Тема 15. Формирование открытой экономики в России




1. Особенности и закономерности переходного периода

2. Концепции переходной экономики

3. Предпосылки завершения переходного периода и переход к экономике устойчивого роста

 

1. Особенности и закономерности переходного периода. На рубеже 1980-х и 1990-х гг. почти во всех социалистических странах сменился политический строй. Перед новыми общественными силами, пришедшими к власти, встала задача проведения глубоких реформ, направленных на преобразование социалистических стран в демократические государства с рыночной экономикой.

Точкой отсчета демократических и рыночных реформ в России принято считать начало 1992 г., когда новое российское правительство после подавления августовского путча 1991 г. и распада СССР приступило к радикальным преобразованиям общественно-политического устройства и экономики нашей страны. Время от начала преобразований политико-экономической системы бывших социалистических стран до формирования устойчивых и эффективных институтов демократического общества и рыночной экономки называют переходным периодом.

Переходный период в экономике – это исторически непродолжительный отрезок времени, в течение которого завершается демонтаж административно-командной системы и формируется система основных рыночных институтов.Этот отрезок времени часто называют еще периодом постсоциалистической, или посткоммунистической, трансформации. Естественно, что экономическая трансформация является частью глубоких, обычно принципиальных изменений в обществе – в политическом и государственно-административном устройстве, в социальной сфере, в идеологии, во внутренней и внешней политике.

Начало переходного периода чаще всего связано с утратой государственной власти прежними коммунистическими партиями, прекращением функционирования прежних законодательных и исполнительных органов и приходом к власти новых, некоммунистических политических сил[3]. Таким образом, началом переходного периода является смена политического строя, которая служит необходимым условием для осуществления принципиально рыночных преобразований в экономике.

Демонтаж большинства механизмов и организаций административно-командной системы происходит довольно быстро. Как правило, эти механизмы и организации в последние годы существования командно-административной системы находятся в глубоком кризисе. Например, государство утрачивает способность планировать народное хозяйство или централизовано устанавливать цены.

Новые экономические институты начинают формироваться уже в недрах командно-административной системы на этапе ее разложения, вытесняя старые институты. Например, в нашей стране на рубеже 1980-х и 1990-х гг. возникли частные предприятия, товарные биржи, валютный рынок и т.д. Поэтому после смены политического строя те организации, которые осуществляли функции государственного управления экономикой, просто прекращают свое существование, распускаются распоряжениями государственные власти или преобразуются в новые органы. Так, большинство экономических министерств и ведомств бывшего СССР превратились в коммерческие органы, занимающиеся координацией деятельности бывших подчиненных предприятий и продвижением их продукции на рынке.

Одной из основных и относительно простых форм демонтажа прежней системы выступает либерализация. Это, например, либерализация цен, означающая разрешение предприятиям самостоятельно устанавливать цены на свою продукцию, или либерализация внешней торговли, то есть отмена прежней государственной монополии внешней торговли.

Однако относительная простота либерализации экономики, а также преобразования административных ведомств в новые структуры, способные функционировать в рыночной системе не означает быстрого и легкого избавления от наследия социализма. Напротив, в ходе реформ основная трудность как раз и состоит в том, чтобы преодолеть те негативные черты, которые характеризовали социалистическую экономику: абсолютное доминирование государства в хозяйственной жизни, монополизм, несбалансированность, преобладание крупных технически устаревших предприятий и т.д.

Если начало переходного периода довольно легко датировать по определенным политическим и экономическим событиям, то завершение трансформации не имеет столь выраженных признаков. Поэтому существуют разные точки зрения относительно окончания переходного периода в Восточноевропейских странах. О завершении переходного периода можно говорить только тогда, когда реформы достигнут целей, поставленных обществом.

Среди многочисленных изменений, происходящих в переходный период, некоторые носят необходимый, неизбежный характер и поэтому могут рассматриваться как закономерности. Их три:

- утрата государством функций единоличного распоряжения экономическими ресурсами;

- бюджетный кризис;

- трансформационный спад.

Как видно, эти закономерности носят в основном отрицательный характер и находят выражение в кризисах. Это связано с тем, что в переходный период экономика переживает чрезвычайно болезненные перемены. Но только осознание неизбежности этих кризисов и их быстрое преодоление дает возможность создать рыночную экономику.

Раз есть общие для всех переходных экономик формы и проявления кризиса, то логично допустить и существование общих направлений в преобразовании экономических систем, которые можно было бы назвать закономерностями постсоциалистического реформирования. Их три: макроэкономическая (финансовая) стабилизация, приватизация и интеграция в мировое хозяйство.

2. Концепции переходной экономики. В теории и практике проведения рыночных реформ сложились две противостоящие друг другу концепции. Одна из них называется «градуализм» (от английского слова «gradual» - постепенный), а вторая – «шоковая терапия».

Градуализм – это экономическая концепция, которая предполагает проведение медленных последовательных реформ и отводит государству главную роль в формировании рынка. Сторонники этой концепции считают, что для создания рынка государство должно постепенно заменять элементы командно-административной экономики рыночными отношениями. По мнению градуалистов, это позволяет смягчить процессы преобразований и избежать резкого снижения производства и жизненного уровня населения.

Яркий образец градуализма – реформы в Китае. Хотя эта страна относится к посттоталитарному типу, китайский опыт настолько удачен, что может служить образцом для подражания и в постсоциалистических государствах.

Китайский опыт безусловно заслуживает внимания. Его ценность состоит прежде всего в том, что китайскому руководству удается совмещать реформы с быстрыми темпами роста экономики. Добиться такого сочетания всегда трудно, потому что в период реформ «переналадка» экономических механизмов обычно ведет к сбоям в работе предприятий.

Успех преобразований в Китае в решающей степени связан с наличием огромного слоя мелких предпринимателей в городе и в деревне. Снятие ограничений на индивидуальную трудовую деятельность в начале 1980-х гг. позволило в очень короткие сроки оживить торговлю, сельское хозяйство и мелкое производство. В свою очередь это дало толчок для более крупных предпринимательских структур, обладающих капиталом для дальнейшего расширения дела. Большую роль сыграло привлечение иностранного капитала и коммерциализация государственных предприятий.

Нетрудно увидеть, что китайские реформы проводятся в благоприятных условиях политической стабильности, когда государство имеет возможность добиться исполнения своих решений. В чем причины этой стабильности, отличающие преобразования в Китае от реформ в России? Во-первых, в Китае пока нет движения к политической демократии и связанного с ней столкновения интересов и мнений, а сохраняется власть Коммунистической партии. Во-вторых, благодаря национальной и культурной гомогенности (однородности) общества Китай почти не сталкивается с проблемами национального сепаратизма и противоречий между Центром и регионами. Очевидно, что такое положение дел сильно отличается от ситуации в России. Поэтому в нашей стране китайский опыт в целом невоспроизводим, хотя отдельные его элементы могли бы найти здесь использование.

Обратимся к концепции «шоковой терапии».

«Шоковая терапия» – это экономическая концепция, которая считает инструментом формирования рынка и антиинфляционной политики одномоментную либерализацию цен, резкое сокращение государственных расходов и достижение бездефицитного бюджета[4].

Монетаризм исходит из того, что рынок — это самая эффективная форма экономической деятельности. Рынок способен к самоорганизации. Поэтому монетаристы утверждают, что преобразования переходного периода должны происходить с минимальным участием государства. Действительно, как показывает теория общественного выбора, государство не есть некий абстрактный институт. Оно возглавляется конкретными людьми, которые заинтересованы в сохранении своего социального статуса и потому не расположены к тому, чтобы допустить автономное функционирование экономики.

Исходя из этих соображений, монетаристы делают очень большой упор на либерализацию экономики, полагая, что это обеспечит самоорганизацию рынка. В самом деле, опыт переходных экономик подтверждает тезис неоклассической теории о том, что хозяйствующие субъекты (фирмы, предприниматели) в ходе рыночного обмена создают рыночные нормы и организации (институты) без всякого вмешательства государства. Например, товарные биржи и посреднические компании, многие частные компании и банки, а также неформальные кодексы ведения бизнеса возникли исключительно по инициативе самих предпринимателей. Вместе с тем современная теория говорит о возможности возникновения и устойчивого существования институтов, пагубных для экономики, например, преступных сообществ или неэффективных форм производства и торговли. Кроме того, саморазвитие рынка на основе либерализации требует очень длительного времени. Поэтому либерализации недостаточно; она должна дополняться мерами поддержки и развития рыночных институтов со стороны государства.

Согласно монетаристской доктрине, главная задача государства в переходный период – поддержание устойчивости финансовой системы, поскольку без стабильной денежной единицы рынок существовать не может. Поэтому борьба с инфляцией – стержень монетаризма.

Обобщая опыт первых лет реформ, ученые пришли к выводу, что выбор концепции трансформации во многом зависит от исходного состояния дел в стране. Но при любом варианте проведения реформ огромное значение имеет сила государственных институтов, т.е. способность государства после начального этапа распада старых органов управления и создания новых органов добиваться осуществления выбранной экономической политики.

Это справедливо не только для градуалистской, но и для либеральной концепции, реализация которой требует болезненных реформ в системе государственных расходов, энергичных усилий по сбору налогов, защиты прав собственности, противодействия обороту незаконных платежных средств (в том числе иностранной валюты) и утечке капитала, борьбы с коррупцией и других действий государства. Слабость государственного управления в России явилась одной из главных причин неудачного хода реформ, первоначально опиравшихся на либеральные принципы.

3. Предпосылки завершения переходного периода и переход к экономике устойчивого роста. За годы реформ российская экономика потерпела принципиальные изменения двух типов:

- нституциональные, выражающиеся в возникновении и укреплении рыночных институтов экономической деятельности;

- ещественно-структурные, нашедшие выражение в падении валового продукта более чем в два раза по сравнению с началом 1990-х гг., резком сокращении доли обрабатывающих отраслей в структуре промышленного производства и росте доли услуг в ВВП.

Реформы, таким образом, привели к прогрессу с точки зрения институциональной трансформации и глубокому кризису с точки зрения объема и структуры экономики.

Такое сочетание не противоречит идее о том, что институциональная трансформация предопределяет вещественно-структурные перемены в экономике. Очевидно, что эффект в виде роста экономики проявляется не сразу после того, как сложилась новая система институтов. После возникновения основ рыночной институциональной системы в нашей стране в середине 1990-х гг. в экономике в 1997 г. действительно появились признаки роста. Однако эти тенденции не получили развития из-за неблагоприятной внешнеэкономической ситуации и несостоятельной финансовой политики государства.

Среди институциональных реформ ведущее место занимает приватизация. Как процесс изменения отношений собственности, приватизация привела к изменению самой природы российской экономики. Она перестала быть государственной, плановой экономикой, и превратилась в рыночную экономику, опирающуюся на деятельность независимых экономических субъектов.

В результате ваучерной приватизации к середине 1994 г. примерно 60% бывших государственных предприятий перешли в собственность трудовых коллективов, новосозданных акционерных обществ, инвестиционных фондов, других негосударственных организаций, а также граждан.

Никто из серьезных экспертов не рассчитывал на то, что ваучерная приватизация приведет к формированию полноценной частной собственности. Важно, однако, что произошло формальное отделение большей части производственного имущества от государства. Это дало толчок дальнейшим преобразованиям в сфере отношений собственности, в том числе возникновению эффективных собственников. Акции, распыленные среди работников и других мелких собственников, постепенно сосредоточиваются в руках руководителей предприятий (в этом источник обогащения большинства из так называемых «новых русских») или других собственников. Этот процесс протекает очень медленно, и возможно, пройдет через несколько «волн» перераспределения акций. Но, в конце концов, если не будет препятствий со стороны бюрократии, он должен привести к более эффективной работе приватизированных предприятий. Ведь как хорошо известно из теории прав собственности, свободное рыночное перераспределение прав собственности приводит к тому, что они сосредоточиваются в руках того владельца, кто способен извлечь из своего богатства наибольшую прибыль.

В процессе приватизации благодаря обращению акций и других ценных бумаг стал формироваться фондовый рынок – один из важнейших элементов рыночной системы.

В 1995 г. правительство объявило о начале «денежного» этапа приватизации, предусматривающего продажу собственности отечественным и иностранным инвесторам. Программа «денежной» приватизации реализовалась с большим трудом в связи с явным недостатком желающих купить государственную собственность. Поэтому в 1995-1996 гг. приватизация осуществлялась главным образом в форме залоговых аукционов. Их суть состоит в том, что банки давали кредит правительству под залог государственной собственности. Банки получили государственное имущество в так называемое «доверительное управление», а в дальнейшем, как правило, превратились в собственников этого имущества.

Укрепление финансовых возможностей негосударственного сектора позволило правительству в 1997 г. отказаться от залоговых аукционов и перейти непосредственно к продаже предприятий. При этом в целях увеличения поступлений от приватизации и борьбы с коррупцией правительство попыталось обеспечить подлинную конкурсность продаж, но добилось в этом только частичного успеха. Тем не менее, доходы бюджета существенно увеличились благодаря высокой стоимости и инвестиционной привлекательности объектов, выставляемых на торги.

Приватизация привела к глубоким изменениям в структуре собственности. Если раньше все материальные богатства страны, за небольшим исключением, принадлежали государству, то теперь основной стала частная собственность. Возникли и новые формы собственности. Это муниципальная собственность, то есть имущество, принадлежащее городским и сельским поселениям, собственность общественных организаций, смешанная, иностранная и другие.

Вплоть до середины 1998 г. другим бесспорным успехом реформ считалась финансовая стабилизация. Это нашло выражение, прежде всего, в преодолении гиперинфляции 1992-1993 гг. и снижении индекса потребительских цен до 11% в 1997 г. Обуздание инфляции сопровождалось стабилизацией валютного курса и снижением ставки процента за банковский кредит. Удешевление кредита давало надежду на то, что промышленные предприятия начнут брать деньги в банках для осуществления производственных инвестиций.

Антиинфляционная политика осуществлялась как за счет сжатия денежной массы, так и за счет привязки рубля к доллару в рамках «валютного коридора». Важным шагом в борьбе с инфляцией стало принятие в 1994 г. закона о Центральном банке России (ЦБР). Согласно этому закону, ЦБР независим от исполнительной власти. Иными словами, правительству закрыт доступ к «печатному станку». Центральный банк обязан обеспечивать стабильность рубля, что на практике достигалось ограничением количества денег в обращении. Только в первой половине 1997 г., когда рост цен снизился до уровня менее 20% в годовом исчислении, Центральный банк стал постепенно смягчать денежную политику, увеличивая выпуск денег в обращение, что сыграло заметную роль в оживлении производства.

Самый неблагоприятный ход реформ – в сфере реального производства. По сравнению с началом 1990-х гг. объем производства сократился более чем в два раза. Но при этом необходимо отметить быстрый рост сектора услуг, в том числе финансовых, как одного из немногих позитивных сдвигов в российской экономике.

За годы реформ больше всего пострадали машиностроение и другие отрасли обрабатывающей промышленности, меньше – отрасли топливно-энергетического комплекса и сырьевой промышленности, которые имеют возможность поставлять продукцию на мировой рынок. Снижение доли обрабатывающей промышленности и повышение доли добывающей промышленности называют «утяжелением» экономической структуры.

Темпы падения капиталовложений и обновления фондов превышают темпы сокращения промышленного производства. Инвестиции в 1997 г. упали примерно до уровня 10-15% по сравнению с показателями начала 1990-х гг. Это делает преодоление кризиса особенно трудным, потому что увеличение выпуска продукции требует капиталовложений для модернизации производственных фондов. Переходу к экономическому росту обычно предшествует расширение инвестиций, причем временной интервал между всплеском инвестиций и началом роста составляет как минимум год. Это время необходимо для того, чтобы финансовые инвестиции трансформировались в прирост реальных производственных мощностей – станков, оборудования и т.д.

Кризис 1998 г. подвел черту под начальным периодом постсоциалистического реформирования в России и требует реализации более продуманной и взвешенной стратегии преобразований. К особенностям развития российской экономики в 1999-2001 гг. можно отнести следующее:

1. Девальвация российского рубля почти в три раза после финансового кризиса 1998 г. привела к эффекту импортозамещения, дала толчок экономическому росту ряда отраслей отечественной промышленности, не выдерживавших ранее конкуренции с импортными товарами. Годовые темпы прироста ВВП составили в 1999 г. 4,5%, в 2000 г. – 8,3%, в 2001 г. – 5,7%. Согласно данным Госкомстата, значительный вклад в экономический рост 2001 г. внесли такие отрасли, как легкая промышленность (5%), пищевая (8,4%), машиностроение и металлообработка (7,8%), сельское хозяйство (6,8%)

2. Важнейшим фактором экономического роста в указанные годы стал рост совокупного спроса: вклад спроса, предъявляемого домашними хозяйствами, в экономический рост в 2001 г. составил 50%.

3. Благоприятная внешнеэкономическая конъюнктура, прежде всего, рост цен на нефть, достигавший рекордной отметки 36 долл. за баррель, позволили увеличить доходную часть государственного бюджета и свести его в 2000 и в 2001 гг. с профицитом, чего не наблюдалось за все предшествующие годы реформ.

Однако, темпы экономического роста с конца 2001 г. стали замедляться, и причина здесь не только в изменении положения дел на мировом рынке энергоресурсов после трагических событий в США 11 сентября 2001 г. Многие проблемы российской экономики по-прежнему ждут своего решения.

Неопределенность, создаваемая неустойчивыми и непредсказуемыми темпами инфляции (правительственные оценки, закладываемые при составлении государственного бюджета в 2000 и 2001 гг., оказались ниже фактических темпов инфляции за указанные годы), препятствует осуществлению долгосрочных инвестиционных проектов, подрывает доверие субъектов рынка к правительству и его мероприятиям.

Так и не начавшиеся, по существу, либо чрезвычайно медленно реализуемые реформы в сфере жилищно-коммунального хозяйства и других естественных монополий (МПС, РАО ЕЭС, Газпром) по-прежнему остаются нерешенной и особо болезненной в социальном отношении проблемой российской экономики.

Сохраняется так называемый фрагментарный характер российской экономики. Различные сектора, отрасли и подотрасли развиваются в автономном режиме, слабо связанные друг с другом. В современной российской хозяйственной жизни отсутствует то, что принято называть целостной экономической системой, сбалансированной во всех своих составляющих. Так, например, нефтедобывающий сектор экономики может развиваться без оглядки на внутренний спрос, ориентируясь лишь на внешнеэкономическую конъюнктуру; инвестиции в реальный сектор экономики практически не связаны со сбережениями населения; различия в уровне и темпах экономического развития в региональном разрезе также весьма значительны.

Устойчивость институтов, или «правил игры» является важнейшим фактором роста. Таким образом, необходимо укрепить нормативно-регулирующие функции государства, поскольку неисполняемость законов и безвластие – одна из главных причин неудовлетворительного функционирования рынка в России. Крайне скудная финансовая основа для производственных инвестиций повышает значение мер институционально-организационного характера, требующих сравнительно небольших вложений средств: реструктуризации предприятий, проведения антимонопольной политики, создания экспортных картелей, защиты малого бизнеса, совершенствования правовых основ корпоративного управления и т.д.

Особо важную роль в обеспечении сбалансированного роста играет промышленная, или структурная политика, которая представляет собой долгосрочный экономический курс государства, направленный на создание финансовых, организационных, правовых и других условий для быстрого и сбалансированного роста рыночной экономики. Ее долгосрочная цель – структурная перестройка экономики, формирование субъектов рынка, создание системы высокотехнологичных и конкурентоспособных производств и переход к устойчивому росту в конце первого десятилетия ХХI века. Острая нехватка частных и государственных капиталов заставляет концентрировать инвестиции на небольшом количестве наукоемких производств, способных выпускать конкурентоспособную экспортную продукцию. Для этого необходимо восстановить банковскую систему, которая послужит инструментом рыночного перераспределения ресурсов на приоритетные, с точки зрения общества, проекты и программы. Промышленную политику нужно сочетать с продолжением реформ налогово-бюджетной, банковской систем, использованием кредитно-денежных, валютных и других рычагов.

Тем не менее, начало ХХI века характеризуется окончанием переходного периода и формированием экономики устойчивого развития.

 


[1] По данным Федеральной службы государственной статистики

[2] Рикардо Д. начала политической экономии и налогового обложения // Антология экономической классики. М., 1993. Т.1. С. 432.

[3] Под новыми силами имеются в виду новые организации – партии, правительства, парламенты, - хотя в них может быть представлено немало деятелей старого режима

[4] Она основана на идеях монетаризма, современного варианта либеральной рыночной теории, который был разработан американским ученым, лауреатом Нобелевской премии Милтоном Фридманом и его последователями



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2019-05-25 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: