к чему стремиться. Сначала родители. Потом воспитательница. Потом учителя. А потом и вообще все кому не лень. Я сначала сопротивлялась, а потом сдалась. Иногда мне кажется, что все мною управляют — дергают за ниточки, а я выполняю их команды.

— Ну, милая моя! — отвечало Перышко. — Так живут только марионетки! Люди двигаются самостоятельно.

— Выходит, я — марионетка? — опечалилась Лика. — И что делать? Я же по-другому не умею.

— Учись, — посоветовало Перышко. — Истории известны случаи, когда Марионетки возвращали себе человеческий статус. И сказка такая есть.

— Так чего же ты молчишь? — вскричала Лика. — А еще Волшебное Перышко! Рассказывай же! Я не хочу быть марионеткой! А в твоей сказке, я уверена, есть какие-то рецепты!

— Разумеется, — не стало спорить Перышко. — Сказка эта так и называется: «Марионетка». А дело было так…

 

Сказка двенадцатая

МАРИОНЕТКА

 

на была марионеткой. Она висела на гвоздике, среди других таких же кукол, и ждала тех редких минут; когда можно было выйти на сцену. О, там, на сцене, она жила по-настоящему! Она двигалась, смеялась страдала, встречалась и расставалась, горевала и радовалась — до того мгновения, пока ее не водворяли обратно на стену.

Между выходами куклы разговаривали между собой — а что еще делать, если висишь на стенке? Разговоры были разные — о Спектакле, о ролях, о неведомых и таинственных Кукловодах, и вообще, о жизни…

— Сегодня была такая мизансцена… Там, в предыдущем акте, персонаж умер. Мы с ним участвовали в нескольких совместных сценах, у нас даже романтические чувства по сценарию были… Так вот: все обвинили в его смерти меня! Представьте себе?!

— О! А ты что? — отзывалась соседняя кукла, Звездочет в фиолетовом балахоне и высоком колпачке.

— Ах! Я так переживала! Я чувствовала себя виноватой, сама не знаю в чем. Я упала на колени, я заламывала руки, я рыдала! Мне было так грустно, так не по себе…

— Хорошо сыграла роль, — одобрял Звездочет. — Молодец. Ты самая лучшая Жертва в нашей труппе.

— Миленький Звездочет, а почему мне все время приходится играть роль Жертвы? — обиженно моргала большими глазами марионетка. — Мне хотелось бы сыграть Героиню. Или даже Роковую Женщину…

— Ну конечно, — насмешливо комментировала Роковая Красавица. — Из тебя роковая женщина, как из меня… пудель. Чтобы играть такую роль, надо иметь внутренний огонь. У тебя он есть?

— Не знаю… Может быть…

— Да не может быть! Ты своими слезами давно все на свете затопила. Вот попробовал бы меня кто-нибудь обвинить! Мало бы не показалось. Да никто и не смеет. Не-е-е-ет, я себя по-другому на сцене веду. Я-то знаю, чего хочу, и пусть весь мир подождет!

Марионетка только печально вздыхала. Она не умела делать так, чтобы мир ждал. Она сама всегда ждала и робко надеялась, что мир будет к ней добр, но он обычно не оправдывал ее чаяний. Ей хотелось быть такой, как Роковая Красавица, но увы…

— Но почему, почему все так грустно? — в который раз задавала она вопрос, и глаза ее привычно наполнялись слезами.

— Судьба, — многозначительно вздыхал Звездочет. — Это не мы выбираем роли, это роли выбирают нас. Жизнь дергает нас за ниточки, и мы отзываемся. Так предопределено звездами!

Так и тянулось день за днем, месяц за месяцем, год за годом. Марионетку вводили в Спектакль, она отыгрывала положенные ей сцены, затем снова повисала на гвоздике — до следующего выхода, и такая уж была ее кукольная судьба. «Все так живут», — думала марионетка, глядя на других актеров кукольной труппы. Судя по всему, Героиням тоже доставалось…

— Они меня вконец раздергали, — нервно говорила только что отыгравшая очередной эпизод Героиня. — Они говорят одновременно, и все разное. То «покупай квартиру», то «на фига тебе квартира, живи с нами». То «выходи замуж», то «присмотрись сначала хорошенько». То «стой на месте», то «иди сюда»! Я так больше не могу! Меня дергают одновременно за все ниточки сразу, я вот-вот рассыплюсь на части, у меня невроз!

— Такова жизнь, — пожимал плечами Звездочет. — Если бы нас не дергали за ниточки, разве у нас был бы стимул к движению? Жизнь замерла бы вообще. И мы пылились бы на стенке обмякшие, забытые, никому не нужные…

Это было еще страшнее, чем переживания и дерганье за ниточки. Безвольно обвиснуть и пылиться — брррр! Марионетка так не хотела. На сцене все-таки были эмоции, общение, сплетения сюжетных линий, знакомство с новыми персонажами… Так что оставалось только терпеть и стараться выполнять свою роль получше. Ну, Жертва и старалась! Что ей еще оставалось делать? Впрочем, как и другим марионеткам…

…Новая кукла появилась невесть откуда. В это время как раз шла оживленная дискуссия между старожилами, и новенькую все увидели, только когда она подала голос.

— А кто вам сказал, что все дела обстоят именно так и никак иначе? — раздался задиристый голос.

— Не понял? — вскинул брови Звездочет. — Это кто спрашивал?

— Я спрашивала, — отозвалась новенькая.

— Что-то я вас раньше не видел, — прищурил глаза Звездочет.

— А меня только что принесли, — охотно пояснила марионетка. — Принесли и вот сюда повесили, на свободный гвоздик.

Куклы завозились и завздыхали, отводя глаза. Тема была болезненная и еще слишком свежая. Свободный гвоздик остался от безвременно погибшей Героини. Видимо, ее окончательно раздергали, и однажды она не выдержала и просто рассыпалась на множество частей. Какое-то время замершие куклы с ужасом взирали на беспорядочную груду ручек, ножек, внутренних механизмов, каштановых волос — на все то, что еще недавно ходило, разговаривало, участвовало в Спектакле и называлось Героиней! — пока останки не сгребли в черный мешок и не унесли с глаз долой. Вот на этот самый гвоздик и поместили новую куклу.

Первой пришла в себя Роковая Красавица.

— Как вас зовут, милочка?

— Алиса, — представилась незнакомка.

— Которая из Страны Чудес или которая «Гостья из будущего»? — уточнила Жертва.

— Не знаю! — беспечно заявила новая марионетка, ерзая на гвоздике. — Есть и еще варианты: например, «Гостья из Чудес» или «Алиса из Страны Будущего»! Разве не прикольно?

— Гммм… — с сомнением протянул Звездочет, разглядывая новенькую. — Вы, моя дорогая, и вовсе на Алису не похожи. Имя вам решительно не подходит! Вы слишком… ээээ… стремительны для него. Вы прямо какая-то комета!

— Хорошо! Зовите меня Кометой. Я вовсе не против, — тряхнула рыжей шевелюрой Алиса. — Можно даже «Комета Чудес из Страны Будущего», как вам такой вариант?

— О Господи, — закатила глаза Роковая Красавица. — Кошмар какой-то…

— А вот не надо завидовать! — тут же весело парировала Алиса-Комета и повернулась к Звездочету. — Ну так что там с моим вопросом?

— Напомните, пожалуйста, о чем мы говорили? — попросил совершенно сбитый с толку Звездочет.

— Когда я появилась, вы как раз рассуждали, что наш театр — это мир. Что далеко не все его уголки нам доступны. Что путь марионетки — из этой комнаты на сцену и обратно. И что надо всего лишь тщательно выполнять свою роль, и тогда ты прожил жизнь не зря. Я правильно поняла?



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2017-08-26 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: