Больше книг Вы можете скачать на сайте - FB2books.pw 4 глава. ? Прочь с дороги!




– Ты не должна даже находиться здесь, Корделия. Это каюта капитана…

– Прочь с дороги!

Корделия оттолкнула Уилла, пытаясь прорваться к книге, которая так одурманила ее сознание. Если она сможет взять ее, открыть и прочесть… то найдет ответы на вопросы. Но Уилл крепко схватил ее, подняв с пола. Она ударила его по ногам.

– Опусти меня!

– Корделия Уолкер, прошу прощения, но это ради твоего же блага, – сказал он. – Разве ты не помнишь, что случилось с Пенелопой? Эта книга заставила Кристоффа совершать необдуманные поступки! И я только что видел, как жизнь покидала твое тело, а лицо стало мертвенно бледным, когда ты открыла ее. Тебе нужно держаться подальше от этой книги. Тебе нужно остаться сегодня на ночь в каком-нибудь безопасном, надежно охраняемом месте.

– Чего? Где, например?

– Например, в тюремной клетке.

 

 

Дверь тюремной клетки с металлическим стуком захлопнулась за спиной Корделии после того, как ее втолкнул внутрь Уилл. Она приземлилась лицом на кучу сена. Корделия резко поднялась, отплевываясь сухой травой, и обернулась.

– Это нечестно! – гневно выкрикнула она. – Уилл Дрейпер! Ты… ты жалкое подобие человека, к тому же вымышленного!

Уилл переборол нахлынувшие эмоции, чтобы не отвечать на грубость. Его сопровождал Транкебар, который запер клетку на замок, и молодому капитану совсем не хотелось делиться с первым помощником своей личной историей. Если Транкебар узнает, что Уилл ненастоящий человек, то эта новость может стать причиной для снятия с него обязанностей капитана.

– Придержи свой язык! – сказал он в ответ. – Ни слова больше!

– И будь благодарна, что не разделяешь эту клетку со смердящими свиньями, – добавил Транкебар.

– Простите, что?

Корделия втянула воздух носом и вдруг поняла, что здесь пахнет далеко не только сеном.

– Как и любой достойный корабль, «Морэй» отплыл с двумя десятками свиней на борту, – пояснил Транкебар. – Их держали в этом загоне и каждую неделю забирали одну на убой для ужина всей команды… но теперь это самое подходящее для тебя место, чтобы ты подумала о должном уважении к своему капитану.

– Да никакой он не капитан! – закричала Корделия, хватаясь за решетку. Она сжимала прутья так крепко, что Уилл мог разглядеть форму костяшек ее напряженных пальцев. – Он вообще ничто! Он просто пилот из какого-то дешевого выдуманного романа! И знаете что? Он даже не такой уж хороший пилот!

Транкебар повернулся к Уиллу.

– Что все это значит?

– Она имеет в виду… хм… что я пилотировал самые разные машины и получил эти навыки из книги, – скороговоркой сказал Уилл. – Ну же, довольно уже этой ерунды. Пойдем, оставим эту безумную девчонку одну.

Транкебар кивнул, и они пошли прочь по коридору. Уилл оглянулся на Корделию, стараясь хотя бы взглядом показать, что ему жаль так поступать с нею, но она посмотрела на него с такой физически ощутимой яростью, что он вздрогнул.

– Она, кажется, сошла с ума, – заметил Транкебар. – Я рад, что ты принял решение запереть ее в клетку. А что насчет книги?

– Книга до сих пор в каюте и останется там, – ответил Уилл. – Я не буду говорить об этом ее брату и сестре. Эта семейка немного помешана на этой книге.

– Мой долг спросить, – продолжал Транкебар, – что она хотела сказать, называя тебя «вымышленным»?

– Она… э-э-э… говорила не «вымышленный», а «смышленый», потому что я весьма умен и находчив. Девчонка просто одержима мной.

– Правда? – спросил Транкебар.

– Правда, – сказал Уилл. – Это немного неловко. У нее сейчас период школьной любви на грани помешательства. Но так или иначе, как у капитана судна у меня имеются более важные проблемы. Например, я хочу знать, какого курса держался корабль?

Транкебар заметно ухмыльнулся.

– Я совсем забыл, что вы еще так молоды и наивны, капитан. Вы почти не знаете настоящей жизни. – На мгновение он замолчал. – «Морэй» держит курс на порт Тинц, где мы должны встретиться с торговыми партнерами капитана Сэнгрэя. Это очень проницательные люди, которые за несколько месяцев преодолели многие континенты ради встречи с Сэнгрэем. Это простая сделка. Они будут торговаться золотом за наши специи и листья какао… и кто знает, может быть, они заинтересуются приобретением дома, возвращающего скелетов к жизни. Невозможно предугадать, сколько такое может стоить на черном рынке.

– Когда мы встретимся с этими торговцами? – спросил Уилл.

– Завтра после полудня.

– А потом?

– А потом вы вольны делать что хотите! Может, увольнение на берегу? Я знаю, что на этом тропическом острове живут только женщины – великолепные и прекрасные богини, которые не носят ничего, кроме ракушек…

– Может быть, Транкебар. Но сейчас у меня есть только одно желание – отправиться в свою каюту и мирно поспать.

– Конечно, – сказал Транкебар.

Когда они дошли до каюты капитана Сэнгрэя, первый помощник проговорил:

– Но… здесь? Вы не можете спать здесь, капитан.

– Почему нет?

– Вся каюта разрушена! – ответил Транкебар, обводя рукой помещение. – Витраж должен быть восстановлен, застывшую смолу нужно вычистить, а принадлежности для пыток следует убрать. И эта скверная книга здесь. У меня приготовлена гораздо лучшая каюта для вас.

– Но я хочу спать здесь, – сказал на это Уилл, глядя на «Книгу Судьбы и Желаний». Она была здесь! Лежала на полу! Ожидая его возвращения!

– Капитан, в самые первые дни командования судном пираты будут внимательно следить за тем, сможете ли вы прислушиваться к советам вашего первого помощника. Если нет, они станут подозревать вас в упрямстве. Что вы слишком эмоциональны и поэтому ведомы. Что вы слишком горды, чтобы вести за собой.

Транкебар вышел и закрыл дверь каюты капитана Сэнгрэя одним из многочисленных ключей на связке. По мере того как он удалялся, Уилла посетила догадка, кто на самом деле обладает властью на «Морэе».

Между тем Корделия занималась поиском выхода из заточения. Но ничего дельного она не обнаружила. Под ворохом сена был простой деревянный пол без каких бы то ни было люков, а из одного угла, там, где пол был деформирован и чем-то вымазан, шел совершенно нестерпимый запах. Но самое ужасное случилось, когда Корделия принялась перебирать сено в надежде отыскать запасной ключ, оброненный здесь по неосторожности, а вместо него наткнулась… на отрубленную свиную голову.

«Как негуманно держать свиней в таком месте!» – подумала Корделия. Часть ее сознания обдумывала план побега из клетки, другая часть – возможность вернуться к Уиллу… и брату с сестрой. И как только Брен с Нелл не заметили, что она исчезла? Они наверняка ели и играли в кости с пиратами и выпивали с ними же за здоровье нового капитана. Если ей удастся добраться до них, первое, что она сделает, это запрет их в этой самой клетке. Потом она запретит им разговаривать друг с другом. А потом…

Вдруг ей показалось, что она кое-что заметила. Вот она, возможность выбраться из этой грязной вонючей клетки. Тяжелый замок, висящий на двери клетки, оказался на достаточном расстоянии, чтобы Корделия могла дотянуться до него и попробовать разобраться в его механизме. Она решила вскрыть замок при помощи собственных ногтей (не имея понятия, как это вообще делается), поэтому всунула ноготь глубоко внутрь скважины, но слишком резко дернула пальцем. ХРЯСЬ! – она обломала себе ноготь о металлические внутренности замка.

– А-а-а-а-ай-й-й!

Корделия испуганно посмотрела на свой палец.

Вид был не очень радужным – ноготь срезало нещадно, да и подушечка кровоточила так, что нельзя было разобрать, насколько глубокий порез. Боль заставила Корделию почувствовать себя ребенком.

– Пожалуйста! Помогите! Кто-нибудь! Хоть кто-нибудь!

Но никто не отозвался на ее призыв о помощи. В огорчении она швырнула свой мобильный телефон о стену.

«Все равно никто из списка контактов не придет мне на помощь», – горько подумала она.

Телефон стукнулся о стену клетки и упал в солому. И тут Корделия поняла, кто может ей помочь.

Один-единственный человек, обладающий настоящей магией.

– Далия! – позвала она. – Ведьма Ветра! Я потерялась, и мне нужна твоя помощь! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, приди и забери меня отсюда, а я обещаю достать для тебя «Книгу Судьбы и Желаний»!

Корделия еще не закончила свое воззвание, когда услышала шуршание. Ворох соломы, лежащий на полу, вдруг стал подниматься и вертеться в воздухе вместе с ее телефоном. Солома крутилась все быстрее и быстрее, создавая маленький смерч, похожий на вихрь или вертящийся кокон…

И наконец перед Корделией возникла Ведьма Ветра, от ее появления солома разметалась по полу клетки. Ведьма по-прежнему была совершенно лысая, в ее глазах блестела свирепая ярость, на ней была та же пурпурная мантия, но все-таки что-то в ее облике изменилось. Сначала Корделия не могла сообразить, что же это. Но потом она поняла.

На лице Ведьмы Ветра виднелась отчетливая, безобразно широкая самодовольная улыбка.

 

 

– Корделия, моя дорогая, – сказала Ведьма Ветра, пристрастно оглядывая клетку, – это место не похоже на комнату для такого человека, как ты.

Корделия на замечала, что стоит на коленях, низко склонив голову. В ужасе от ожившей соломы, вихрем закрутившейся в воздухе, она невольно опустилась на пол… и теперь, когда Ведьма Ветра была прямо перед ней, она ощущала, что лучше всего оставаться именно в таком положении.

– Согласна, – сказала Корделия, – но у меня не было возможности выбирать. Уилл запер меня здесь.

– Что ж, очевидно, что он думает о тебе как о свинье, – отвечала Ведьма Ветра, – которую нужно держать в загоне.

Услышав такие слова, Корделия задумалась над тем, действительно ли Уилл мог быть настолько жесток. Она сразу встала на его защиту.

– Уилл не плохой человек. Он просто не может понять…

– Он все прекрасно понимает! Мир всегда был слишком жесток к таким женщинам, как мы с тобой, Корделия. Думаешь, это случайное совпадение?

– Ну, я никогда по-настоящему…

– Ну, конечно нет. Мы угроза. И все мужчины это понимают. Изначально, от природы они были способнее нас в охоте за животными, и мы позволили им взять на себя эту ответственность. У них были достаточно сильные руки, чтобы управляться с луком. У них были достаточно сильные ноги, чтобы преследовать дичь. Но времена изменились – и это касается и моей жизни, и твоей. Охота превратилась в рутинное посещение супермаркета. Мы стали самостоятельно защищать дом. Мы больше не нуждаемся в мужчинах, и они это понимают. Поэтому они идут на все – ложь, уловки, убийство, – чтобы продолжать держать нас под контролем.

– Нас? – переспросила Корделия.

– Таких, как ты и я, – продолжала Ведьма Ветра. – Блистательных женщин мира.

Корделия улыбнулась, прошло очень много времени с тех пор, как ее называли так последний раз. Отец был слишком погружен в свои заботы, когда работал, и думал только о делах в больнице, а когда лишился работы, переживал, что уволен и стал безработным, поэтому у него совсем не хватало времени, чтобы просто похвалить Корделию за успехи. Мама говорила, что она умна… но матери всегда чересчур строги к своим дочерям. Учителя в школе обращали на нее внимание, но нет ничего хуже, когда тебя хвалят учителя. Другое дело, если бы она была в университете и искала бы одобрения своей научной работе.

– И как блистательные женщины, – продолжала тем временем Ведьма Ветра, – мы имеем право использовать эту могущественную книгу.

– Когда вы впервые узнали о ней? – спросила Корделия.

Деланно вздохнув, ведьма ответила:

– Ты действительно хочешь услышать эту историю? Разве тебя не утомят россказни такой старой женщины, как я?

– Конечно, нет, – сказала Корделия. – Пожалуйста, расскажите мне.

– Мне было восемь лет от роду, – начала свой рассказ ведьма. – Однажды вечером я выбралась из постели и, проследив за отцом, увидела, как он использует книгу. Как ты можешь себе представить, я была в восторге от того, что он может колдовать… но его очень огорчило мое присутствие. Он закричал на меня, отчего я расплакалась. Чтобы успокоить меня, он что-то сделал с книгой и… передо мной возникло чучело животного. Я поняла, что каким-то образом книга способна исполнять желания. Сначала я получила чучело животного, затем кукольный домик, потом шоколад… вот они, мечты маленькой девочки. Но он просил меня пообещать никогда не открывать книгу самой. Это обещание я держала несколько лет. До тех пор, пока мне не исполнилось тринадцать.

– И что случилось? – нетерпеливо спросила Корделия.

– У меня начались проблемы с некоторыми одноклассниками в школе, – продолжила Ведьма Ветра. – Была одна девочка, Шарлотта ЛеВерне, она была особенно жестокой. Она смеялась над тем, что я говорю, над тем, как я одеваюсь.

– Над вами издевались?

– Так это называют сейчас, – отвечала Ведьма Ветра. – В те времена это называли молодостью. Становилось все хуже и хуже, и так оскорбительно… что я не видела другого способа, кроме как проникнуть в скрытую комнату отца и воспользоваться книгой, воплотив свое желание в жизнь. Остановить Шарлотту.

– Я могу это понять, – сказала Корделия. – Наверное, я тоже желала нечто подобное, когда один ужасный парень обедал со мной за одним столом, мне было восемь…

– Я пожелала, чтобы Шарлотта потеряла голос, – продолжала рассказывать Ведьма. – Чтобы ее голосовые связки исчезли, и она никогда больше до конца своей жизни не смогла говорить, перестала причинять боль другим людям.

– Ух ты, – вырвалось у Корделии. – Это немного чересчур.

– Но это сработало, – сказала Ведьма Ветра. – И в результате я стала использовать книгу для реализации других своих желаний. Я желала популярности. Я желала самых симпатичных юношей. Внезапно я стала счастливой. Это могло бы продолжаться вечно, если бы не вмешательство отца.

Корделия смотрела на ведьму в ожидании, что она продолжит историю.

– Он был слаб, – сказала Ведьма Ветра. – И был обеспокоен тем, что книга превратит меня в кого-то другого, как превратила его в Короля Бури.

– И как же именно это случается? – спросила Корделия.

– Он считал, что сам факт того, что они забрали книгу из того места, где ей полагалось быть, стало причиной землетрясения в Сан-Франциско в тысяча девятьсот шестом году, – говорила ведьма. – И у него появилась идея: что, если бы у него была способность управлять погодой? Вызывать стихийные бедствия? Это дало бы ему абсолютную власть. Власть, сравнимую с властью бога. Он начал наколдовывать бури, одну сильнее другой. Его последнее коварно созданное бедствие унесло жизни тринадцати человек.

– Это ужасно, – сказала Корделия. – Зачем вам книга, которая заставляет людей творить такие вещи?

Ведьма Ветра проигнорировала вопрос, но Корделию это не удивило. Глубоко внутри своего сердца она знала ответ – власть.

– У нас служил жуткий старый садовник, который все время на меня смотрел, – продолжала ведьма. – От этого я чувствовала себя неловко. Поэтому я воспользовалась книгой и ослепила старика. Когда мой отец потребовал от меня ответа, я призналась ему в содеянном. Он был в ярости. Он заставил меня вернуть садовнику зрение, а после спрятал от меня книгу. Затем отец повстречал Олдриджа Хейса, одного из Хранителей Знания. Именно Хейс обучил отца той магии, которая помогла ему спрятать книгу внутри сюжетов своих романов. Но прежде чем он это сделал, я стала Ведьмой Ветра. Я хотела убедить его поделиться со мной тайной переданной ему магии. Чтобы он осознал – вместе мы можем господствовать и над любым городом, и над любой страной…

– Я предполагаю, что он отреагировал иначе, – заметила Корделия.

– Он был вне себя. На тот момент отец обладал гораздо большей силой, чем я, поэтому он изгнал меня из нашего дома. Он думал, что так сможет удержать меня подальше от книги. Но я была очень умна.

– И что же вы сделали?

– Я замаскировалась под мужчину, – сказала Ведьма Ветра, – и стала одним из членов общества Хранителей Знания. Они обучили меня сильной магии, и вскоре я узнала древние заклинания, которые позволили мне проникнуть в мир сюжетов романов отца. Я начала поиски книги…

– Но как только ваш отец понял это, – произнесла Корделия, – он наложил проклятие на книгу, чтобы вы не могли к ней приблизиться.

– Именно так. Но теперь у меня есть ты. И почему бы тебе не воспользоваться книгой? В отличие от брата с сестрой, ты была достаточно смелой, чтобы открыть ее.

– Не знаю, должна ли я была это делать. Но я чувствовала себя хорошо… только Уилл сказал, что она причиняла мне вред. Изменяла мое лицо.

– Откуда ему знать? Твои брат с сестрой и Уилл не заслуживают чести открыть книгу. Они не такие умные, как ты. Они мешают тебе.

– Это не так, – не согласилась Корделия. – Даже несмотря на то, что мои брат с сестрой могут драться со мной и почти ни с чем не соглашаться, они любят меня и заботятся обо мне.

– Перестать обманывать себя, – сказала Ведьма Ветра и взяла ее за руку. Корделия и не предполагала, что кожа этой женщины будет такой сухой и шершавой, как бумага, грубой и старой даже на ощупь и одновременно такой наэлектризованной от той силы, что исходила от ведьмы.

Волосы на руке Корделии встали дыбом, как будто она находилась вблизи от оптоволоконного кабеля высокой мощности, а ее пальцы задрожали от присутствия источника такого сильного энергетического излучения. Ведьма Ветра сильнее сжала руку Корделии, которая старалась оставаться спокойной, хотя вдоль ее позвоночника бегали мурашки и покалывало… затем что-то щелкнуло, и внезапно Корделия увидела себя вне собственного тела, наблюдая картину своего разума. Он был заполнен синим светом с рисунком из тонких голубых линий, там она могла увидеть все свои воспоминания, каждое из которых представляло собой подобие катушки киноленты с записью всего того, что беспокоило ее. Самые длинные и самые важные запечатлели отношения с братом и сестрой. Момент, когда она спасла Элеонору в их старом доме, вытащив малышку, затеявшую игру в сушилке. Момент, когда они вместе с Бренданом были застуканы за приготовлением чудодейственных эликсиров в ванной комнате. Момент, когда они все вместе отправились в «Диснейленд», а Брендан поймал мяч, вылетевший на трибуны во время игры «Гигантов», и потом говорил об этом событии целый месяц. Все эти воспоминания кружились перед Корделией, свернутые в небольшой пучок…

И вдруг они растворились, необъяснимым образом исчезнув. И с ними исчезла ее любовь к брату и сестре. На ее место пришло чистое верное знание, которое внушала Ведьма Ветра: Брендан и Элеонора – самые обычные дети, которым никогда не было дела до их старшей сестры и которые никогда по-настоящему не любили ее. Родители не смогли защитить своих детей, потому что были слишком слабыми. А Уилл? Он просто бледное подобие пилота, настоящего бойца.

Только одна-единственная вещь обрела теперь истинное значение в жизни Корделии – «Книга Судьбы и Желаний».

– Теперь все стало на свои места? – спросила Ведьма Ветра.

– Да, – ответила Корделия.

Вновь раздался щелчок, и они вернулись обратно, Ведьма Ветра по-прежнему держала ставшую послушной Корделию за руку.

– Хорошо. Без всего этого ты свободна и можешь сконцентрироваться на своих собственных мечтах.

– Книга, – произнесла Корделия.

– Она хочет к тебе в руки. Ты ей нужна. Это твоя судьба.

– Да, – сказала Корделия с застывшим в неподвижности взглядом. На ее лице возникла жуткая потусторонняя улыбка.

– И я обещаю, если ты возьмешь меня с собой в мир книги, мы обе станем свободными.

Корделия неожиданно резко ответила:

– Я могу взять тебя с собой. Но ты должна освободить меня. Ты достаточна сильна, чтобы снести эту решетку…

Ведьма Ветра покачала головой.

– Нам не нужно, чтобы кто-нибудь услышал шум.

– Конечно… – сказала Корделия.

С каждой секундой, что ведьма держала Корделию за руку, ее разум все больше погружался в туман. Ее пальцы немедленно заледенели. Сильный холод проникал и циркулировал в ее руках, груди, голове. Ноги Корделии начали замерзать, покрываясь коркой льда. Она заметила, что руки стали терять свой естественный цвет и трансформировались в нечто прозрачное и мерцающее.

– Что ты делаешь? – спросила она ведьму.

– Вытаскиваю нас отсюда.

Тело Ведьмы Ветра тоже стало изменяться. Корделия не могла решить, за чем увлекательнее и интереснее наблюдать – как ее собственная кожа затвердевает и леденеет или как ровно то же самое происходит с ведьмой. В минуту, когда они все еще могли говорить, их тела практически полностью преобразовались в…

– Лед! – воскликнула Корделия. – Ты превратила нас в лед. Зачем?

– Идем, – произнесла Ведьма Ветра, утягивая за собой Корделию. – Боль длится всего мгновение.

– Боль?

Но спрашивать было уже слишком поздно. Ведьма Ветра вместе с ничего не понимающей Корделией стремительно приближались к входной решетчатой двери. Рука к руке они наскочили на дверь, и как только столкновение произошло, они рассыпались на миллион мельчайших кусочков льда.

Осколки пролетели сквозь прутья решетки прямо в холл. Корделия, которая каким-то образом сохранила сознание и способность осознавать происходящее, подумала: «Я смешалась с осколками Ведьмы Ветра. Сейчас я часть ее, а она часть меня».

Ледяные осколки стали быстро скрепляться друг с другом, возвращаясь к жизни. Кусочек за кусочком Ведьма Ветра и Корделия вернула в прежнюю форму своим телам изо льда. Затем лед растаял, кожа порозовела, и они вновь стали людьми, за тем исключением, что Корделия продолжала чувствовать холод внутри себя, где-то в груди, но где именно концентрировался этот холод, она не могла определить.

– Не так уж и плохо, не правда ли? – сказала ведьма.

– Не так уж и плохо? Это было похоже на то, как если бы каждую частицу моего тела ужалила противная медуза. Как тогда во Флориде, где мы отдыхали вместе с мамой и папой, Бренданом и Нелл…

Корделия замолчала, к ней стала возвращаться ее прежняя память. Заметив это, Ведьма Ветра тут же схватила ее за руку, чтобы ввергнуть в состояние оцепенения, сфокусированного только на одном – удовлетворении своих эгоистических желаний.

– Итак, моя дорогая. Покажи мне дорогу.

Корделия повела ведьму за собой по коридору, она не знала дороги на память, ее вела книга, которая притягивала даже своим запахом. Спустя несколько минут они оказались у двери каюты капитана Сэнгрэя. Но внезапно рядом возникла фигура – это была ее сестра Нелл.

– Делия! – обрадовалась маленькая Элеонора. – Я так беспокоилась о тебе. Я пришла, чтобы… Почему ты держишь Ведьму Ветра за руку?

Корделия рванулась вперед. Это было движение практически на инстинктивном уровне, воспоминания о младшей сестре не были похоронены навсегда, как это казалось. Она посмотрела на ведьму.

– Зачем ты пугаешь мою сестренку…

Ведьма Ветра сжала руку Корделии так сильно, что та тут же почувствовала, как рука онемела, будто из нее разом выкачали всю кровь. Корделия вернулась в прежнее состояние околдованности от наложенного на нее заклинания.

– Не позволяй ей сдерживать тебя. Открой дверь!

Корделия нажала на ручку, но дверь оказалась заперта.

– Делия! Остановись! – прокричала испуганная Элеонора.

Ведьма Ветра взмахнула рукой, и Элеонору сшибло с ног порывом ветра.

Упав, Элеонора закричала, обращаясь к сестре:

– Корделия! Ты должна выслушать меня. Чтобы тебе ни наговорила эта старушка, чем бы ни забила тебе голову, все это неправда, ты должна бороться…

– Заставь ее замолчать, – приказала ведьма.

– Да, – произнесла загипнотизированная Корделия.

Она подошла к сестре и занесла над ней свободную руку, сжав кулак.

 

 

Несмотря на то что тело Корделии находилось во власти Ведьмы Ветра, она была в сознании и прекрасно понимала, что если она ударит сестру, это не произведет серьезного эффекта. Она знала, как уколоть маленькую Нелл гораздо сильнее.

– Ты хотя бы просмотрела «Сердце и шлем»? – спросила она. – Или ты просто притворялась, пока Брендан читал роман за тебя?

– Что? – удивилась Элеонора. – Ты же знаешь, что я читала! Ты была со мной в одной комнате!

– Я думаю, что ты делала вид, что читаешь, – продолжала наседать Корделия. – Мы все прекрасно знаем, что ты вообще едва ли способна читать. Ты не могла прочесть правильно даже адрес Дома Кристоффа. Иногда я думаю, что у тебя совсем нет дисклексии и ты просто тупа.

Элеонора разрыдалась от таких слов сестры. Ведьма буквально замурлыкала от удовольствия и, прижав к себе Корделию, сказала:

– Отлично. Я не могу приближаться к книге из-за заклятия отца, которое он наложил на нее. Поэтому теперь мне нужно, чтобы ты взяла вот это. – Старуха протянула Корделии листок бумаги. – Положи его в книгу. Сможешь сделать?

– Да… – послушно отвечала Корделия. – Но зачем? Что на нем написано?

– Тебе этого знать не нужно. Просто делай, как я говорю, и обретешь истинную силу книги.

Ведьма Ветра отпустила руку Корделии… но та продолжала находиться под колдовскими чарами. Как будто маленькая часть ведьмы оставалась внутри нее и совершала свое дело, управляя телом Корделии. Под тихий плач сестры она вошла в каюту капитана Сэнгрэя. С совершенно пустым взглядом, незамутненным ни чувством, ни мыслью, она направилась к книге…

Внезапно позади нее раздался глухой стук, она обернулась и увидела, что ведьма в ошеломлении сидит у стены коридора. Рядом с ней стоял Уилл, потирающий плечо как умелый игрок в регби, за ним показался Брендан.

– Что случилось? – спросила Корделия, у которой моментально прояснилось в голове.

– Мы услышали призыв о помощи, – сказал Уилл, – и я…

– Глупость! – прокричала Ведьма Ветра.

Она вскочила на ноги и взмахнула своим обрубком, из которого вырвался конусообразный вихрь ветра, спиралью разрезавший пространство каюты. Уилл упал на палубу, стараясь избежать столкновения с ответным ударом ведьмы, но на пути у магического вихря стоял Брендан. Словно куклу, его с силой подбросило вверх и пронесло через всю каюту к противоположной стене.

Бу-у-ух-х-х-х!

Брендан со всего маху ударился головой о потолок, его шея наклонилась под, казалось, невозможным для человеческой гибкости углом, и он рухнул, отпущенный магической хваткой воздушных масс, в кучу мусора.

– Нет! – испугалась Корделия и бросилась было к брату, но была вовремя остановлена Уиллом, который схватил ее за лодыжку.

– Стой на месте! – сказал ей он.

Перед телом Брендана, находившегося после такого удара в бессознательном состоянии, склонилась маленькая Элеонора.

– У детей такая короткая память, – тяжело дыша, произнесла Ведьма Ветра, и на ее лице и голове начали проступать жуткие узоры вен.

– Отвлеки ее разговором, – прошептал Уилл Корделии и пополз по полу, явно что-то задумав.

– Несколько минут назад ты согласилась с тем, что от твоей семьи нет никакого толку. А теперь ты их защищаешь? – продолжала Ведьма Ветра.

– Ты веришь в это гораздо больше, – ответила Корделия.

– Разве ты все еще не хочешь книгу?

– Нет, даже через миллион лет. Я была сама не своя. Это ты забралась ко мне в голову… ты обманула меня. Ты изменила все приятные воспоминания, которые у меня были связаны с людьми в моей жизни, на злые мысли и чувства.

– Эти злые чувства были твоими собственными, – отвечала ведьма. – Никто не способен заставить другого человека иметь злые мысли. Какая-то часть тебя была даже рада сейчас увидеть брата лежащим на полу, возможно, со сломанной шеей и никогда больше не способным ходить.

Ведьма Ветра сияла от жутковатой гордости и, как все люди, ослепленные чувством гордости, не обращала внимания ни на что, кроме себя самой. Понимая это, Уилл прокрался к сундуку капитана Сэнгрэя и достал несколько свитков. Когда ведьма заметила это, он уже развернул свиток с одним из любимых заклинаний:

Inter cinis crescere fortissimi flammis!

Огненный шар со свистом полетел, как комета, в направлении Ведьмы Ветра, так что Корделии пришлось уворачиваться, упав на пол. Ведьма завопила, вскидывая своей увечной рукой без кисти и защищаясь от шара.

Внезапный ливень, обрушившийся на каюту, рассеял огненную сферу и заставил всех отпрянуть к разбитым витражным окнам.

– И кем ты себя возомнил? Магом? – закричала ведьма.

– Он лучший маг, не то что твой отец! По крайней мере, он не сумасшедший! – ответила взбешенной ведьме Корделия.

– Не смей говорить о моем отце!

Ведьма Ветра стала странно водить перед собой руками, ливень усилился, и в каюте стал задувать сильный ветер. Элеонора и Корделия ухватились за податливое тело брата, сопротивляясь урагану, устроенному ведьмой в каюте. Злость Ведьмы Ветра росла с каждым мгновением, питая ураганный ветер так, что сестры едва могли противостоять ему. Воздушный поток увлек их вместе с Уиллом и понес в сторону окна прямо в море.

Terra ipsa fenerat viribus! – произнес Уилл.

Каменная стена материализовалась позади него. Вместе с сестрами и телом Брендана Уилл стукнулся о стену и упал на пол каюты.

Ведьма Ветра не обрадовалась тому, как очередное заклятие было сломлено ответным магическим действием. Она не могла найти слов, чтобы высказать свое недовольство, и просто издала пронзительный стон, огласивший каюту. Ведьма сделала шаг вперед и, опершись одной рукой о каменную столешницу, взмахнула обрубком. Молнии начали продираться на поверхность ее кожи, заставляя ее трескаться. Корделия понимала, что скоро разразится удар.



Поделиться:




Поиск по сайту

©2015-2024 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2021-01-31 Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных


Поиск по сайту: