ЧАСТЬ 2. Время собирать артефакты 13 глава




— А, ладно, вычёркиваем. — Сдался торговец, покосившись на Духа.

Я отслюнявил нужную сумму. Оказалось, что осталось ещё довольно прилично, примерно половина. Да ещё у Соньки тоже что-то было. Живём. Торговец принялся пересчитывать деньги, а мы распихивать еду и боеприпасы по отсекам и кармашкам рюкзаков.

— Пошли за вещами. — Попрыгал я с рюкзаком за спиной, проверяя удобство укладки.

— Замаялся я с вами. — Заартачился Хромой. — Вон с Духом сходите, а у меня дел полно.

— Сходишь? — Повернулся я к сталкеру.

— А почему нет? — Легко поднялся он, но уже на выходе обернулся к Хромому. — Учти, у меня опись наших артефактов есть.

— Обижаешь! — Нахмурился Хромой, но, кажется, расстроился.

Мы вышли на крыльцо, и я зажмурился от яркого дневного света, уже успев отвыкнуть от него за время ношения очков. Привыкать к нему было ещё рано, и я снова нацепил очки. Пусть здесь нам и ничего не угрожает, особенно в присутствии Духа, но вот дальше… Так что расслабляться не стоит. Сонька тоже достала очки, но, повертев их немного в руках, убрала обратно в карман и демонстративно пошла по улице, посматривая по сторонам ярко жёлтыми кошачьими глазами.

Сталкеров вокруг не сказать, что было много, но, тем не менее, они были, занимаясь хозяйством у своих новых домиков или идя по улице по своим делам. Улица не была безлюдной. Почти все провожали нас задумчивыми взглядами, а идущие навстречу отводили глаза в сторону. Видимо кто-то из покинувших хибару торговца сталкеров успел разболтать о случившемся, потому что никто лишних вопросов не задавал.

В доме сектантов я сразу прошёл на кухню, где как я помнил стоял платяной шкаф, а Дух заинтересовался произошедшим в комнате и скрылся там. Сонька подошла со мной к шкафу и мы начали перебирать вещи, первым делом отделяя новые от старых. Сунув старые вещи обратно в шкаф, мы принялись рассматривать то, что нам досталось и за что мы уже заплатили. Две бесформенные безразмерные кофты без лишних рассуждений перекочевали в наши рюкзаки, за ними последовали шерстяные носки и трико с начёсом. Чистая рубаха оказалась почему-то одна. Менять свои привычные куртки на новые мы не стали, тем более что Соньке новая куртка оказалась большой. Бушлаты тоже брать не стали, так далеко в зиму наши планы не распространялись. Закончив собираться, мы закинули разбухшие рюкзаки за спину и прошли в комнату к задумчиво стоявшему прямо в центре Духу.

— Мы всё. — Дал я знать, что мы рядом.

— А, да! — Очнулся от своих размышлений дух. — Думаю надо сюда Энта привести.

— Приведи. — Согласился я. — Ну, мы пошли, проводишь до ворот?

— Конечно. — Дух сплюнул на пол и пошёл к выходу. — А может всё-таки останетесь до завтра? Вечером банкет, пиво, банька и всё такое?

— Извини. — Сонька похлопала его по плечу. — На обратной дороге обязательно зайдём, не пропейте все деньги.

До ворот из деревни мы также дошли под косые взгляды жителей, но никаких проблем не возникло. Попрощавшись с Духом, мы бодро зашагали по уходившей в лес тропинке. Патруль внешнего заграждения мелькнул где-то на границе видимости, но подходить не стал. Что, и они уже в курсе? Ну, да и чёрт с ними, меньше вопросов, нашим легче.

— Ну и что ты думаешь делать дальше? — Спросила Сонька после пятиминутного молчания, пока за деревьями не перестал мелькать забор оставленной нами деревушки.

— Ты о чём? — Не понял я. — У нас же вроде бы вполне определённый план.

— Да я не об этом. — Поморщилась она и вдруг прильнула ко мне. Я остановился. — Как дальше жить будем? Ты уверен, что тебя спокойно примут в твоей деревне?

— Я бы сюда вернулся. — Честно выдал я свои давешние размышления. — Ещё бы Пики не было, вообще красота бы была. Можно и в свою вернуться, но только осторожно, пусть шаманы снова проверяют.

— Ладно, будем считать вопрос открытым. — Вздохнула Сонька. — Решим мои проблемы, вплотную им займёмся.

Ещё минут пятнадцать мы молча шагали меж чахлых берёзок, рассматривая пейзаж, который мы проходили ночью, и машинально примечая ближайшие аномалии. Я уже хотел, было развлечь Соньку каким-нибудь анекдотом, чтобы молчание не затягивалось, как вдруг меня шатнуло. Словно пятибалльное землетрясение меня повело в сторону с тропы и сразу в обратную сторону. В голове зашумело, и заныли виски. Похоже, у меня всё-таки есть сотрясение мозга, просто оно не проявляло себя, пока я двигался не сильно много, а вот теперь… Я повернулся к Соньке и замер, увидев на её лице гримасу боли. Ладонями она зажимала виски. Глаза были закрыты.

— Да это же выброс! — Вырвалось у меня.

— Не может быть. — Прошипела от боли Сонька. — Он ночью бы.

— Но симптомы… — Начал я, но, уловив краем зрения, движение за Сонькой поднял голову и замер, замолчав на полуслове.

Сонька, увидев мою реакцию, резко обернулась, и мы вместе стали смотреть на поднимающийся с земли в небо сероватый столб не то света, не то пыли.

— Это он, локальный выброс. — Заворожено прошептал я. — Это ведь в деревне!

— Сколько же у них сектантов? — Удивилась Сонька, понемногу приходя в себя. — Вся деревня?

— Не знаю. — Я потянул Соньку за руку. — Пошли, без нас разберутся.

— Подожди. — Упёрлась она. — Им надо помочь.

— Да пошли они. — Разозлился я. — Сперва чуть сектанты не покрошили, потом чуть «долгу» на опыты не сдали, потом Хромой чуть три шкуры не содрал за обычную сделку. И ты им хочешь после этого помогать?

— А про Духа и Энта ты не забыл? Они ведь тебе помогли!

— Ну, знаешь! — Не сдавался я — Если бы Энт своим камланием что-нибудь у тебя в глазах увидел, то он первым бы тебя на опыты сдал. Да и рассказали мы им всё, а, как известно «предупреждён, значит вооружен». А мы торопимся, ты сама говорила!

— Торопимся. — Не стала отказываться Сонька. — Но почему когда ты куда-то хочешь сходить, то понятие «мы торопимся» становится таким растяжимым, а когда мне куда-то надо, ты не хочешь?

— Ну, пошли, пошли. — Сдался я её железному аргументу и мы побежали обратно к деревне.

Добежали мы минут за пять. Бой был как раз в самом разгаре. Снесённые чем-то ворота валялись в стороне, развалившись на несколько частей, вышка была повалена и теперь горела, выпуская в небо клубы серого дыма. Метрах в пятидесяти от ворот в заборе была здоровая дыра, и оттуда по наступающим зомби огрызалось пару стволов. В самих воротах стрелков было больше, но всё равно ничтожно мало, против наступающей толпы мертвяков. Да, похоже сценарий один в один с нападением на ту деревню, где был Ветер, а значит, большая часть сталкеров ещё не отошла от шока локального выброса.

И не было в увиденной картине ничего особо удивительного, и я уже приготовился стрелять, сняв с плеча свой родной «винторез», как вдруг удивлённо замер. Зомби, словно по единой команде, вскинули руки, в которых оказались не замеченные мной с первого взгляда автоматы, и открыли шквальный огонь по защитникам деревни. Сонька от увиденного тоже замешкалась. Никогда до этого момента я не видел в руках мертвецов оружия. Они всегда брали числом и неожиданностью, да ещё устойчивостью своего мёртвого организма к металлу пуль. Так что же за чертовщина тогда здесь творится?

