Письмо Саргона II к богу Ашшуру с описанием похода против Урарту 714 г. до н. э.




Большая глиняная таблица. Литературный вавилонский диалект аккадского; в ритмической форме. F. Thureau-Dangin, Une relation de la huitième campagne de Sargon II, Paris, 1912. Отдельные фрагменты изданы В. Меissner, ZA, XXXIV, стр. 105; Е. F. Weidner, AfO, XII, стр. 144 сл.

(1) Ашшуру, отцу богов, владыке великому, моему владыке, живущему в Эхурсаггалькуркурре,1) своем великом храме, — большой, большой привет!

Богам судеб и богиням, живущим в Эхурсаггалькуркурре, их великом храме, — большой, большой привет!

Богам судеб и богиням, живущим в городе Ашшуре, их великом храме, — большой, большой привет!

Граду и людям его — привет! Дворцу и живущим в нем — привет!

Шаррукин, светлый первосвященник, раб, чтущий твою великую божественность, и войско его — весьма, весьма благополучны.

(6) В месяце ду'узу,2) устанавливающем советы племен, месяце могучего старшего сына Энлиля, мощнейшего из богов, Нинурты, предписанном на древней таблице владыкой мудрости Нинигикугом3) для собирания войск и устроения стана, я отправился из Калху,4) моего царского города, и переправился грозно через Верхний Заб в его месте сильного теченья. В третий день о взнуздании уст гордеца и связании ног супостата в страхе божьем склонился я пред Энлилем и Нинлиль, а затем войскам Шамаша и Мардука я дал перепрыгнуть, как через арык, через Нижний Заб, чья трудна переправа. Я вступил в перевалы Кулдара, высокой горы страны лулумейской, называемой Замуа,5) в области Сумбу устроил я смотр своему войску, коней и колесниц число я проверил; с великой помощью Ашшура, Шамаша, Набу и Мардука в третий раз походный строй я направил в глубь гор, на Зикирту и Андию6) я простер ярмо колесниц Нергала и Адада, значков,7)грядущих передо мной. Я прошел между Никиппой и Упой, горами высокими, поросшими всякими деревами, чья поверхность мятежна, перевалы опасны, простирающими тень над окрестностями, подобно кедровому лесу, так что тот, кто идет их путями, не видит сияния солнца; а речку Буйя, что между ними, переходил я 26 раз, и войска мои, по своей многочисленности, полой воды не страшились. Симирриа, большой горный пик, что вздымается, словно острие копья, возвышаясь главой над горами, жилищем Владычицы богов, главой вверху упирается в небо, а корнями внизу достигает глубин преисподней8) и со склона на склон, как рыбий хребет, не имеет прохода, — по бокам его извиваются пропасти и горные ущелья, и при взгляде очам посылает он ужас, — для подъема колесниц и скачки коней неудобен и для прохода пехоты пути его трудны. В откровении мудрости и по замыслу сердца, определенными мне Эа и Владычицей богов, развязавшими ноги мои на повержение вражеской страны, я заставил саперов9) моих поднять могучие медные кирки — края (?) высокой горы они сравняли, как плиты, и улучшили дорогу. Я встал во главе моего войска, — колесницы, конников, боевых людей, идущих со мной, я заставил взлететь на него (т. е. на горный пик), как храбрых орлов; вслед за ними послал я обозников и саперов,9а) а верблюды(?) и вьючные ослы прыгали по его вершинам, как козероги, порождение гор. Обширные войска бога Ашшура я поднял благополучно по трудным его подъемам и на вершине этой горы я разбил мой лагерь. Семь гор — Синахульзи, Бируатти, — высокие (?) горы, поросшие karšu и ṣumlalû, приятными благовониями, — Туртани, Синабир, Ахшуру и Суйа — с трудами я перевалил, Раппу и Аратту, реки, низвергающиеся с них, — в половодье их я перешел, как ров. В Сурикаш, область Страны Маннеев, соседящей с Караллу и Аллабрией,10) я спустился. Уллусуну маннейский, — так как я ежегодно не переставал мстить за него, — услышав о приближении моего похода, сам со своими великими, старейшинами, советниками, семенем рода своего, наместниками и предводителями,11)правящими его страной, с ликующим сердцем, с радостным лицом поспешно вышел без; заложников из страны своей и из Изирту, своего царского города, до Синихини, пограничной крепости страны своей, пришел ко мне; принеся дань — упряжных коней с их снаряжением, крупный и мелкий скот, — он поцеловал мои ноги. Я прибыл в Латаше, крепость (?), что над рекой в области Ларуэте, в Аллабрии, принял дань Белапалиддины аллабрийского12) — коней, крупный и мелкий рогатый скот, — спустился в Парсуаш.13) Начальники поселений стран Намру,14) Сангибуту,15) Бит-Абдадани и Страны Мидян, услыхав о приближении моего похода, вспомнили опустошение стран своих в прошлом году моего правления, и ужас пролился на них. Они принесли мне из своих стран свою тяжкую дань, и в Парсуаше они изъявили свою покорность.16) У Тальты эллипского,17) Уксатара,18) Дуриси, Сатарешу, начальников поселений области Речки,19) Анзи из поселения Хальхубарра, Пайукку из поселения Киламбате, Узи из поселения Мали, Уакирту из поселения Наппи, Макирту из поселения Бит-Сакбат, Китакки из поселения Урианги, Машдайукку из поселения Кингараку, Узитара из поселенияКантау, Паукку из поселения Бит-Капси, Хумбе из поселения Бит-Зуальзаш, Узуманды из поселения Бит-Иштар, Багпарны (?)20) из поселения Закруте, Дари из области Сапарды, Ушры из поселения Канзабакани, Шаррути из поселения Карзину, Машдакку из поселения Андирпатиану, Аккуссу из поселения Уси[...], Биртату из поселения цибурцев, Зардукку из поселения Харзиану, Машдакку из поселения Аратпати, Сатарпану из поселения Барикану, Каракку из страныурикайцев21) я принял беговых коней, буйных мулов, двугорбых верблюдов22) — порождение стран их, крупный и мелкий скот.

(51) Я отправился из Парсуаша и прибыл в Мисси,23) область Страны Маннеев. Уллусуну с людьми страны своей в сердечной готовности служить мне поджидал моего подхода в своей крепости Сирдакка.24) Подобно моим доверенным, ассирийским областеначальникам, он устроил склады муки в вина для прокорма моего войска, поручил мне своего старшего сына с подношением и приветственным даром и для укрепления своего царства посвятил мне свою стелу.25) Я принял больших упряжных коней, крупный и мелкий скот, его дань, и он повергся ниц предо мною ради своего отмщения. Чтобы стопы какмийцев, злых врагов, были отвращены от страны его, чтоб Урсе26) в полевой битве было нанесено поражение, чтобы рассеянные маннеи были возвращены на место, чтобы ему попрать врагов своих победоносно и достигнуть желания сердца, сам он и великие, решающие совет страны его, молили меня и предо мной на четвереньках ползали, как собаки. Я оказал им милость, принял их молитвы, слова их просьбы я услышал и сказал им: «Помилование». Ради отменной силы, которую подарили мне Ашшур и Мардук, возвеличив оружие мое более, чем всем князьям вселенной, я обещал им низвергнуть Урарту, восстановить их границы, дать мир угнетенным людям Страны Маннеев — и они уповали сердцем. Пред царем Уллусуну, их господином, я поставил накрытый стол, возвысил престол его выше, чем Иранзу, отцу его, родителю; их с ассирийцами я посадил за веселую трапезу, и мою царственность перед Ашшуром и богами страны своей они благословили. Зизи аппатарский и Залай китпатский, начальники поселений области Гизильбунда,27) что живут в отдаленных горах в дальнем месте и вдоль Страны Маннеев и страны мидян преграждаютпуть, как засов, — а люди, живущие в этих поселениях, полагаются на собственную силу и не знают над собой господства, — чьих жилищ из царей, бывших до меня, никто не видел, не слыхал их названия, податей их не принимал, — по великому слову Ашшура, моего владыки, подарившего в дар мне покорение горных князей и принятие их подношений, — услыхали они о проходе моего войска, и покрыл, их страх, в их стране поразил их ужас; свою дань — упряжных коней и без счета крупной и мелкой скотины собрали они из Аппатара и Китпата и доставили ко мне в маннейскую Зирдиакку; о спасении жизни они меня умоляли, чтоб не разрушать их стены, они лобзали мои ноги. И для благополучия их страны я назначил над ними надзирателя28) и причислил их под власть моего доверенного человека, областеначальника Парсуаша.

(74) Я отправился из маннейской крепости Зирдиакки, 30 беру29) я стремительно продвигался между Страной Маннеев, Бит-Капси и страной могучих мидян, и прибыл в Панзиш, его30) большую крепость, заложенную для охраны против Зикирту и Андии, воздвигнутую против обеих областей, дабы не ушел беглец и стопы [вра]га чтобы были удержаны. Этой крепости укрепленье я усилил и приказал внести туда ячмень, ма[сло и вин]о.

(79) Я отправился из Панзиша, перешел через ре[чку] Иштараура31) и прибыл в Аукане, область страны Зикирту. Метатти, зикиртец, сбросивший ярмо <Ашшура>,32) презревший Уллусуну, своего владыку, забывший свою службу, полагался на Урсу, урарта, — что, как и сам он, не ведал порядка, — на союзника, неспособного спасти его жизнь, — в страхе поднялся он на Уашдирикку, трудную гору, и как увидел он издали движение моего войска — оцепенела плоть его; всех людей страны своей он собрал, заставил их подняться с трудом в далекие горы, и не было найдено их место. А сам он — Парда, его царский город, ему не был дорог, — покинул он имущество дворца своего и вышел наружу; своих коней и бойцов он собрал (?) и послал подмогой на помощь Урсе, своему союзнику. Я перебил его грозных воинов, расположенных для охраны на перевале горы Уашдирикки и покорил Иштаиппу, Сактатуш, Нанзу, Аукане, Кабани, Гуррусупу, Ракси, Гимдакрикку, Барунакку, Убабару, Ситеру, Таштами и Тесаммию, 12 его крепких поселений, обнесенных стенами, вместе со всеми 84 окрестными поселениями. Стены их я снес, дома в них я предал огню и разрушил, как потоп, насыпал холмами.

(91) Я отправился из Аукане и прибыл в Уишдиш,33) маннейскую область, отнятую Урсой. Предо мной Урса урартский, не блюдущий слова Ашшура и Мардука, не чтущий клятвы владыкой владык, горец, семя убийства, что не знает порядка, чьи уста бормочут злобные и негодные речи, что не блюл почтенного слова Шамаша, великого судии богов, и ежегодно, непрестанно преступал его предначертания, — после прежних своих грехов он свершил великое безрассудство на разгром стране своей и истребление своим людям: на Уауше,34) большой горе, чья глава воздвигнута посреди небес, наравне с облаками, где от века не проходила ни одна живая душа, чьих путей не видывал путник, да и крылатые птицы небес не летали над нею, не выводили птенцов, не [вили] гнезда, на высокой горе, что торчит словно острие кинжала, и где [зияют (?)] пропасти и далекие горные ущелья; в большие жары и сильные морозы гора эта — гибель, утром и вечером [на ней] сияние, день и ночь на ней копится снег, во весь рост она покрыта льдом; у того, кто переходит ее предел, — тело его поражают порывы бури, а от [холода (?)] горит его плоть — здесь он собрал свое многочисленное войско и своих союзников и для отмщения за [Метатти зик]иртца устроил боевые силы, бойцов своих, опытных в битве, [свое] вой[ско ............] их [..........] построил, посадил их на верховых быстроходных коней и вручил оружие. Метатти, зикиртец, что издавна ему пособлял и на помощь ему [созы]вал всех окрестных горных царей и сам получал подмогу, положился на многочисленность войск и на помощь, и склонил их отложиться. Его слава победы в бою [............. возомнил себя (?)] равным моей силе. Сердце его пожелало со мною сразиться в открытом бою, поражение войск Энлиля и Мардука он задумал бесповоротно. В ущелье этой горы он построил войско; о сближении и умножении боевых сил меня известил мой гонец.35)

(112) Я, Шаррукин, царь четырех частей света, пастырь Ассирии, хранитель законов (?) Энлиля и Мардука, внимательный к решениям Шамаша, семя Ашшура, града мудрости и разумения, чтущий слово великих (богов со страхом и не преступающий их предначертаний, верный царь,36) рекущий добро, для которого мерзость злодеяние и ложь, из чьих уст не исходят слова притеснения, мудрец среди князей вселенной, созданный .в разуме и совете и держащий в руке почитание богов и богинь, к Ашшуру, царю всех богов, владыке стран, породившему все, царю всех великих богов, озаряющему страны света, владыке города Ашшура, премогучему, что в ярости своего великого гнева унизил всех князей вселенной и уравнял (?) их рост (?), к почтенному герою, из чьей сети не убегут злодеи, у не чтущего кого исторгается корень, — который того, кто не чтит его слово, полагаясь на собственную силу, забывает величие его божественности, похваляется гордо, — в стычке распри карает (?) гневно, разбивает его оружие, обращает в ветер собранные силы, а тому, кто блюдет справедливость богов, кто полагается на добрый суд Шамаша, кто божественность Ашшура —Энлиля богов37) — почитает, не презирает малых, — тому дает итти с собой рядом, попрать победно его врагов и супостатов, — ради того, что я еще не проходил ни пределов Урсы урартского, ни его обширной страны, не проливал в степи крови его воинов, — чтоб нанести ему поражение в битве, чтобы дерзость уст его обратить на него же и заставить нести егособственный грех — воздел я руки.

(125) Ашшур, владыка мой, внял словам моим справедливым, был к ним добр, повернулся к моей правдивой мольбе, благосклонно принял мое моление, послал мне на помощь свое гневное оружие, при появлении коего бегут (?) непокорные от восхода солнца до заката солнца, и я не дал страждущим войскам бога Ашшура, ходившим дальним путем, уставшим и утомившимся, без счета перешедшим высокие (?) горы, трудные при спуске и при подъеме, изменившимся в лице, упокоить их усталость, и не поил я их водой, утоляющей жажду, не разбивал я стана, не укреплял я лагерных стен, — не послал я бойцов моих, не сбирал я полка моего, те, что были справа и слева, не успели вернуться ко мне, не ожидал я тех, кто позади, не страшился множества войск его, презирал его коней, многочисленность его панцырных воинов не удостоил я взгляда — с единственной личной моей колесницей и с конями, идущими рядом со мной, не покидающими меня во враждебных и чуждых местах, отрядом, полком38) (?) Синахусура, как яростное копье по нему я ударил, нанес ему поражение, отвратил его наступление, устроил ему большое побоище, и трупы: воинов его я раскидал, как полову, наполнил горные провалы; по пропастям и ущельям кровь их я заставил течь, как реки; степи, равнины, высоты я окрасил как алую шерсть (?). Бойцов его, надежду его войска, лучников и копьеносцев у ног его, как ягнят, я зарезал, головы им отрубил; его лучшим людям, советникам и приближенным, в схватке я поломал оружие, их забрал вместе с конями; 260 человек семени его царского рода, его доверенных лиц, его областеначальников, его конников захватил, я в свои руки, и рассеял боевые ряды; а его запер я в толпе (?) его стана, упряжных коней его остриями стрел под ним я побил; для спасения жизни своей он оставил свою колесницу и верхом на кобыле бежал впереди своего войска. Метатти зикиртский с окрестными царями — я поверг их воинство, их полк рассеял; войскам Урарту, злого врага, и его союзникам я нанес поражение, на горе Уауш обратил их в бегство; их конями я наполнил горные пропасти и ущелья, а сами они, как муравьи в беде, отправились трудными путями. В ярости моего оружия вслед за ними и я поднялся, подъемы и спуски покрыл телами бойцов. На 6 беру39) расстояния от Уауша до Зимура, яшмовой горы, гнал я его острием стрелы; прочих людей его, что бежали для спасения жизни, я оставил славить победу Ашшура, моего владыки; Адад, мощный сын Ану, храбрый, поверг на них свой великий гром, тучами ливня и градом небесным покончил с остатком. Урса, их правитель, преступивший предначертания Шамаша и Мардука, не почтивший присяги Ашшура, царя богов, убоялся грома моего сильного оружия и, как у птицы ущелий, что спасается от орла, содрогнулось его сердце; как проливший кровь, он покинул Турушпу,40) свой царский город, и как бегущий от охотника он достиг краев своих гор; как роженица, бросился он на ложе, отвергал от уст своих хлеб и воду, неизлечимый недуг на себя навел он. Победу Ашшура, моего владыки, на вечные времена установил я над Урарту, страх перед ним без забвенья на будущее я оставил; в грозном бою я сделал горькой для Урарту силу мощи моей превеликой и натиска моего великого оружия; людей Андии и Зикирту я покрыл смертной пеной. Стопы злого врага отвратил я от Страны Маннеев, сердце Уллусуну, их владыки, я ублаготворил и для страждущих людей его дал сиять свету.

(156) Я — Шаррукин, охраняющий правду, не преступающий предначертаний Ашшура и Шамаша, смиренный, непрестанно чтущий Набу и Мардука — с их верного согласия я достиг желания сердца и над гордым врагом моим я встал победоносно; над всеми и каждыми горами я пролил оцепененье, вопли и рыданья судил я вражеским людям. С радостным сердцем, ликуя, с певцами, арфами и кимвалами вошел я в мой стан, Нергалу, Ададу и Иштар, владычице битвы, богам, населяющим неба и землю, и богам, населяющим Ассирию, принес я гордые чистые жертвы; повергаясь ниц и молясь, я стоял перед ними, их божественность славил.

На Андию и Зикирту, куда лицо мое было обращено, прекратил я поход свой, на Урарту обратил лицо я. Уишдиш, область Страны Маннеев, которую отнял и взял себе Урса, — ее многие поселенья, что как звезды небесные не имели числа, покорил я, их укрепленные стены, вместе с насыпью их основания, я разбил, как горшки, и сравнял с землею, многочисленные их амбары без числа я открыл и ячменем без счета накормил мое войско.

(167) Я отправился из Уишдиша .и прибыл к Ушкайе,41) большой крепости, началу пределов Урарту, которая на перевале области Заранда42) была закрыта, как дверь, удерживала гонцов, и на Маллау, кипарисовой горе, блестела, как веха, над окрестностью Суби43) была одета сиянием. Люди, живущие в этой области, во всем Урарту не имеют равных в уменииобучать лошадей для конницы — малые жеребята, порождение страны его обширной, которых он взращивает для своего царского полка44) и ежегодно берет как подать,45) — пока они не будут взяты в область Суби, которую люди Урарту называют Страной Маннеев, и стать их не будет рассмотрена, на них не ездят верхом, выходам, вольтам и поворотам, всему, что нужно для битвы, их не учат, они ходят расседланные. Эти люди крепости и области увидели поражение Урсы, их господина, и ослабели их ноги, как корень на берегу потока. Их предводители, сведущие в битве, которые бежали от моего оружия и были покрыты смертной пеной, прибыли к ним; славу Ашшура, моего владыки, который не оставил ни одного беглеца изо всех их бойцов, они им поведали, и те стали как мертвые.

Ушкайю, надежду страны его, вместе с ее поселениями они сделали пустой, покинули свое имущество и отправились путем без возврата. Натиском моего сильного оружия я поднялся в эту крепость, разграбил обильное ее имущество и заставил перенести его в мой лагерь. Ее крепкую стену, чей фундамент был утвержден на скале и имел 8 локтей46) в толщину, от зубцов ее начав, пока не достиг ее высокого основания, зараз я снес и сравнял с землей. Дома внутри нее я предал огню, и их длинные балки обратил я в пламя. 115 ее окрестных поселений я запалил, как костры, дымом их, как ураганом, я застлал лицо небес. Ее местность я сделал подобной тому, как если б потоп ее погубил, грудами насыпал ее обитаемые поселения. Аниаштанию, дом его табунов, построенный на границе Сангибуту, между Ушкайей и Тармакисой,47) вместе с 17 ее окрестными поселениями, я снес и сравнял с землей, длинные балки кровель их я спалил огнем. Урожай их и солому их я сжег, полные амбары я открыл и ячменем без счета накормил мое войско. На луга его пустил я скот моего стана, как полчища саранчи; они вырвали траву, его упованье, и опустошили его нивы.

(188) Я отправился из Ушкайи, прибыл в страну Бари, упованье скота его, называемую Сангибуту.48) Таруи и Тармакису, сильные укрепления, построенные в стране далайцев, в окрестности дома его многочисленного ячменя,49) — стены их были укреплены, валы их прочны, рвы их глубоки и окружали обводы, — где кони, запас его царского полка, были поставлены в конюшни, откармливались ежегодно — люди, живущие в этой области, увидев дело моего величества, которое я сотворил в окрестных поселеньях, задрожали, покинули свои поселенья, бежали в пустыню, сухое пространство, месте жажды, и искали жизни. Эту область покрыл я, как сетью, и между их укрепленными городами я дал яриться войне. Их [креп]кие стены —[от зубцов их начав], я достиг до их основания, — снес и сравнял с землею, дома внутри них [я предал ог]ню, их длинные [балки] обратил я в пламя. Обильный урожай их я еже [г, от]крыл [полные амбары] и яч[мен]ем без счета накормил мое войско. 30 их окрестных поселений [я запалил, как костры, дымом их, как ураганом], я застлал лицо неба.

(199) Я отправился из Тармакисы, прибыл в [...............]. Улху,50) укрепленный город, расположенный у подножья [горы ...................], а люди, как рыбы, на суше жаждут, не пьют и не насыщаются — Урса, царь, правитель их по желанию сердца своего [............] указал выход вод. Он вырыл канал, несущий проточную воду, и [............... воду (?)] изобилия, как Евфрат, он заставил течь. Он вывел бессчетные арыки от его русла и [...............] воистину оросил нивы. Его (т. е. города Улху)пустынные земли, которые издревле [........., он.................] и как дождь, пролил на них плоды и виноград. Платанам, высоким (?) деревьям, украшению. дворца его, [......................] как над его окрестностью он дал простереть тень, а на невозделанной земле его [...................................] и, как бог, дал его людям возглашать радостное «алалу».51) 300 имеров52) посева, [...........] хлеба при урожае он дал течь, и при продаже зерна (?) они увеличивали доход (?). Его пустынные земли он превратил в луга, и зеленели они весьма сильно в начале года, трава и пастбище не прекращались ни зимой, ни летом. Он превратил их в загон для коней и стад, сделал всей своей темной (?) стране известными верблюдов, и они работали при насыпке плотин. [Он построил] для своего удовольствия на берегу канала дворец, царственное жилище, перекрыл его кипарисовыми стволами и сделал приятным его аромат. Крепость Сардурихурда он заложил для охраны его на горе Кишпал (?) и поставил там [.......]тинейцев,53) опору его страны.

(213) Люди этой области услыхали дурные вести о том, что я учинил Урсе, и воскликнули «увы!», ударяя себя по бедрам. Они покинули укрепленный город Улху и крепость Сардурихурду, свою надежду, и ночью бежали на труднодоступные края гор. В ярости сердца моего я, как ураган, покрыл всю окружность этой области и, как тучей, обложил ее с фланга и с фронта. Я, как владыка, вошел в Улху, город запасов (?) Урсы, я вошел победоносно во дворец, в его царственное жилище. Его54) крепкую стену, сделанную из острых горных камней, я велел, разбить железными кирками и мечами, как глиняный горшок, и сравнять с землей. Длинные кипарисовые стволы, кровлю дворца его, я сорвал, заставил обработать [топо]рами (?) и забрал в Ассирию. Я открыл его полные амбары, его обильными запасами, без числа, накормил мое войско. Я вступил в его сокрытые винные подвалы, и многочисленные воинства Ашшура черпали из больших (?) и малых (?) мехов душистое вино, как речную воду. Каналу, — потоку питающему его, — я заткнул выход и св[ежу]ю воду его превратил я в болото, арыки, [отведенные] от его русла, я [...........], их подземные трубы (?) показал я солнцу. В его прекрасные сады, украшение его города, полные плодовых деревьев и лоз и как небесный ливень [............], во[рвал]ись мои сильные воины и дали греметь железным топорам, как Ададу.55) Многочисленные их плодовые деревья они порубили, чтобы в битве никогда жители не оставляли сердечного страха, вовеки веков чтоб томились неисполнимымжеланьем. Его большие стволы, украшенье дворца его, я рассыпал, как полову (?), город славы его я предал позору, ниспроверг его область. Эти стволы и деревья, сколько я нарубил, я собрал, насыпал кучей и сжег огнем. Их обильный урожай, как тростник, не имеющий счета,56) я вырвал с корнем, ни колоса не оставил для восстановления после разрухи. Его прекрасную землю, имевшую цветом вид лазурного камня, ибо в окрестностях были насажены цветы и растения, я затопил, как Адад, повозками, конницей, поступью воинов, и луг, надежду коней его, превратил я в пустырь. Сардурихурду, их великую крепость вместе с 57 ее окрестными поселениями в области Сангибуту — их все я разрушил, сравнял с землей, балки кровель их спалил огнем, обратил их в пламя. :

(233). Я отправился из Улху, прибыл в [..........]уинате, первый из укрепленных городов области Сангибуту. Эта область была родиной его храма, на которую прежний царь, живший до него, тратился для того, чтоб расширить свою страну.57)Поселения Хурнуку, Харданиа, Гизуарзу, Шашзисса, Хундурна Верхняя, [.............], Уаднаунза, Аразу, Шадишциниа, Хундурна Нижняя, Эл[..........]нак, Циттуарзу, Зирма, Сурзи, Элийадиниа, Даг[.............], Цурзиалдиу, Армуна, Кинаштаниа — 21 укрепленный город [.............] как лозы, поросль гор, они красовались на утесах горы Арцабка; окружены они были крепкими стенами [....................] 120 слоев кирпича — высота зубцов их и для стояния бойцов [..............] устроены, для битвы они были одеты ужасом. Глубокие рвы для по [мощи ......................... у вх]ода в ворота их были утверждены башни. Потоки, несущие полую воду в [....................... ] не прекращались в их окрестности. Люди их в изобилии и богатстве [.....................] всякого рода умножали траты. Большие дворцы, украшенья [..................................] кресла (?) простирались, признак царственности. Кипарисовые благовонные балки [......................] вх[одив]шему, как ḫašurru,58) он проникал в сердце. Люди области Сангибуту, населяв[шие область и] населявшие все эти города, [увидали] вихрь моего похода, что на беру [............], над Урарту от края и до края учин[ял см]ятенье — для того, чтобы наблюдать, что [происходит в] области, были утверждены башни на горных вершинах ...[....],утром и вечером они следили за зажиганием костров,означающим приближение дале[кого] врага, и сообщали [...............]. Они смутились наступления моей яростной битвы, что не имеет подо[бных], они сод[рогнулись пред сражен]ьем; не глядя на свое большое имущество, они покинули свои крепкие стены и бежали на горные ск[лоны]. Как темная вечерняя туча я покрыл эту область, все ее укрепленные города, как полчища саранчи, [я ........]; между Арцабией59) и Иртией, высокими горами, я отмерил 12 беру60) хода, а затем разбил [лагерь]; на края гор, убежище их, я послал моих храбрых воинов, как горных козлов, не [ос]тавил шпионов слушать их (т. е. врагов) приказанья. Обширные войска Ашшура я пустил на все города их, как саранчу; моих быстрых (?) грабителей я впустил в их покои, имущество, богатство, запасы [...................] они принесли, их накопленные сокровища захватили мои руки; обозников,61) саперов,62) нос[ильщиков (?) ........] я послал подняться на их стены, с киркой и лопатой (?) я поставил [.....] разрушителей, я сорвал кипарисовые балки, кровлю дворцов, и люди Страны Ма[н]н[еев] и страны] Н[а]'ир[и .....................]. Их высокие укрепления (?), утвержденные (?) как горы, с основаниями их, я, как песок [..................], их красивые дома я запалил огнем, дым их заставил подняться и, как ураганом, застлал лицо небес. Большие запасы ячменя и пшеницы, которые долгое время он насыпал в амбары для поддержания жизни страны и людей, все мое войско я заставил возить на конях, мулах, верблюдах (?), ослах и насыпал в моем лагере, как холмы; моих людей накормил я богатой и сытной пищей, и на радостях они устроили пир (?)63) ради возвращения в Ассирию. Его пышные сады я посек, лозы его во множестве я посек, прекратил его питье; его большие рощи, которые густо росли, как тростниковые заросли, — их деревья я порубил, опустошил окрестность; все его срубленные стволы, как солому, гонимую бурей, я собрал и спалил огнем. 146 их окрестных поселений я зажег, как костры, дымом их, как ураганом, я застлал лицо небес.

(269) Я отправился из укрепленных городов области Сангибуту, прибыл в область Армарили.64) Крепость Бубузи, городХундур, обнесенный двумя стенами, где у входа в башню были утверждены у рва (?).......,65) город Айале, городЦинишпала, город Циниунак, город Арна, город Шарни — 7 укрепленных городов вместе с 30 их окрестными поселеньями, расположенными у подножья горы Убианда, — их все я разрушил, сравнял с землей, балки кровель их спалил огнем, обратил в пламя; их полные амбары я открыл и обильным ячменем их, без счета, накормил мое войско. Урожай, надежду людей его, и солому, жизнь скота его, я сжег кострами, превратил в запустенье окрестность. Сады их я порубил, рощи их я посек, все стволы их свалил в кучу и спалил огнем. Мимоходом пошел я на Арбу, поселение рода66)Урсы, и на Рийар, поселение Сардури; 7 их окрестных селений, где были поселены его братья, семя его царственности, и где охрана была сильна, — эти города я разрушил, сравнял с землей, разрушил его святилище.

(280) Я отправился из Армарийали,67) перевалил через гору Уизуку из пестрого мрамора, поросшую кипарисом, прибыл в Айаду.68) Поселение Анзалиа, поселение [К]уайаин (?), поселение Калланиа, поселение Битай, поселение Алуарза,поселение Киуна, поселение Алли, поселение Арзугу, поселение Шиккану, поселение Ардиунак, поселение Дайазуна,поселение Гета, поселение Баниу, поселение Бирхилуза, поселение Дезизу, поселение Дилизиа, поселение Абаинди,послание Дуаин, поселение Хасрана, поселение Парра, поселение Айацун, поселение Аниаштаниа, поселениеБалдуарза, поселение Саруарди, поселение Шуматтар, поселение Шалзи, поселение Албури, поселение Цикарра,поселение Старый Уайаис — 30 его укрепленных городов—расставлены по берегу волнующегося моря, на уступах больших гор и размещены, как вехи. Аргиштиуна и Калланиа, его сильные крепости, — воздвигнуты между ними, наверху гор Арциду и Махунниа сияют, как звезды, на высоте 120 локтей69) видны их основания, и в них поставлены гарнизоном70)его лучшие бойцы, победоносное в битвах войско, пращники (?) и копьеносцы, надежда его страны. Они увидали завоевание Армарийали, соседней с ними области, и содрогнулись их ноги; покинув свои города вместе со своим добром, как птицы, в эти крепости они улетели. Я поставил в их города многочисленное войско, их имущество во множестве они разграбили и их богатство. Их сильные стены вместе с 87 их окрестными поселениями я разрушил, сравнял с землей, дома, что внутри них, я поджег огнем, балки кровель их обратил в пламя. Их полные амбары я открыл и накормил мое войско ячменем без счета. Их сады я посек, их рощи я вырубил, все их лозы собрал и спалил в огне.

(297) Я отправился из Айаду, перешел реки Аллуриа, Калланиа и Иннайа, прибыл в Уайаис, его опорную область, конец пределов Урарту, что рядом с На'ири. Уайаис,71) его укрепленный город, большая крепость, сильнейшая из всех его крепостей, красивая строением, — поселены были в ней его храбрые боевые воины, лазутчики, посылаемые, чтобыпроникнуть в замыслы окружающих стран. Туда же он поставил своих областеначальников с их полками, крепкой стеною окружил бойцов. Тылы этой крепости я захватил, его воинов, как ягнят, заколол я перед городскими вратами. Сады его я вырубил и посек его рощи, все его лозы собрал и спалил огнем. Барзуриани, Уалтукуйю, Кутту, Киппу, Асапу — 5 его сильных укреплений и 40 их окрестных поселений я спалил огнем.

(306) Я отправился из Уайаиса, прибыл в область Янзу,72) царя На'ири.73) Янзу, царь Наири, за 4 беру74) расстояния вышел мне навстречу из Хубушкии, своего царского города, и поцеловал мне ноги. Я принял его дань — подъяремных коней, крупный и мелкий рогатый скот — в Хубушкии, его городе.

(309) При моем возвращении Урзана мусасирский, негодяй и злодей, преступивший клятву богам, не покорившийся владычеству, горец злой, согрешивший против присяги Ашшура, Шамаша, Набу и Мардука, возмутился против меня, прекратил возвратное продвижение моего похода тем, что с тяжелым своим приношением не поцеловал моих ног. Он задержал свою дань и подать и ни разу не послал своего гонца, чтобы спросить о моем благополучии. В гневе сердца моего я дал всем моим колесницам, многочисленным коням, всему моему стану направить путь на Ассирию, сам же в великой надежде на Ашшура, отца богов, владыку стран, царя всех небес и земли, породившего <все>, владыку владык, кому издревле Энлиль богов Мардук75) подарил богов горы и равнины четырех частей света, чтобы заставить их чтить его и никто чтобы не уклонился, и чтобы были они с их накопленными сокровищами введены в Эхурсаггалькуркурру;76)высоким велением Набу и Мардука,77) что направили ход свой в расположении звезд, предвещающий подъятие моего оружия, и следуя благоприятным знамениям, предвещающим принятие мощи, коим Магур, тиароносец,78) предвещаяпоражение Гутиума,79) утомил звездочетов; с драгоценного согласия Шамаша воина, приказавшего написать в печени моей жертвы надежные предзнаменования80) о том, что он пойдет на моей стороне, с одной лишь единственной личной моей колесницей и 1000 моих пылких конников, лучников, пращников (?) и копьеносцев — моими храбрыми воинами, сведущими в битвах, — я построил войска (?) и, направив путь в Мусасир дорогою трудной, я заставил войско мое подняться на Арсиу, могучую гору, подъем на которую, как на иглу, невозможен.81) Я перешел Верхний Заб, который люди Наири и Хабхи называют Эламуниа; между Шейаком, Ардикши, Улайау и Аллуриу, высокими горами, громадными холмами, недоступными иглами гор, отвергающими счет, — между ними нет тропинки для прохода пехоты, водопады могучие там низвергаются, и шум их паденья гремит на беру,82) словно Адад,83) поросли они всякими желанными плодовыми деревьями и лозами, как тростником,84) — где не проходил ни один еще царь, и чьих троп не видывал князь, живший до меня, — их большие стволы повалил я, и воистину я стесал недоступные иглы их топорами из бронзы; узкий путь, проход, проулок, где пехота шла бочком, я улучшил между ними для продвижения моего войска. Мою колесницу на затылки людей я поставил, а сам верхом на коне стал во главе моего войска, а воинов моих с конями, шедшими со мною, я заставил растянуться по одиночке и с нуждою пройти. Чтобы он не уклонился, послал я приказ моим доверенным людям, областеначальникам с их полками, написал им поспешно. [..................] увидел [дви]женье моего похода [........] только (?) [царь Ур]арту в М[усасир,] его царское [жи]лище, жилище Халди[и, его] бога [............царство] Урарту до всех пределов его, более коего на небесах и земле не ведают [...............................] так как (?) древле скипетр и тиара не были носимы, подобающие пастырству85) [......................] люди [.................] укрепили [.......................... кн]язь, пастырь людей Ур[арту..........] приносят ему, и того из его сыновей, кто приемлет его престол, [с] золотом, серебром и всем драгоценным, с сокровищем дворца его в Мусасир86) пред Халдию87) его вводят и он дарит свои дары —толстых [быков], жирных баранов без счета пред ним приносят в жертву, для всего его города устраивают пир, [перед] Халдией, его богом, его венчают тиарой владычества, дают ему носить скипетр царства Урарту, а люди его возглашают его имя. Над этим городом великому грому моего войска дал я греметь, как Адад; жители [....................................] его люди, старики и старухи поднялись на крыши домов своих, горько плачут [..............................] ради спасения душ своих на четвереньках ползали, руки свои простирали [...........................].





©2015-2017 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!