With BookDesigner program 2 глава





- Ничего. Вы сделали доброе дело. Через две недели нужно будет принести его ко мне, чтобы снять лубок. Когда вам удобно?

- В любое время, но лучше попозже. У меня… э-э… необычное рабочее расписание.

- Можно и вечером.

Он снова застенчиво улыбнулся, и что-то подсказало мне, что он не со всеми клиентами так щедр. Зато безобиден. Большая редкость среди народа, с которым я общаюсь.

- Как насчет восьми вечера в четверг, через две недели?

- Прекрасно.

- Спасибо за помощь, Ной. Я у вас в долгу.

Мы с котиком направились к двери.

- Постойте! - Он вышел из-за стола и остановился. - Это совершенно непрофессионально, но, если вы считаете, что вы у меня в долгу… конечно, ничего подобного, но… я недавно в городе и… ну, у меня мало знакомых. Клиентки обычно пожилые или замужем и… я хотел сказать…

Я вопросительно подняла бровь, и он, оборвав эту невнятицу, побагровел до ушей.

- Забудем. Если вы не придете на прием, я пойму. Простите…

Бедняга был очаровашкой. Я оценила его с женской точки зрения. Обычно, впервые сталкиваясь с человеком я определяю, насколько он может быть опасен. Ной был высок, темноволос и по-мальчишески красив.

Может, свести его с Дениз? Она как раз сказала, что свидание вышло не очень.

- Ладно, Ной, ответ положительный. Собственно, мы с моей подружкой Дениз собирались поужинать где-нибудь в понедельник вечером. Добро пожаловать, присоединяйтесь.

Он выдохнул:

- В понедельник, как удачно. Я позвоню вам в воскресенье на всякий случай. Обычно я так себя не веду. Господи, что я несу! Дайте мне ваш номер телефона. Пока не сбежали от моих разговоров.

Я улыбнулась, написала номер сотового. Если Ной с Дениз поладят, незаметно исчезну после десерта. Если же он окажется нахалом, я сумею спровадить его так, чтобы он ее больше не беспокоил. Для чего еще существуют подружки?

- Только, пожалуйста, не передумайте, - попросил он, когда я отдавала ему листок с номером.

Вместо ответа я просто помахала ему на прощание.

 

 

В следующий понедельник мой телефон зазвонил в десять минут шестого. Я взглянула на высветившийся номер и нахмурилась. Что это Дениз звонит мне из дома, когда ей уже пятнадцать минут как пора быть у меня?

- Что стряслось? - спросила я. - Опаздываешь.

Судя по звуку, она глубоко вздохнула:

- Кошка, ты только не злись, но… я не еду.

- Заболела? - забеспокоилась я.

Снова глубокий вздох.

- Нет. Я не еду, потому что хочу, чтобы с Ноем встретилась ты. Одна. Ты говорила, он производит впечатление вполне милого парня.

- Но я не хочу на свидание! - возразила я. - И пригласила его, только чтобы вас познакомить, а идти собиралась за компанию, не желая ставить тебя в неловкое положение, если вдруг он окажется не в твоем вкусе.

- Ради бога, Кэт! Мне не нужен еще один ухажер. А вот тебе нужен! Это я к тому, что моя бабушка живет более активной жизнью, чем ты. Слушай! Я знаю, ты не хочешь говорить о том другом парне, кем бы он ни был. Но мы дружим уже четвертый год, и тебе пора начать все заново. Потряси Ноя своим умением пить, пусть у него уши сгорят от твоего язычка. Хотя бы попробуй получить удовольствие от свидания с парнем, которого ты не собираешься убивать под конец вечера. Один разок! Может, тогда ты перестанешь все время грустить.

Она задела за живое. Правда, я никогда прямо не говорила о Кости и тем более не распространялась, что он - вампир, однако Дениз знала: я кого-то любила и потеряла. А еще знала, как мне одиноко, хотя в этом я не признавалась.

Я вздохнула:

- Не думаю, что это хорошая идея…

- А я думаю, - мгновенно перебила она, - что ты еще не умерла. А потому нечего вести себя будто покойница. Это всего лишь ужин, а не полет в Вегас. Никто тебя не заставит встречаться с ним во второй раз. Если сама не захочешь. Сходи! Давай!

Я взглянула на своего котика. Он моргнул так, что их единодушие с Дениз стало очевидным.

- Ладно! Ной должен подъехать через пять минут. Я пойду, но, скорее всего, ляпну что-нибудь неприличное и через час вернусь домой.

Дениз расхохоталась:

- Это ничего, главное - попытаться. Звякни, когда вернешься.

Я попрощалась и повесила трубку. Кажется, я иду на свидание. Волей-неволей. Проходя мимо зеркала, я взглянула на свое отражение.

Недавно ставшие каштановыми, волосы подрезаны до плеч и выглядят чужими. Но так и было задумано, на случай если Джэн решит подтвердить слухи о моем внешнем виде. Я не собиралась выдавать себя вампирам и вурдалакам одним только цветом волос. Еще забавнее было бы превратиться в блондинку. Так я рассчитывала увеличить количество своих трофеев. Рыжая Смерть ушла на покой. Да здравствует Смерть-брюнетка!

Когда Ной подъехал к дому, я была готова к встрече, насколько это вообще возможно. Он увидел меня, и улыбка застыла на его лице.

- В прошлый раз вы были рыжей, правда? Или мне это почудилось от волнения?

Я подняла бровь - теперь не рыжую, а медового оттенка:

- Захотелось перемен. Всю жизнь была рыжей, а теперь чувствую себя по-новому.

Он сразу дал задний ход:

- Да, вам идет. Очень красиво! Вы - красивая. То есть и тогда было красиво, и сейчас тоже. Едем, пока вы не передумали.

Я уже передумала, но к Ною это не имело никакого отношения. И все-таки, как ни обидно признавать, Дениз была права: я могу провести еще один вечер, терзаясь из-за того, с кем мне не бывать, или выбраться из дому и для разнообразия провести приятный вечер.

- Неприятное известие, - объявила я. - Моя подружка… гм… застряла и не сможет пойти. Извините. Если хотите отменить обед, я все пойму.

- Нет, - мгновенно улыбнулся Ной. - Я голоден, давайте поедим.

«Всего одно свидание, - напомнила я себе, подходя к его машине. - Что в этом плохого?» Мы с Ноем отправились в итальянское бистро «Ренардо». Я из вежливости пила только красное вино, не спеша выдавать свое умение хлестать, как воду, джин с тоником.

- Кем вы работаете, Кристин? - спросил он.

- Полевые исследования и вербовка для бюро.

В некотором смысле так оно и было, если охоту на ночных тварей можно назвать «исследованиями», а под «вербовкой» понимать разъезды по всей стране в поисках лучших людей из числа военных, фэбээровцев и из уголовной среды. Набирая кадры для операций против неумерших, разборчивой быть не приходится. Кое-кто в нашей команде ранее носил оранжевое джерси, а, например, Хуан - опытная тюремная птаха - согласился работать на Дона, отсидев за решеткой двадцать лет. «Сборная солянка», не подходящая для большинства традиционных боевых подразделений, но, несомненно, убийственная.

Ной округлил глаза:

- Бюро? Вы - агент ФБР?

- Строго говоря, нет. Наш департамент, скорее, в ведении госбезопасности.

- Вы можете рассказать мне, чем занимаетесь, но потом должны меня убить? - поддразнил он.

Я чуть не подавилась вином. Сам сказал, приятель!

- Все не так увлекательно. Лишь исследования и вербовка. Хотя я постоянно на дежурстве, и расписание у меня необычное. Дениз сумела бы познакомить вас с Ричмондом лучше меня.

Я сказала это, чтобы развеять любые иллюзии. Ной, может, и милый, но продолжения не будет.

- Я знаю, что такое «необычное расписание» и постоянная готовность к вызову. Я сам в любое время готов выехать по срочному звонку. Конечно, это не так серьезно, как у вас, и все же… Ведь даже самое маленькое живое существо заслуживает внимания. Мне всегда казалось, что характер по-настоящему проявляется в том, как ты относишься к тем, кто слабее тебя.

Ну- ну! Он сразу поднялся на деление-другое в моих глазах.

- Жаль, что Дениз не смогла выбраться, - повторила я, наверное, в пятый раз. - Думаю, она бы вам действительно понравилась.

Ной склонился ко мне:

- Не сомневаюсь, но и не жалею, что ее нет. Моя просьба познакомить с кем-нибудь была просто предлогом, чтобы увидеться с вами. На самом деле я мечтал о свидании с тобой. Наверно, дело в тех мохнатых шлепанцах…

Я рассмеялась и сама поразилась этому. По правде сказать, я ожидала, что изведусь за вечер, но это было… мило.

- Буду иметь в виду!

Я рассматривала его поверх бокала с вином. Ной надел серую рубаху с высоким воротом, спортивную куртку и угольно-черные слаксы. Черные волосы были недавно подстрижены, но одна прядь все время падала на лоб. По его виду не скажешь, что у него трудности со свиданиями. Даже если бы кожа у него не отсвечивала под луной этим прозрачным молочным светом…

Я тряхнула головой. Хватит изводиться из-за Кости. У нас с ним все кончено. Если бы мы сумели обойти такое непреодолимое препятствие, как моя работа, - убивать неумерших - и свирепую ненависть моей матери ко всякому, у кого есть клыки, все равно ничего бы не вышло.

Кости - вампир. Он навечно останется молодым, а я буду стареть и умру. Единственный способ преодолеть мою смертность - перемениться самой, но этого я не хочу. Пусть сердце у меня разбито, но расстаться с ним было единственно верным решением. Черт! Кости, наверное, уже и думать обо мне забыл; живет своей жизнью. Мы ведь больше четырех лет не виделись. Пожалуй, и мне пора начать жить заново.

- Не хочешь вместо десерта пойти прогуляться? - импульсивно спросила я.

Ной не колебался:

- С удовольствием.

За сорок минут мы доехали до пляжа. Мартовский воздух был морозным, и я поплотнее запахнула пальто, обдуваемая холодным морским бризом. Ной шел совсем рядом, засунув руки в карманы.

- Я люблю океан. Ради него и переехал из Питтсбурга в Виргинию. Понял, что хочу жить у моря с тех пор, как впервые его увидел. Рядом с ним чувствуешь себя маленьким и в то же время принадлежащим чему-то большему. Звучит глупо, но это правда.

Я грустно улыбнулась:

- Вовсе не глупо. Я так же чувствую себя в горах. И до сих пор возвращаюсь туда при первой возможности.

Голос мой сорвался, когда я вспомнила, с кем впервые попала в горы. Надо с этим кончать! В страстном желании забыться я обхватила Ноя за шею и чуть ли не силой привлекла к себе. Он мгновение помедлил, прежде чем обнять меня в ответ, и сердце у него запнулось, когда я его поцеловала.

Вдруг так же внезапно я отстранилась:

- Прости. Я веду себя грубо.

Он неуверенно хихикнул:

- На такую грубость я и надеялся. Честно говоря, обдумывал тонкий маневр: пригласить тебя присесть, обнять за плечи… Но твой способ мне больше нравится.

Господи! У него губы разбиты в кровь. Как глупо: я совсем забыла о своей силе. Бедняга Ной, безропотная жертва насилия! Хорошо еще, что я не вбила ему зубы в глотку, - такое ему вряд ли бы понравилось.

Ной сгреб меня за плечи и на этот раз сам склонился ко мне. Я сдержала силу, поцеловала его нежно и позволила его языку проскользнуть между моими губами. Сердце его билось все чаще, кровь забурлила. Довольно забавно было слушать, как реагирует его тело.

Я оттолкнула Ноя:

- Это все, что я согласна тебе дать.

- Я и этим счастлив, Кристин. Единственное, чего я хочу, - это встретиться с тобой снова. Правда, я хочу опять тебя увидеть.

Его лицо было серьезным и таким открытым. Не то что мое, со всеми этими тайнами… Я снова вздохнула:

- Ной, я веду… очень необычную жизнь. Мне приходится много ездить по работе, исчезать без предупреждения. Почти все мои планы срываются. Ты думаешь, стоит влезать в такую жизнь?

Он кивнул:

- Еще как думаю! Ведь это твоя жизнь. Я мечтаю в нее влезть.

Благоразумие громко твердило мне: «Не делай этого!» Одиночество заткнуло ему глотку:

- И я буду рада с тобой увидеться.

 

 

Громкий стук в дверь заставил меня подпрыгнуть на кровати. Было всего девять утра. Обычно в это время никто не приходит: всем известно, как я люблю поспать. Даже Ной, с которым мы уже месяц встречаемся, не стал бы являться в такую рань. Я спустилась вниз, по привычке засунув серебряный нож в карман халата, и посмотрела в глазок.

По ту сторону стоял Тэйт - с видом человека, которого недавно выдернули из постели.

- Что стряслось? - спросила я, открыв дверь.

- Вызывают в расположение. Дон нас ждет и Хуана с Дэйвом тоже.

Оставив дверь нараспашку, я вернулась в спальню что-нибудь на себя накинуть. Нельзя же выходить на люди в пижаме, украшенной растрепанным попугайчиком; это вряд ли прибавит авторитета среди подчиненных.

Переодевшись и наскоро почистив зубы, я, моргая от яркого утреннего солнца, залезла в машину к Тэйту:

- Не знаешь, зачем нас вызвали? И почему Дон не позвонил сперва мне?

Тэйт буркнул:

- Он хотел обсудить положение со мной, прежде чем обращаться к тебе. Этой ночью в Огайо произошло несколько убийств. Весьма драматичных, без малейшей попытки скрыть тела - их просто выставили напоказ.

- Что тут особенного? Ужасно, признаю, но вполне обычное дело.

Я недоумевала. Мы не летим пулей на каждое место отвратительного преступления - всюду не поспеть. Как выяснилось, Тейт не все мне сказал.

- Мы почти на месте. Пусть Дон объясняет остальное. Моя задача - доставить тебя к нему.

До перехода к Дону Тэйт был сержантом в спецназе, и военная закалка сказывалась: «Исполняй приказы, не оспаривай приказов и решений». Именно за это шеф его и любил, а мое прямо противоположное кредо бесило начальство.

Через двадцать минут цель была достигнута. Вооруженный охранник, как всегда, махнул: проезжай! Я и Тэйт так примелькались, что от нас уже не требовали показывать пропуска. Да и мы знали имя, чин и серийный номер почти каждого «часового».

Дон прохаживался перед письменным столом в своем кабинете. Я привыкла видеть босса холодным и собранным: за четыре года совместной работы ему лишь во второй раз не сиделось на месте. Первый был, когда Джэн (Лайам Фланнери) ушел от нас. Дон хотел, чтобы я доставила вампира к нему. Его можно держать у себя как домашнюю зверушку и откачивать кровь для изготовления новых порций «Брамса». Когда я вернулась без Джэна, думала, шеф лопнет по шву или прожжет дыру в своем ковре. И моя рана тут ни при чем. По-моему, Дон неправильно расставлял акценты - что действительно важно, а что - нет.

На столе босса лежали снимки, вернее, копии. Когда мы вошли, он указал на них рукой:

- Мой друг из департамента полиции округа Франклин отсканировал эти изображения два часа назад и переслал мне. Место он уже огородил и позаботился, чтобы туда не совались полицейские и медэксперты. Вы отправитесь, как только вся команда будет в сборе. Выбирайте лучших. Еще будет дополнительная группа, резерв. И все нужно уладить, не откладывая. Округ Франклин - мои родные места.

- Хватит темнить, Дон. Я вся - внимание.

Вместо ответа он подал мне одну фотографию - маленькая комната со свежерасчлененными телами, разбросанными по ковру. Я сразу ее узнала: моя спальня в доме дедушки. От надписи на стене пробирал озноб. Стало понятно, почему Дон не в себе: «Кис-кис, котенок».

Паршиво… Совсем паршиво! Издевка была явно адресована мне. И все - в доме, где я выросла. Не знаю, что ужаснее: что кто-то знал мое настоящее имя или мой рабочий псевдоним.

Первая мысль, которая пришла в голову: «Где моя мать?» Может, они знали только о Кэтрин Кроуфилд? Вероятно, и о Кристин Рассел тоже.

Дон вскинул руку:

- Мы послали к твоей маме людей с приказом доставить ее сюда. На всякий случай. Думаю, если бы им было известно, кто и где ты теперь, они бы не стали рыться в детских воспоминаниях.

Верно! Я так переполошилась, что плохо соображала. Надо с этим кончать! Сейчас не время для глупостей.

- Ты представляешь, кто бы это мог быть, Кэт?

- Нет, конечно! Откуда?

Дон с минуту молчал, задумчиво ероша свои брови:

- Совпадение или нет? Ты уже месяц встречаешься с Ноем Роузом, и вдруг кто-то о тебе узнает. Ты рассказывала ему о себе? Чем занимаешься и все такое?

Я уставилась на Дона с неприязнью:

- С первой минуты, как стало известно, что мы встречаемся, на Ноя собрали полное досье. Причем без моего согласия. Ной ничего не знает о вампирах, о том, чем я занимаюсь, и кто я. Сколько еще мне вас в этом заверять?

Дон примирительно кивнул и вернулся к рассуждениям:

- Ты не думаешь, что это мог быть Лайам Фланнери? Ему ты ничего не говорила такого, что помогло бы тебя выследить?

По спине пробежал мороз. Ведь у Джэна имелись ходы к моему прошлому. Через Кости, который знал прежний адрес моей семьи и мое настоящее имя. Да и звал меня Котенком именно он. Неужели Кости пошел на такую крайность, чтобы выманить меня из укрытия? Четыре года прошло, а он до сих пор не может забыть о наших отношениях?

- Нет, Фланнери я ничего не говорила. Не понимаю, как он может быть замешан.

Ложь слетела с языка без запинки. Если это Кости, сам действует или чужими руками, я с ним лично разберусь. Дон с Тэйтом уверены, что его тело лежит в подвальном рефрижераторе. По мне, пусть и дальше так думают.

Подоспели Хуан и Дэйв. Оба - спросонья. Дон коротко ввел их в курс дела и его последствия.

- Кэт, я оставляю все на вашу четверку, - закончил он. - Собирай команду и заткни эту дыру. Самолет готов взлететь в любую минуту. И на сей раз не трудись доставлять мне кого-нибудь живьем - уничтожай всякого, кто знает о тебе.

Я угрюмо кивнула и помолилась, чтобы мои подозрения не оправдались.

- Ты не бывала дома с тех пор, как вступила в бригаду смертников из ада? Тебя никто не узнает?

Дэйв болтал без умолку, пока мы кружили в воздухе над местом посадки.

- Да, я покинула дом сразу после смерти бабушки и дедушки. У меня был всего один друг (я, конечно, подразумевала не наглого призрака-алкаша); несколько лет назад он закончил колледж и перебрался в Санта-Монику.

Речь шла о моем соседе Тимми. В последний раз, когда я о нем справлялась, он числился репортером в одном независимом журнальчике типа «правда только у нас!». Из числа тех, которые иногда натыкаются на фантастическую историю и превращают жизнь Дона в ад. Тимми считал, что я погибла в перестрелке с полицией после того, как убила родителей матери, несколько полицейских и губернатора. Хорошего же он был обо мне мнения! Устраивая мое исчезновение, босс репутацию не щадил. Даже обеспечил надгробием и фальшивыми рапортами о вскрытии.

- Кроме того… - я стряхнула с себя прошлое, как капли воды с мокрого дождевика, - стрижка и новый, темный цвет волос сильно меня изменили. Не думаю, что кто-то сможет меня распознать.

Кроме Кости. Он учует меня за милю, по запаху. При мысли о нем, даже в столь мрачных обстоятельствах, мое сердце заколотилось. Как же низко я пала!

- Ты не жалеешь, что взяла Купера?

Дэйв ткнул меня локтем в бок и кивнул назад - мы сидели впереди всех.

- Знаю, он у нас всего два месяца, но сообразительный, быстрый и беспощадный. Наверно, сказываются годы работы по внедрению в систему наркодилеров. На тренировках он хорошо себя показал, пора проверить в деле.

Дэйв нахмурился:

- Ты ему не нравишься, Кошка. Он уверен, что рано или поздно ты пойдешь против нас. Потому что полукровка. Надо его пару месяцев помариновать.

«Помариновать» означало нашу фирменную технику промывки мозгов. За последний год Дон довел ее до совершенства. Мы сдаивали капли галлюциногена у своих домашних вампиров, как яд у змей. Потом очищали их и копили. В сочетании с обычным военным приемом «лапша на уши» это вещество оставляло участников операций в счастливом неведении по поводу нашей деятельности. Так мы готовили новобранцев и могли не беспокоиться, что кто-нибудь проболтается об агентах со сверхъестественными способностями. В памяти у них оставался лишь день трудных учений.

- От Купера не требуется меня любить - только приказы выполнять. Если он на это не способен, вылетит. Или умрет, если позволит себя убить при первой возможности. Всем бы нам такие заботы!

Самолет коснулся площадки. Дэйв улыбнулся мне:

- Добро пожаловать домой, Кошка.

 

 

Дом моего детства находился в вишневом саду, который имел весьма запущенный вид. Наверное, за ним никто не ухаживал с тех пор, как убили бабушку с дедушкой.

Ликинг- фоллс, Огайо. Не думала, что снова увижу родные места. Неприятное чувство -время здесь будто остановилось. Да, этот дом заслужил дурную славу! Ведь в его стенах были убиты четверо: сначала двое якобы собственной внучкой, свихнувшейся и начавшей резать всех подряд, и теперь новая пара.

Злая ирония состояла в том, что, когда я в последний раз поднималась на это крыльцо, в доме уже произошло двойное убийство. Меня пронзила боль при воспоминании о дедушке, скорчившемся на кухонном полу, и о кровавых отпечатках ладоней бабушки на лестнице, по которой она пыталась уползти.

Мы с Дэйвом кружили по кухне - осторожно, стараясь по возможности ничего не сдвигать.

- Тела проверили? Нашли что-нибудь?

Тэйт кашлянул:

- Тела еще здесь, Кошка. Дон приказал ничего не трогать, пока ты на них не посмотришь. Все осталось, как было.

Потрясно! Дон когда-нибудь перехитрит самого себя.

- Их сфотографировали? Протокол осмотра есть? Можно раздернуть трупы, чтобы осмотреть?

Хуан поморщился, услышав выбранное мною слово, но Тэйт кивнул.

Дом снаружи оцепили, на случай если это ловушка. Дело шло к полудню, так что мы были в относительной безопасности (вампиры терпеть не могут рано вставать). Я именно здесь получила специфическое воспитание и готова была побиться об заклад, что преступник вкушает сладкий утренний сон.

- Ладно, начинаем!

Через час Купер был на грани срыва:

- Меня сейчас стошнит!

Я взглянула на останки того, что еще недавно было счастливой парочкой. Ого! Темное лицо Купера действительно позеленело.

- Стошнит - сам все вылижешь, солдат.

Он выругался, а я вернулась к осмотру лежащего передо мной туловища. Временами я слышала, как бунтует его живот, но он сглатывал желчь и продолжал работать.

Моя рука нащупала что-то странное в грудной полости убитой женщины - твердое, но не кость. Я осторожно потянула находку наружу, игнорируя раздававшиеся при этом влажные чавкающие звуки.

Тэйт и Хуан застыли, нагнувшись ко мне.

- Похоже на камень, - заметил Тэйт.

- И что это должно означать? - спросил Хуан.

Я словно окаменела; молчала, но внутри все вопило и стенало.

- Это не камень, а кусок известняка. Из пещеры.

- Со всех сторон держаться на расстоянии не меньше пяти миль. Ближе они услышат ваш пульс. Никакой поддержки с воздуха и ни звука в эфире. Общаться знаками: ни к чему показывать, сколько нас. Я вхожу в пещеру через устье. Если через тридцать минут не выйду, разнесите ее ракетами, а потом охраняйте периметр и не забывайте оглядываться. Что бы ни появилось из пещеры, если это не я, стреляйте, пока не будете уверены, что оно мертво. А потом сделайте еще несколько выстрелов.

Тэйт сердито набросился на меня:

- Дерьмовый план! Эти снаряды тебя убьют, а вампиров закопают. Потом они выберутся. Если ты не выходишь, мы идем за тобой. Точка!

- Тэйт прав. Не собираюсь разносить тебя в клочья, пока остается хотя бы минимальный шанс показать тебе свою сосиску.

Даже Хуан говорил озабоченно. Шуточка его была в лучшем случае вымученной.

- Не пойдет, Кошка, - согласился Дэйв. - Ты слишком часто спасала мою задницу, чтобы я согласился нажать курок.

- Здесь вам не демократия, - подпустила в голос ледку. - Я принимаю решения, вы их выполняете. Что-то неясно? Если не выйду через полчаса, значит, я мертва.

Спор происходил в вертушке, стрекотавшей так, что ни один неумерший не сумел бы нас подслушать. Моя паранойя после находки обломка в теле жертвы выросла до неимоверных размеров. Я и думать об этом не хотела, но кто кроме Кости мог его оставить? «Сувенир» из пещеры был слишком личным, Джэну он бы ничего не сказал. Один Кости знал о пещере и об остальном. Меня начинало тошнить, стоило представить, как он разрывает на куски тех двоих. Что произошло за эти четыре года? Что изменило его настолько, что он пошел на такое? Вот почему мне не требовалось больше тридцать минут. Либо я его убью, либо он меня; все произойдет быстро. Кости всегда сразу переходил к делу. Романтического воссоединения ждать не стоит - не для того он послал мне букет из растерзанных тел. Вертолет приземлился за двадцать миль, еще пятнадцать нам предстояло проехать, а последние пять я пройду пешком. Эти трое всю дорогу со мной спорили, но я их не слушала. Я просто отупела. Мне отчаянно хотелось снова увидеть Кости, но я никогда не представляла нашу встречу такой.

«Зачем? - в который раз спрашивала я себя. - Зачем Кости пошел на подобную крайность спустя столько лет?»

- Не делай этого, Кэт! - Тэйт сделал последнюю попытку, пока я заворачивалась в куртку.

Она была подбита серебряным оружием и использовалась не только для тепла (зима в этом году отступала неохотно). Тэйт схватил меня за плечо, но я вывернулась.

- Если меня уложат, ведешь команду. Смотри, чтобы живы остались! Это будет твоя забота, а сейчас - моя.

Больше он не успел сказать ни слова - я бросилась бежать. На последней миле я перешла на шаг. Предстоящая встреча пугала. Я навострила уши, ловя малейший звук, но пещера тем и хороша в качестве укрытия - глубина и высота залов играют шутки с эхом. Невозможно точно определить направление ни одного звука. Приблизившись, я, к своему удивлению, различила сердцебиение. Может быть, это эхо моего пульса? Коснувшись стены у наружного выхода из пещеры, почувствовала энергию - вампирская сила распласталась в воздухе. О боже!

Ныряя в устье, я нажала кнопку на наручных часах. Отсчет пошел - ровно тридцать минут.

В каждой руке я держала по серебряному кинжалу весьма зловещего вида; набор метательных ножей оттягивал мою одежду. Прихватила и пистолет (засунула за пояс брюк). Обойма была с серебряными пулями. Снаряжение стоило целое состояние.

Мои глаза приспособились к почти полному отсутствию света: в своде имелись крошечные отверстия, поэтому мрак не был абсолютным. Пока во входном тоннеле все чисто. Вопрос, решение которого я все время откладывала, теперь встал передо мной в полный рост. Смогу ли я убить Кости? Сумею ли взглянуть в его карие или зеленые глаза и нанести удар? Я не знала ответа! Отсюда и запасной план с ракетами: если сорвусь, техника сделает свое дело. Ее сила против моей слабости.

- Подойди ближе, - поманил голос и отозвался звучным эхом.

Был ли в нем английский акцент? Я не расслышала. Мое сердце забилось чаще. Я прошла вглубь пещеры.

Со времени моего последнего пребывания здесь кое-что изменилось. Зал, обставленный как разделенная надвое гостиная, превратился в свалку. Диван разрублен на части, но не по секциям. Содержимое подушек снегом разметалось по полу, экран телевизора разбит, и лампы давно не горят. Занавеска, охранявшая мою недолговечную застенчивость, была разорвана, и ее куски валялись повсюду. Кто-то явно бушевал в припадке ярости.

Я боялась заглянуть в спальню, но все же сделала это, и мое сердце сжалось.

Кровать превратилась в обрывки поролона. Деревяшки и пружины валялись на полу или торчали, на дюймы воткнувшись в землю. На камнях стены появились выбоины то ли от ударов кулака, то ли другого твердого предмета. Меня наполнила мучительная боль - моя работа! Как если бы все это я натворила собственными руками.

Холодный поток воздуха коснулся моей спины. Я мгновенно развернулась, держа кинжалы на изготовку. Светящимися зелеными глазами на меня смотрел вампир. За ним - еще шестеро. Их энергия билась в тесном пространстве, но распределялась ровно. Только один из них искрился избытком силы, но лицо его было совершенно не знакомо.

- Кто вы такие, черт возьми?

- Ты пришла. Твой прежний дружок не солгал. Мы не знали, верить ли ему.

Это проговорил вампир с короткими вьющимися волосами, стоявший первым. На вид ему можно было дать лет двадцать пять (по людским меркам). А по мощи, исходившей от тела, - все пять сотен. Явно молодой мастер. Он был самым опасным, а его слова перепугали меня до смерти. «Твой прежний дружок…» Вот как они обо мне узнали! Значит, это не Кости убил тех двоих! Но что они с ним сделали, чтобы заставить говорить? Эта мысль наполнила меня болью и яростью.

- Где он?

Только это имело значение. Если они убили Кости, я превращу их в точное подобие матраса, в котором не поймешь, что чем когда-то было.

- Здесь. Еще живой. Если хочешь, чтобы он таким и остался, будешь делать, что я говорю.

Его подручные начали расходиться веером, оставив мне единственный проход - в спальню. Они загоняли меня в ловушку, откуда не было другого выхода.

- Я хочу его видеть.

Кудрявый грязно ухмыльнулся:

- Не командуй, девочка! Или думаешь, ножички и впрямь тебя защитят?

Когда убили моих дедушку и бабушку и я, чтобы спасти мать, проломила машиной стену дома, то думала, большей ярости не бывает. Как же я ошибалась! Невероятная жажда крови до дрожи пронзила меня. Они приняли эту дрожь за страх и начали ухмыляться во весь рот. Кудрявый шагнул вперед.

Два кинжала вылетело у меня из рук, не дожидаясь мысленного приказа, и по самую рукоять вошло в сердце вампира, стоявшего слева от меня и облизывавшего губы. Он упал лицом в землю раньше, чем язык закончил движение. А у меня в руках уже были новые клинки.

- Сейчас я повторю просьбу и не советую над ней смеяться. Я провела утро, копаясь в кишках, и не отличаюсь терпением. Следующий нож - для тебя, Каштанчик, если ты не покажешь мне то, что я хочу видеть. Твои ребятки могут броситься на меня всем скопом, но тебе, покойнику, уже будет все равно.





Читайте также:
Обряды и обрядовый фольклор: составляли словесно-музыкальные, дра­матические, игровые, хореографические жанры, которые...
Жанры народного творчества: Эпохи, люди, их культуры неповторимы. Каждая из них имеет...
Социальное обеспечение и социальная защита в РФ: Понятие социального обеспечения тесно увязывается с понятием ...
Тест мотивационная готовность к школьному обучению Л.А. Венгера: Выявление уровня сформированности внутренней...

Рекомендуемые страницы:


Поиск по сайту

©2015-2020 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2019-06-03 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту:

Обратная связь
0.058 с.