Врожденный потенциал и его судьба





Д.В. Винникотт

Краткое изложение

1. Осуществлено изучение младенчества; исследование младенчества - не то же самое, что и исследование примитивных психических механизмов.
2. Зависимость является основным свойством младенчества, которое рассматривается в связи с удерживающим (holding) окружением.
3. Любое исследование младенчества должно быть разделено на две части:
а) Развитие младенца, которому способствует достаточно хорошая материнская забота;
б) Развитие младенца, которое искажено недостаточно хорошей материнской заботой.
4. Можно сказать, что Эго младенца является слабым, но, фактически, сильным вследствие Эго-поддержки материнской заботы.
5. В здоровом варианте процессы в матери (и отце) обуславливают особое состояние, в котором родитель ориентирован на младенца и находится в позиции, соответствующей его зависимости.
6. Рассмотрены различные пути, какими условия удерживающего окружения могли бы или не могли появиться в переносе, если бы позже младенец оказался у психоаналитика.

Основная мысль этой статьи может быть выражены через сравнение исследования младенчества с исследованием психоаналитического переноса.1) Нельзя твердо сказать, что мое утверждение, главным образом, касается младенчества, а не психоанализа. Причина, почему это должно быть понято и является сутью вопроса. Если эта статья не привнесет некий конструктивный вклад, то она может лишь усилить существующую путаницу в понимании относительного значения личного влияния, а также влияния окружения на развитие индивидуума.

Как мы знаем, в психоанализе нет травмы вне всемогущества индивидуума. Все, со временем, попадает под контроль Эго, и тем самым становится связанным с вторичными процессами. Аналитик не поможет пациенту, если скажет: "Ваша мать не была достаточно хороша... ваш отец действительно соблазнял вас... ваша тетя роняла вас". Изменения появляются в анализе тогда, когда травматические факторы, собственным для пациента способом, проявляются в психоаналитическом материале, и в пределах всемогущества пациента. Способными вызывать изменения интерпретациями являются такие вмешательства, которые могут быть сделаны на языке проекций. То же самое применимо и к тем благодатным факторам, которые ведут к удовлетворению. Все следует интерпретировать с точки зрения любви и амбивалентности индивидуума. Чтобы быть в позиции, позволяющей осуществлять такого рода работу, аналитик должен быть готов долгое время ждать.

В младенчестве, тем не менее, с младенцем случаются хорошие и плохие вещи, которые совершенно вне сферы младенца. Фактически, младенчество является тем периодом, в котором способность вбирать внешние факторы в область всемогущества младенца находится в процессе формирования. Эго-поддержка материнской заботы позволяет младенцу жить и развиваться, несмотря на то, что он еще не способен контролировать или чувствовать себя ответственным за то, что является хорошим и плохим в его окружении.

События этих ранних стадий не могут быть рассмотрены как утраченные вследствие механизмов вытеснения, следовательно, аналитикам не следует ожидать обнаружить их появление в результате уменьшения силы вытеснения. Возможно, Фрейд делал поправку на эти явления, используя термин "первичное вытеснение", однако, это дискуссионный вопрос. То, что является совершенно определенным, так это то, что обсуждаемым здесь вопросам следовало и ранее выделить место в психоаналитической литературе.2)

Как я уже сказал, аналитик должен быть готов ждать до тех пор, пока пациент сможет представить факторы окружения, таким образом, который позволит интерпретировать их как проекции. В хорошо отобранном случае это происходит благодаря способности пациента к доверию, которая вновь открывается благодаря надежности аналитика и профессиональному сеттингу. Иногда аналитику необходимо ждать очень длительное время, а в случае пациента, который был плохо выбран для классического психоанализа, надежность аналитика является самым важным фактором (более важным, чем интерпретации), потому что пациент не пережил такой надежности материнской заботы в младенчестве. Если пациент стремится к использованию такой надежности, он впервые в жизни должен найти ее в поведении аналитика. Похоже, это положение является основой для исследования проблем того, что психоаналитик может сделать в лечении шизофрении и других психозов.

В пограничных случаях аналитик не всегда ждет напрасно; с течением времени пациент становится способным использовать психоаналитические интерпретации первичной травмы в качестве проекций. Может даже случиться, что он сможет принять то, что является хорошим в его окружении как проекцию простых и стабильных элементов, которые проистекают из его собственного врожденного потенциала.

Парадокс состоит в том, что являющееся хорошим и плохим в окружении младенца фактически не является проекцией, но, несмотря на это, для здорового развития младенца необходимо, чтобы все казалось ему проекцией. Здесь мы обнаруживаем всемогущество и принцип удовольствия в действии, поскольку они определенно существуют в раннем младенчестве. К этому заключению мы можем прибавить, что осознание подлинного "не-меня" (not-me) является делом интеллекта, связанного с крайней изощренностью и зрелостью индивидуума.

В работах Фрейда большинство соображений о младенчестве вытекают из исследования взрослых в анализе. Имели место также некоторые наблюдения детства (материал о игре с катушкой (1920)) и анализ маленького Ганса (1909). На первый взгляд может показаться, что в психоаналитической теории раннему детству и младенчеству уделяется большое внимание, однако очевидным является недостаточное внимание Фрейда к младенчеству как состоянию. Это обнаруживается в примечании к работе "Положения о двух принципах психического функционирования" (1911), в котором он демонстрирует знание того, что считал не требующим доказательства как раз те явления, которые являются предметом рассмотрения данной статьи.

В этой работе Фрейд прослеживает развитие от принципа удовольствия к принципу реальности, следуя обычному курсу реконструирования младенчества своих взрослых пациентов:

Мне с полным правом могут возразить, что подобная организация, покорная принципу удовольствия и пренебрегающая реальностью внешнего мира, не могла бы сохраниться в течение даже самого короткого времени, и вообще не могла бы возникнуть. Применение подобной фикции, однако, оправдывается тем наблюдением, что младенец, включающий в себя и ту заботу, которую он получает от матери, приблизительно осуществляет именно такую психическую систему.

Здесь Фрейд полностью отдает должное функции материнской заботы. Можно предположить, что он не рассматривал эту тему, потому что не был готов обсуждать ее приложения. Далее он продолжает:

Вероятно, он галлюцинирует исполнение своих внутренних потребностей; при возрастании раздражающих стимулов и отсутствии удовлетворения он выражает свое неудовольствие в моторной разрядке - в виде крика и барахтанья руками и ногами - и вслед за этим переживает галлюцинаторное удовлетворение. Впоследствии, повзрослевший ребенок научается намеренно использовать эти проявления в качестве средств выражения собственных чувств. Так как уход за младенцами служит моделью последующей заботы о детях, господство принципа удовольствия может действительно закончиться только тогда, когда ребенок достигнет полного психического отделения от родителей.

Слова "младенец, включающий в себя и ту заботу, которую он получает от матери" имеют огромную важность в контексте этого исследования. Младенец и материнская забота составляет единство.3) Если мы собираемся исследовать теорию родительско-младенческих отношений нам необходимо придти к какому-либо решению относительно этих спорных вопросов, касающихся действительного значения жизни в зависимости (the world dependence). Только лишь признать важность окружения кажется недостаточным. Следует также отметить, что существуют и те, кто не допускает, что на ранних стадиях младенец и материнская забота составляют одно целое друг с другом и не могут быть разделены. Эти два явления, младенец и материнская забота, постепенно высвобождаются и разделяются, что является движением к здоровью, которое, в частности, означает отделение материнской заботы от того, что мы называем младенцем или истоками развивающегося ребенка. Эта идея выражена Фрейдом в конце сноски: "господство принципа удовольствия может действительно закончиться только тогда, когда ребенок достигнет полного психического отделения от родителей". (Средняя часть этой ссылки будет обсуждена в одном из следующих разделов, в котором будет утверждаться, что данные слова Фрейда в некотором смысле неадекватны для описания самой ранней стадии развития и вводят в заблуждение.)

Слово "Младенец"

В этой статье слово младенец используется применительно к очень маленькому ребенку. Это необходимо подчеркнуть, потому что в работах Фрейда это слово порой покрывает возраст ребенка, вплоть до Эдипова комплекса. Фактически, слово младенец предполагает невозможность говорить, однако не будет бесполезно подумать о младенчестве как о фазе, предшествующей словесному представлению и использованию слов в качестве символов. Следовательно, младенчество является той фазой, на которой младенец зависит от материнской заботы, которая, в свою очередь, опирается на материнскую эмпатию, а не на понимание того, что может быть выражено словесно.

Это главным образом период развития Эго, и интеграция является основной характерной чертой такого развития. Силы Ид настойчиво требуют внимания. Поначалу они являются внешними по отношению к младенцу. В здоровом варианте Эго овладевает Ид и начинает задействовать Ид на службе Эго, поэтому удовлетворения Ид усиливают Эго. Это достижение, однако, имеет место при здоровом развитии, в младенчестве же существуют много вариантов, связанных с относительным недостатком этого достижения. При нездоровом младенчестве достижения такого рода могут быть обретены лишь в минимальной степени или могут быть приобретены и утрачены. При инфантильном психозе (или шизофрении) Ид остается в относительной степени или полностью "внешним" к Эго, и удовлетворения Ид остаются физическими и несут угрозу структуре Эго, до тех пор, пока не будут установлены защиты психотического уровня.4)

Я придерживаюсь здесь точки зрения, что основной причиной того, что младенец становится способным в ходе своего развития овладеть Ид, является факт материнской заботы; материнское Эго снабжает необходимыми средствами Эго младенца и, тем самым, делает его сильным и стабильным. Необходимо исследовать, каким образом это происходит, а также то, как Эго младенца постепенно становится свободным от Эго-поддержки матери настолько, что младенец достигает психического отделения от матери и дифференциации, обретая отдельную личную самость.

Для того чтобы исследовать родительско-младенческие отношения для начала необходимо кратко изложить теорию эмоционального развития младенца.

Исторический взгляд

Развитие психоаналитической теории было связано с ранней гипотезой о Ид- и Эго-механизмах защиты. Стало ясно, что фактически Ид появляется на сцене очень рано, а открытие и описание Фрейдом догенитальной сексуальности, опирается на его наблюдениях регрессивных элементов, которые были обнаружены в генитальной фантазии, игре и сновидениях - основных особенностях клинической психологии.

Постепенно были сформулированы Эго-механизмы защиты.5) Предполагалось, что организация этих механизмов связана с тревогой, которая проистекает из инстинктивного напряжения или потери объекта. Эта часть психоаналитической теории предполагает отдельность самости и структурирование Эго и, может быть, личную схему тела.

Положение дел, однако, представляется совершенно иным, если исходить из идей, излагаемых мною в этой статье. У меня серьезное сомнение вызывает факт структурирования Эго, лишь наличие которого делает возможным тревогу вследствие инстинктивного напряжения или утраты объекта. Тревога на этой ранней стадии связана не с кастрационной или сепарационной тревогой; она проистекает из совершенно других явлений и может быть названа тревогой уничтожения (или аннигиляции).

В психоаналитической теории Эго-механизмы защиты в основном связаны с идеей о ребенке, обладающим независимостью и подлинно личной защитной организацией. На этой пограничной линии исследования Кляйн обогатила теорию Фрейда прояснением взаимодействия примитивных тревог и защитных механизмов. Эта работа Кляйн касается раннего младенчества и значения агрессивных и деструктивных импульсов, которые более глубоко укоренены, чем те импульсы, которые реактивируются фрустрацией и связаны с ненавистью и гневом. В работах Кляйн также содержится анализ ранних защит против примитивных тревог, относящихся к первым стадиям психической организации (расщепление, проекция, интроекция).

Содержащиеся в работах Мелании Кляйн описания относятся к жизни младенца на самых ранних фазах и к периоду зависимости, которому посвящена данная статья. Мелани Кляйн признает значение окружения в этот период и на других стадиях развития.6) Однако я считаю, что работа Мелани Кляйн и ее коллег оставила открытой для будущего рассмотрения тему полной зависимости, которая появилась в фразе Фрейда: "младенец, включающий в себя и ту заботу, которую он получает от матери". В работах Кляйн нет ничего, что бы противоречило идее абсолютной зависимости, но, как мне кажется, в них нет никакого упоминания о стадии, на которой младенец существует только благодаря материнской заботе, вместе с которой он формирует единство.

То, что я предлагаю для рассмотрения здесь - это отличие между принятием аналитиком реальности зависимости и его работой с этим в переносе.

Кажется, что исследование защит Эго возвращает исследователя к догенитальным манифестациям Ид, поскольку изучение психологии Эго возвращает его к зависимости, к единству материнской заботы и младенца.

Одна половина родительско-младенческих отношений касается младенца и является теорией путешествия младенца от абсолютной зависимости, через относительную зависимость, к независимости, и одновременно путешествием младенца от принципа удовольствия к принципу реальности, а также от аутоэротизма к объектным отношениям. Другая половина теории родительско-младенческих отношений связана с материнской заботой и включает в себя качества и изменения в матери, ориентированной на удовлетворение специфических и развивающихся потребностей младенца.

А. Младенец

Ключевым словом этой части исследования является зависимость. Развитие человеческих младенцев зависит от определенных условий. Эти условия, являющиеся частью психологии младенца, будут исследованы ниже. Младенцы начинают свое существование по-разному, в зависимости от условий, которые могут быть благоприятными и неблагоприятными. В то же самое время, эти условия не определяют потенциал младенца. Потенциал младенца является врожденным и, хотя, кажется возможным исследовать его сам по себе, в существенной степени, врожденный потенциал младенца становится младенцем лишь с получаемой им материнской заботой.

Врожденный потенциал включает в себя тенденцию к росту и развитию. Можно грубо датировать все стадии эмоционального роста. Однако, предпочтительно считать, что все эти стадии имеют собственный период для каждого конкретного ребенка. Тем не менее, даже если бы временные сроки были заранее известны в случае какого-то определенного ребенка, они не могли бы быть использованы для предсказания действительного развития ребенка, поскольку существует другой важный фактор - материнская забота. О прогнозе можно говорить, только при условии наличия адекватной материнской заботы. (Очевидно, что имеется в виду не только адекватная физическая забота; значение адекватности и неадекватности в этом контексте рассматривается ниже).

Врожденный потенциал и его судьба

Здесь необходимо попытаться коротко сформулировать то, что происходит с врожденным потенциалом в процессе развития младенца, а затем и ребенка, стремящегося к независимому существованию. Из-за сложностей предмета такое утверждение следует сделать с допущением наличия удовлетворительной материнской, то есть родительской заботы. Удовлетворительная родительская забота может быть разделена на три частично покрывающих друг друга стадии:
(а) Удерживание (Holding)7).
(б) Мать и младенец существуют вместе. Здесь функция отца (обращения с окружением матери) неизвестна младенцу.
(в) Отец, мать, и младенец, все трое живут вместе.

Термин "удерживание" используется здесь для определения не только действительного физического держания младенца, но также для полного обеспечения окружения младенца, которое предшествует понятию "сосуществование" (living with). Другими словами, удерживание относится ко всем трем измерениям или пространственным отношениям, которые прибавляются со временем. Это частично перекрывается с инстинктивными переживаниями, которые со временем начинают детерминировать объектные отношения. Удерживание включает в себя обращение с неотъемлемыми для существования младенца переживаниями, такими как завершенность (и, следовательно, незавершенность) процессов, которые извне могут казаться полностью физиологическими, но, на самом деле, относятся к психологии младенца, и занимают свое место в сложном психологическом поле, которое детерминируется осознанием и эмпатией матери. (Концепция удерживания более детально обсуждается ниже.)

Понятие "сосуществование" подразумевает объектные отношения и возникновение младенца из состояния слияния с матерью, а также его восприятие объектов как внешних относительно себя.

Данное исследование главным образом касается "удерживающей" стадии материнской заботы, и со связанными с этой стадией сложными событиями в психологическом развитии младенца. Однако, следует помнить, что деление на фазы является искусственным, и осуществлено для удобства с намерением более ясного определения.





Рекомендуемые страницы:


©2015-2018 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2017-03-31 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных

Обратная связь

ТОП 5 активных страниц!