Ещё немного понаблюдав за атакующими, я пришёл к выводу, что и двигаются они быстрее, чем обычные зомби. Конечно не так быстро, как обычный человек, но всё же достаточно споро, чтобы не становиться неподвижной мишенью. Да и одеты они были странно одинаково — на всех сидела довольно новая военная форма. Что за фокусы? Но как не хотелось мне взять самое разумное объяснение, что это сами военные атакуют, сколь бы нелепо это ни звучало, было отчётливо видно, что это мертвецы. Да и зачем военным атаковать мирную деревню сталкеров? Тьфу, бред, они бы её за пять минут раскатали без всяких сектантов.

И всё же, что такого знал Слон, что ещё тогда, сразу выдал версию о причастности военных к какой-то непонятной нам игре? Что?

На размышления времени уже не осталось — зомби уже почти вплотную подошли к воротам, выдавливая плотным огнём защитников всё дальше вглубь деревни. Мы с Сонькой залегли и открыли прицельный огонь по мёртвым мишеням, стараясь попадать в голову. Конечно, определённое количество пуль в тело тоже свалит любого мертвяка, но хоть мы и пополнили наш боезапас, так бездарно тратить его не хотелось. Раз уж у нас на руках снайперские винтовки, то надо на все сто процентов использовать их возможности, тем более что попадание двух-трёх пуль в голову мертвецу было достаточно. Выходило и быстрее и экономичнее.

Задние зомби начали один за другим выходить из строя и безвольными кулями заваливаться на землю. Защитники скорее почувствовали помощь извне, чем увидели нас или падающих в задних рядах зомби и разразились радостными воплями. Сообразили это и мертвецы. Группа в двадцать пять персон вновь единым организмом развернулась и, петляя из стороны в сторону, припустила к нам. А вот это «не есть гут». Штук десять бы мы ещё сняли, пока они добегут до нас, но двадцать пять?

Я услышал, что Сонька прекратила стрелять, и на миг оторвался от окуляра, заодно перезарядив магазин. Оказалось, что она скинула свой рюкзак, и теперь копалась в нём, спешно выкидывая из него на землю набранные в деревне вещи. Надеюсь, у неё есть план. Я вновь прилип к прицелу и открыл стрельбу по приближающимся с каждой секундой мертвым ходокам. Хотя, какие они к чёрту ходоки теперь, самые настоящие бегуны.

Четверо осталось лежать на земле, когда Сонька, наконец, вновь присоединилась ко мне. В этот момент в дальнем конце деревни тоже раздались автоматные выстрелы. Мне показалось, что сразу после этого скорость прущих на нас мертвецов немного снизилась, зато они сразу открыли огонь по нам. И хоть пули прошли намного выше нас и зашелестели в желтеющих листьях берёз, сам факт ответного огня был всё равно неприятен. А если следующий раз точнее лягут? Тем не менее, скорость зомби падала прямо на глазах, возвращаясь в своё привычное русло, а вместе с тем замедлялись и все реакции на действия посторонних объектов. Наверное, именно поэтому на расстояние, когда уже прицельно стрелять невозможно подбежало не пятнадцать мертвецов, а всего восемь.

Переключив «винторез» на стрельбу очередями я вставил последний снаряжённый пулями магазин и открыл огонь, заметив, что Сонька тоже откладывает свою винтовку и хватает приготовленный пистолет-пулемёт. Так вот, что она копалась!

Вновь засвистели вражеские пули. Гораздо ближе, но всё равно достаточно далеко. Моего магазина хватило только на одну тварь. Боёк сухо щёлкнул и я, отбросив винтовку в сторону, выхватил «гюрзу». Сонька безостановочно поливала из МP–5, только успевая менять рожки. Когда до идущих, теперь уже именно идущих, зомби оставалось метров двенадцать, Сонька одну за другой метнула в кучу наступающих три лимонки. Я поморщился, хватило бы и двух. Тем не менее, один уцелел и начал с трудом подниматься, но я без труда нашпиговал его свинцом из пистолета.

Только теперь хватило времени посмотреть, как там дела у обороняющихся. Там тоже оказался полный порядок, защитников явно прибавилось, и ряды зомби таяли прямо на глазах.

— Порядок. — Тяжело дыша, выдохнула Сонька.

— Надеюсь. — Отозвался я и, дождавшись, когда упадёт на землю последний из зомби, поднял свою винтовку и, держа её на вытянутой руке, поплёлся в деревню, предупреждая защитников. — Свои!

Защитники напряжённо всматривались в приближающие фигуры и стволов не опускали. Больше всего я сейчас боялся, что среди них окажется Пика и «случайно» нас пристрелит. Когда до ворот оставалось метров пятьдесят, из них вышел Дух и радостно заулыбался:

— Всё же решили остаться на вечернюю попойку?

Я отрицательно помотал головой.

— Спасибо, что вернулись. Имели полное право не возвращаться, помня какой приём вам здесь устроили. — Перестал улыбаться Дух. — Без вас нам пришлось бы туго.

— Пожалуйста. — Я смущённо отвёл взгляд в сторону. Знал бы он, что я хотел именно так и поступить, может, и не благодарил бы.

— И что? — Вновь заговорил Дух. — Сейчас опять уйдёте?

— Ну, к Хромому заглянем, снова прикупимся, и пойдём. — Подтвердил я.

— Никаких «прикупимся» — Замахал руками Дух. — Бесплатно всё отдаст, что потребуется.

Я спорить не стал, и мы втроем отправились к дому торговца. Краем глаза я заметил Пику, стоявшего в кучке сталкеров и раздающего приказы направо и налево. Хорошо, что он благодарить не подошёл, а то бы много чего услышал о себе нового и интересного.

К нашему немалому удивлению Хромой обнаружился у себя в комнате на кровати с перевязанным плечом и склонившимся над ним Энтом.

— Он что, тоже воевал? — Вырвалось у меня, и я сразу прикусил язык. Довольно бестактно получилось.

— Да! — Донеслось гордое с кровати, но, видимо узнав по голосу, кто это спросил, гордость сменилась удивлением. — А вы чего вернулись?

— Тебя разорять. — Хмыкнул я. — С тебя тридцать патронов к «винторезу», столько же к «СВУ», пятьдесят к МP–5, двадцать к «гюрзе» и три лимонки.

— Семь тысяч. — Донеслось с кровати.

Я покосился на Духа.

— Бесплатно отдай. — Вставил тот. — Они тебе жизнь спасли.

— Мне Энт жизнь спас. — Не согласился Хромой и с помощью шамана принял сидячее положение. — Ладно, сейчас выдам.

Пока он, кряхтя и стеная, собирал нам патроны, Энт рассказал, что случилось. Оказалось, что на пути очередных сектантов встала хижина Хромого. Они вошли и уже собирались прирезать торговца, успев даже пырнуть того ножом, но тут из комнаты вышел проснувшийся Энт и пристрелил их.

— Понятно. — Протянула Сонька. — Эти сектанты тоже были из ваших?

— Из наших. — Грустно признал Энт. — Вроде бы нормальные парни были, что творится в Зоне?

Хромой, наконец, всё нашел, и мы впятером уселись на кухне. Сталкеры завели с Хромым очередной спор, касающийся каких-то расценок, а мы с Сонькой принялись заряжать пустые магазины. Я между делом закурил, совмещая приятное с полезным и краем уха слушая, как Дух зачем-то принялся рассказывать Хромому о нашей роли в защите деревни. Через пять минут мы закончили заряжаться и встали, собираясь прощаться.

Уже на пороге нас догнал Хромой:

— Максим, Сонька, вы уж простите меня, что так всё вышло, но кто же знал… — Он, сбившись, замолчал. Видимо не часто ему доводилось просить у кого-то прощенья.

— Верить надо людям! — Без тени усмешки заявил я. — А спасибо лучше Духу скажи, и Энту. Если бы не они, я бы сюда не вернулся!

Конечно, если уж быть до конца откровенным с собой, то если бы не они, то я бы и не вышел с деревни, по крайней мере, целым и невредимым, но это уже совсем другая история.

— А где тут у вас можно прикупить антидымных шариков? — Вспомнил я внезапно о полезных вещах. — Энт говорил, у вас производство налажено было.

— Было. — Не стал отрицать торговец. — Но с переездом всё остановилось, а особого запаса не было, так что если хочешь купить, то могу продать максимум на пару костров.

На безрыбье, как говорится и рак — рыба, поэтому я согласился и Хромой скрылся в доме. Вернулся он минуты через три, неся в руке небольшой газетный свёрток. Я отсчитал запрошенную торговцем сумму и убрал кулёк с шариками в рюкзак. Пригодиться.

На сей раз помимо Духа, провожал нас и Энт, а немного погодя догнал и Парфюм. Марса мы так и не увидели, толи погиб в минувшей атаке, толи занят чем — кое-кто чинил сломанный забор, а большинство сталкеров таскали напичканных свинцом зомби в чью-то хижину. Что ж, сжечь — это конечно самое верное средство.

— Вы не держите зла на Хромого, он так-то человек не плохой. — Нарушил тягостное молчание Дух.

— Да ладно. — Махнул я рукой и вновь замолчал.

— Вы на обратной дороге обязательно зайдите к нам. — На прощанье напутствовал нас Энт. — Я немного разобрался в природе вашей мутации. Скажу честно, такое я вижу впервые, но думаю смогу вам помочь, и если не полностью вернуть вам ваши глаза, то хотя бы сделать не так заметными эту ярко жёлтую роговицу с вертикальным зрачком. Только процедура займёт суток двое.

— Спасибо, обязательно. — Поблагодарила шамана за нас обоих Сонька.

Расстались мы на опушке, где встретили сталкеров — патрульных вчера вечером. Троица постояла немного, глядя нам вслед, и развернувшись, зашагала к деревне.

Шагали мы бодро, не смотря на произошедшее утром и только что прошедший бой. На ночлег расположились уже далеко за полночь в какой-то бывшей водонапорной станции. Не смотря на то, что почти вся она была обложена аномалиями, мы пробрались внутрь и, убедившись, что там всё чисто уснули, крепко обнявшись.

День сменялся ночью, ночь — днём, а мы всё шли и шли, всё сильнее углубляясь в Зону, оставив в стороне ЧАЭС и направляясь к тому месту, где Сонька последний раз видела своего брата. Активность мутантов спала и нам время от времени стали попадаться сталкеры, снова возобновившие свои рейды за артефактами. У одного из них мы купили карту, так что наконец-то и мне стало известно, куда мы движемся. Оказалось, что действительно осталось совсем немного, день-два пути. Практически вернувшись к пригороду Припяти, мы местами идя по песчаной косе, а местами хлюпая по колено в воде пересекли реку.

К моему немалому облегчению неудачи, преследовавшие нас с самого начала пути, отстали, и всё было спокойно. Так мы и дошли до точки, помеченной Сонькой на карте, практически возле самого Зимовища — бодро шагая и оставляя позади километры пройденной Зоны, ночуя в попадавшихся полуразвалившихся постройках или на свежем воздухе, благо тёплые вещи теперь были, разговаривая о Сонькином брате или о разных мелочах и занимаясь любовью.

— Пришли! — Наконец выдохнула Сонька, когда мы поднялись на очередной холм, и указала пальцем на развалины какой-то фермы.

Время или какой-то катаклизм совсем не пожалели некогда добротные постройки. От всех строений остались только фундаменты, густо усеянные обломками плит и битого кирпича, да покрытые бурьяном и редким кустарником. Единственным более-менее целым строением был небольшой сарайчик, да и тот не имел крыши.

— Хорошо. — Встал я рядом, рассматривая развалины и ища взглядом аномалии или другие какие приметные вещи, из-за которых мог погибнуть Трос. — Что теперь будем делать?

— Ждать утра. — Не сильно понятно объяснила Сонька.

— Это так и планировалось? — Решил уточнить я. — Или ты не знаешь что делать теперь?

— Так и планировалось — Выразительно посмотрела на меня Сонька и начала спускаться.

Я отправился следом. Ну, что ж, утром так утром, типа утро вечера мудренее, ещё пра-пра-пра-прабабушки это знали.

Расположились мы в сарайчике без крыши. Отдежурив первую половину ночи, я разбудил Соньку и завалился на её место. Несмотря на усталость, долго не мог уснуть и ворочался с боку на бок, а когда уснул начала сниться какая-то белиберда. Не сказать, что страшная, но, тем не менее, я несколько раз просыпался, но, находя глазами сидящую или стоящую фигурку Соньки, вновь засыпал. Крепко уснуть удалось лишь с рассветом, когда край неба окрасился розовым. Как всегда бывает в таких случаях, показалось, что меня сразу же растолкали.

— Пора. — На до мной склонилась Сонька.

Я, слабо понимая, куда нам ещё пора, если вчера она сказала, что мы пришли, собрал вещи и, закинув рюкзак за спину, поплёлся за ней.

— Куда идём-то? — Спросил я, немного проснувшись.

Она молча показала на вершину соседнего холма, на котором высилось разлапистое дерево с очень толстым стволом. Я кивнул, и мы, обогнув остов выгоревшей до основания «нивы», молча продолжили забираться на холм, показавшийся мне нескончаемым.

Наконец, когда до дерева оставалось не больше десяти шагов, Сонька остановилась и громко крикнула:

— Трос, я привела Максима, как и обещала!

И какой реакции она ждала от пустого сотрясания воздуха? Я хотел было что-нибудь отмочить, но слова застряли в горле — из-за дерева вышел Трос и направился к нам. Я вздрогнул и, попятившись, споткнулся о какой-то корень. Упал, судорожно глотая открытым ртом воздух и пытаясь подняться и одновременно отползти. Я же точно знаю, что он мёртв. Именно его я видел в Припяти в толпе зомби, но в то же время и здесь я вижу именно Троса. Ошибки быть не может. Сонька недоумённо переводила взгляд с меня на брата, пока он не подошёл вплотную и не подал мне руку, предлагая помощь.

— Зовите меня Второй. — Улыбнулся Сонькин брат.

Или всё же не он?

 

 

ЧАСТЬ 2. Время собирать артефакты

 

«…Чтобы жизнь улыбалась волкам, не слыхал,

Зря мы любим её, однолюбы.

А у смерти красивый широкий оскал,

И здоровые крепкие зубы…»

В. С. Высоцкий

 

Второй

 

Мы шли по тёмным коридорам каких-то катакомб. Узким и длинным. Я уже давно заблудился. Поворот направо, затем налево, снова налево, опять направо. Так я пытался запоминать, но уже после пятого или шестого поворота понял, что начинаю путаться, и бросил это занятие. Тем более что как сюда попали, я даже не понял, а значит и как выбраться, не знаю.

Ухватившись за руку Троса, который просил себя называть Вторым, я поднялся и вдруг оказался в этих тёмных лабиринтах. Справа от меня стоял Второй, а слева Сонька, так же как и я недоумённо оглядываясь вокруг. Но ей-то наверняка легче, она своему брату безоговорочно доверяет, а мне что прикажете думать?

Мы оказались в каком-то тупике, из которого вёл только один коридор, в который и двинулась Сонька с братом. Мне ничего не осталось, как пойти за ними. И вот теперь мы вышагивали по узким мрачным коридорам, которым казалось, не будет конца. Стены у коридоров были разные. Иногда было видно, что это рукотворное сооружение из грубо сложенных огромных блоков или реже отлитое из бетона, а иногда рукотворные стены плавно переходили в какие-то карстовые пещеры или просто земляные своды. Воздух был влажным, но дышалось на удивление легко.

Иногда на стенах попадались какие-то надписи, от отдельных слов до длинных предложений, но разобрать их не удавалось даже с нашим ночным зрением, а остановиться и присмотреться внимательнее не хватало времени — никто меня ждать не собирался, а уйдут, могу и не нагнать.

Меня распирало любопытство, хотелось узнать, что это за место, куда мы идём и главное — зачем мы туда идём? Насколько я помню, я был нужен Соньке для вызволения брата, так вот он, идёт рядом. В самом начале разговора я попытался, было выяснить «что, где и куда?», но Трос мягко посоветовал не беспокоить зря старые стены разговорами. Сказал так, что я сразу поверил, что это не банальная отговорка от нежелания раскрывать тайны, а действительно НЕ НАДО говорить. Стал даже идти потише, стараясь не шоркать подошвой и не спотыкаться.

Через какое-то время от бездействия и отсутствия разговоров зачесались руки, и я потянулся к пачке сигарет, но, уже вытащив белый цилиндрик, поймал взгляд Троса. Тот отрицательно покачал головой и я, чертыхаясь в глубине души, спрятал сигарету обратно. Ну что такое, курить нельзя, разговаривать нельзя. А что можно?

Когда ноги стали уже уставать от ходьбы по бесконечным коридорам катакомб, и я уже хотел приспроситься о привале, Трос, будто прочитал мои мысли.

— Скоро придём. — Обернувшись, тихонько произнёс он.

И действительно, вскоре я стал замечать изменения, в окружающих нас стенах лабиринта: коридоры стали шире, потолки выше, а материал стен плавно перетёк из бетона и земли во что-то стекловидное с матовым синеватым оттенком. Со стен исчезли надписи и редкие ручейки воды, стекавшие с потолка. Стало как-то чисто, стерильно чисто. Такое впечатление, что сейчас бахилы выдадут.

Я хмыкнул появившейся мысли и вздрогнул, увидев внезапно вынырнувшего из бокового ответвления кота. Нашего рыжего кота, который так внезапно пропал после того, как счастливо избежал покушения на свою персону. Замерев, я смотрел на удаляющиеся спины Соньки и её брата, а так же на семенящего за ними, как ни в чём не бывало рыжего кота. Наконец, отойдя от шока и сообразив, что две удаляющиеся спины скоро скроются за очередным поворотом, я тихонько свистнул, привлекая внимания. Обернулась только Сонька, но, увидев семенящего за ними кота, подёргала за рукав и Троса.

Трос обернулся, но повёл себя совершенно иначе, чем можно было ожидать от человека, увидевшего кота там, где ему совершенно неоткуда взяться. Впрочем, своё спокойствие он сам же и разъяснил.

— Ну что вы задёргались. — Немного укоризненно спросил он и присел на корточки, поджидая, когда кот подбежит. — Он уже столько с вами, а вы всё дёргаетесь.

Кот ткнулся в подставленную Тросом ладошку, и мне вдруг показалось, что между носом кота и ладошкой человека проскользнула серая искра. Я присмотрелся внимательнее, но больше ничего не происходило — Трос поднялся и, взяв за руку Соньку, вновь отправился по расширившемуся коридору. Кот, шаркнувшись об его ноги, приотстал и побежал рядом со мной, в паре-тройке метров позади Соньки с братом. Хотя с братом ли? Я опасливо косился то на спину Троса, то на кота и мне всё больше казалось, что меня как корову ведут на убой. Понимает ли корова, что её ведут на убой? Вот и я не понимал. Просто очень хотелось получить ответы на целую плеяду вопросов, возникших как за время скитаний по Зоне до встречи Соньки, так и за последние дни.

Даже сейчас, казалось бы, просто идём по каким-то казематам, а всё равно появляются всё новые вопросы. Например, Трос ли идёт передо мной? Сонька верит, что Трос, я тоже глазами верю, что это он, но где-то в душе затаилось сомнение, тем более, что он при встрече просил называть его Вторым. Почему вторым, а не первым или третьим к примеру? Это так принципиально? И кот этот опять же, они встретились как старые знакомые, словно не с нами он провёл все эти дни, блуждая по Зоне, а с ним. И проскочившая между ними искра только подтверждает мои предположения.

Нет, если всё это оставить на самотёк и не получить ответы, на вертящиеся в голове вопросы, то к нормальной жизни вернуться уже не удастся. Я постоянно буду думать только об этом, ломать голову, пытаясь понять, постичь. Но не смогу, слишком много неизвестных в этом уравнении, и рано или поздно, я сломаю голову. Либо полягу по глупости в какой-нибудь аномалии, либо сойду с ума, и пристрелят меня как бешенного чёрного пса. Получается, что обратной дороги нет. Только вперёд, за этим странным Вторым.

Ещё мне было непонятно поведение Соньки, неужели она не видит все эти нестыковки в поведении её брата? Додумать до конца эту мысль я не успел — матовый коридор сделал очередной поворот, и мы вышли в большой круглый зал.

— Ну, вот мы и пришли. — Остановился Второй, обводя огромное помещение рукой, словно радушный хозяин хвастаясь своей квартирой.

Я поравнялся со Вторым, но не увидел ничего, чем бы можно было похвастать. Обыкновенная очень большая пустая комната и если бы не стекловидные матовые стены, то я бы даже подумал, что это пещера. Не хватало только характерных сталактитов и сталагмитов. Но то, что мы пришли, было чистой правдой, потому как дальше идти было некуда — из зала кроме приведшего нас коридора больше не выходил ни один тоннель.

Второй направился к противоположному концу помещения, и нам ничего не оставалось, как последовать за ним.

Я оказался не прав, помещение было не абсолютно пустым — на его противоположной стороне оказался узкий постамент, на котором в резной призме покоился очищенный грецкий орех с пару моих кулаков размером, и провалиться мне сквозь землю, если это не артефакт. С любопытством начав рассматривать диковинку, я поймал себя на мысли, что нечто подобное уже встречалось на моём пути. Конечно не именно этот грецкий орех, но что-то родственное ему, имеющее одни корни. Вспомнить что же это было мне не дал Второй, подойдя к артефакту он зачем-то потыкал в него пальцем и повернувшись к нам вновь сделал широкий жест рукой.

— Располагайтесь поудобней. — Он улыбнулся. — Я отвечу на все ваши вопросы… Ну, или почти на все.

— Люкс со всеми удобствами. — Оценил я шутку и, развернувшись непроизвольно замер.

Пещера полностью преобразилась. Теперь это действительно был большой круглый зал с поклеенными на стену обоями персикового цвета и подвесным потолком со встроенными софитами. Посреди зала треугольником стояло три белых кожаных дивана, на полу пространство между ними заполняло что-то кремово-лохматое, на котором стоял столик из тёмного стекла. На столике расположились ваза с фруктами, кофейник и три чашки, а в камине, встроенном в стену тепло потрескивал огонь.

— Откуда всё это взялось? — Сонька удивлённо переводила взгляд с мебели на брата и обратно.

— Отсюда. — Трос погладил грецкий орех и улыбнулся.

Я подошёл к диванам и потыкал пальцем прохладную кожу. Нет, не иллюзия. Реальная вещь. Приблизившись к камину, я осторожно провёл ладонью над огнём и, почувствовав жар, убрал руку. Но ведь не было здесь ничего! Я повернулся к центру зала и обнаружил, что Трос уже вольготно сидит на одном из диванов и со смаком ест персик, а Сонька стоит рядом и, как я совсем недавно, тычет в кожаную мебель пальцем. Лицо её выражало смесь восторга, удивления, недоверия и испуга. Как это всё одновременно варилось в ней в одно время, я даже представить не смог. Я для себя решил, что всё это было здесь и раньше, просто стояла какая-то пелена невидимости или что-то в этом роде, наподобие той штуки, которую активизировали сталкеры из будущего, кажется, они её называли «амальгамой».

В общем-то, получалось логично, здесь эта амальгама сейчас, а в будущем технологию изготовления или своруют отсюда, или сами догадаются — люди существа настырные и пронырливые. Приняв, что всё так и есть, а если я ошибаюсь, то Трос, или Второй, как он просил себя называть, меня поправит, я уселся напротив него и потянул за руку Соньку. Она плюхнулась на диван и удивлённо посмотрела на меня, словно впервые увидела.



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2019-07-14 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: