Глава 8. Явление шариата 3 глава




– Может ты заговоришь уже со мной или ты немой? Ты из этой больницы, да?

Но мужчина стоял как статуя, неподвижно. Я остановился посреди дороги. Не зная, что ещё мне сделать, я решил подойти к нему и постараться откинуть его капюшон. Ещё раз осмотревшись, нет ли на проезжей части машин, я начал всё ближе и ближе подходить к незнакомцу.

– Я был там, в той комнате, куда ты указал мне. Зачем ты показал мне её? – с интересом спрашивал я. – Хорошо, не отвечай. Но тогда объясни, зачем ты хотел убить меня? – всё надеясь на ответ, допрашивал я незнакомца. – Слушай, ты меня достал уже, – не выдержав сказал я и ускоренным темпом направился к психу.

Вытянув руку, я готов был скинуть с его лица капюшон, как вдруг абсолютно неожиданно на дороге резко затормозила машина, чуть не сбив меня. От резкого звука торможения и громкого сигнала автомобиля я испугался и упал на землю. Отползая от дороги к краю участка, машина проехала мимо меня и из окна выглянул разъярённый водитель. Обложив меня последними словами, мужчина быстро уехал. Я лёг на траву и схватился за голову, приходя от испуга в себя. Но не тут-то было – надо мной показалась рожа этого психа. Мужчина, не раздумывая, заехал мне по лицу и, издавая непонятный рёв, начал что-то пытаться кричать на меня. Я схватился за его ворот и повалил мужчину на землю, старясь избить. Но земля за дорогой была склоном, и мы кубарем покатились вниз. Несмотря на больное падение куда-то в неизвестность, ударяясь о камни и пеньки, я старался в руке сжимать мешок незнакомца как можно крепче, чтобы не упустить его.

Наконец, пролетев расстояние от вершины склона до его основания, я ударился о дерево и лёг ровно на спину. Смотря на небо, ветки и зелёные лепестки, которые дрожали от ветра, я лежал и пытался отдышаться. Подняв свои руки вверх и смотря на свои ладони, я понял, что упустил психа. Устало встав с места, я осторожно стряхивал с себя все прилипшие палки, листики и прочий мусор. Посмотрев на склон, я решил обойти его, чтобы не взбираться так высоко. Обернувшись, я потерял дар речи. За мной расстилался целый район красивых домов и высоких деревьев. Будто я из одной страны прилетел в другую. Осторожно обойдя куст, я, разинув рот, рассматривал дорогостоящие постройки. Оказывается, в такой дыре были не только тупые бедняки, но и состоятельные люди, которые могли позволить себе жить в таком месте. Неожиданно я вспомнил слова Синем в день нашей встречи. Она сказала, что прибиралась у одной богатой женщины, живущей в «зеленом районе».

– Так вот как ты выглядишь… – удивлённо осматривая кирпичный двухэтажный дом, говорил я. – Район состоятельных людей.

Но мой взгляд неожиданно привлёк тот самый псих. Он никуда не убежал, а внимательно следил за мной. Увидев, что я его заметил, он подошёл к какому-то дому из желтого кирпича и, вытянув руку, указал на дверь. Я хотел подойти туда, но на балкон этого дома (что на втором этаже) вышла женщина в красивом бежевом хиджабе. Громко смеясь и что-то говоря кому-то, она вылила стакан воды на землю и зашла обратно. Я посмотрел на парня в мешке. Но его и след простыл. Поняв, что он снова исчез, я быстро выбрался из кустов и подошёл к двери этого дома. Позвонив в красивый золотой звонок, я стоял и сам себе задавал вопрос: «Зачем я сюда пришёл и что скажу, когда мне откроют?». Дверь раскрыла та самая приятная женщина и, с удивлением рассмотрев мой испачканный вид, она улыбнулась и спросила:

– Ас-Саляму Алейкум, Вы к кому?

– Ва алейкум Ас-салям, я хотел воды попросить. Меня машина сбила, и я упал прямо к вашему дому.

– О, Аллах, – растерянно сказала женщина и раскрыла полностью дверь. – Проходите, я сейчас вызову Вам врача, тут как раз госпиталь рядом.

Я сделал шаг вперед, разглядывая красивый дом. Высокие потолки, светлый паркет на полу, мраморные колонны, которые служили аркой и проходом в роскошный зал. Увидев всё это, я решил не заходить дальше и не пачкать её роскошный дом. Заметив, что хозяйка взяла мобильный в руки и куда-то звонила, я тут же выкрикнул:

– Не надо! Госпожа, просто дайте стакан воды, и я уйду.

– Но, как же, это опасно и врач должен…

– Поверьте, – прервал я женщину. – Я только хочу воды и всё.

– Хорошо, сейчас принесу.

Женщина поставила мобильный на стеклянный, журнальный, столик, который стоял в коридоре, и ушла в другую комнату. Я поднял голову наверх и рассматривал её потолки, глянцевые и красивые.

– Держите, – сказала хозяйка, протянув мне стакан с водой.

– Знаете, у меня знакомая работает тут у одной женщины. Их отцы дружили когда-то, но потом разбились.

– Случайно не у госпожи Мирьем? – поинтересовалась женщина. – Это моя подруга, она живет недалеко. Вашу знакомую случайно не Синем зовут?

– Да, – радостно сказал я. – Синем, вот именно.

– О, как здорово, я знаю её. Она очень хорошая девушка. Мерьем всегда хвалит её.

– Вы знали, что на Синем было покушение и её брата жестоко избили, – говорил я, поднеся стакан к губам и внимательно наблюдая за реакцией женщины.

– О, Аллах, нет…, я не знала об этом. Где они сейчас?

– В госпитале, врачи уже помогают им.

– Дай Аллах, все у них будет хорошо.

– Ин Ша Аллах, – ответил я и протянул пустой стакан хозяйке. – Ну, я, пожалуй, пойду. Спасибо Вам за воду.

– На здоровье, будьте осторожнее.

Я вежливо кивнул женщина и вышел во двор. Всё же не понимая, зачем незнакомец в мешке меня привёл сюда, я поправил свой шарф и пошёл вперёд, стараясь найти выход.

– Передайте привет Синем, – крикнула мне в след женщина. – Как мой муж вернётся, я обязательно расскажу ему о случившемся.

Я остановился. Резко развернувшись к госпоже, я улыбнулся ей и спросил:

– А кто муж будет, не подскажите?

– О, мой муж является главой мусульман города. Он – кади Мутамид.

Услышав это, у меня будто вся земля из-под ног ушла. Я встал как вкопанный и растерянно, с верху до низу, осмотрел двухэтажный роскошный дом. Осторожно подойдя к женщине ближе, я переспросил её:

– Мутамид, Ваш муж?

– Да, а что?

– И Вы знаете Майру? Её сыновей?

– Да, а Вы откуда знаете? Это жена брата моего мужа. Бедняжка после потери своих детей совсем ума лишилась. Я слышала, она даже каких-то террористов у себя прячет, чтобы в её дом боялись зайти и забрать её в лечебницу.

– Но почему? – не находя слов, вымолвил я.

– Что почему?

– Почему она живёт в такой нищете?

– Мы хотели ей помочь, но она не позволяла, а наши подарки выбрасывала. В итоге нам пришлось смириться с потерей её рассудка.

– Передайте мужу, что Амид заходил.

– Амид? – удивилась женщина.

– Да, сын Майры.

Больше ничего не говоря, я развернулся и поспешил уйти с этого места прочь. Обойдя склон и перейдя трассу, я направился домой, всё ещё находясь в непонимании и лёгком шоке. Как родной дядя мог так жить, зная, что жена его брата и его дочь еле концы с концами сводят? А если бы я тогда не вернул их задолженность по жилью? Они так и жили бы на улице? Все эти мысли просто сводили меня с ума. Проходя по рынку и не обращая внимание на прохожих, я остановился и покачал головой, понимая насколько же мерзкими бывают люди.

 

Глава 10. Поражение

 

Летая где-то в своих мыслях, я неожиданно, среди разгуливающих по рынку людей, увидел Дею, которая, закрывая косынкой нос и губы, стремительно направлялась домой. Догнав её, я потянул её за руку и, развернув к себе, сказал:

– Где мама и братья?

– Они все в госпитале остались.

– А ты куда?

– Я домой, куда же ещё.

– Пошли, – сказал я Дее и, держа её за руку, завернул за дом.

– Куда мы? Куда ты ведёшь меня?

– Не бойся, не съем.

– От тебя всего ожидать можно, – недовольно ответила мне девушка.

– Даже если бы я хотел тебя съесть, то у тебя есть нечего – ни груди, ни попы, – засмеялся я.

Дея резко выдернула свою руку. Злобно взглянув на меня, она выкрикнула:

– Да что тебе нужно? Считаешь, мне муж мало подобных комплиментов делает? В помощники его записался?

– Эй, ты чего раскричалась? Пошутить нельзя?

– Иди с Синем шути, может она как раз сейчас в настроении твои дебильные шутки слушать. А мне не до этого.

Девушка нервно высказалась и поспешила уйти. Снова схватив её за руку и грубо потянув к себе, я сказал:

– Синем – невеста моего брата, и обижать её я тебе не позволю, поняла? Это первое. А теперь сбавь свой тон и пошли со мной.

– Если назовёшь мне причину, по которой я должна тебя слушать, то может быть я и пойду.

– Я хочу поговорить с тобой наедине, такая причина сойдёт?

– Нет.

– Вот и отлично, пошли.

Крепко сжав её руку, я тащил Дею до самого дома Синем. Вынув связку ключей из кармана, я быстро открыл дверь, и мы вошли в дом.

– Чей это дом? – сняв балетки и осматривая комнату, спрашивала Дея.

– Синем и Мервана, – ответил я, стянув с себя шарф и подойдя к холодильнику. – Что пить будешь?

– В смысле? Зачем мы сюда пришли?

– Затем, что их сегодня не будет, а я могу спокойно побыть с тобой. Мне надо тебе кое-что рассказать.

– Что случилось? – поинтересовалась Дея, сев на диван и сложив под себя ноги.

– С тех пор, как я приехал сюда, я постоянно вижу какого-то человека. Он странно выглядит, походу какой-то псих больной. Думаю, что он из госпиталя, – рассказывал я, налив яблочный сок в стаканчики. – Но дело в том, что он не говорит со мной, а когда что-то хочет сказать мне, то издаёт странные звуки.

– Господи, – удивлённо слушала меня Дея. – И что? А как он выглядит?

– Не знаю, – продолжал я, сев рядом и протянув девушке стакан. – Я до сих пор не смог разглядеть его лицо. Но видел ноги – они всегда босы и неприятного цвета у него, как и руки. Он один раз указал мне на окно. Я узнал, что это – кабинет муфтия. Сегодня он снова появился и указал мне на дверь дома. Когда я поинтересовался, чей это дом, то оказалось, что он принадлежит муфтию.

– Он что-то хочет тебе сказать про муфтия?

– Не знаю, Дея. Вроде бы и не маленький, в такой бред сам не верю, но факт остаётся фактом. Я его вижу, и он мне хочет что-то сказать. А ещё, – продолжил я, выпив сок и поставив стакан на журнальный столик, – я видел на подоконнике Амида надпись: «Он демон». Может Амид тоже видел этого мужика?

– Думаешь, это какой-то злой дух? О, Аллах, Амид, как я спать сегодня буду? Напугал меня.

Я улыбнулся Дее. Увидев, что девушка действительно прониклась моим рассказом и перепугалась, я обнял её за плечи и прижал к себе. Осторожно допив сок, Дея так же убрала стакан на столик и, уютно устроившись возле меня, молча сидела. Хоть я и любил колко над ней подшутить, но как-то тронуть её или полезть к ней я не рисковал. Откуда во мне появилась это неожиданная трусость, я не знал. Но, собрав волю в кулак, я прижал девушку к себе сильнее и сказал:

– Думаю, тебе не стоит бояться спать. Пока я рядом – тебя никто не обидит.

– Синем ты сказал тоже самое.

Услышав про Синем, я вскипел, грубо оттолкнув от себя Дею, я возмутился:

– Ты опять?!

– Что?

– Я тебя предупреждал ничего не говорить о ней?

– Да больно надо. Если ты всё, то я пойду. Рада была выслушать тебя.

– Боже, что вы за создания такие? И минуту невозможно с вами нормально пообщаться. Сидела нормально, откуда эта истерика?

– Какая истерика? Ты сам говоришь мне то, что говоришь всем подряд.

– А что я тебе должен говорить? Что-то лично придуманное только для тебя?

– Оф, всё, Амид, у меня правда дела ещё.

– Дея! – выкрикнул я. – Я тебе рассказал тайну, о которой никто не знает. Я хотел уединиться с тобой и сказать это только тебе, разве это ни о чём не говорит?

Девушка замерла, внимательно слушая меня. Заметив, что я замолчал и не знал, что говорить дальше, Дея поинтересовалось:

– А о чём это говорит, Амид?

– О том, что я только тебе это сказал.

– А почему только мне?

– Потому, что тебе я доверяю.

– И всё?

– А что ещё?

– Хорошо, я тогда очень рада и ценю твоё доверие, но если это всё, то я действительно пойду.

– Ты так к своему тупорылому мужу спешишь?

– Не надо его оскорблять.

– Он сам себя оскорбляет тем, что тебя в ничтожество превращает. Если так спешишь к нему, то отлично, дверь там.

– Но ты тоже груб со мной.

– Только потому что ты сама это позволяешь.

Я недовольно встал с места. Обойдя Дею, я подошёл к двери и, разувшись, пошёл обратно к дивану. Удобно развалившись, я закинул руки за голову и сделал вид, что отдыхаю. Дея всё ещё стояла, внимательно смотря на меня. Развернувшись к ней, я спросил:

– Что? Я устал и хочу поспать. Можешь идти к своему барану.

Девушка тихонько подошла ко мне и села рядом. Положив голову мне на грудь, Дея сказала:

– Я не хочу к нему и не хочу, чтобы ты меня отпускал туда.

Услышав это, я сел ровно и улыбнулся девушке. Стянув с неё косынку и скинув на пол, я распустил её волосы и закинул локоны вперёд. Проведя пальцами по лицу Деи и любуясь её красотой, я гладил её длинную шею и, медленно опустив руку к рубашке, осторожно начал растягивать пуговицы. Но не существует женщин, которые в самые лучшие моменты не могут всё испортить. Дея тут же дёрнулась и, подскочив с места, сказала:

– Амид, нет.

– Что нет? – недовольно спросил.

– Я так не могу.

– Что-то тогда ты могла голой возле меня сидеть и болтать, а сейчас не можешь? Хочешь, мультики включу? Дея, брось, ты взрослая девушка, ты в праве сама решать, что и как тебе делать. Чего ты боишься? Что муж узнает? Или что тебе удары плетьми за это светят?

Дея внимательно меня слушала, закусив нижнюю губу и что-то обдумывая у себя в уме.

– Я понимаю, хоть я и не первый, но подобное всё же у тебя впервые. Не думай, что я там…

– Я ничего не боюсь, Амид, – наконец заговорила девушка. – Я намного смелее тебя, и я готова умереть. Если об этом узнают и меня прикажут распять, то я готова к этому.

– Ого, ты серьёзно? – улыбнулся я. – Тогда в чём проблема?

– Я боюсь, что моя любовь не взаимна.

Услышав это, я растерялся. Слово любовь в мой адрес вообще было чем-то новым для меня. Кроме любви к своему автомату, религии и родине, я больше никакой любви и не знал. Я настолько потерял дар речи, что сидел и, как глупец, смотрел на Дею, не зная, что ей ответить.

– Если ты чувствуешь, что у тебя просто похоть, то я тебя очень прошу, не пользуйся этим. Я тебя уважаю, как достойного мужчину, как человека, в котором я увидела весь мужской идеал. И я не смогу пережить если узнаю, что в итоге ты окажешься тварью, как большинство мужчин этого города.

Заметив, что у девушки от обиды начала проступать слёзы, я тут же встал с места и крепко обнял Дею. Прижав её к груди, я целовал голову девушке, ощущая приятный аромат её волос.

– Знаешь, – заговорил я, отодвинув заплаканную Дею и протирая пальцами её намокшие ресницы. – Я ведь долго воевал и мне не до женщин было. Приехав сюда, я был уверен, что найду с кем оторваться за всё это время, что я находился вдали от женского тела. И я нашёл: тут было пару девчат, с которыми можно было бы договориться.

– Серьёзно? – удивилась Дея. – А с виду все женщины такими порядочными кажутся.

– Это лишь с виду. Поверь, похотливый взгляд я замечаю сразу, как и любой мужчина, – улыбаясь, рассказывал я девушке, осторожно спускаясь с ней на пол.

Удобно сев на мягком ковре, Дея стала быстро поправлять свои волосы и, перекинув их на один бок, спросила:

– И что? Кто оказались эти дамочки?

– Дело не в них, а в том, что я не воспользовался этой возможностью. Я приберёг весь свой голод для другой.

– Что? – засмеялась Дея. – Я думала, ты всё как-то красивее опишешь.

– Я честный, говорю всё как есть.

Схватив девушку за шею и потянув к себе, я поцеловал её в нежные губы. Несмотря на небольшую припухлость от былых побоев, все её отеки и порезы словно исчезли для меня. Я видел лишь худенькую и нуждающуюся в моей защите красавицу. Страстно целуясь с девушкой, я закусил её нижнюю губу и улыбнулся ей. Отпустив Дею, я сказал:

– И даю тебе слово, после того, что ты мне сегодня сказала, я за твою жизнь отвечаю своей жизнью. Я тебя не брошу и не кому не дам обидеть.

Сказав это, я снял с себя майку и, бросив её на пол, потянул за рубашку Дею к себе. Нежно целуясь с девушкой, я быстро растягивал её одежду, а сам сгорал внутри от желания скорее прикоснуться к её телу. Годы службы действительно дали своё, сделав меня абсолютно одичалым в вопросах любви и нежности. Оторвавшись от поцелуя, у меня не хватило терпения расстёгивать эти долбанные пуговицы и, схватив низ её рубашки, я просто разорвал ее. Быстро сняв одежду и выбросив в сторону, я с таким же успехом стянул с Деи и её юбку. Девушка лежала в одном белье и всё равно держалась скованно. Чувствовалось, что она боялась меня.

– Расслабься, – шептал я ей, нежно целуя её шею. – Я же дал тебе слово.

– Я верю тебе, Амид.

Улыбнувшись девушке, я крепко прижал её к себе и больше не разговаривал с ней. Оставшееся время мы провели в бурной страсти, которой, как оказалось, не хватало не только мне, но и Дее. Спустя время и лежа в обнимку на полу, я водил пальцами по изгибам шеи и плеч девушки, просто не находя сил для разговоров от полученного удовольствия. Дея поцеловала меня в грудь и спросила:

– Ты не голоден?

– Ещё как, – с улыбкой отвечал я. – Быка бы съел.

– Я что-нибудь придумаю сейчас.

Встав с места, Дея быстро собрала все свои раскиданные вещи и оделась. Застёгивая свою рубашку, она посмотрела на меня и сказала:

– Снизу пуговиц нет, всё разорвал мне, что я дома скажу?

– Пусть это будет твоя самая большая проблема в жизни.

– Аминь, – улыбнулась мне девушка и побежала к холодильнику.

Я лениво встал с места и, надев майку, подошёл к окну. Рассматривая двор, я развернулся и посмотрел на Дею, которая уже вынула какие-то салаты и нарезанную колбасу. Уплетая всё за обе щеки, девушка улыбнулась мне и сказала:

– Давай, не стой там, кушай.

– Дея, тебе надо будет вернуться к мужу.

– Как? – разжевав еду, спросила девушка.

– Вот так. Дядя сейчас охоту на меня начал и пытается угрожать моим близким. Я не могу утверждать, но есть подозрение, что побои Мервана – это дело рук нашего дяди.

– О, Аллах… Как? Он же кади, а кади не может причинить вред человеку…

– Дея, хватит быть наивной. Кади-не кади, какая разница? В первую очередь он человек, а значит мыслит так же, как и любой из нас. А я военный, и что?

– И то. Ты ведь способен убить, верно? Ты ведь привыкший к этому и тебе не страшно снести кому-то башку, ведь так?

– Да, в этом есть доля правды. Но это не значит, что я совсем отбившийся от рук и не отдаю отчёт своим поступкам. Короче, мне нужно, чтобы ты вернулась к мужу и вела себя как обычно. Никто про нас знать не должен, ты меня поняла?

– Зная всю эту ситуацию, ты рискнул привести меня сюда и переспать со мной?

Я внимательно взглянул на обиженную Дею и ничего не ответил ей. Взяв со стала ломтик мяса, я съел его.

– Хорошо, я всё сделаю, как скажешь. Но что потом? – продолжила девушка.

– Потерпи, пока я разберусь с дядей. Если я точно найду доказательства, что это он сделал, то я убью его.

– Что? – испуганно спросила Дея. – Нет, ты не должен делать такие вещи.

– А бить ребёнка да полусмерти можно?

– Амид, не становись таким, как он. Не становись таким, как мой муж. Ты…

– Нет, Дея, – улыбнулся я, прервав девушку. – Я не стану, как они, я уже такой. И каждый, кто тронет хоть пальцем тех, кого я люблю, будет убит. Меня учили этому с детства, и я считаю, что это самое верное воспитание в наши дни.

– Это не воспитание, Амид, это его отсутствие… Это жестокость и явная нехватка материнской ласки и добра.

В дверь резко постучали. Дея моментально спряталась за меня.

– Амид? Ты там? – спросил кто-то за дверью.

Я быстро подошёл к окну и, осторожно выглянув во двор, увидел Хасана.

– Хасан? – удивлённо спросил я.

– Амид? Ты чего не открываешь?

– А как ты узнал, что я тут?

– Мне твой брат сказал, Халим. Я узнал, что Абдул в больнице, поехал навестить вас, а Халим рассказал, что ты тут ночуешь сегодня, вот я и захватил карты.

– Хорошо, сейчас открою.

Подойдя к Дее, которая быстро надела балетки, я схватил её за руку и поспешил с ней в спальню Синем. Открыв там окно, я крепко поцеловал девушку в губы и сказал:

– Постарайся осторожно перелезть и никому ни слова.

– Хорошо, будь осторожнее. Я люблю тебя.

Сказав это, Дея ещё раз меня страстно поцеловала и, больно укусив за губу, быстро перелезла через окно. Зажав пальцем губу, я подошёл к двери и, расплываясь в улыбке, раскрыл её.

– Чего так долго?

– Прости, я без штанов был, одевался.

– Ого, шалишь? – улыбался Хасан, взглянув на косынку, лежащую на полу.

– Нет, купаться собирался, а ты с чего вдруг навестить меня решил?

– Твой брат сказал, что ты один ночуешь и переживает за тебя. Я и решил хоть чем-то помочь. Чтобы не было скучно, я взял карты.

– Встань лицом к стене.

– Прости?

– Лицом к стене встань.

– Это игра какая-то?

Резко схватив Хасана за шею, я припечатал его к стене. Подняв его руки вверх, я тут же начал ощупывать его рубашку и штаны.

– Да ты что, больной что ли?

– Я должен убедиться, что тебя не убить меня направили.

– Ты рехнулся? – развернувшись и толкнув меня в плечо, спросил Хасан. – Совсем ума лишился. Я же друг.

– Друзья так неожиданно не приходят в чужой дом, чтобы поиграть в карты, тем более зная нашу ситуацию.

– Вообще-то я думал, что мы с тобой в доверительных отношениях. Я же не лезу с вопросами, почему ты тут с Деей был.

– Что? – удивился я. – Но, как?

– Во-первых, она забыла свою косынку. А во-вторых, я вас ещё через окно увидел. В следующий раз закрывайте шторы.

– Ты же никому не скажешь?

– Амид, я был лучшим другом реального Амида. Будь я таким чертом, думаешь, он бы дружил со мной? Ладно, это пусть время покажет. Лучше расскажи, какие есть зацепки и кто может быть виновен?

Я и Хасан сели за стол. Друг тут же сделал себе бутерброд из колбасы и овощей и внимательно уставился на меня, ожидая, что я ему расскажу.

– Не знаю, – сказал я, также потянув к себе тарелку с салатом. – Я подозреваю дядю. Он единственный, кто невзлюбил меня.

– Нет, он не единственный. Тебя весь город не любит. Но то, что он человек мутный, я соглашусь.

– А ты как думаешь? Мутамид способен на это?

– Он же главный судья-чиновник, а значит – он на всё способен.

– Я тоже так думаю, но как мне доказать, что это он?

– Никак, – улыбнулся мне Хасан и резко засмеялся.

– Ты почему вечно как дебил смеёшься? У тебя проблемы?

– Нет, просто смешно стало. Я закурю?

– Да делай, что хочешь, – недовольно ответил я и закинул в рот маленький помидор.

– А что насчёт Деи? У вас серьезно или ты так? – прикурив папиросу и убрав зажигалку в карман, поинтересовался Хасан.

– Я лишь опрашивал её, чтобы узнать, что она может о дяде сказать мне.

Хасан выпустил сигаретный дым и, внимательно посмотрев на меня, спросил:

– Ты сейчас серьёзно?

– Я не собираюсь с тобой обсуждать то, что тебя не касается. Между мной и Деей ничего нет.

– А если я скажу, что её муж постоянно отшивается в местном притоне?

– Тут есть притон? В этом ауле есть притон? – удивился я, не веря своим ушам.

– Да, там неплохих шкур можно снять. Они приезжие, кто откуда. Фархад давно со своей женой не спит, постоянно время и деньги на шлюх тратит.

– Дея знает об этом?

– Конечно знает, ты забыл? Тут все про всех всё знают.

– Вот он урод, – взяв стакан с соком, сказал я.

– Так что если у тебя получится оформить развод, точнее у неё, то доброе дело сделаешь, забрав её из рук этого мудака.

– Мне сейчас не до этого, я должен семью защитить и найти компроматы на дядю. Как только я докажу его виновность, он ответит по всей строгости закона.

– Правильно, я тебе помогу если что, а теперь давай сыграем.

Хасан схватил карты и начал раскидывать их. Время пролетело быстро, как собственно и сама ночь. Я заснул в комнате у Синем, а Хасан в зале на диване. С приходом следующего дня я лениво раскрыл глаза. Вспомнив, что я не у себя дома, я моментально подскочил с места и забежал в ванную. Умыв лицо холодной водой, я вытерся и вошёл в зал. Хасан почему-то спал на полу. Взяв со стола стакан и наполнив его холодной водой, я подошёл к другу и вылил воду ему на лицо.

– Подъём! В земле выспишься, а сейчас действуй, время не бесконечное.

– О, Аллах, ты больной что ли? – испуганно закричал Хасан вытирая руками лицо. – Хотя, зачем я спрашиваю. Пора привыкнуть, что ты придурковатый.

– Ты как на полу оказался?

– Не знаю, наверное, упал.

Я поднял с пола косынку Деи и осторожно запихал её к себе в карман. Быстренько перекусив с Хасаном, мы поспешили покинуть дом Синем и вернуться в свой двор. Закрыв дверь на ключ, я развернулся к другу и сказал:

– Ты в больницу поедешь сегодня?

– Да, я навещу Абдула. Халим сказал, что он сегодня тоже там будет.

– Передай там всем, что со мной всё в порядке и я дома с мамой.

– Хорошо, передам.

– А ну, стой, – резко скал я, схватив Хасана за подбородок и посмотрев ему в глаза.

– Да что опять?

– Какого чёрта? Почему твои зрачки размером с монету?

– Чего? Да нет, просто свет так падает.

Я резко заехал рукой по затылку Хасана и выкрикнул:

– Так ты под кайфом, урод? А я-то думаю, что ты вечно ведёшь себя как придурок. Где ты берёшь эту дрянь?

– Да это так, шалость, она безвредна.

– Где ты её берёшь? – злобно выкрикнул я и сжала руку в кулак.

– Гуафар продаёт.

– Гуафар? Это хозяин квартиры?

– Да. С ним можно договориться.

– Обалдеть, – в недоумении сказал я. – Ну и дела у вас тут творятся. Но это даже хорошо, – улыбнулся я. – Теперь у меня много чего есть против дяди. Пошли.

– Амид, ты же не сдашь меня? – перепугано спросил Хасан.

– Секрет за секрет, – сказал я Хасану, протянув ему руку. – Ты молчишь про Дею, я молчу про твоё дерьмо.

– По рукам, – радостно ответил мне друг и мы пожали руки.

Наконец, дойдя до нашего двора, Хасан попрощался и побежал к себе, а я зашёл домой. Войдя на кухню, мама и Лания, встав с места и подойдя ко мне, тут же обняли.

– Амид, где ты был? Мы так переживали, – говорила Майра, крепко обняв меня за плечи.

– Я у Синем ночевал, но всё обошлось без происшествий. Как Абдул?

– Ему лучше, – радостно говорила сестра. – Хочет домой прийти.

– Амид? – зайдя на кухню спросил Халим. – Как я рад тебя видеть, ну как ты?

– Ты какого чёрта этому придурку сказал, где я?

– Я испугался, узнав, что ты решил один там ночевать. Я хотел, чтобы кто-то был рядом, поэтому и попросил Хасана пойти к тебе.

– Нашёл кого просить, лучше бы я один был.

– Да ладно, он нормальный парень. Немного странный, конечно, но пойдёт.

– Я просил Синем никому не говорить, где я.

– Я – твой брат и её будущий муж, она обязана мне о таком докладывать. Ты поговорил с дядей? Договорился о перемирии?

Я растерянно посмотрел на друга, не зная, что ему ответить. Мама вмешалась в наш разговор и сказала:

– Садись сынок, поешь. А ты, Лания, иди комнату, у братьев прибери. Халим, а ты искупайся после больницы.

– Хорошо, мама, – ответил друг и побежал в ванную.

Сестра пошла убираться, а я сел за стол. Увидев недопитый мамин кофе, я спросил её:

– Можно допить?

– Пей-пей, – ответила мама, подвинув ко мне вазу с красиво нарезанными фруктами. – Я так понимаю, с Мутамидом ты ещё не поговорил. Но займись этим сегодня, иначе в следующий раз он покалечит кого-то из нас. Кстати, вчера Дея заходила.

– Да? – сделав удивлённое лицо, спросил я. – И что она хотела?

– Я её лет десять такой счастливой не видела. Она так сияла, принесла эти фрукты и два часа меня расхваливала, какая я молодец и какие у меня сыновья хорошие.

– Десять лет? – переспросил я. – Это сколько лет ты её знаешь?

– Как она замуж вышла, так и знаю. Ты думал, она школьница что ли? Ей скоро сорок.

Услышав эту цифру, я чуть не подавился абрикосом. Еле откашлявшись, я пришёл в себя и сделав глубокий вдох, выкрикнул:

– Сколько!? Сорок!? Это что шутка?

– Ради Аллаха, Амид, ты таким поведением меня до инфаркта доведёшь.

– Как сорок?!

– Да что ты заладил? Ну сорок и сорок, и не сорок ей, а тридцать шесть. Не пятьдесят же, – старалась утешить меня мама.

– Какой ужас! Почему мне никто этого не говорил?

– Сынок, ты с ума сошёл? Что не так, я не пойму? А мне что тогда, в мои пятьдесят три? Вешаться?

– Нет. Но и вы, мама, не крутите роман с молодыми парнями, верно?

Услышав это, Майра замерла. Поняв, что я уже ляпнул лишнее, я тут же замолчал и сделал вид, что пью кофе.

– Так вот оно что? Это она из-за тебя такой счастливой была? Сынок, что ты сделал? Что ты ей сказал?

– Ничего, – пряча взгляд от матери, отвечал я.

– Амид, если ты кому и можешь что-то доверить во всем этом мире, то только мне. Я единственная, кто ваши тайны в могилу заберет. Скажи мне правду, сколько я могу просить тебя не обманывать меня?



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2019-04-04 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: