Судьба сказала свое слово. 24 глава





* * *

Фрида Забини стояла в одном из коридоров и смотрела в глаза Ремусу Люпину. Они вот уже минут сорок обсуждали инцидент между пятикурсницей Когтеврана и ее ровесником из Гриффиндора. Эту парочку застала профессор Макгонагалл за «занятием, которому не место в школьных стенах». Так мягко назвала это декан Гриффиндора. Завтра должно было состояться собрание по этому поводу, и Фрида с Ремусом решили выработать какую-то линию поведения, так как ответственность ложилась на старост.
– Ну, я предлагаю не очень давать их в обиду. Просто, я считаю, что это не повод для исключения. Тем более, на их месте мог оказаться кто угодно, – устало потирая переносицу, излагал свое видение проблемы староста Гриффиндора.
– Да, но не в кабинете же, – многозначительно приподняла бровь девушка.
– Ну, – Люпин развел руками, частично признавая поражение.
В этот миг из-за угла вынырнула компания слизеринцев. В воздухе словно зазвенели натянутые струны.
Фрида мельком взглянула на Люциуса Малфоя. Тот ответил равнодушным взглядом. Только… Что-то в нем было не так. Какой-то лихорадочный блеск в глазах. Фрида перевела взгляд на его спутников. Крэбб и Гойл чему-то ухмылялись и возбужденно перешептывались, но сильнее всех поразил Фред. Как-то его сосредоточенный вид не вязался с общим настроением компании. Да и в его лице было что-то такое… Он мельком взглянул на сестру и уставился на Ремуса Люпина так, словно до этого никогда не видел их вместе. Люциус тоже задержал взгляд на старосте Гриффиндора. Только в его глазах мелькнуло… торжество? Фрида ничего не понимала, только чувствовала, как безотчетный страх закрадывается в душу. Что-то произошло. Что-то плохое.
– Я догоню, – вдруг бросил Фред компании.
Люциус, не поворачивая головы, кивнул, и слизеринцы продолжили путь. Фред Забини остановился напротив Ремуса Люпина и какое-то время просто его разглядывал, словно решал для себя какой-то вопрос.
– Фред, в чем дело? – подала голос девушка, однако брат на нее даже не оглянулся.
Вместо этого он резко произнес:
– Люпин, на пару слов.
– Фред! – Фрида схватила брата за рукав. Ей совсем не нравился такой поворот.
– Да не съем я его! Просто пару слов скажу! – рявкнул Фред на сестру. Фрида замерла, не веря своим ушам. Он никогда не повышал на нее голос. Девушка молча шагнула назад и перевела взгляд на Ремуса.
Гриффиндорец перехватил ее взгляд и ободряюще улыбнулся. Потом двинулся за Фредом, который отошел на несколько шагов.
Люпин тоже чувствовал, что что-то не так. Он, в отличие от Фриды, не ощущал угрозы со стороны Фреда Забини. Дело был в чем-то другом.
– Ну? – нарушил затянувшуюся паузу Люпин.
– Западный коридор. Второй этаж. Поторопись.
Фред больше ничего не добавил, развернулся и быстро пошел прочь в ту сторону, куда отправились его друзья.
Ремус Люпин несколько секунд смотрел ему вслед, а потом сорвался с места и опрометью бросился по коридору.
– Рем! Ремус, подожди, – Фрида побежала за ним. – Рем, что произошло?
На одном из поворотов Ремус Люпин чуть притормозил и обернулся к девушке.
– Прости, мне нужно срочно уйти. Мы потом договорим.
– Я с тобой, – побелевшими губами произнесла Фрида.
Люпин отрицательно покачал головой и, прыгая через несколько ступенек, понесся вниз по лестнице. Фрида решила наплевать на то, что ей туда нельзя. Это было связано с Фредом. Это было связано с Люциусом, с Ремом, и еще, Мерлин знает, с кем.
Ступеньки… Ступеньки… Полутемный коридор… Фрида заметила, что Ремус, который прилично обогнал ее, внезапно упал на колени и часть пути просто проехал по полу. Увидев то, как он схватился за голову, Фрида почувствовала, как ноги подкосились. Случилось что-то страшное. Что-то непоправимое. Она подумала, что вот-вот упадет, но вместо этого побежала еще быстрее. Приблизившись к гриффиндорцу, она поняла, что шокировало его. Девушка негромко вскрикнула и остановилась.
Люпин обернулся на ее возглас, но ничего не сказал. В его глазах был такой ужас, что Фрида решила отложить малодушный обморок до лучших времен. Вместо этого она опустилась на колени рядом с Ремусом и посмотрела на человека, лежавшего на полу. Она ни за что не узнала бы в нем Сириуса Блэка. Это не может быть он. Это…
– Сириус, – лихорадочно прошептал Рем, пытаясь пальцами нащупать пульс на шее друга. – Сириус… Черт!
Он достал из кармана палочку и направил ее на окровавленного гриффиндорца:
Энервейт!
Сириус вздрогнул, застонал и открыл глаза.
Его губы пошевелились, но сказать он ничего не успел. Тихий стон, и он снова погрузился в беспамятство.
– Рем, садист чертов, – прошипела Фрида. – Чему вас только учат?! Ты же видишь, в каком он состоянии!
Она оттолкнула Люпина, который послушно отодвинулся. Фрида достала из кармана белоснежный платок и стала осторожно отирать кровь с лица Сириуса Блэка. Рассеченная бровь, разбитые губы. Что же они с ним сделали? Фрида всхлипнула. Люпин взглянул на нее. Он понимал, что что-то нужно сделать. Вот только внезапно растерялся. Все, на что его хватило, это сжать ледяные пальцы Сириуса и молиться про себя, чтобы все обошлось.
Фрида достала волшебную палочку и начала произносить обезболивающие заклинания. Люпин понял ее маневр. Она не лечила, – это было слишком опасно, ведь ни один из них не смог бы справиться с такими травмами. Поэтому девушка просто снимала боль. Через несколько мгновений она направила палочку на лицо Сириуса и прошептала оживляющее заклинание.
Юноша снова чуть дернулся и тут же застонал.
– Совсем снять боль невозможно, – тихо сказала Фрида Люпину. – Но так он хоть чуть-чуть продержится.
Сириус вытащил свои пальцы из руки Люпина и дотронулся до виска. Чуть сморщился и открыл глаза:
– Привет, – сказали Фрида и Рем в один голос.
– И вам, – прохрипел Сириус.
– Тебе нужно в лазарет, – сдавленно прошептал Люпин.
– Нет, никто не должен знать.
– Да? И как же ты это объяснишь всем? – приподняла бровь Фрида.
– С лестницы упал, – в один голос ответили гриффиндорцы.
Девушка фыркнула.
– Да уж. Лестница попинала тебя всеми ступенями.
Она решительно поднялась с пола и направила на Сириуса волшебную палочку.
– Лунатик! – взмолился Сириус. – Не вздумай ей позволить, слышишь!
Он резко дернулся, но зажмурился и сквозь зубы застонал.
Девушка взмахнула палочкой и милосердно погрузила его в забвение.
– Ему нужно в лазарет, – твердо сказала она.
– Да, – Ремус тоже встал. – Спасибо.
Люпин наколдовал носилки, и они осторожно переложили израненного Сириуса на них.
– Спасибо, Фрида, – повторил юноша. – Я дальше сам.
– Нет, уж. Я тебя не оставлю.
Люпин не стал спорить. Он ломал голову над тем, как им добраться до лазарета. К его удивлению, Фрида что-то прошептала, и носилки стали невидимыми.
Люпин приподнял бровь.
– Здорово. Где ты этому научилась?
– Да так…
Фрида не стала говорить, что этому трюку научил ее светловолосый юноша с глазами цвета осеннего утра. Тот самый юноша, который сейчас явился причиной такого состояния Сириуса Блэка.
Их маленькая процессия двинулась по коридору.
– Рем, – нарушила тишину девушка, – а почему Сириус назвал тебя Лунатиком?
Люпин споткнулся и какое-то время помолчал. Когда он заговорил, голос прозвучал глухо.
– Это такая старая игра.
Фрида не стала больше ничего спрашивать. У каждого из них были свои секреты.
В лазарете с мадам Помфри чуть не случился удар, когда она увидела пациента.
– Блэку нужно выписать персонального телохранителя, который будет оберегать его от всех лестниц в Хогвартсе, – проворчала она. – Мистер Люпин, помогите мне его раздеть. Мисс Забини, вы свободны.
Фрида медленным шагом вышла из-за ширмы. Она не удержалась и оглянулась. Ремус как раз стягивал свитер с Сириуса Блэка. Фрида прижала ладонь к губам, чтобы сдержать крик. Все его тело было покрыто страшными синяками. Словно кто-то вымазал его в иссиня-фиолетовую краску. Девушка зажмурилась, а потом опрометью бросилась прочь из лазарета. Слезы душили ее. В голове не желало укладываться, что кто-то способен на такое. Да еще не просто кто-то. Фред. Милый Фред, которого она знала с самого детства. Добрый и веселый мальчишка, который никогда не обижал ее. Ни разу за все семнадцать лет. Да, он попал в Слизерин. Ну и что с того? Он ее брат! Он не может быть жестоким. Он – это часть ее. Неужели настолько страшная часть? Фрида остановилась посреди коридора, прижала ладони к ушам и крепко зажмурилась. Она не хотела принимать это. А еще… он. В глубине души она всегда знала, что он способен на многое. Но с ней он всегда был другим. Она видела другую сторону Люциуса Эдгара Малфоя. Только она и больше никто. Оказалось, этого недостаточно. Оказалось, что эта светлая сторона была слишком хрупка. Если с Сириусом что-то случится – это будет ее вина. Она своими словами сломала и разбила того Люциуса Малфоя. Этот же жестокий человек был незнакомым и пугающим. И это она сделала его таким. А ведь можно было все изменить. Можно было шагнуть через предрассудки и сомнения, довериться сердцу, которое кричало: «Помоги ему!», довериться его взгляду, который молил о Надежде. Она же оттолкнула его, разрушила. Теперь другие пожинали плоды. Фрида закрыла лицо руками.

* * *

Люциус Малфой вошел в гостиную Слизерина. Крэбб и Гойл свернули к компании шестикурсников, Люциус же прямиком направился в ту сторону, где сидели Снейп и Нарцисса. Они, кажется, до сих пор не разговаривали. Вот и сейчас сидели на разных концах дивана, оба что-то читая.
Люциус подошел к ним:
– Привет, – весело произнес он.
Снейп вскинул голову и что-то пробубнил в ответ, а потом снова уткнулся в книгу.
Нарцисса тоже подняла голову. Ее взгляд задержался на его лице. Она пристально всматривалась, словно что-то искала, что-то чувствовала.
Люциус нагнулся и, взяв ее за локоть, потянул вверх.
Девушка послушно встала.
– Пойдем ко мне? – в его голосе не было приглашения, и девушка это поняла.
Она закрыла учебник и послушно последовала за ним. Люциус пропустил ее вперед и закрыл дверь, подумал и наложил на дверь заклятие.
Нарцисса нервно проследила за его маневром.
Юноша приблизился к ней. Час расплаты. Сладкий час.
Нарцисса настороженно смотрела на жениха. Лихорадочный блеск в его глазах пугал. Что-то произошло. Или он просто пьян, или…
Додумать она не успела, Люциус резко притянул ее к себе и впился в губы жестким поцелуем. Нарцисса попыталась отстраниться, но он не позволил. Он целовал ее яростно и почти жестоко. Сердце сжалось от предчувствия беды. После той их первой ночи у него больше не наблюдалось взрыва нежных чувств к ней, и ее это вполне устраивало. Сейчас же…
Когда он чуть отодвинулся, Нарцисса подала голос:
– Что-то случилось?
– С чего ты взяла?
– Просто ты как-то странно себя ведешь.
– Что тебя так удивляет? То, что я целую собственную невесту?
Он снова притянул ее к себе. Резкий рывок за воротник ее рубашки, и пуговицы полетели в стороны.
– Люциус! – испуганно воскликнула Нарцисса.
– Что, милая?
То, как он произнес это «милая», убило всякую надежду на то, что все хорошо, и ей просто показалось.
– Представляешь, – как бы между прочим заметил Люциус, – Сириус Блэк такой неловкий.
Нарцисса похолодела. Вот оно что. Даже его поцелуй не пугал так, как эти простые слова.
– Что ты с ним сделал? – слабым голосом спросила она.
– Ну что ты! Я с ним ничего не делал.
Он провел рукой по ее волосам, почти нежно. Почти…
– Это сделала ты.
– Люциус! – нервы не выдержали, и голос сорвался. – Люциус, что с ним случилось?
– Знаешь, – голос Люциуса Малфоя стал ледяным, – когда спишь с чужими женщинами, фантастическая неловкость приобретается. Вот и твой ненаглядный Блэк повадился с лестниц падать. Наверное, голова все время не тем занята, вот под ноги и не смотрит.
– Люциус, что ты говоришь? Причем здесь Сириус? – лихорадочно зашептала Нарцисса, хватаясь за воротник его рубашки. Люциус позволил ей это. Он даже чуть подался вперед, прислонившись лбом к ее лбу и кивая на каждое ее слово, будто со всем соглашался. – Ну, причем здесь это? Все это было миллион лет назад. Это было до тебя. Это… Это… Это лишь мимолетное увлечение. Это ничего не значило. Люциус, зачем тебе это?..
– Миллион лет назад, – согласно кивнул Люциус. – Мне это совершенно незачем.
Нарцисса закивала в такт его словам. Люциус улыбнулся и провел большим пальцем по ее губе.
– Конечно, мне не стоит обращать на это внимания. Мне совсем не стоит обращать на это внимание. Тем более, вы ведь не видитесь сейчас, правда?
Его шепот был так нежен.
– Конечно, не видимся.
– Точно. И он совсем не виноват.
– Не виноват, – эхом откликнулась девушка.
– Странно, а он говорил совсем другое. «Она же еще совсем девочка… Делай, что хочешь, только не причиняй ей вред…» Все-таки стоило заставить его ползать на коленях. Он бы стал. Ради тебя стал бы.
Нарцисса шарахнулась, как от удара хлыстом.
– Сволочь! – выкрикнула она и попыталась ударить по этой самодовольной физиономии. Люциус ловко перехватил ее руку и сильно сжал, заставляя девушку зажмуриться от боли и бессилия.
– Надо же. Вы даже одни и те же слова и методы применяете. Я ведь предупреждал, что узнаю. Я всегда все узнаю. Ты думала, что сможешь спокойненько встречаться с этим ублюдком за моей спиной? А в этот понедельник решила попробовать? Ну что ж попробовала. Теперь пеняй на себя. И когда увидишь в следующий раз его издали, подумай о том, что это твоих рук дело. Каждая минутка его боли и каждая капелька его крови – это все ты.
Нарцисса слушала его, не открывая глаз. Из-под плотно сжатых век ручьями текли слезы. Слезы злости, страха за него, обиды, унижения... Она даже не стала сопротивляться, когда Люциус грубо притянул ее к себе.

* * *

Светловолосый юноша лежал на смятой постели, глядя в белый потолок. Его рука перебирала серебристые пряди волос, лежащей рядом девушки. Люциус скользнул взглядом по ее свернувшейся в комочек фигурке. Он ничего не говорил ей, просто молчал. Пьянящее чувство собственного триумфа и собственной власти куда-то делось, оставив вместо себя пустоту и неприятный осадок. Люциус не понимал причины такой перемены. Откуда ему было знать, что какие-то светлые ростки, посеянные в его душе еще девушкой с глазами цвета Надежды, сейчас из последних сил боролись за что-то доброе и светлое внутри него. Год от года эта борьба станет все слабее и незаметнее, но сегодня душу Люциуса наполнил стыд, поэтому он не мог выдавить из себя ни слова.
Молчала и Нарцисса. Она невидящим взглядом смотрела на прикроватную тумбочку. Слез уже не было.
Была щемящая пустота, которая вытеснила даже страх. Она виновата. Она, глупая, хотела его обмануть. А он узнал. Он всегда все узнает. Перед глазами всплыло лицо Северуса Снейпа, искаженное гримасой ненависти к гриффиндорцу.
Нарцисса скользнула рукой по своему обнаженному плечу в поисках одеяла. Она почувствовала внезапный озноб. Рука Люциуса заботливо укрыла ее. Нарцисса закусила губу, почувствовав во рту привкус крови. В ушах отчаянно звенело. Этот звон был похож на тот, который она слышала в первый учебный день на платформе 9 и ¾. Тогда ее душа со звоном разбилась на тысячи осколков. Сейчас за ней последовала Надежда. Острые края несбывшихся желаний больно резали сердце. Уже ничего не будет. Не будет этого сказочного следующего года, который она так ждала, не будет даже простых бесед с ее любимым мальчишкой. Не будет ничего. Будет лишь этот странный человек, чья жестокость смешивается с непонятной нежностью.

* * *

Сириус Блэк с трудом открыл глаза. Его взору тут же предстал белый больничный потолок. Ну, «предстал» – это громко сказано. Потолок был сегодня на редкость несговорчив и никак не желал стоять на месте. Он все время вертелся, крутился и ускользал то в одну, то в другую сторону. Сириус осторожно перевел взгляд ниже. Рядом с его кроватью сидела девушка и читала какую-то книгу. Глядя на ее склоненную голову, Сириус тут же вспомнил пробуждение в лазарете год назад, когда он так же очнулся перед Рождеством после очередной ночной вылазки. Тогда у его кровати тоже сидела девушка и тоже листала какой-то учебник. Только совсем другая девушка. Сириус зажмурился. Нестерпимо захотелось вернуться на год назад. Туда, где все было просто и легко. Он снова открыл глаза и, пошевелившись, попытался подать голос. Попытка оказалась неудачной. Причем во всех отношениях. Голос отказался выполнять свои прямые обязанности, а неосторожное движение тут же отозвалось болью в каждой клеточке измученного тела. Сириус едва не застонал. Он чувствовал себя так, словно по нему проехался «Хогвартс-экспресс».
– Сириус! – тут же отреагировала на его пробуждение Лили Эванс. Она соскользнула со стула и опустилась на колени у изголовья его кровати. Ее прохладные пальцы осторожно коснулись его щеки.
– Как ты?
– Воды дай, – прохрипел Сириус.
Лили тут же схватила с тумбочки стакан с водой и помогла ему приподнять голову. Сириус сделал несколько глотков и в изнеможении откинулся на подушки. Несколько секунд он пытался отдышаться даже после такого мизерного усилия.
Наконец он открыл глаза и тут же встретился с встревоженным взглядом зеленых глаз.
– Привет, – попытался улыбнуться он.
– Привет, – прошептала девушка. – Ты как?
– В норме, – соврал Сириус. – Что говорит мадам Помфри?
– О! – Лили закатила глаза. – Она в ужасе. У тебя сломано четыре ребра, сотрясение мозга, перелом ключицы…
– Стой. Основной смысл я уловил. Когда она меня выпустит?
– Сириус, ты с ума сошел? Какое выпустит! Ты почти сутки провалялся без сознания.
– Сутки?! То есть уже воскресенье?
Лили многозначительно кивнула.
– Блин, – Сириус устало зажмурился, потом еле слышно проговорил. – Что нового в наших джунглях?
– Да ничего особенного. Мы за тебя очень волновались. Мы сидели с тобой по очереди. Все ждали, когда же ты очнешься. Ой! – Лили вскочила на ноги. – Мадам Помфри просила сразу ее позвать, когда ты придешь в себя.
– Подожди, пять минут ничего не решат. Как ребята? Кто вам рассказал?
– Нам сообщил Рем.
– Что он сказал?
– Угадай с трех раз. Все лестницы Хогвартса просто ополчились против несчастного Сириуса Блэка.
Юноша чуть улыбнулся и тут же сморщился от боли в разбитой губе.
– Джим как?
– О! – в голосе Лили появилось небывалое вдохновение. – Он очень правдоподобно изображает из себя домового эльфа вот уже второй день.
Сириус удивленно посмотрел на нее.
– Стучится головой о стену со словами «это все я виноват. Я не должен был оставлять его одного».
Сириус невольно улыбнулся.
– Ерунда. Я сам просил меня не ждать.
– Да. Я попыталась ему объяснить, что это не его вина.
– И?
– Он через какое-то время с этим согласился и резко сменил тактику. Вчера к десяти вечера виноватой во всем оказалась я, потому что он так торопился ко мне, что бросил лучшего друга и, если бы я не настаивала на том, что мы должны больше времени проводить вместе, ничего бы не случилось.
– Старина Джеймс Поттер. Он никогда не изменится.
– Ой, не каркай. Я с ума так скоро сойду.
Наступила тишина, которую через несколько минут нарушила Лили:
– Я договорилась с Макгонагалл о переносе твоего зачета. Мадам Помфри сказала, что тебе пока нужен полный покой и никаких волнений и нагрузок.
– Спасибо.
– Сириус, – девушка вновь опустилась на колени у кровати и посмотрела ему в глаза, – что на самом деле произошло?
Юноша несколько секунд внимательно смотрел на нее, а потом ответил:
– Я упал с лестницы.
Лили подняла лицо к потолку. Несколько секунд просидела так, а когда вновь посмотрела на него, в ее взгляде горела ярость.
– Ты когда-нибудь повзрослеешь или нет? Так нельзя. За последние несколько месяцев ты уже черте-какой раз в лазарете.
– Лили, слушай, у меня башка на части разламывается. Давай ты повоспитываешь меня в следующий раз.
Девушка раздраженно передернула плечом и встала на ноги:
– Я за мадам Помфри.
– Подожди, – окликнул ее юноша. – Мне нужно кое-что спросить.
Лили обернулась, всем своим видом показывая, что очень торопится уйти. Она всегда очень демонстративно сердилась.
– Ты… видела сегодня… Нарциссу Блэк? – собравшись с духом, выпалил Сириус.
– Ах, вот оно что! Я так и знала, что это ее вина! Из-за этой…
– Лили! – оборвал ее Сириус. – Мне противопоказаны волнения, помнишь?
Девушка решительно отвернулась к нему спиной, давая понять, что она уходит.
– Лил, пожалуйста. Еще пять минут.
Она обернулась. Она никогда не могла ему отказать. Как можно отказать синеглазой мечте?
Лили вернулась к его постели и присела на краешек стула.
Сириус осторожно протянул руку и коснулся ее пальцев. Лили опустила взгляд к их рукам. Белоснежная повязка. Из-под нее торчали только кончики его пальцев, которые сейчас осторожно касались ее ладони. Лили почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы.
– Ты видела ее сегодня?
Как редко в его голосе появлялись такие серьезные и искренние нотки. Обычно в нем сквозило бесшабашное веселье.
– На завтраке я не была, – тихо проговорила девушка, не поднимая головы, – а на обеде ее не было.
Сириус судорожно вздохнул. Лили подняла на него взгляд. Он смотрел куда-то в район ее плеча. Девушка в который раз позавидовала этой ненавистной Нарциссе Блэк. Да, у Лили был Джеймс. Замечательный, красивый, веселый, один из самых заметных мальчишек в школе. Вот только… пошел бы Джеймс ради нее на то, на что пошел ради той Сириус Блэк?
Лили знала Сириуса почти шесть лет. Они с Джеймсом всегда были самыми заметными и яркими с их курса. Но при всем при этом они очень отличались друг от друга. Лили долго не могла понять чем, а однажды это стало очевидно. Джеймс Поттер курса с третьего старался произвести на нее впечатление. Он постоянно оказывал ей какие-то знаки внимания, пытался покрасоваться. Сириус же… Он никогда не стремился намеренно привлечь внимание кого-то из девчонок. У него оно и так всегда было. Он притягивал, он околдовывал, причем без всякой магии. У Лили был Джеймс. Она его любила. Любила… Или… Они всегда были рядом. Лили несколько лет наблюдала за романами Сириуса Блэка. У него было много девушек, и девушки эти часто менялись. Лили в тайне жалела глупышек. Сама бы она никогда не пошла на такое: короткий и бурный роман, а потом вздыхать, переживать, страдать. Это вызывало сострадание. И еще где-то рядом всегда была злость, потому что, подобно кораблю, который непременно возвращается в родную гавань, Сириус Блэк всегда возвращался к ней. К этой странной и непонятной, к той, которая заставляла его страдать, делать глупости, сходить с ума. У него было все, что он только мог пожелать, но ему нужна была только она. Лили не могла понять такой несправедливости. Так не должно быть. Это неправильно. Но так было.
Девушка вздохнула. Она завидовала. Она безумно завидовала той, другой.
– Я могу чем-то помочь? – все-таки не удержалась она.
Он чуть вздрогнул и перевел взгляд на ее лицо. Несколько секунд помолчал, а потом произнес:
– Узнай, пожалуйста, что с ней. Для меня это очень важно.
Лили кивнула. Затем потянулась вперед и легонько поцеловала его в щеку, как раз в темно-фиолетовый подтек на скуле.
– Поправляйся, ладно? – тихо проговорила она.
– Обязательно, – пообещал Сириус Блэк. Он всегда старался выполнять свои обещания.
Лили встала и направилась к выходу. Уже задергивая ширму, она обернулась.
– Спасибо, Солнечный человечек, – с улыбкой произнес Сириус.
Девушка кивнула и задернула ширму. Никто, кроме него, не называл ее «Солнечным Человечком». Ей безумно нравилось это прозвище. Была в нем какая-то трогательность и Надежда на что-то необыкновенное. Лили медленно шла по коридору. Интересно, а как он называет ее?

* * *

Нарцисса Блэк сидела в комнате девушек шестого курса на своей кровати и листала старый альбом с колдографиями. Она не плакала, она не жалела. Она просто вспоминала. Альбом подходил к концу. История ее жизни. История их жизни в черно-белых колдографиях, в обрывках фраз, нацарапанных напротив снимков. Страница за страницей она приближалась к финалу. Вот и последние снимки.
Начало прошедшего лета. Тогда еще не было Люциуса, не было семейных обязательств. Обычный маггловский пляж. В тот день она соврала матери, что едет к Белинде, а на деле они воспользовались портключом и рванули на обычный пляж. Вокруг была толпа магглов, но их это не волновало.
Нарцисса посмотрела на снимок. Сириус Блэк сидит спиной к камере на корточках на берегу моря и что-то старательно выводит на песке. Из одежды на нем только шорты, причем стараниями Нарциссы насквозь мокрые. За несколько минут до этого он пытался затащить ее на мелководье, и Нарцисса ловко подставила ему подножку. Правда, он, падая, прихватил ее с собой, но это уже мелочи. От капелек воды на его плечах отражаются солнечные блики. Он то и дело убирает мешающую челку с глаз.
Как же хотелось вернуть этот беззаботный день! Ведь тогда она могла подойти к нему, дотронуться до него. Она могла… Но тогда она не ценила эти сказочные мгновения. Впереди была вся жизнь. Так тогда казалось…
Нарцисса кончиками пальцев провела по колдографии. Вот-вот он встанет, и на песке останется ее имя, которое вскоре смоет набежавшая волна. Так время сотрет ее саму из его жизни.
В дверь требовательно постучали. Нарцисса никак не отреагировала. Стук повторился. Нарцисса снова проигнорировала его. Видеть никого не хотелось.
– У тебя уши заложило? – крикнула из ванной комнаты Белинда. – Стучат.
Нарцисса со вздохом закрыла альбом и спрятала его в тумбочку. Потом встала с кровати, попыталась надеть тапки, но один никак не желал занимать свое законное место, девушка сердито пнула его и, как была, просто в носках, направилась к двери. Она дернула резную ручку. Дверь отворилась. На пороге стоял… Люциус Малфой.
– Привет, – слегка нервно произнес он.
– Привет, – кивнула Нарцисса.
Они расстались сегодня утром, так и не сказав друг другу ни слова. И вот теперь он здесь.
– Войти можно?
Нарцисса отступила в сторону, впуская его в комнату.
– Привет, Люциус, – раздался из ванной голос Белинды, и ее ладонь, показавшись из приоткрытой двери, помахала в воздухе.
– Привет, – крикнул юноша в ответ.
– Это тебе, – внезапно произнес он, протягивая Нарциссе алую розу. – Ты ведь любишь розы?
– Спасибо, – девушка протянула руку, осторожно беря цветок, чтобы не уколоться.
– У нее нет шипов, – предупредил ее беспокойство Люциус. – Я специально такую сделал, чтобы не кололась. Нравится?
– Да. Она красивая.
Нарцисса подошла к кровати, взяла свою волшебную палочку и наколдовала вазу с водой. Поставила в нее цветок и пристроила всю композицию на тумбочке, про себя пообещав, что, как только Люциус выйдет, она вышвырнет это убожество к чертовой матери.
– Пойдем поедим? Время ужина.
Нарцисса повернулась к нему, несколько секунд просто смотрела, потом, пожав плечами, направилась к выходу.
– Ты так пойдешь?
Он выразительно посмотрел на ее ноги.
Нарцисса только заметила, что она в одних носках. Девушка присела на кровать и быстро натянула башмачки. Завязывая шнурки, она боковым зрением видела, что он направился к ней.
Когда она выпрямилась, то увидела протянутую руку. Девушка приняла ее и поднялась с кровати.
Внезапно Люциус Малфой притянул ее к себе и крепко обнял.
– Нарцисса, пожалуйста, не давай мне повода причинять тебе зло. Хорошо?
Забавный человек. Без всякой логики. Нарцисса усмехнулась ему в плечо и кивнула. Он поцеловал ее волосы.
Они вошли в главный зал, держась за руки. Первое, что отметила Нарцисса, это отсутствие Сириуса за столом Гриффиндора. Ну, этого и следовало ожидать. Главное, он жив. Так сказал Люциус. Вряд ли он стал бы врать. Второе, злой взгляд Лили Эванс, которая пулей вылетела из зала при их появлении. Нарцисса проследила за гриффиндоркой, и ей овладело тупое безразличие. Ей правда на все наплевать. И на всех. Девушка заняла свое место за столом. Люциус заботливо наполнил ее тарелку. Нарцисса послушно взяла вилку и начала есть. Только через несколько минут она поняла, что ест запеченные грибы, которые с детства терпеть не могла. Она отложила вилку. Взгляд зацепился за Северуса Снейпа, выходящего из зала. Апатии как не бывало.
– Люциус, я пойду. Мне еще нужно кое-что сделать.
Юноша кивнул в ответ. Она легко коснулась губами его щеки и быстрым шагом направилась к выходу. Путь до гостиной Слизерина она проделала почти бегом.
В гостиной было пусто. Только пара каких-то второкурсниц. Нарцисса не обратила на них внимание. Ее цель сидела напротив камина. Северус что-то писал, ссутулившись в кресле и пристроив пергамент с письменными принадлежностями на журнальном столике.
Девушка решительно подошла к нему.
Взмах рукой и книги, лежавшие на столе, разлетелись в разные стороны. Юноша подскочил от неожиданности и непонимающе уставился на подругу.
– Ты что?
– А ты не знаешь? – недобро прищурилась Нарцисса.
– Не знаю, – в конец растерялся Снейп.
Девушка схватила наполовину исписанный пергамент и начала яростно рвать его на мелкие кусочки. Северус Снейп в оцепенении наблюдал за тем, как его домашняя работа превращается в маленькие клочки бумаги. Нарцисса подкинула обрывки вверх, и они осыпались дождем не застывшего юношу.
– Я тебе этого никогда не прощу! – прошипела девушка.
– Нарцисса…
Северус еще попытался в чем-то разобраться.
Но его голос лишь усилил ее гнев. Она яростно скинула со стола чернила и оставшиеся книги. Стеклянный тюбик хлопнулся о стену, и капли чернил разлетелись во все стороны. Не миновали они и Снейпа. Нарцисса уперлась руками в стол и приблизила свое лицо к его.
– Что? Отомстил Сириусу Блэку? Да? Счастлив? А то, что сделал это за мой счет? Это ерунда, да? То, что я верила тебе? Я, как дура, защищала тебя все эти годы. Я единственная, кто нормально к тебе относился. Я пыталась всем доказать, что ты хороший. А ты… Правы были гриффиндорцы. Все правы. Ты заслуживаешь всего этого. Даже большего заслуживаешь.
Ее лицо исказила гримаса ненависти.
– Я проклинаю тот день, когда села с тобой за одну парту!
Слезы ярости все-таки брызнули из глаз, как она ни старалась их сдержать. Девушка развернулась и бросилась вверх по лестнице.
Северус Снейп еще несколько минут сидел неподвижно, побелевшими пальцами сжимая подлокотники кресла, а потом сорвался с места и, оттолкнув многострадальный столик, рванул к выходу. Он не обращал внимания на ропот второкурсников, на то, что расталкивает мебель и входящих в гостиную людей.





Читайте также:
Роль языка в формировании личности: Это происходит потому, что любой современный язык – это сложное ...
Методы исследования в анатомии и физиологии: Гиппократ около 460- около 370гг. до н.э. ученый изучал...
Основные понятия туризма: Это специалист в отрасли туризма, который занимается...
Отчет по производственной практике по экономической безопасности: К основным функциональным целям на предприятии ООО «ХХХХ» относятся...

Рекомендуемые страницы:



Вам нужно быстро и легко написать вашу работу? Тогда вам сюда...

Поиск по сайту

©2015-2021 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2016-02-12 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту:

Мы поможем в написании ваших работ! Мы поможем в написании ваших работ! Мы поможем в написании ваших работ!
Обратная связь
0.02 с.